Глава 10
Несмотря на то, что половину дня я провалялась, восполняя резерв, сонливость охватывает меня при одном виде кровати. Решив, что ужинать я хочу гораздо меньше, быстро скидываю форму и заваливаюсь спать.
Утром я долго вспоминаю, как попала в эту чудесную комнату аж с двумя огромными окнами, затянутыми бежевыми портьерами, мягким ковром на полу, шёлковыми обоями на стенах и изящной резной мебелью. Оба солнца стремятся пробиться в спальню, высвечивая на занавесках золотые прямоугольники. Поддаюсь искушению, быстро одеваюсь, подхожу к окошку и выглядываю на улицу…
Красота какая! Город как на ладони. Невысокие, но роскошные особняки, окружённые газонами и цветами. Высоких деревьев не видно, зато подстриженных кустов и живых изгородей полным-полно. Вдалеке возвышаются ещё несколько внушительных дворцов – почему-то я уверена, что они принадлежат Фо Санрэдам.
Негромкий стук в дверь заставляет отпрянуть. Но то, что стучат, а не врываются – уже хорошо, это означает, что я не пленница, а гостья. В ответ на моё приглашение входит Вирнилайн, и я улавливаю его глубокую печаль. Спрашивать, что случилось, не решаюсь, он заговаривает сам:
– Этой ночью Небеса забрали Ургасинора. Не самого старого из нас… Никто этого не ожидал. Теперь нас всего восемь.
– Но вы по-прежнему не считаете Айрэна внуком, – тянет меня за язык демон, не иначе.
– Лизгэр, – тихий вздох, – ты не понимаешь…
– Не понимаю, – для убедительности подтверждаю слова взмахом головы. – Эфолэры умирают. С вами уходят великие знания. Вам что, жаль передать их потомкам-полукровкам? Пусть лучше пропадут, так что ли?
Вирнилайн отворачивается, рассматривая золотые квадраты на занавесках.
– Кайрэнэр – неразумное дитя. Обозлённое, бездарное и слабое.
– Но он единственный, кто сохранит ваш язык и историю. Передаст их детям. А его бездарность… Среди людей он сильнейший из магов. Урэндо ла рэдо.
– Сильнейший из слабых, – на губах мага горькая улыбка. – Ты хорошо говоришь по-мэльзарски. Легко выучишь наш язык… Идём завтракать. Мне доложили, что ты уснула и не ужинала. Тебя не стали будить. Выспалась?
– Да, благодарю… Вирнилайн…
Собираюсь с духом и спрашиваю:
– Вы презираете людей, а я наполовину человек. В чём разница между мной и Айрэном? Его вы знать не желаете, меня принимаете в род, преподносите все блага на блюдечке. Прекрасная незаслуженная должность, положение богатой наследницы… Только ответьте мне честно!
– Честно? – усмешка древнего похожа на гримасу. – Отличие между вами, туэрра, в том, что ни один из известных мне магов нашей расы, не говоря уже о полукровках, не смог бы в одиночку выжечь Пустоши. Бастард моего сына – ошибка и шаг назад, но ты – чьё-то чудесное творение и рывок вперёд!
– А что в этом толку? – пожимаю плечами. – Если я единственная? Вы всё равно не сможете вывести новую породу, поскольку данную уникальную особь не с кем скрещивать. Или вы мечтаете подложить меня под вашего сына?
Маг шарахается на добрый локоть.
– Святые Небеса, Лизгэр! За кого ты меня принимаешь! Чтобы отец строил подобные планы на собственного ребёнка!
– Тогда как вы собираетесь меня размножать? – не отступаю я.
– Кэнэро туэрра… Никто тебя пальцем не тронет! В тебе сокрыта удивительная тайна, в отличие от полукровок, ты взяла лучшее от эфолэров и людей. В тридцать лет рассуждаешь как взрослая, умна, хладнокровна, настойчива, решительна… К твоему сведению, мы в свои тридцать не расставались с игрушками и всецело зависели от родительской воли. А магию в таком объёме осваивали века через два, если не позже.
– Тогда зачем я вам?
– Ты наша надежда на возрождение. Изучить тебя, понять, как ты создана. Вдруг это возможно повторить? Получить подобных тебе наследников могущества!
– Чтобы они скрывались до конца своих дней? Таились в Вэлдоре, словно тараканы по щелям?
Моё сравнение древнего мага задевает. Глаза сужаются.
– Не забывайся, девочка.
– Я просто говорю так, как есть, без прикрас. Зачем нужна сила, которую приходится прятать?
Вирнилайн раздражённо отворачивается. Похоже, я наступила на больное место. Злить его я не хочу, потому умолкаю и следую к дверям.
В столовой нас ждут слуги, трое молодых мужчин и две дамы неопределённого возраста. Представление сухо и формально: Ализигейра Фо Санрэд, приёмная внучка и наследница рода. Чопорные вежливые поклоны, равнодушно-вышколенные лица. Мой «дедушка» отпускает небрежным жестом всех, кроме женщины, остающейся прислуживать нам за столом. Мне, непривычной к такому, сначала не по себе, затем я перестаю обращать внимание на ненавязчивую заботу.
– Лизгэр, Ами́на устроит тебя в качестве личной служанки? – интересуется Вирнилайн, указывая на женщину.
Киваю, даже не вглядываясь. Мне, воспитаннице приюта, не нужны слуги, но спорить бессмысленно. С той же кротостью я воспринимаю и дальнейшее: портал в Гэрзу, роскошные магазины готовой одежды, обувные, галантерейные. Соглашаюсь даже посетить парикмахерский салон, где мои коротко остриженные волосы наращивают магией, красиво подстригают и укладывают. Вирнилайн держится лучше, чем я предполагала, не командует, не указывает, что выбирать: в какой-то момент, примеряя строгое, элегантное платье, я ловлю его одобрительный взгляд. Затем, отправив покупки домой, маг действительно показывает мне город. Наш дом, оказывается, располагается в самом центре Гэрзы и окружён ухоженным парком. Близость столицы сказывается: многие знатные семьи предпочитают иметь здесь особняк, чтобы жить вроде и рядом с королевским дворцом, и в то же время на расстоянии.
– А у вас есть дом в Арчизере? – интересуюсь невзначай.
– Нéсколько. Но там слишком шумно.
– И опасно?
Невесёлая усмешка.
– Чего нам бояться?
– Королевских магов? Совета? Сплетен и слухов?
Вирнилайн отмахивается.
– Маги и советники управляемы. Человеческая молва разносит глупости и редко угадывает правду. А суета и толчея утомляют… Эльмарэйн любил столицу, в его возрасте это простительно.
Невольно думаю о том, каково это – пережить своего внука и знать, что других не будет. Следить за угасанием своего рода, сознавать неизбежность забвения… На секунду я чувствую жалость, пока не вспоминаю об Айрэне.
Неужели могущество важнее одной крови, пусть и разбавленной? Ведь в отличие от меня, Кайрэнэр – родной внук Вирнилайна, сын его сына. Я поглядываю на древнего, находя в нём всё больше знакомых черт. Похожие жесты, то, как одинаково они хмурятся, склоняют головы, насмешливо смотрят из-под ресниц.
В дом мы возвращаемся уже во второй половине дня. И сразу натыкаемся на высоченную фигуру, напряжённо застывшую в гостиной. Я, в красивом платье, с новой причёской спокойно встречаю взгляд серебряных глаз… не потому ли, что подсознательно ждала этого визита?
– Как это понимать? – Вирнилайн сердито поджимает губы. – Кажется, я достаточно ясно дал тебе понять, что ты нежеланный гость в этом доме! В Гэрзе у тебя собственный особняк, Кай…
– А я всегда слал тебя к демонам и не собираюсь менять свои привычки! – Айрэн смотрит только на меня. – Хотя сейчас не время выяснять отношения. Помнишь, ты однажды рассказывал о тани́рэ? Проклятии древних?
– Ты хочешь сказать… – маг судорожно вздыхает.
– Оно пробудилось. Над Пустошами висит воронка, и, если вы не вмешаетесь, Вэлдор разнесёт на куски.
Вопросительно гляжу на Вирнилайна. Тот бледнеет.
– Давно?
– Я заметил минут десять назад. Сначала решил, что очередная иллюзия. Но она растёт, и сомнений нет.
Чтобы принять решение, древнему магу требуются секунды.
– Ждите здесь.
Он исчезает, не тратя времени на портал.
– Лиз… – голос Айрэна непривычно робок.
– Что такое «танирэ»? – не даю ему продолжить.
– Ужас из легенд. Вырвавшееся на свободу заклинание. Воронка висит над руинами столицы, наверное, семьсот лет назад кто-то из древних хотел отомстить, но не успел.
– Почему оно проснулось только сейчас? – спрашивать страшно, но я продолжаю: – Это как-то связано с тем, что я применила венкру?
– Вряд ли это взаимосвязано, разве что какая-то тварь в агонии задела схрон. Но вероятнее всего, просто заклинание было отсрочено, а настройки сбились. Вместо того, чтобы ударить тогда, оно спало все эти годы.
Мне кажется или он утешает меня?
– Айрэн, эта дрянь действительно способна уничтожить мир?
– С лёгкостью. Однажды такое уже произошло, после чего древние и стали вымирать. Их осталось слишком мало. Лиз…
В гостиной начинают появляться эфолэры. Все восемь, даже Леона. Некоторые одеты кое-как, наспех. Лица серьёзны и мрачны.
– Ты не ошибся? – обращается к сыну Крэйт.
– Хотел бы, но увы. Слишком узнаваемый силуэт. Суди сам.
Айрэн открывает портал, и я сразу понимаю куда: на дозорную башню Турека. Уже хочу шагнуть, но Вирнилайн преграждает мне путь.
– Лизгэр, ты не пойдёшь. Это опасно!
– Я самый сильный маг среди вас, – отвожу его руку.
– Ты ещё ребёнок! – протестует Леона. – Маленькая девочка!
– Я не ребёнок! – от злости крик выходит звонкий и разносится эхом по залу. – А это мой мир!
– Это наш мир, – тихо произносит мрачный Дилэнтэр, – наш Вэлдор, даже если об этом никто не помнит.
Упрямо шагаю в портал. Попробуйте меня остановить! Айрэн оказывается рядом, пальцы сжимают мою ладонь. Я злюсь на него, но не выдёргиваю.
Воронка заполняет полнеба. Серая, колышущаяся, постоянно растущая масса, внутри которой сталкиваются и искрят белые молнии.
– Танирэ, – стон Леоны похож на всхлип. – Святые Небеса, за что!..
– Нас слишком мало, но вариантов нет, – Крэйт оборачивается ко мне: – Лизгэр, Кайрэнэр, вставайте в круг. Я начну выплетать заклинание, подпитывайте меня.
За вторую руку меня берёт Вирнилайн. Древние объединяются, я чувствую их сплетающуюся энергию.
– Лиз, – Айрэн склоняется ко мне, шепчет в ухо, – если мы погибнем… ай юэнэ виэ.
Сердце пропускает удар. Дурень!.. Нашёл, когда признаваться в любви! Теперь я точно выживу, назло! И ему умереть не дам! Потому что хочу услышать это ещё раз…
– Орти, лэр!
– Соберитесь! – командует Крэйт.
– Выбрали время и место, – ворчит Вирнилайн так, чтобы слышала я одна. – Дети…
Серая круговерть уже заслонила солнца. Лишь за нашими спинами сохранился кусочек степи и чистого горизонта. Вспышки внутри воронки разгораются всё ярче.
– Сейчас она рванёт, – бросает один из древних, – Крэйт, давай!
Я вижу заклинание, применённое магом. Мерцающая сеть, оплетающая мглу. Вливаемая нами энергия заставляет её сжиматься. Сила течёт ровным потоком, там, где она касается молний, сияние гаснет. Но танирэ сопротивляется, пытается прорваться. В какой-то миг оно вновь увеличивается в размерах, кто-то из древних кричит от боли. Я не смотрю, вливаю силу снова и снова.
У меня бесконечный резерв, понятно?!
Краем глаза замечаю, как падают маги. Поток слабеет, и я удваиваю старания. Крэйт кидает умоляющий взгляд, и я перехватываю заклинание… когда-то в Розгоре нас учили, что это невозможно. Но сеть – вот она, почти материальная, живая, её конец в моих пальцах, и я знаю, что делать – постепенно сматывать, пока она не уничтожит всю тьму без остатка.
Айрэн прижимается ко мне, как тогда, в Пустошах. Его энергия почти иссякла, он действительно слабее чистокровных. Только мне придаёт сил его присутствие, руки на моих плечах, ощущение, что мы вместе.
Никому не отдам, слышите?! Он мой, мой лэр, мужчина, господин, повелитель… любимый!
Сеть слушается моего беззвучного вопля, подаётся легче и легче. Воронка бьётся в ней, становясь просто клоком тумана, вспышки гаснут, и вскоре в моих пальцах остаётся лишь золотистое мягкое свечение.
Всё?..
Ноги подгибаются, я падаю, но не на покрытие башни, а на что-то мягкое.
– Ай, ты живой?!
– Если слезешь с меня, есть шансы выжить.
Вот нахал! Да по сравнению с ним я пушинка!
Мы смешно возимся, пытаясь сесть. Наконец нам это удаётся, причём я оказываюсь прижата лицом к широкой мускулистой груди.
– Лиз, как ты?
– Сносно. А кто-нибудь ещё?..
Его молчание слишком красноречиво. Но я упрямо отрываюсь и заставляю себя оглядеться. Не может быть, чтобы совсем никто не уцелел!
Мёртвые древние ничем не отличаются от людей. Абсолютно. Лица, перекошенные страданием, сведённые от боли пальцы.
«Мы не бессмертные. Просто долгоживущие».
Встать на ноги – непосильная задача. От тела к телу я передвигаюсь на четвереньках. В награду я различаю слабое биение пульса. Крэйт! Резерва у меня остались капли, но их хватает на то, чтобы привести его в сознание. Голубые глаза распахиваются, фокусируясь на мне.
– Ализигейра… рэ маэн кэофа.
Угу… Согласна и на дочку, и на дорогую, выживи только! Ползу дальше. Леона раскинула руки, словно в последний миг собралась обнять небо… Прости, что я была груба с тобой, древняя! Замыкаю круг над Вирнилайном, с тоской касаюсь щеки… жив?!
– Ай, как у тебя с резервом?
– Выжат всухую… Лиз, не вздумай!
Поздно. Я очень упрямая. И у меня есть собственные силы, немного, я поделюсь… Вот так, сердце бьётся, с каждым стуком всё уверенней…
– Вирн, не смей помереть! Тебе ещё меня магии учить!
Последнее, что я слышу перед тем, как потерять сознание, – уже привычное «кэнэро туэрра»…
* * *
Первый раз я прихожу в себя оттого, что в меня вливают силу. Целительская магия…
– Госпожа, вы слышите меня?! Госпожа! Как вы?
Тело ватное, голова тяжёлая, звуки доносятся через пелену. Пытаюсь ответить, но вместо голоса – сиплый шёпот:
– Живая.
Веки не поднять, они словно приросли к коже. Чьи-то разговоры воспринимаются обрывочно и бессвязно.
– …шесть мёртвых…
– …четыре мага в состоянии крайнего истощения…
– Парень, да отцепись ты от неё! Со́кар, помоги!
– Гэрза? Конечно, господин Фо Санрэд! Да, да, не будем разлучать. Какое там, их оторвать друг от друга невозможно!
– Открываем портал…
Меня поднимают и перемещают, я покачиваюсь на волнах магии и уплываю в забытьё.
* * *
Следующее моё пробуждение более приятно. Мягкая кровать, подушка под головой, тишина, нарушаемая лишь дыханием…
Дыханием?!
Мне удаётся разлепить веки, и я сразу утыкаюсь в смуглое, осунувшееся лицо. Какой Айрэн смешной во сне! Рот приоткрыт, мышцы расслаблены, острые ресницы чуть подрагивают. Пользуюсь моментом и провожу ладонью по щеке – гладкой и тёплой. Естественно, от прикосновения он просыпается, встречается со мной взглядом.
– Лиз…
Прикладываю палец к его губам – не говори, не надо. Так хорошо лежать и смотреть в светло-серебряные глаза… Не шевелиться и ни о чём не думать. Спать…
* * *
– Лизгэр, просыпайся!
Подскакиваю на постели. Сила вернулась, резерв полон. Сколько я провалялась? Судя по измятому платью (раздеть меня не решились, сняли лишь туфли) – долго. Айрэна рядом нет, зато Крэйт впивается в меня тревожным взглядом.
– Ты третий день лежишь, мы уже волнуемся. Аура давно в норме. Тебе надо поесть!
– Обязательно, – озираюсь вокруг, – только после того, как ты скажешь, что с твоим сыном всё в порядке и вы с дедом не услали его от меня подальше.
Скрэйтар опускает голову.
– Он тебе настолько дорог?
– А тебе – нет? – довольно дерзко отвечаю я.
На секунду мне кажется, что древний меня одёрнет. Но он тут же поникает, отворачивается к окну.
– Всё сложно… Кайрэнэр – моя ошибка, вина, недогляд. Плод недостойной связи… Сойтись с человеком – как совокупиться с ребёнком… нет, хуже, с больным, ущербным существом. Мне нет оправдания. Даже моя молодость не служит мне извинением.
Внутри закипает гнев.
– Крэйт, я тоже полукровка! Скажешь, что я убогая?!
– Нет… Не скажу. Ты сильнее любого эфолэра. Потому я растерян, не знаю, что теперь думать. Наша раса погибла… Это было понятно, но пока жили старшие, сохранялась иллюзия семьи. Сейчас нас с отцом осталось двое, продолжить род мы не можем… Остаётесь лишь вы – мой бастард и неизвестно кем созданная девушка…
– А почему все так уверены, что я создана искусственно? – зло перебиваю его. – Если у тебя появился Айрэн, кто-то ещё из вас мог польститься на человеческую женщину!
– Лизгэр, это невозможно. Даже я уже не гожусь для подобного, остальные эфолэры старше меня. И твоя аура… Она уникальна. Ты действительно единственная в своём роде… я даже подозреваю, что целью была именно передача людям наших способностей… Что теперь гадать. Ты и Кайрэнэр – наше будущее. Опять-таки, единственное. Другого нет. Поэтому как бы я ни относился к своему… сыну… мне придётся смириться с его существованием. Более того, передать вам обоим последние знания эфолэров. Это лучше, чем никому.
– Спасибо и на этом, – усмехаюсь я. – Раньше, как я понимаю, вы были намерены унести их с собой на Небеса.
– Да, – не спорит Скрэйтар, – люди всё равно не повторят древнюю магию. Кайрэнэр освоил её небольшую часть, ты сможешь овладеть полностью. С твоим появлением в нашей жизни появился смысл. Твои дети станут новыми властелинами Вэлдора.
– Я всё равно считаю себя человеком, – заявляю твёрдо, желая поставить точку в непростом разговоре. – И свои обретённые силы скрывать не собираюсь! Магия должна приносить пользу людям, а не являться предметом для избранных.
– Пусть так, – древний маг, выглядящий лет на тридцать, горько улыбается. – Люди забрали у нас Вэлдор, теперь это их мир.
Мне становится неловко. Как бы я чувствовала себя, если бы осталась последней из людей в окружении тех, кого считаю полуразумными младенцами? Только…
– Если люди когда-то были вашими детьми, они сделают то, что уготовано всем детям: вырастут.
– Хочется верить в это, – откликается Крэйт. – Спускайся в столовую, Лизгэр. Твой Айрэн ждёт тебя там.
* * *
Я спускаюсь только через четверть часа, умывшись, переодевшись и расчесав волосы. Сердце бьётся слишком часто… волнуюсь? Я – волнуюсь?!
Не хватает Милы с её десятками влюблённостей. Подруга посоветовала бы, как себя вести, что говорить и как держаться. У меня совсем нет опыта. Пальцы, сжимающие дверную ручку, дрожат. До чего я докатилась… Спокойно уничтожать тварей, бороться с жуткими заклинаниями – и трястись, словно лист на ветру, перед встречей с парнем! Щёки горят, мысли путаются…
Разозлившись на себя, я вхожу. Вот он, голубчик! Айрэн фог Дисэр, или Кайрэнэр Фо Санрэд, только попробуй сейчас опять высказаться о том, кто кого достоин или недостоин! Живо узнаешь всё о себе в подробностях! Не спасут ни твоя великолепная фигура, ни прекрасные сияющие глаза!
Парень чувствует мой настрой. Рядом со мной он оказывается быстрее, чем я открываю рот.
– Лиз, я знаю, что ты в ярости. У тебя аура пылает…
– Что ты, – мило улыбаюсь, – я же безэмоциональная. От меня можно безнаказанно отказаться – разумеется, лишь ради моего же блага! А потом признаться в любви словами древнего языка, думая, что жить осталось недолго. Я же всё приму, как должно, – благодаря своей искусственной рассудительности и холодному уму.
Айрэн благоразумно отступает на шаг.
– Куда?! – хватаю его за руку и притягиваю. – Нет уж, слушай! Как бы ни менялись обстоятельства, наследница благородного рода или подкидыш из приюта, я осталась собой. Мне безразлично, кто ты, Ай, – Контролёр Отряда, сильный маг или бастард-полукровка. Хочешь быть со мной – будь! Не сбегай трусливо, прикрываясь моей пользой. Я никогда никому не позволю решать за меня, что мне нужно, – ни тебе, ни кому-либо другому!
Он тревожно заглядывает мне в глаза.
– А я тебе нужен, Лиз? Теперь, когда у тебя есть всё…
– Нужен. Наверное, только ты и нужен, – признаюсь, краснея, но не отводя взгляд. – Без всего остального я проживу. Без тебя – вряд ли.
– И ты выйдешь за меня замуж?
– Тебе жениться-то можно? – фыркаю я. – Ты же вроде несовершеннолетний!
Вот теперь настоящая обида!
– Лиз, я старше тебя на триста семьдесят три года!
– Да-а? Не заметно…
Мы пререкались бы долго, но Вирн нарушает наше уединение. Древний выглядит неплохо, учитывая то, насколько он был истощён.
– Лизгэр, Айрэн, поторопитесь с завтраком. Нам нужно поговорить.
* * *
– Я так понимаю, между собой вы разобрались? – в голосе Вирнилайна неподдельный интерес.
– Вполне. Ализигейра станет моей женой, – за нас двоих отвечает Айрэн.
Возражений не следует.
– В Вэлдоре сменился король, – как о чём-то незначительном сообщает Вирн, – Райсен Второй уступил трон без боя и отправился в добровольную ссылку… Почти добровольную. (Смешок.) Новый правитель, Сэзар Первый активно набирает талантливых магов в свой совет. Кстати, место Верховного мага тоже освободилось.
Древний испытующе смотрит на меня.
– Рано, – отрицательно качаю головой. – Ты был прав: мне нужно повзрослеть. Перенять знания, опыт. Да и просто отдохнуть. Потом будет видно.
Удовлетворённый кивок и пристальный взгляд на внука.
– Как решит Лиз, – отвечает на невысказанный вопрос Айрэн. – Сэзар сам прекрасный маг, обойдётся без меня. Тем более к его услугам полторы тысячи бывших Контролёров.
– Твоя задача намекнуть ему, что самоуничтожение Пустошей – не предмет расследования для Совета магов, – Вирн настойчив.
– Я служил под его началом полвека, Теркем умеет хранить секреты. О существовании в Вэлдоре магов немыслимой силы он будет молчать. Да и в ближайшие годы новому королю не до раскрытия тайн.
– Значит, договорились, – с облегчением выдыхает Вирнилайн.
* * *
– Никогда бы не подумала, что ты выйдешь замуж первой! – упрекает меня Мила.
– Если бы вы с Вэлэсом не затеяли свадьбу на пару сотен гостей, ты бы давно меня опередила, – парирую я. – Посмотри – сзади не торчит?
Подруга внимательно оглядывает моё платье.
– Всё чудесно… Лиз, признайся: Фо Санрэд – твои настоящие родственники? Потерявшие тебя в младенчестве?!
Хочу ответить, что с прочтением душещипательных романов ей пора завязывать, но потом передумываю. Я ведь и впрямь создание эфолэров, так что смело могу назвать последних из них роднёй.
– Лизгэр, ты готова? – к нам в комнату просовывается голова Крэйта.
– Иду, – совершенно бестрепетно отвечаю я, забирая из рук Милы букет.
– Ты хоть бы поволновалась немного для приличия, – замечает подруга. – Спокойная до безобразия!
– У меня холодная кровь, – отшучиваюсь я.
Скрэйтар подаёт мне руку. Обряд в храме Гэрзы очень скромный, кроме жениха с невестой присутствуют лишь ближайшие родственники и Мила с будущим мужем. Но меня всё устраивает. Айрэн вообще хотел принести клятву без свидетелей, это я уже воспротивилась. Не настолько я безэмоциональная, чтобы совсем не отпраздновать собственную свадьбу!
Крэйт подводит к священному камню меня, Вирн – внука. Служитель Небес произносит традиционное напутствие, а я пытаюсь понять: как же так получилось? Меньше всего я стремилась связать себя браком – и вот тебе!
– Ализигейра Фо Санрэд, Кайрэнэр Фо Санрэд, волей Небес вы муж и жена…
– Теперь ты точно моя солэри, – шепчет мне Айрэн, и я не нахожу ничего умнее, как выпалить:
– Орти, лэр!
Февраль 2022 г.