20. Разочарование

Спасибо огромное, моя милая читательница, что осталась со мной в этой истории, нас ждёт много любви, принятие Альвеной своих чувств и спасение Дарии. Поцелуи от нежных и невесомых перешли на страстные и глубокие, я закрыла глаза, ловя яркие салюты и приятное волнение в теле. – Альвена! Дирегар! Мы одновременно, прислонившись щеками, повернулись на голос. – Я уже кашлял, простите, готово! Кропус держал платье, оно было нежно-лимонного цвета, без кружев и оборок, приталенное длинное нежное и моё. – Кропус, ты будто чувствуешь человека! Оно прекрасно, оно тоже моё, по настроению, по душе. – Это легко, я вас, тебя чувствую просто, я же фей. – А в чем уникальность фей, Кропус? Кропус открыто и счастливо улыбнулся, я понимала, что ему доставляет удовольствие говорить об этом, слышать признания в свой адрес. Он запустил руку в свои яркие густые рыжие волосы, выдохнул: – Каждый фей или фея при рождении наделены своими уникальными магическими способностями: одни являются мастерами иллюзии, могут искажать восприятие, чтобы скрыть своё присутствие, изменять внешность; другие умеют в той или иной степени лечить животных и временно наделять их речью, третьи умеет оживлять музыкальные инструменты, и так далее, но нас всех объединяет одно – в нас с рождения заложена необходимость творить волшебство и красоту в соответствии со своим даром. Источником магии у фей служат эмоции, чем сильнее эмоция, тем мощнее магия. – Ох ты! Кропус, ты оказывается волшебник! А ты фей какой, в чем твоя сила? – Я фей света. Могу создавать, усиливать, изменять форму и интенсивность светового потока, хорошо ориентируюсь по звездам, мои помощники – солнце, луна и звезды. Могу преобразовывать любые предметы, достаточно представить их в воображении, как фей света, я владею заклинаниями волны света, солнечного дождя, отражающего зеркала, двойного затмения, капель света, ну и еще кое-чем. – Кропус! Это же чудо! – я не могла справиться с эмоциями, чувствуя, что он не просто так встретился мне. Интуиция и моя Аля говорили мне, что Кропус наш друг, и он нужен Дарии и мне. Хоть мир и был магический, и я уже привыкла к своей волчице, но видеть перед собой реального волшебника, это в голове укладывалось с трудом. – Кропус, я не знал, – не менее пораженный сказал Дирегар. – Вы не спрашивали. Я посмотрела на Дира, он и вправду был растерян и озадачен. Аккуратно сложив платье Богини и серебряное кружевное в коробку, Кропус перевязал её широкой лентой, произнося волнительно: – В предвкушении того дня, когда оно пригодится! Облачась в новое нежное платье, мы направились в таверну «Хлебная корзина», оказывается, она тоже принадлежала оборотню и была неподалеку. Мне было интересно смотреть на ночной город, нам попадались одиночные путники – мужчины, а в целом был обычный город с одноэтажными и двухэтажными домами, улицей, вымощенной брусчаткой, с высокими фонарями на чугунных ножках, которые я видела на картинках в книжках-сказках в далёком детстве. – У вас, наверное, и фонарщики есть? – спросила я, разглядывая высокие светила, не понимая, как их можно все зажечь, длинная улица вся была освещена. – Альвена, это магия, и совсем несложная, – сказал Дирегар, крепче сжимая мою ладонь. Мы подходили к таверне, в моем представлении – это темное, душное и дымное помещение, в котором сытно ели, много выпивали и обязательно дрались. Мы же пришли в светлое и просторное место, столы располагались далеко друг от друга, вся мебель была сделана из дерева, потолок украшали арки с подвешенными светильниками с коваными подсвечниками, на стенах висели картины природы. К нам подошла красивая молодая девушка в опрятной одежде, улыбнулась: – Господин, накрыть ваш стол? – Да, Вилма, будь добра. Она мельком пробежалась по мне взглядом, задержавшись на наших переплетенных руках, и мне стало не по себе. Нас обслуживала Вилма, блюда были все вкусными и сытными, порции большими, я с удовольствием ела, нахваливая поваров, Дир улыбался. Вилма была учтива только с Дирегаром, на нас с Кропусом не обращала внимания, крутилась перед своим шефом, даже позволила себе снять соринку с воротника комзола у своего шефа. Когда фей попросил простой воды, она проигнорировала просьбу, Дир почему-то никак не отреагировал. Мне стало противно. А когда Вилма принесла нам пирог с ягодой и горячий напиток, и чуть ли не улеглась на оборотня, улыбаясь, наливая ему в кружку питьё, я захотела встать и уйти. Но вот только куда? Я чувствовала Алю, мы с ней были раздражены. Дир схватил девушку за запястье и прорычал: – Ты уволена! – Что? Я здесь всего неделю работаю, нареканий у меня нет, что я сделала не так, всё как обычно делаю? Дир посмотрел на неё исподлобья, она фыркнула и удалилась. Я не выдержала, мне не понравилось, что Дир позволял ей так себя вести: – Я наелась, было вкусно, и знаешь, Дирегар Лимбери, если женщины в твоем заведении ведут себя с тобой так привольно, значит они привыкли к такому, зачем было меня сюда приводить, поели бы у Файгара. Моё настроение было подпорчено. – Кропус, ты же фей, летать умеешь? – Это у нас называется левитацией, да. – А можешь меня перенести в лес? – Альвена, – начал Дирегар – прошу, дай мне сказать. – Кропус, пожалуйста, – я посмотрела в теплые, с желтыми вкраплениями глаза фея умоляюще и увидела в этом взгляде не молодого человека, а умудренного опытом доброго взрослого помощника. – Представь место, Альвена, – сказал спокойно фей. – Не смей, Кропус, прекрати, – рыкнул на него Дирегар. Оборотень что-то говорил мне нежно и мягко, беря мои руки и сжимая в ладонях, потом рычал на Кропуса, а я закрыла глаза, думая, куда бы я сейчас хотела? Кроме домов, где жили братья, я не знала мест, в дом Файгара не хотела, там у братьев тоже дом, хоть дед и делает вид, что строжится на них, Веледа тоже с ними заодно. Я захотела своё тихое место, свой дом, и представила магазин, откуда только что пришли, второй этаж, место, где живёт фей. – Альвена, тебя будет сопровождать свет, выглядеть это будет как маленькие огоньки, светлячки, ничего не бойся, – сказал Кропус. Он взял меня за руки, Дирегар был в бешенстве, хватал меня на себя, я рыкнула на него и очутилась в маленькой уютной комнате.