29. Дриад Ринсвид, светлый маг

Я шел в дом оборотня Файгара после заседания Совета магов. После трагической гибели в нечестном бою Беригара Лимбери Дария разделилась на два лагеря: город магов и земля оборотней. Городом магов правил маг Августав Липпиф, его выбрали сами маги, он был светлым. Карлох Марган собирается его лишить власти, Августав между двух огней, пытается, как и Беригар когда-то, удерживать мир до последнего. На собрании я еле удерживал спокойную маску, Карлох Марган – безумец, что возомнил себя богом, через пять лун вызовет на бой всех, кто ему не подчинится. Его резерв тьмы поражает. Он озвучил будущее для Дарии, оборотням в ней нет места, да и магам будет не сладко. Жить в постоянном страхе – это не жизнь. Он планирует организовать невольничьи рынки, торгуя живыми существами – и это не самое страшное зло в его планах. В глубине души я уже готов умереть, нам не одержать победу над тьмой, но я готов сражаться до последнего вздоха, и еще надеюсь на что-то. Я уже пожил, мне сто восемьдесят лет, хоть я могу и до пятисот и дольше жить со своим резервом, но уже терпение покидает душу. Жителей Дарии, особенно молодежь, очень жаль. Идя пешком в дом оборотня по лесу, я вспомнил то беззаботное время, время, когда был молод, когда была жива она, красивая, веселая, добрая волчица Селена. Сто пятьдесят лет назад я прибыл в Дарию после Академии. Наивный молодой выпускник, добрый любознательный маг, я полюбил Дарию, её король Беригар Лимбери открывал двери своих земель для всех желающих, говоря: «Мир един для всех! На моих землях есть место, живите, размножайтесь, относясь ко всем рядом живущим с уважением, почтением». Десять лет счастливой жизни! Нам, магам, нравилась Дария, земли тут плодородные, много рек, озер, густые красивые леса, богатые поля, которые населяли стаи смелых свободолюбивых оборотней. Беригар разрешил магам осваивать земли рядом с лесом и горами. Маги застроили территорию домами, лавками, нам всегда помогали оборотни, они лучшие в строительстве, умельцы по дереву, талантливые столяры, умеющие из гнилого бревна сделать шедевр. Маги по своей природе не злобные, правильнее сказать, обычные, а еще правильнее сказать, разные. С приходом тирана Берроу Дария стала меняться. Селена. В голове закрутились воспоминания, что навсегда оставили шрам на моем сердце. Ей было всего двадцать, мне немного больше, когда мы познакомились, я помогал тогда, как целитель, стае волков. Мы с Селеной полюбили друг друга, впервые я ощутил в сердце трепет и волнение рядом с девушкой. Мы много гуляли, я ей магией украшал волосы, создавал наряды. Волчица Селена рано или поздно встретит свою истинную пару – это знал, и мы договорились, что в нашей семье будет несколько мужей, я был не против, лишь бы быть с ней. Лет семьдесят назад или того больше я вдруг осознал, что я не помню её лица, память сохранила лишь приятные впечатления о том времени: эмоции и чувства, что я испытывал рядом с Селеной. Никогда в моей жизни не повторялось такого больше, мне было хорошо рядом с ней, спокойно, радостно. После трагедии я скучал по Селене, по её голосу, по тому беззаботному времени, я скучал по себе прежнему. Окончательно соскучившись, я перестал скучать, стал камнем, научился игнорировать женщин, они больше раздражали меня, чем восхищали, уже забыл, когда улыбался, про смех – вообще не помню такой реакции своего тела и ума. Я забыл уже, что значит быть с женщиной, не нуждался в этом, много уделял времени тренировкам, изучению магии, работе в лечебнице, ловле преступников, что убивали волков и полюбил своё одиночество. Я вздохнул, вбирая полной грудью лесной воздух, даже остановился, чтобы ощутить, как он заполняет легкие. Закрыл глаза, вспоминая тот трагический день, вот его я помню, словно это было вчера. Норбах захотел единолично править Дарией, всех, кто не слушался его и вступал с ним в перепалки, он наказывал. Король Дарии Беригар старался сохранять мир, пусть и худой, но не доводить до войны. Последователи Норбаха стали конфликтовать с оборотнями, устраивать бои, применяя темную магию. Беригар выступал против использования магии в поединках, запрещая даже волкам оборачиваться. Я был в стае, когда Норбах заявился за долгом – это был предлог и обман, чтобы спровоцировать и разозлить, оборотень вступил в перепалку с магом, волка поддержали собратья. Берроу, применив темную магию, своё черное колдовство, лишил на глазах жителей у двух сильных оборотней сил, убив их ипостась – волков. Тогда члены их семей: жены и дети – бросились на Норбаха, цепляясь в него когтями и зубами, рыча, самоотверженно сражаясь за своего мужа и отца, а темный зло смеялся и убивал их, не щадя ни детей, ни женщин. Я тоже побежал на помощь, но меня схватили на лету, крепко удерживая. – Сынок, они не жильцы уже, не спеши погибать, через шесть лун мой сын, король Дарии, свернёт на поединке ему шею. Я видел, как Берроу убил двух волчиц – жен оборотней, и шестерых детей, среди которых была моя Селена. Я кусал и колотил того оборотня, что держал меня, применял свою магию, пытаясь вырваться, ругался, кричал, но альфа был силен, хватка его была крепкой. Он меня спас, а я хотел уйти за Селеной в мир мертвых тогда. Я умирал потом, сидя на вершине холма, где покоились останки моей Селены. Сейчас этот холм покрыт сотнями ленточек на кустах, там погребены оборотни, чьи жизни забрали маги. Мир с того дня в моей душе заменился на жажду мести, я стал воином. А когда погиб в нечестном бою король Дарии Беригар, и маги оставили оборотням лишь лес и горы, я вступил в партизанский отряд волков, мы отлавливаем темных магов, убиваем их. Варгар, сын Беригара, остался без зверя, правит только оборотнями. С того дня мы с Файгаром стали одержимы, я хочу отомстить за Селену и уничтожить темную магию, он – отомстить за сына, вернуть зверя внуку и уничтожить темную магию, возвратив оборотням нормальную жизнь. Мне удалось вступить в Совет магов как владельцу единственной лечебницы в Дарии, и я обладаю первоисточником информации. Сейчас я скажу Файгару, что намерен сделать Карлох, одна надежда на драконов, но она мизерная, ящеры рисковать не станут. Познакомлюсь с внуками Файгара. Вобрав в себя еще раз лесной свежий воздух, постучался в дом оборотня. Файгар и его истинная пара – шаманка и сильная ведьма Веледа меня тепло встретили, проводили за стол. Ну, следовало и ожидать, Варгар и Дирегар – крупные оборотни, альфы и у обоих красовались метки. Вот это да, князь обрел пару. Может, всё еще получится? – Князь Варгар, Дирегар, приветствую, – я наклонил голову. – Дриад, рады познакомиться, – князь и его брат пожали мне руку. За столом сидел еще один оборотень, но я не мог сначала понять, кто он, рыжий парень, похожий на лиса, потом он посмотрел на меня, и я по зеленым вкраплениям в глазах догадался, что это фей. – Кропус, уважаемый маг, я с ними, – представился фей, улыбнувшись, кивнув на всех как-то снисходительно. Я кивком поприветствовал и его. Если Файгар собрал такую компанию, значит доверяет всем. – Дриад, слушаем, не томи, чего нам ждать? – спросил хозяин дома. Я начал рассказывать все планы Маргана по завоеванию Дарии в ближайшие дни, время шло уже не на годы, не на месяцы, оно шло на дни. Сказал, что темный маг воскрес, значит задействованы силы мертвых. Карлох Марган уверен в своей победе, он погряз в темной сильной магии, за ним сотни оживленной нечисти. Нечисть держат в подземельях, подпитывают злом, ненавистью, их сломить сможет только чудо. – Через сутки вас, князь, пригласят на совет, Карлох вам объявит войну. – Дриад, я вернул волка. – Уже понял, – сказал я, – поздравляю, князь. – Наша истинная пара скоро присоединится к нам, – продолжил Варгар. Я не понимал, зачем нам женщина за обсуждением, и что она сможет, но кивнул. Оборотни сидели, как статуи, каждый в своих мыслях, они, как и я, понимали, что тьму может уничтожить лишь свет, только в разы сильнее. – Зовите Альвену, я – к драконам, – тихо сказала Веледа, вставая из-за стола. – Леда! – вскочил за ней Файгар. – Я отлучусь, не мешай мне, Гар, – встала ведьма, зыркнув на своего волка. Тут ведьма посмотрела в глаза Файгару и сказала тихо и вкрадчиво: – Прими уже, любимый, бери пример у внуков. – Они братья! – рычал оборотень. Тут ведьма исчезла. – Один дракон у нас есть, – сказал Файгар, а у самого крылья носа трепетали в бешенстве.