28. Единение. Принятие. Новость

Когда Дир побежал, неся её на плече, я и предположить не мог, что так волшебно закончится наш поход на рынок. Мы были втроём, и это были самые лучшие мгновения в моей жизни, обрести пару, которая такая красивая и страстная, имеющая свою точку зрения и мнение – это дар Богов, у нас будет семья. Настоящая! Ничего даже близко я не ощущал с женщинами до Альвены, словно всё, что было до неё, стерлось пером, она стала моим миром, жизнью. Альвена нас приняла двоих. Мы с братом сильные альфы, поставили ей метки, она тоже пометила нас, волчица моя. В момент такого единения, которое пережили мы: всепоглощающего, вызывающего в организме настоящий шторм, Альвена потеряла сознание, еще бы – две метки сильных альф. Мы с Диром решили её отнести в её дом с розами, но по пути дойти до Веледы: мне не давал покоя фей. Позвал мысленно Юраша, он через несколько мгновений прискакал, я с Альвеной на руках сел верхом на своего коня, а Дир взял рысака на прокат на рынке. Мы не оборачивались при магах, были осторожны и предусмотрительны, лишний раз не привлекая к себе внимания. Я зашел в дом деда с женой на руках. – Что с ней? – Веледа и Файгар подбежали к нам, встревоженно выпучив глаза. – Ясно, – улыбнулась ведьма, расслабляясь, мгновенно разглядев метки на нас с братом, – слава Луне, договорились, наконец-то. Я уложил Альвену в её комнату, задержал взгляд на своей жене, строптивой и своенравной, но такой родной, искренней, доброй и очень красивой, поцеловал в её пухлый ротик и спустился в столовую. Я всегда мечтал именно о такой женщине, мне никогда не хотелось просто красивую бесхарактерную куклу, и не хотелось хитрую интриганку. Я вздохнул, вспоминая, как согласился с Дилвой, пуская её в свой дом. Затряс головой, словно вытряхая эти мысли из головы. Простит ли она меня когда-нибудь? – я уже не раз хотел вернуться и прожить тот день по-другому, но так не бывает, увы. – Веледа, что ты знаешь про фей? – спросил Дирегар. – У тебя же крутится один, тебе видней, – щурила глаза шаманка. Мы с братом одновременно зарычали, не любили, когда ведьма «ходила вокруг да около», говоря загадками. И тут на диване рядом с братом мы увидели Кропуса, Дир подскочил, ругаясь, дед рыкнул от неожиданности, Веледа залилась смехом своим ведьмовским. – Думаю, стоит рассказать самому, – сказал фей, почесывая свою рыжую шевелюру. – Ты что невидимым можешь быть? И как долго ты тут с нами находишься? – мне не понравилось, что я мог быть под чьим-то невидимым взглядом. – Я много, что могу! – Кто ты, Кропус? – я навис над парнем, раздражаясь. – Я – оберег волчицы Альвены. Мы переглянулись с Диром и дедом. Кропус понял, что это ничего нам не говорит. – Какие же вы необразованные, – вздохнул рыжий парень. – Не все феи – обереги, – начала Веледа, прищурив свои хитрые и умные глаза, – а лишь те, кто обладает сильным даром. Фей- оберег – это могущественный союзник, защитник и помощник, он всегда с хозяином своим, обеспечивая ему безопасность. Такие феи – посланники Богов. Обереги появляются в основном, уважаемые альфы, у сильных ведьм, могущественных магов, королей, ну, или ко-ро-лев. Веледа поиграла бровями, на последнем слове. Мы не встречали за свою долгую жизнь ничего подобного, я понимал, что Кропус не так прост, как и наша истинная. – Ты можешь перемещать существо? – поинтересовался я. – Если захочу или попросит Альвена, и только её. – Что еще умеешь, Кропус? –я строго спросил, он был скрытен, из него словно клещами надо было вытягивать информацию. – Уважаемый Варгар, вы мне никто, извините, конечно, но я с вами теперь на всю жизнь, если Альвена согласиться жить с вами, конечно. Шаманка уже всё необходимое поведала. До скорого! Мой волк зарычал. Кропус исчез, похоже мы его утомили своим недоверием и расспросами. – Это поразительно! Я о них только слышала, читала когда-то в первой книге шаманки, для всех феи – это кудесники, художники, никто не видит их истинного лица, у них личины. Значит Альвена видит его настоящим. – И какой он? – тихо спросил Дир. – Вот у неё и спроси. – Мальчики, завтра придет маг ко мне в дом, попросите Альвену присутствовать, может, она что услышит своё, почувствует, тьма давит. – Хорошо, – кивнули братья. – Мы в дом Альвены. И тут мы с Диром посмотрели друг на друга, наша пара проснулась, она что-то взволнованно сейчас переживала, мы, не договариваясь и, не переговариваясь мысленно, встали, пошли к ней. Альвена стояла спиной у открытого окна, плакала, я её обидел, лишил невинности, перепутал с другой, я не знал, как вымолить у неё прощения. Дира чувствовал, он тоже был с собой не в ладу, был зол на себя за тот вечер в таверне. Альвена нас привязала к себе, приковала оковами, такими сладкими, пусть сжимает сильнее, мы без неё уже не сможем. Она развернулась, мое сердце ударилось о грудную клетку: Моя! Она тихо стояла, не ругалась, смотрела на нас, в руках держала мешок с монетами, что я отдал её отцу. «Опять собирается убегать?» – спросил меня мысленно Дир. «Догоним!» – ответил я брату. Мы не решались подойти, наши метки горели, звери скучали, мы все нуждались друг в друге, нам уже по одиночке будет сложно всегда, будет тянуть к паре. И тут Альвена побежала к нам, повисла, обнимая меня и Дира за шеи. В ней было столько нежности, принятия, в ней была любовь, я задохнулся от переизбытка чувств, у меня подкосились ноги, замычал, вдыхая её запах, слыша такой же протяжный стон Дирегара. Мы сжали её в объятиях. – Мальчики, давайте попробуем начать все сначала. Маленькая волчица называет нас, взрослых альф, мальчиками. Мой волк протяжно заскулил от нежности, Дир следом, её Аля запела с нами. Альвена отошла от нас, бросила мешок с монетами на кровать, задержала взгляд на бескрайней красоте деревьев из открытого окна, потом хитро посмотрела на меня, на Дира и рванула в коридор, прошмыгнув между нами. Миг – и её нет. Охота! Мы посмотрели с братом друг на друга, улыбаясь, слыша, как наши звери уже готовы рвануть в лес, дали малышке фору и бросились за самой красивой любимой волчицей. Видел её пушистую белую шерстку, она быстро бежала, ликовала, чувствовал её восторг, меня затапливало радостью, не бежал, я летел над землёй. Услышав крик птицы, мы подняли морды с Диром и на мгновение потеряли из вида Алю. Наша малышка стала путать следы, обманывать погоню, резко меняя направление, двигаясь зигзагами. Охота уже становилась не игривой, а самой настоящей: азартной, дикой. «Откуда это в ней?» – восхищенно спросил Дир, внимательно отслеживая её выкрутасы, тактику. «Сам в восхищении, смотри, она удирает! Я через ров!» Мы с братом разделились, я рванул, огибая поляну, через ров, ожидая её за ним. Мой волк был счастлив, чуял её настроение азартное и веселое, смотрел по сторонам, ликовал. Дир тоже был в эйфории погони. Мы чувствовали её запах, она была рядом, ещё чуть-чуть, еще вот-вот, и я повалили свою добычу, рыча от восторга, захлёбываясь слюнями. Аля задрала мордочку, запела. Я отдался зверю, думаю, Дир тоже, наши волки стали вылизывать Алю по очереди и вместе, они так этого ждали. Волк Дира подмял Алю, укусив в холку, я уловил запах вагинального секрета волчицы, и мой волк взял верх над человеком. Наши звери спаривались на этой поляне сутки. Никто из нас троих не оборачивался, мы были в облике зверей целые сутки!!!! Гуляли, кувыркались в траве, выли на растущую луну, спаривались, ласкались, вылизывались, снова спаривались. Когда через день мы вернулись в дом деда, за столом сидел хозяин, Веледа, Кропус, они ждали светлого мага Дриада. Я его не видел, дед еще тот конспиратор. Альвену мы с братом уложили в кровать, она уснула на руках Дира еще подходя к дому, залюбили мы нашу девочку. – Веледа, почему Альвена не понесла, мы были в обликах зверей? – спросил я встревожено. Нас с Диром это волновало. Когда волчица отдаётся зверю, еще и накануне полнолуния, еще и с парой своей, всегда сучка ощеняется. Веледа и дед охнули. Мы с Диром переглянулись. – Веледа!!!!– мы зарычали с Диром в унисон. – Тихо! – прошептала она, – здесь объяснение только одно, но оно вам не понравится. Дед еле махнул головой, запрещая говорить ведьме. – Мне плевать на весь мир, я заберу свою семью и свалю в пещеру, как дракон, Веледа не смей умалчивать правду, – Дир частично оборачивался, выпуская клыки и когти. Таким брата я видел редко, всегда спокойный, уравновешенный, уверен, он еще покажет себя, он как сталь крепок, уперт и грозен, я-то знаю. – Альвена – очень сильная. Варгар, Дирегар, она не просто серебряная волчица, думаю, в ней что-то еще есть. А не забеременела ваша истинная только потому, что семья у вас неполная. – Что!??? – мы вскочили. Дир подошел к окну, сжимая кулаки и челюсти, уставился взором на лес. Мой волк поднял верхнюю губу, оскалив клыки. К такому повороту мы вообще были не готовы.