Глава 3

Я снова и снова пересказывала историю, уточняла детали. Накручивая золотистую прядь на палец, Варден и его телохранитель внимательно слушали рассказ, иногда переглядывались. Да, в такое трудно поверить, однако как-то иначе объяснить мое появление у них не получалось. Еще очень смущала их ткань моего платья — тонкая джинсовка с легким мерцанием смотрелась богато и нарядно. Подобного тут прежде не видели. От греха подальше я пожертвовала им пояс, иначе Эрх с хозяином норовили ухватить меня за зад, якобы ощупывая приятную ткань.

Спасибо, ловчий не оставил плащ, иначе не знаю, как общалась бы с этими двумя озабоченными товарищами.

— Так говоришь, про клан Нависов ничего не знаешь?

— Нет.

— И мир другой? С ма-ши-на-ми?

— Да.

— И оборотней у вас нет?

— Нет, — вздохнула я, пытаясь сохранять самообладание, под испытывающими взглядами двух мужчин с желтыми глазами.

— А ты тогда кто?

— Человек, — после моей реплики эти двое заржали так, что стены затряслись.

— Человек! Ха-ха! — однако несмотря на смех, Варден оставался серьезным. — Отныне ты Альвиана Навис — двуликая. Твой запах отличается от привычного, но ты одна из нас.

— Угу, душисто пахнешь, — довольно хрюкнул кряжистый Эрх и сально подмигнул.

— И выглядит ничего так, — согласился Варден, поглядывая на мою грудь, заметную даже под плащом.

Мне стало так страшно, что я зареклась: буду мыться раз в неделю, лишь только на меня так не реагировали озабоченные типы!

Вдруг наверху хлопнула дверь, раздались быстрые шаги и недовольный женский голос:

— Вы меня разбудили!

— Прости, Падия, — откликнулся Варден, — но у нас важная причина!

— Знаю я ваши причины! — в зал вошла высокая, худощавая девушка, которая, увидев меня, нахмурилась: — Это кто?

— Знакомься, сестрица, это Альвиана.

— Какая, ко тьме, Альвиана! — зарычала та. — Она умерла!

— Мне кажется, слухи ошибаются! Посмотри!

Падия медленно обошла стол, за которым мы сидели, встала напротив и прищурилась.

— Не может быть! — удивленно выпалила. — Это невозможно! Такое сходство! Если бы не глаза!

— Можно сказать, что их цвет поменялся после какой-нибудь болезни!

— Но она пахнет… странно! — добавила Падия.

— Да кто запомнил запах дикарки Альвианы? — хитро осклабился Варден, обнажая клыки. — Подберем этой малышке одежду, ты ради спасения чести клана пожертвуешь лучшие духи. А потом к новому запаху Альвианочки привыкнут…

— Бред! — выпалила Падия, но сомнение в ее голосе уже проступило.

— Но согласись, в этом что-то есть?

— Но я не хочу быть ею, — собравшись с духом, выпалила я, не желая, чтобы за меня решали мою судьбу.

— Куда денешься? — приветливая улыбка сошла с лица Вардена. Он резко наклонился ко мне, протянул руку и фамильярно заправил прядь моих волос за ухо. Затем его палец скользнул по моей шее, перешел на ключицу и начал ласкать кожу… Вот только от его холодного взгляда мне стало нехорошо. Такой как он, не слушает других. И делает лишь то, что хочется ему. — Ты аппетитно пахнешь, недурна собой. Вот только беда — без клановой метки любой может забрать тебя и сделать кем угодно, хоть рабыней. И никто не вступится… — Его наглые заигрывания были мне неприятны. Я дернула головой, и недобро оскалившись, Варден, убрал руку. Видимо, чем больше я отталкиваю его, тем интереснее для него добыча.

И Эрх, тоже жаждущий забраться мне под юбку, осклабился и добавил еще аргумент:

— Вот уж твой папаша обрадуется такому ценному подарку!

— Что значит, обрадуется?! — намек на здешнего папашу мне не понравился. — Не собираюсь я признавать в нем папашу!

— Иномирянка! Это другой мир с другими правилами! Без сильного самца тебе не обойтись! — Эрх так поглядывал, что без слов понятно, кого в качестве сильного самца предлагает. Возмущенный Варден скривился и смерил телохранителя гневным взглядом. Еще немного, и тонкокостный аристократ заявит, что здесь самый сильный он, и тогда я истерично расхохочусь и наживу себе врага. Я не дура, просто нервы на пределе, однако вовремя вмешалась Падия.

— У нее точно нет метки?! — уточнила она, хмуря тонкие, почти невидимые светлые брови.

— Могу осмотреть более подробно, — предложил «помощь» ее братец, похотливо поглядывая на меня.

— Позже, — сердито осадила Вардена сестра.

Странно, они очень похожи внешне, но совершенно разные по характеру. Падия собранна, холодна и умна, а вот брат умом не вышел, наверно, все ушло в рост иных частей тела. — Сейчас нужно хорошо продумать каждую мелочь. У нас есть невероятная возможность убедить всех, что не было никакого бешенства!

— Бешенства?! — насторожилась я.

— Увы, — вздохнула она, — периодически случаются среди двуликих приступы бешенства. У незапятнанных родов возрастает возможность укрепить положение. Альвиана была из бедного клана, подчиняющегося нашей семье. У отца есть враги, и он уже начали разносить по столице, что мы тоже прокляты. А тут такой подарок: ты живая и невредимая! Отец сможет укрепить положение в совете.

— Думаете, вам поверят, что я воскресла?

— Кто заболел — тот умирает. Так что сам факт твоего здравия опровергает подозрения о бешенстве Альвианы. Вопрос только в том, чтобы некоторые держали язык за зубами.

— Будет, — уверенно ответил Варден. — Я щедро заплатил, и он в докладе напишет, что метка погибшей не определилась из-за ран. Для него главное, что бешеный истреблен, на остальное Дельрен за хорошую сумму закроет глаза. А ее, — кивнул в мою сторону, — клан примет.

— А она клан? — вздохнула Падия, предчувствуя проблемы.

— И это устроим, так ведь, милая? Ты не будешь упорствовать? — обратился он ко мне, снова улыбаясь как ни в чем не бывало.

— Я не знаю этого мира и поспешных обещаний не даю, — твердо ответила я.

— Да кто тебя спросит! — вспылил, покрываясь красными пятнами от раздражения. — Или слушаешь, что тебе говорят, или папаша придет за тобой! И мы даже слова против не скажем, когда он возьмется за твое укрощение.

— Здесь у меня нет папаши! — изо всех сил я пыталась держаться уверенно и не показывать слабину. Не знаю, удается ли. Если у них хороший нюх, не распознают ли они силу моего страха?

— У тебя нет выбора, — спокойным, примирительным тоном объяснила Падия.

— У вас тоже не так много вариантов, — парировала я, не собираясь так просто сдаваться и верить чужим словам. — Поэтому извольте объяснить «папаше», что если я играю роль Альвианы, то это не значит, что я Альвиана!

— Хорошо, — нехотя согласилась она, поняв, что я не такая уж и глупая, — как-нибудь решим это.

— Пока не получу гарантии, что своей судьбой буду распоряжаться сама — я не буду изображать Альвиану.

— Девка распоряжается собой?! — громко расхохотался Варден. — Да где это видано?!

Я смерила его ироничным взглядом, смеяться он перестал, однако процедил с угрозой:

— Ник чему быть строптивой.

— Мой настоящий отец — замечательный человек. Он научил меня ценить себя. К его советам я бы прислушалась, но к чужому человеку, думающему лишь о себе, нет. Вы умны и хитры, — польстила я Вардену, который был о себе явно большого мнения. — При желании легко убедите его не лезть к «дочери» ради блага клана.

— Ты без клана не выживешь. На что хотя бы будешь жить? — прямо спросила Падия.

Я даже не сомневалась, что справлюсь. Руки есть, голова на плечах. Красивые прически и здешние женщины любят, так что выживу! Однако вслух ответила:

— Подумаю об этом позже.

— Что ж, — вздохнула она. — Хорошо. Пойдем.

Падия тоже было каре-желтоглазой. Это казалось необычным. Поднимаясь по лестнице, она шла впереди, но то и дело оборачивалась, кидая на меня заинтересованные взгляды. Я же с интересом рассматривала подол ее платья. Ткань шелковистая, дорогая. И крой сложный.

Да все в особняке было дорогим. Резные, лакированные перила, на стенах картины с изображениями хищных зверей, изящные люстры с хрусталем и позолотой, пушистые ковры…Одним словом, сразу видно, дом состоятельных господ.

— Откуда ты? — спросила она, открывая дверь в комнату.

— Из Ярославля.

— Не знаю такого места. И сильно оно отличается от Алькольма?

— Как сказать. Сходства есть. И их немало.

Я оказалась определенно в девичьей комнате. Шелковые желтые обои в милый цветочек, большое зеркало с золоченой рамой, туалетный столик, ковер, уютный диванчик с пуфиком… Было бы интересно осмотреться, но Падия сходу велела:

— Раздевайся. Или будет лучше, если сама покажешь метку.

— Нет у меня ее, — я скинула плащ ловчего, стянула платье и показала плечи.

Падия склонилась над левым плечом, потом перешла к осмотру другого, спины, шеи, груди, но, естественно, так ничего и не нашла.

— И вправду ничего, — прошептала она растерянно. Подошла к столу, плеснула в стоящий на нем бокал чего-то янтарного и жадно отпила. Некоторое время оборотница просто стояла и разглядывала меня. А потом, взяв себя в руки, спросила:

— А белье где купила? Я тоже такое хочу.

— У вас такого не найти.

— Жаль. Красивое, — вздохнула она.

— А какая Альвиана была?

— Другая. Ты не только пахнешь иначе, но отличаешься от Альвианы цветом глаз, фигурой, — она кивнула на мои округлости. — И ведешь себя иначе. Она даже по меркам двуликих была замкнутой, с тяжелым, полудиким взглядом.

— Почему?

— Небольшой клан на окраине. Раздолье, леса, редкие встречи с людьми.

— А я смогу сойти за нее? — я все больше сомневалась, что их с братом затея увенчается успехом. Если молчать я еще смогу, то изобразить тяжелый взгляд вряд ли.

— В академии она появилась лишь раз. И то сбежала после первой же лекции. Если только в общежитии мелькала. Но это я улажу. Так что шансы есть, — она достала из шкафчика в столике пузырек, с туалетного столика кисточку и повернулась ко мне. — Поворачивайся, нарисую тебе тушью поддельную метку. А потом решим, что делать дальше.

— Точно временную? — нахмурилась я, во всем подозревая подлость.

— Да, она смывается водой, и ее надо будет постоянно подрисовывать. Смотри! — Падия макнула кисточку в тушь и провела по своему запястью. Помахала им, высушивая краску. А потом, поплевав, потерла пальцем. И впрямь, полоска стала блекло серой.

Нарисовав мне на плече круг с тремя завитушками, она полюбовалась своей работой.

— Не думаю, что кто-то у Нависов рисует талантливее меня, — улыбнулась. — Ладно, сейчас умывайся, одевайся, затем перекусываем и едем в академию. Тебе надо скорее приступить к учебе.

— А я ничего не знаю из здешних знаний.

Падия звонко рассмеялась.

— Оборотней собирают в академии, чтобы научить на элементарных курсах определять бешенство в начальной стадии. Еще по крохам дают необходимые знания по земледелию, зачаткам торговли, медицине. Настоящее обучение стоит дорого, и не каждому клану по карману. Зато выпускники академии становятся лучшими телохранителями, делают военную карьеру или служебную. Так что зря переживаешь.

Я промолчала, но в душе расстроилась: не привыкла быть безграмотной. Конечно, Бабеля с Бебелем путаю, в общении могла поддержать разговор на многие темы, а теперь? Ладно, потом разберусь, как набраться знаний нового мира. Радует, что хотя бы язык здешний понимаю.

— А как Альвина оказалась на курсах?

— Инициатива императорского совета. Пришлось пойти на это после появления лунного бешенства.

— А давно оно появилось?

— Даже не знаю. Оно случается редко, но пугает людей, затем разносятся ужасающие слухи. Не было у совета иного выхода. Надо было как-то успокоить жителей империи, — Падия вздохнула. — Поговаривают, что это из-за близкородственных связей.

— Поговаривают или это точно?

— А кто знает? Сошедшие с ума не отвечают на расспросы. Никому.

Она открыла створки встроенного в стену шкафа и достала платье.

— Примерь. Оно будет узковатым в груди, и не все пуговицы застегнутся, но я дам тебе шаль, чтобы прикрыться. А потом привезу подходящие по размеру.

— Альвианы?

— Нет. Их сожгли. Да и они не подошли бы тебе. Ты даже по фигуре другая, несмотря на сходство в чертах. Кстати, ты умеешь оборачиваться?

— Нет.

— Научишься.

Ситуация вроде бы прояснилась. Я избавилась от дикого ловчего с подозрительным напарником, унесла ноги от двух оборотней, поглядывавших с похотью. Но на душе волнение. Ведь, они почему-то считают, что я двуликая. Только этого мне еще не хватало!