Глава 2

— Неужели ты думал, что это сойдёт тебе с рук, Хатир? — бархатный голос лениво разносился по большому тронному залу.

Знаете, за что люблю свою профессию и этот дворец в частности? За навык находить потайные ходы. Нашла случайно, я тогда пряталась от Ордара, что поверьте, сложно сделать, когда звенишь как погремушка в детской ручке. За очередным поворотом поняла, что бежать больше не могу, решила пойти на хитрость: сняла все браслеты и кинула в конце коридора, а сама спряталась за одним из гобеленов. Как же я удивилась, когда поняла, что там нет стены, и ступеньки ведут вниз.

Знатно я тогда погуляла, многое увидела и услышала. Теперь верю только себе. Наказание, за снятые браслеты тоже оказалось впечатляющим — меня кормят исключительно фруктами. Но это не мешает каждую ночь совершать набег на кухню. Тайный ход я знаю.

— Мой Повелитель, это какое-то недоразумение, — «отец» мягко говорил, но поза говорила об упрямстве и гордости.

Он стоял перед сидящем на троне Повелителем. И, в отличие от других, здесь присутствующих, смотрел (я так думаю) прямо в глаза.

— Чёрная роза, по-твоему, это недоразумение? — Повелитель наклонился, облокотившись одной рукой на подлокотник.

Смуглая кожа отца слегка побледнела. Чёрной розой здесь называют болезнь, тело человека покрывается чёрными выпуклыми язвочками. Смерть мучительная. Лечению практически не поддаётся. И единственно, где растут грибы-разносчики — наши земли. «Отец» следит, чтобы они находились в определённых границах, иначе эпидемия неизбежна. Но у него же свои планы, которые дали осечку — отравленное зерно попробовали раньше, чем предполагалось.

Жаль, Повелителя вижу со спины, мне интересно какой он. Голос мне уже нравится, а если и внешне он ничего, так это же просто здорово!

Эх, Калим, ты ещё не знаешь, какие у меня на тебя планы.

— Повелитель, я не знаю, как это могло произойти. Мы можем хоть сейчас отправиться в чёрный лес, и вы сами убедитесь, что охрана стоит на месте.

— У тебя завелись крысы? Или сын метит на место отца?

«Отец» оглянулся на Ордара, но тот стоял с опущенной головой, как и всё в зале. Голову может поднять только тот, к кому обращается Повелитель.

— Мой сын предан Повелителю, — «отец» склонил голову и прикоснулся пальцами к своему лбу.

Врёт и не краснеет. Я тоже так хочу уметь, но краска стыда всегда проступает сквозь смуглую кожу.

— Слышал, Аманта скоро достигнет девятнадцатилетия. Всему ли она обучена?

Обучение девочек в этом мире вызывает во мне непередаваемый спектр эмоций. Это же не девочка, а… кукла. Основной упор в образовании идёт на умение радовать мужчину, а уже потом всё остальное. Да, женщина — вещь, украшение, которое можно выгодно «продать» замуж за важного и нужного человека.

Мне бы хотелось увидеть выражение лица настоящей Аманты, когда её папочка сообщил, кого выбрал ей в мужья. Девочка привыкшая, что любой каприз исполняется, вряд ли бы этому обрадовалась. Но кто бы спрашивал её мнение?

— Конечно, Повелитель, — отец опять склонился, чтобы скрыть свои глаза.

Я уверена, в них сейчас буря. Родная дочь в чужом мире, а тело нужно держать рядом, чтобы в определённый день всё исправить. Мечты, иногда, сладки.

— В таком случае пусть она нас развлекает сегодня вечером, — мужчина откинулся на низкую спинку.

— Но…

— Думаешь, я недостоин, посмотреть на твою жемчужину? — его голос впервые за время разговора был не бархатным, а жёстким, предостерегающим.

— Конечно, Повелитель. Да продлят боги ваши дни, — «отец» вновь склонился и прикоснулся ко лбу.

Мне пора бежать отсюда. Скоро ко мне придут и надо бы оказаться у себя. Тихонько отошла от стены и на цыпочках прокралась несколько метров, прежде чем побежать что есть сил.

Тайный ход выходил в моей купальне, традиционно, за одним из гобеленов. Я быстро разматывала ткань с рук и ног, и противный звон наполнил помещение. Свои «глушители» спрятала в шкафчик в самом низу, чтобы случайно никто не обнаружил, а сама вылила мыло в бассейн и опустилась в горячую воду.

В этом мире даже в ванной не принято полностью раздеваться, снимается только верхняя плотная часть одежды. На мне остались прозрачные штаны и топик. Ну и браслеты с серьгами, куда ж без них. Откинулась на бортик и, глубоко вдохнув цветочный аромат, прикрыла глаза.

Мне бы капельку везения. Повелитель заинтересовался мной зачем-то. Не думаю, что всё дело в красоте, слава о которой гремит на всех землях Флиории. И разбираться с отцом он мог прислать кого-то, а не ехать сам.

Он не так давно завоевал все земли этого мира. Звучит впечатляюще, но тут тех земель… может на нашу Европу соберётся (и я сейчас говорю о части света), а всё остальное океан. Тем не менее он первый кто смог это сделать, даже его отцу жестокому и беспощадному, не удалось этого. А он правил тридцать лет.

Иногда мне кажется, что у местных мужчин вместо крови огонь: воинственны, жестоки и мечтают подчинить мир своей воле. Поэтому войны тут не утихали никогда. Приход Калима немного сбавил «градус накала», но не потушил внутренний огонь.

— Госпожа, амир Хатир прислал помочь вам подготовиться к приёму гостей вечером, — служанка привычно склонилась и ждала мой ответ.

Можно подумать я могу отказаться.

— Помогай.

И мне помогали шесть девушек. Ради такого случая было разрешено снять штаны, оставшись в трусиках. А всё почему? А чтобы нанести на кожу пасту из трав. Смыть. Промаслить. И так два раза. Времени у нас немного, пока пять девушек наносят мази, шестая их смешивает и подаёт.

Всё, что мне оставалось это стоять, сидеть или, наконец-то, лежать в бассейне. Утомительные процедуры, хотя и приятные. С волосами особенно пришлось повозиться, они у меня густые и длинные, крупными локонами спускаются до талии. Я сбилась со счёта, сколько раз их споласкивали разными отварами и настоями.

Когда девушки решили, что моё тело достаточно прекрасно — обсыпали блестящей пудрой и теперь кожа мягко мерцает. Такой же блеск нанесли на ногти рук и ног.

Браслеты звенят, я вся в блеске — ёлка. Новогодняя ёлка. Но вот зачем это всё? Это тело и без того прекрасно: мягкий шоколад волос, тонкая талия и грудь четвёрочка, сама я невысокая с необычными для этого мира серо-коричневыми глазами.

В прошлой жизни я была высокой, лишённой каких-либо форм и с блёклыми серыми волосами и таким же прозрачными глазами. А ещё в том мире мне двадцать пять, а здесь восемнадцать. Да моя жизнь только начинается.

— Госпожа, какой цвет хотите?

— Бледно-жёлтый.

На моей смуглой коже этот цвет смотрится просто потрясающе. Уверена, что Повелитель ждёт меня в ярком наряде. Ну а как? Он же велик, а я обязана ему понравится, поэтому постараюсь быть похожей на райскую птичку.

Нет. Я пойду от противного. Самый короткий путь заинтересовать мужчину — сломать его привычные шаблоны. Ну, хорошо. Я на это очень надеюсь. У меня не будет второго шанса. А терять такое тело преступление против всего прекрасного. С миром не повезло — факт. Но и другого варианта у меня тоже нет.

Если жизнь подсунула вам лимон — сделайте лимонад.

Мне бы только отсюда сбежать, чтобы "отец" с его идеей не добрался до меня.

Процесс одевания не менее утомителен, чем купание. Сначала одели две прозрачные юбки, сверху бледн-жёлтый атлас, расшитый золотой нитью. На бёдра надели широкий пояс со свисающими двадцати сантиметровыми нитями мелких бриллиантов.

На грудь первым одели прозрачный топик, а сверху плотный в тон юбке с таким же узором. На предплечьях застегнули бриллиантовые браслеты. В ушах, из того же гарнитура, длинные серьги.

В этом мире делают макияж, женщина без краски на лице либо старуха, либо наказанная (и это большой позор). А как по мне женщина без макияжа — свободная женщина. Можно подпереть щёку рукой или потереть глаза, когда они устали. А с макияжем лицо уже не тронешь, если хочешь сохранить красоту.

Мои глаза подвели чёрными линиями, в уголках слегка растушевав. На губы лёг розовый перламутр. Когда по всему лицу прошлись мягкой кистью, я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться.

И только волосам повезло — их просто расчесали. Эта роскошь в украшении не нуждается.

— Гости ждут госпожу, — служанка замерла в дверях в поклоне.

— Я почти готова. Пусть ждут.

— Амир…

— Отец подождёт! — от моего злого рыка бедную девушку, как ветром сдуло.

Да, это я тихая, мирная девочка, а вот настоящая дочь амира тут устраивала такие концерты, ммм. Жаль, что не видела. Правда, я представить не могу «отца» лебезящим. Совсем. А он делал всё, чтобы цветочек был счастлив.

— Покрывало!

— Что?

— Но госпожа…

— Так…

— Вы оглохли? — я резко развернулась, обвела недовольным взглядом девушек.

— Простите, госпожа. Одну минуту.

Дело в том, что покрывало девушка надевает, когда выходит на улицу. По дому она даже лица не закрывает. Считается, что дома никто не может о ней плохо думать или хотеть чего-то дурного. Не знаю, то ли они такие наивные, то ли я слишком красивая.

Вуаль я закрепила сама, а то с них станется сделать так, чтобы она открыла лицо раньше времени. Полупрозрачная ткань дразнилась очертаниями лица, но не показывала их. Только необычные глаза манили в свои глубины.

Наконец, девушки принесли покрывало и закрыли всю кропотливо созданную красоту. Перечить никто не посмел. А «отец» не придёт, потому что у него Повелитель, которого надо развлекать.

Свой выход я обдумывала самым тщательным образом. Главное, не перегнуть палку. Эх, знать бы, где границы терпения Калима — прошлась бы по краю не пересекая. А так… Буду надеяться, что не настолько неудачница, чтобы и с Правителем не повезло.

В конце концов, он же мужчина. Да, возможно, пресытившийся женской красотой. Тем более моё появление должно вызвать интерес. Хоть бы не счёл за оскорбление. Говорят, он быстр на расправу, но в то же время справедлив. Признаться, не хочу на себе проверять так ли это или нет.

— Пойдёмте, госпожа, вас ждут.

При каждом шаге маленькие колокольчики звенят, а моё сердце начинает быстрее биться. Даже не знаю чего боюсь больше: прогневить Калима или разочароваться. Я же никогда его не видела, только слышала восторженные перешёптывания слуг.

Конечно, пыталась расспросить подробнее о внешности Повелителя, но все говорят общими фразами и никакой конкретики.

«О, он прекрасен, как ягуар на охоте»

«О, Повелитель быстр, как ветер»

«Его глаза пронзают насквозь»

Для себя сделала вывод, что они не запомнили, как он выглядит. Фоторобота с такими описаниями не составить. И лучше не пытаться представить.

Провожающая меня служанка спешила поскорее дойти до зала приёмов, а я шла нарочито медленно. Если я хозяйка этого вечера, как хочет Повелитель, то мне не предстало бежать. Если же он хотел чего-то другого, то… пусть ждёт. Говорят, желания, иногда, исполняются. Главное верить.

Наконец, стали слышны нежные переливы музыки. Кстати, чего не отнять у этого мира, так это красоту музыки. Как это возможно не знаю, но факт. Я балдею от неё, и занятия танцами были моими любимыми.

До зала оставалось пятьдесят шагов, как музыка стихла и в наступившей тишине звук, моих колокольчиков подразниваясь, отскакивал от стен. Новая музыка не успела начаться, как резко оборвалась. О, Повелитель услышал меня. Он заинтригован или злится? Какой образ он рисует в своих мыслях? Ждёт ли нашу встречу или обдумывает наказание?

Служанка была уже у двери, а мне предстоит пройти ещё полпути. Нет. Не буду ускоряться, хотя все знают, что я в курсе их молчаливого ожидания. Стоило мне подойти к двери:

— Амира Аманта! Я так сосредоточилась на размеренном шаге, что едва не вздрогнула от неожиданности. Сделала четыре шага и замерла.