1

Древний лес стоял и беззвучно взирал на трагедию, которая разыгралась в его недрах. Некогда оживленный уголок, в котором до недавнего времени слышались веселые шутки людей, смех детей, и в котором кипела жизнь во всех её проявлениях, умолк.

Ему оставалось только взирать и тихо шуршать своими листьями от несправедливости мира, что многие жизни прервались, не увидев восход нового дня, не подарив радость и любовь Небесам.

Он не мог рассуждать как человек, он только мог наблюдать за ними, впитывая и распространяя их энергии радости и удовольствия жизнью, эманация которых пронизывали пространство.

Еще один уголок погас из всего его бескрайнего простора.

Вдруг он почувствовал чужую светлую энергию, которая тихо спустилась с Небес. Она была светлой, как утренний свет, чистой, как капелька воды и твердой, как самый крепкий камень.

Весело встрепенулись листья от желания защитить и помочь душе другого мира.

***

Солнце светило так ослепительно, что сквозь закрытые мои веки просматривались яркие блики и пятна, которые складывались в замысловатые узоры, словно смотрела в калейдоскоп.

Затем ноздри уловили свежесть утреннего леса, а слух — гомон птиц.

Непонятное полудремотное расслабленное состояние навеивало какое-то безволие, только одни мысли порхали, как мотыльки.

Первой всплыла, по-видимому, та, которая четко отпечаталась в закоулках памяти в последний момент до наступления темноты: сильная боль в груди и то, что моя болезнь некстати напомнила о себе.

Выходило все же, что потеряла сознание и тем самым переполошила нашу небольшую группу и замедлила передвижение. Подоспела вторая мысль: долго ли валяюсь без чувств?

И тут же досадливо пронеслось в голове:« Неужели никто не додумался положить меня под сень деревьев? Оставили на самом солнцепеке!»

Следующая мысль будто вынырнула из-за угла и подкинула вопрос: откуда взялось яркое солнце?

Воспоминания засуетились и напомнили, что мы шли сквозь заросли, и тень деревьев почти полностью закрывали нас от светила. Только случайные лучики падали на дорогу, но чтобы солнце било в глаза — в том месте было просто невозможно.

Тут что-то не так. Вокруг стояла странная тишина, если не считать перекличку птиц.

Такое несерьезное отношение ко мне, и неоднозначная обстановка меня насторожили. Не могли же они бросить мое тело в лесу? Или могли? Нет тела— нет дела. Да нет, это просто невозможно!

Я буквально превратилась вслух и удивилась, что человеческих голосов поблизости-то не слышно, а по идее, они сейчас должны дискутировать по поводу моего внезапного обморока, предлагать варианты помощи — должна же быть какая-то суета вокруг непростой проблемы? А то, что я подкинула проблему — в этом не сомневалась.

Только ничего из моих умозаключений не наблюдалось.

Попытка пошевелиться не удалась, потому что острая боль пронзила затылочную часть, сильно запульсировала, и в глазах потемнело.

Появилось желание больше не двигаться, хотя бы некоторое время.

Елки зеленые, видимо хорошо приложилась о землю и такое состояние попахивает сотрясением.

Сейчас даже неважно, какой степени повреждения, только изменить ничего нельзя: медицинскую помощь в нашем положении не дождешься.

Слишком далеко мы продвинулись вглубь тайги, и теперь ребятам придется делать выбор, который приведет к окончанию нашего похода.

Мгновенно мне стало стыдно перед ними за свою немощь: в мыслях не было принести им лишние хлопоты, ведь я не распространялась о своей болезни, которая могла проявиться в любой момент.

Тогда не о каком походе и речи не могло быть: они меня бы не взяли с собой. Постаралась повернуть хотя бы голову.

Получилось! И открыла глаза, чтобы осмотреться и узнать, где же люди? Лучше бы не открывала: сквозь пелену боли увидела мертвого человека рядом с собой.

В страхе зажмурилась и похолодела, и ощутила помимо пульсирующей крови в голове и ускоряющий бег сердца, заставивший меня чаще дышать.

Адреналин прошелся волной по телу, вызывая жар. Дыхание участилось, и без того сухое горло перехватило спазмом. Мысли заметались в голове.

Он из нашей группы? Тогда что произошло, пока я валялась без сознания? На нас напали и всех убили? И меня, может быть, приложили сильно по голове?

Паника потихоньку захватывала мое сознание, но тут всплыл необычный образ мужчины, у которого был голый торс с татуировками.

Выхваченный рисунок был не похожим на те, которые у нас можно увидеть на телах мужчин и даже женщин, а какой-то с необычным орнаментом и цветом.

Видение выхватило также лохматые волосы, собранные в хвост, но не это заострило мое внимание.

На нижней губе необычный пирсинг, напоминающий….

Глаза в изумлении распахнулись и подтвердили мою догадку: маленькая кость с маленькой бусиной на конце.

Мутный взгляд поднялся повыше и уперся в сооружение из палок, которые были сверху стянуты веревкой и покрытые широкими листьями какого-то растения.

Сквозь небольшой зазор между палками виднелись и другие такие же сооружения.

Прикрыла глаза, потому что сознание не хотело принимать увиденную картину за реальность.

Этого не может быть! Странная деревня, странный человек, странные дома….

Картина никак не вписывалась в привычные пейзажи наших деревень и нашего леса, такого родного, с елями и соснами. И мужчина не из нашей компании — это точно.

Собралась с силами и потихоньку стала подтягиваться на руках. Вскоре уперлась спиной к хижине, вернее, к одной из свай, на которых стояло столь необычное сооружение.

Опора давала возможность внимательно осмотреться и прочувствовать весь ужас моего продукта воображения.

Непонимающий взгляд выхватывал неизвестные породы деревьев, окружающие деревню.

Они напоминали мне вечнозеленые непроходимые тропические леса амазонских джунглей: пальмы, ветвистые деревья с большой кроной наверху, лианы, свешивающиеся с деревьев, незнакомый кустарник…

Повсюду, докуда смогла дотянуться своим взором, лежали убитые. Приторный запах крови, перебивающий естественный аромат леса, ударял в нос и вызывал приступ тошноты.

Пришлось глубоко дышать, чтобы как-то убрать неприятные позывы.

—Полная бессмысленность, — прошептала.

Моё сознание было неоднозначным: словно чужими глазами обозревала реальность, и при этом оно же настойчиво твердило мне, что это сон и не более того. Сон, конечно, сон!

Просто такой реалистичный сон: хижины, люди и вода….

Только попытка встать на ноги увенчалась головокружением и пугающей темнотой. Уверенность, что нахожусь во сне, потихоньку стала покидать меня, а прохладная вода в емкости, до которой я доползла, совсем отрезвила голову.

Только я с упорством не хотела верить в чушь, которая окружала меня и, напившись воды, тут же примостилась рядом с мыслью и надеждой, что немного отдохну, а там и сон пройдет.

И окажусь в привычном мире: в лесу с моими друзьями. Ну не принимало мое сознание полностью увиденное окружение за реальность. Просто этого не могло быть!!! Ну не сошла же я с ума, в самом деле!

Закрыла глаза и уснула. Пробуждение было резким, словно кто-то меня выдернул из него.

Сколько времени спала — увы, неизвестно, но вот сон, из которого так хотелось вынырнуть и увидеть привычную картину, остался.

Солнечный свет по-прежнему бил по глазам, и мне приходилось прищуриваться и отгораживаться от него рукой.

По-прежнему доносились крики птиц, легкий ветерок отдавал свою утреннюю свежесть, и воздух с каждой минутой нагревался, и его жар чувствовался всей кожей.

С трудом поднялась на колени и, чтобы не упасть от слабости, крепко вцепилась в ёмкость с водой.

Ещё раз осмотрелась вокруг в надежде увидеть живого человека, но рядом по-прежнему никого не было.

Я была одна в этом странном месте. Мой взор рассеянно перемещался с одного предмета на другой, выхватывая их на миг, словно кадр.

Покосившаяся хижина, уткнувшаяся крышей в землю; разбросанные вещи, глиняные черепки посуды, черный зев жилища, будто открытая пасть чудовища с огоньком внутри.

От тел людей ёкало сердце и холодило руки. Абсолютно все кругом не походило на сон или бред, а больше смахивало на игру воображения.

С раздражением опустила лицо в прохладную воду, и сознание стало медленно проясняться, словно оно выходило из тяжелого сна.

Моя рука потянулась к тупой боли на голове, где при соприкосновении ладони поняла, что на ране плотная корка засохшей крови.

Медленно отняла от больного места ладонь и застыла в таком положении.

Мой взгляд упал на гладь воды, где просматривался нечеткий образ молодой девочки со спутанными прядями волос и с пирсингом в носу.

На ушах красовались круглые сережки, а на лбу узор — капелька.

С удивлением наблюдала, как моя рука потрогала нос, и отражение повторило точно такое же движение.

Бровь приподнялась ещё в большем изумлении от осознания, что в отражении воды я рассматриваю свой лик.

—Однако, — рассеянно проговорила и досконально осмотрела себя.

На мне была короткая юбка, босые ноги, а на верхней части голого тела видна ничем не прикрытая упругая грудь.

Никаких моих женских округлостей, ни моего четвертого размера женских прелестей, ни ухоженных ногтей с маникюром.

Тело было чужим. Кожа отливалась оттенком легкого загара, которое мне в прошлом приходилось добиваться долгое время, загорая под лучами солнца.

Единственный вывод напрашивался сам собой: тело принадлежало девочке, а душа была моя, сорокалетней женщины, только осмысление и принятие внезапного перемещения давалось мне с трудом.

—Выходит, что все же не плод моего воображения, а какая-то непонятная реальность, — пробормотала.

Я огляделась вокруг, словно искала опровержение своим доводам, но не нашла.

Глубоко вздохнула и, немного пошатываясь от слабости, дошла до хижины и присела у входа.

Все же решила вспомнить, что было до моего попадания сюда. Интересный вопрос напрашивается: куда сюда?

Я загорелась желанием испытать себя в сурвивализме. Мы собрали небольшую группу и ушли в тайгу.

Если одним словом, то сурвивализм — искусство выживать. Наша жизнь ускоряется с каждым днём, и современный ритм жизни ставит свои цели и задачи.

Каждый день расписан по минутам, уже некогда думать о чем-то другом. Мы хотим всё успеть, а если ураган или землетрясение, или, не дай Бог, ядерный взрыв, в конце концов.

Тогда-то вместо обычных повседневных задач у человека останется только одна – ВЫЖИТЬ!

Мы не паникеры и не перестраховщики, просто многих из нас влекло приключение и способ попробовать себя в экстремальной ситуации.

Сколько себя помню — всегда сражалась за жизнь. У меня проблемы с сердцем, но хирургическое вмешательство не даст положительного результата, и требуется только его замена.

Так и выросла на грани между привычной жизнью и ожиданием операции, потому что операция откладывалась по банальной причине. Деньги.

Родители очень опекали меня, мне не разрешалось ни бегать, ни прыгать, а приходилось сидеть на скамеечке и отдыхать.

Лет в семь я рискнула пойти в секцию по стрельбе из лука. Куда меня сагитировала пойти моя подружка.

—Там ничего трудного нет. Лук и стрелы, они же легкие,— говорила она.

Светловолосая девочка с таким энтузиазмом рассказывала о своих успехах и при этом показывала воображаемый лук, что её уговоры дали результат, и в один прекрасный день с замиранием сердца вошла первый раз в зал.

Мне тогда казалось, что смогу так же лихо стрелять, как моя подруга, но первые занятия принесли мне разочарование: мое затрудненное дыхание и слабость в руках не давали возможности долго продолжать занятия.

Она с сожалением смотрела на меня, а меня её взгляд, наоборот, распалял желание преодолеть препятствие.

Я часто ловила жалостливые взгляды на себе и от других людей, но в этот момент в душе появилось твердое желание продолжить занятия.

Тренер видел моё хлипкое состояние рук, но не выгнал, а просто предложил мне более легкие задания, постепенно усложняя их, и я втянулась в процесс.

Дыхание стало не так быстро скатываться в отдышку, появилась сила в руках, и увлечение приносило удовлетворение.

Родители долгое время не знали о моей самодеятельности, но когда открылась правда, то разговор был серьезным.

Много обидных слов выслушала от отца, которого не остановили даже слезы матери.

На этом не остановилась и в старших классах надумала пойти на уроки самообороны, вот тут от родителей услышала категоричный запрет, который вывел меня из себя:

—Я хочу прожить полную жизнь с её многообразием, а не лежать и пялиться в потолок от своей беспомощности. Все эти годы спорт помогал мне. Анализы не плохие, они стабильные и есть вероятность, что проживу ещё долго, невзирая на плохие прогнозы. Я буду жить столько, сколько смогу вести подвижный образ и наслаждаться каждым днем. Не запрещайте мне. Я понимаю, что я у вас единственная дочь. Я понимаю вашу боль и тревогу за меня. Просто…, просто давайте жить одним днем, который дает нам вселенная.

Они видели мое упрямство и смирились: то ли с моими доводами, то ли устали бороться с моим характером. Они прекрасно осознавали, что запрет не изменит моего решения.

В двадцать лет потеряла своих родителей в один день — произошла автомобильная катастрофа.

Боль от потери родных долго терзала мою душу.

Вот тогда я записалась в группу, чтобы попробовать себя в новом направлении. Интересно же узнать, как при минимализме подручных средств очистить воду, зажечь костер, соорудить временное убежище.

Вот и узнала….

Теперь сижу и обозреваю новую действительность и с новыми вопросами: Где я? Что делать? Что произошло? Что это за люди? КАК ВЫЖИТЬ В ДИКОМ ЛЕСУ?

Я готовилась к испытаниям в нашем мире, в нашем лесу, где он привычный и знакомый, и где возможно применить свои знания о флоре из книг и интернета.

Мы же не древние люди, и каждый сталкивался с дарами леса, пусть и даже на рынке, и имеем представления о тех же ягодах и грибах, ну а если повстречается подозрительный экземпляр, то просто можно пройти мимо.

Разнообразие съедобных растений, которыми богаты наши леса, просто поразительны.

Во время подготовки похода в тайгу пролистала просторы интернета и познакомилась с перечнем растений, которые произрастают в тайге.

Пусть только видела на картинках и информацией владела в теории, но было желание поискать их на практике.

Но здесь? Какие знания помогут мне тут выжить? Здесь даже завалящего одуванчика не найдешь, тогда что говорить о других растениях?

Пугающий Дикий лес никак нельзя сравнить с тайгой, и в данный момент я о нем ничего не знаю.

Этот факт подтолкнул к желанию закричать от отчаяния и безысходности и постучать кулаками об стену, но такой возможности не было.

Громко кричать побоялась — вдруг нападающие далеко не ушли и от моего крика могут вернуться, а каменных стен тут и в помине нет.

Так что осталось схватиться за голову, закрыть глаза и тихо простонать от жалости к себе.

Мое тело качалось взад- вперед, а я старалась привести взволнованные чувства и мысли в порядок.

Скажите, какой насмешник решил меня поместить в дикие условия? Верните назад! Может, мне нравиться лежать в тайге на той дорожке, где свалилась от боли.

*

С тоской посмотрела на небо. Судя по положению солнца, выходило, что вся трагедия произошла рано утром, когда люди ещё спали. Сейчас солнце — Яр было в зените.

Название молниеносно проскочило в голове, что на миг замерла и осознала, что только что получила информацию, о которой даже не знала.

Память девочки подсказала название светила, и если пойдет так и дальше, то многое встанет на свои места и не придется изобретать колесо.

—А может и придется, — усмехнулась я и расплылась в улыбке от неплохой перспективы помощи из зала.

Я закрыла глаза и сосредоточилась, чтобы поймать воспоминания девочки.

—Хооп …., — пронесся чей-то голос, словно нашептал ветер.

Широко открыла их и завертела головой, чтобы увидеть человека, который произнес слова, но, увы, я была одна.

—Значит, меня зовут Хооп — с задумчивостью произнесла, привыкая к информации.

О событии этого утра девочка ничего не успела узнать и даже понять. Страшный мужчина ворвался в дом и разбудил их всех своим появлением. Он набросился на ее отца, который вскочил и встал на защиту своей семьи, но был убит.

Мать выскочила наружу, утягивая её за собой, но упала от удара второго нападающего. Этот же сильный удар достался и ей. Девочка не успела увидеть дальнейший ужас.

Очнулась уже я. Задаваться вопросом, по чьей воле оказалась в чужом теле, не стала: все равно на него никто не ответит.

Одна половинка меня в душе плакала и вздрагивала от потери семьи и привычной жизни, то вторая стремилась принять само существование в чужом теле.

Ей приходилось бороться с паникой и отчаянием, так как понимала, что неадекватное состояние не поможет в данной возникшей ситуации.

Тем более уже вылился наружу стресс от ощущения непоправимости случившегося.

Сознание даже мою смерть в тайге воспринимало не так остро, как всю пугающую окружающую действительность.

—Что же Анфиса Строгонова, а в данный момент Хооп , будем продолжать жить. Хотела получить острые ощущения. Теперь радуйся — исполнилась мечта идиота. Только тут не тайга, а джунгли. И в придачу полный комплект: первозданный лес, ноль информации и никакой помощи от людей. Один плюс — тело молодое. Мамочка, дорогая! И куда меня забросило?

Невзирая на то, что всеми силами успокаивала себя и даже глубоко подышала, но мандраж остался побочным эффектом, и мои слова прозвучали с мелким перестуком зубов.

Повернула голову и увидела ткань недалеко от себя. Дотянулась до неё, взяла и повязала на груди, соорудив из неё топ. Не привыкла сверкать голыми телесами Анфиса Строгонова.

Это девушка привыкла ходить с обнаженной грудью, и в этом месте практикуется топлес, но Анфиса Строгонова не собирается поддерживать модную тенденцию аборигенов.

Дотянулась до копья, которое представляло собой длинное древко с кремнёвым наконечником. То, что не металл — было однозначно.

—Древний мир! Что б вас! — громко выругалась, стараясь унять дрожь в голосе и в теле.

К такому я была не готова.

Опираясь на копье, как на посох, решила пройтись и посмотреть сул — селение.

Возможность, что кто-то остался в живых, была маловероятна, но нужно проверить: вдруг кто-то сейчас лежит и ждет помощи. «Мне бы кто помог….»

С каждым шагом становилось легче, словно кровь разогналась и привела в порядок моё тело.

Тела жителей лежали повсюду и в неестественных позах: на дороге, в разрушенных хижинах, в зарослях, которые буйно росли около домов.

Везде были видны следы разрушения, следы крови и запах дыма.

Медленно продвигалась по тропе и с опаской посматривала по сторонам, и с не меньшим интересом разглядывала одежду мужчин — если одеяния на них можно было подразумевать под этим словом.

Если не считать ткани, замотанной несколькими слоями вокруг талии, концы которого свисали спереди, то можно сказать, что мужчины не стеснялись ходить голышом.

К слову сказать, что если упругие булки задниц ничем не прикрывались, то интимные места все же они предпочли закрыть.

Можно предположить, что они для «скромности» одевали стринги, и тут же всплыло название мужского нижнего белья — таонги.

Большинство мужчин лежали в таонги, только несколько со странными полотенцами.

У всех причудливые татуировки с кругами, лучами, с завитушками. На шее виднелись ожерелья типа гривны: у одних вырезанные из одного куска материала, у других— как монисто, а у некоторых просто несколько подвесок с замысловатыми кулонами, а на носу и нижней губе был пирсинг.

Женщины не отличались от них: низ у них прикрывался юбкой, которая подвязывалась сбоку. Голую грудь закрывали большое количество нитей бус разной длины или вообще были без украшения.

В моей памяти возникло название сула— Гоа — живущая семья. Интересное название. Неужели все были родственниками? А как же браки между мужчинами и женщинами? Интересно, они знали об опасности близкородственных браков?

На этот вопрос память девочка не могла ответить — она была слишком молода для таких вопросов. В принципе, женщины подчинялись воле мужчины, и его слово было законом для них.

Как и догадывалась, осмотр ничего не дал: никого в живых не нашлось. Видимо, никому не дали шанс выжить.

Мой взгляд скользил по телам, и я не могла назвать это сражением, ведь по положению тел было сразу заметно, что мужчины хотя и сражались, но были без оружия

На земле валялись ножи и простые палки, и они намекали на то, что оружием в их руках были первые под руку попавшиеся предметы.

Люди сула, которых застали врасплох, не смогли дать достойного отпора. Они мирно спали и не помышляли, что для некоторых он станет вечным.

Мне, городскому жителю, было трудно понять такую жестокость. Чем они помешали им? И какие у тех были планы на них? Просто уничтожить сул? Или они все же увели пленных?

И тут пришел на ум фильм, где пленяли жителей и жестоко с ними расправлялись на высоченной пирамиде во славу своим Богам.

—Неужели попала в период правления майя? Нет, нет, я на это не подписывалась. Нужно уходить отсюда и побыстрее, — запаниковала я. — Вдруг вернутся?

Мысль настойчиво зацепилась в голове и била набатом: « бежать, бежать..»

Только тут же понимала, что бежать сломя голову не вариант, и понимала, что если попала в древний век, то у меня будет только одна цель — ВЫЖИТЬ.

Но, как и где — второй вопрос, а за ним в насмешку вставал третий, четвертый…. Голова шла кругом, но я знала точно — отсюда мне надо уходить.

Не знаю, что повлияло на мое решение, но я чувствовала интуитивно правильность этого шага.

Пусть одна, пусть лес, но есть возможность встретить и там нормальных людей, к которым можно примкнуть.

Понимала, что люди живут своими общинами, со своими законами, но, в конечном счете, можно как-то приспособиться и жить….