4
Открыла глаза, когда почувствовала, как по спине гуляет холод. С реки ощутимо потянуло свежестью и прохладой, да и к этому времени костер почти погас, мигая маленькими всполохами пламени, которые лизали обугленные головешки.
Вскоре костер потухнет и то тепло, которое поддерживают всеми силами последние языки огня, уйдет.
Дети спали друг на друге, укрывшись. Я тихо поднялась и, поеживаясь от холода, направилась в лес, все ещё болтливый от щебетания птиц.
Разноголосица по очереди умолкала, словно они установили определенный период галдежа каждому пернатому крикуну, но зато появились резкие крики, стоны и рев.
Лес готовился ко сну, и подступала тихой поступью ночь, окружая в черноту синеву ясного дня, накрывая его фиолетовым куполом, в который обратится небо после заката.
Как полагаю, эту ночь мы проведем на берегу реки, и нужны дрова для поддержания костра.
Было бы неплохо и подкрепиться горячим чаем. Только как его вскипятить — это интересный вопрос.
В суле у каждого дома был очаг. С двух сторон вбитые палки с выемкой, типа треноги, и между ними палка, на которую подвешивали большой чугунок с длинными ручками.
Очень смело назвала эту утварь чугунком: она больше походила на большую чашу, но с приспособлением для подвешивания.
В нашем случае есть вариант с самодельным штативом, но не факт, что его можно хорошо закрепить в гальке, поэтому остается один — угли костра.
Сейчас как раз большой огонь спал, то можно поставить чугунок на огонь и подогреть воду, не зря же мы их несли.
Так что нам нужны дрова.
—Я помогу, — произнес Лайз и стал собирать ветки.
Кивнула и увидела, что проснувшиеся дети подтянулись к нам. «Ночь длинная и лишние ветки не помешают», — рассудила, поглядывая на ребят, собирающих с усердием хворост.
В длительное время ночи мы, наконец, не только попили чая из трав, но и сварили похлебку из последних кореньев, а Чуа с Лайз порадовали нас добытыми бананами.
Незамысловатый поздний ужин немного подкрепил наши силы для дальнейшей дороги, и дети стали улыбаться и подшучивать друг над другом, вспоминая переход через реку.
С мальчиками договорились и о дежурстве в ночное время для поддержания огня в костре, понимая, что он единственное средство от холода и не даст совсем замерзнуть.
Решила развязать ещё скатки и укрыться шкурами: все-таки ночь на берегу реки будет холодной, а простудить ребят в это время не входило в планы, тем более все немного окунулись в холодной реке.
Лекарственных трав я не нашла в хижинах или просто не обратила внимания в спешке.
Хотя моя смена дежурства приходилось на утренние часы, долго не могла уснуть.
Как можно уснуть от сумасшедшей какофонии звуков: уханье, цоканье, кваканье, шуршание, а где-то вдалеке даже рыка. Все животные словно проснулись.
У кого-то явно бессонница.
А я разбиралась со своими ощущениями. Меня удивили вкусовые качества нового тела. Даже без соли получившаяся похлебка из корешков не вызывала отторжения, а наоборот, очень понравилась, словно это был кулинарный шедевр из ресторана пять звезд.
Было интересно узнать: это от голода вся еда вкусная или есть другая причина?
Пришла к выводу, что они связаны все же с жизнью девочки, которая не была подвержена кулинарным изыскам.
Такой вывод меня порадовал, но в душе отложилось желание найти и в этом мире соль.
Как там говорят: фантомные предпочтения долго ещё будут тормошить воображение.
Потом мысли переключились к насущным вопросам, и сама не заметила, как под рой проблем и далеких криков забылась сном, будто выключили звук.
Утром ребят ждали бананы и травяной чай, благо трав для него было в достатке и недалеко от нашего места.
Я сидела и поеживалась от утренней прохлады, допивала горячий чай. Костер тлел, потому что разжигать не было смысла: нам нужно уходить и поискать место для нового жилья, найти пищу и сшить себе одежду.
Хотя на этой стороне не было пепла, но и солнца не наблюдалось на небосводе. Сколько будет затянутым небо серой пеленой, не понятно, а температура падает. Вдруг это надолго?
Может тут ледниковый период наступит скоро? А шкур у меня маловато, и то из них не сошьешь одежду, и где взять, а самое главное, каким способом добыть, стоит на первом месте с добычей пропитания.
Да здравствует охота и собирательство каменного века! Из памяти девочки было известно, что в основном они жили, можно сказать, одним днем.
Охотой занимались мужчины, и от количества убитых животных зависело их время похода за новой дичью.
Если попадалась крупная дичь, то охота откладывалась на некоторое время и мужчины занимались своими делами.
Изготавливали ножи и копья, которые ломались о толстую шкуру кабана и помогали женщинам за всходами маиса.
Я знала, что шкура кабана не шла на пошив одежды и в основном служила подстилкой для сна.
А вот часть её брюха шла на пошив сандалий. Изготовление их не занимала много времени: высокий кожаный задник закрывал всю пятку, но пальцы ног оставались открытыми. Сандалии крепились завязками у подъёма ноги.
При подготовке к походу осмотрела всех детей на наличие обуви и заметила, что многие были босыми. Пришлось искать лишние пары, но подгонять их под каждого ребенка, не было времени.
И поэтому ноги завернули в ткань и подвязали. Лайз сказал, что потом подгонит обувь: как оказалось, его отец понемногу учил этому ремеслу.
Дети всегда ходили босиком в селении по утоптанным и мягким тропинкам, и люди не обращали внимания на незначащую проблему. Бегает ребенок босиком, ну и пусть бегает.
Но по дебрям леса не рискнула вести босоногий отряд. Шкур оленей было мало, да из них ничего не шили, так как до этой поры в теплой одежде не было надобности. Но было видно, что их использовали на что-то, и нам достались только остатки.
Теплая погода и немного прохладная в сезон дождей позволяла обходиться минимумом одежды. Ткани служили плащом для мерзнущих.
В основном во время ливня все собирались под закрытым навесом, разжигали большой костер, готовили и, по сути, грелись.
Затушив костер и водрузив поклажу на плечи, мы гуськом направились вниз по течению реки, немного углубившись в лес.
Надежда на обретения нового места, который послужит нам домом, и сытые желудки подняли нам настроение.
Когда мы почти бегом в первый раз проходили по лесу, слишком не присматривалась к составу лесообразующих пород.
Они словно кадры фильма мелькали перед глазами, и мое внимание не останавливалось, чтобы проанализировать и дать им оценку пригодности для жизни.
Сейчас же мы тихо шли и присматривались чуть ли не к каждому кустику.
Различные древесные породы и многообразие растений вторых и третьих ярусов, которые прикрывали стволы деревьев, удивляли разным строением листьев.
Попадались и перистые, и лопастные, и острые, как мечи, глянцевые, как зеркало, мохнатые.
Наше внимание привлекали деревья, корни которых отходили от стволов высотою в метр, и складывалось впечатление, что они вылезли из-под земли и подняли ствол вверх.
На некоторых деревьях ствол был усыпан плодами разной величины и расцветки: даже заметила желтые, похожие на лимоны.
Так что придется все дегустировать и пробовать на вкус, надеюсь, они пригодны для питания, и я не отравлюсь.
Воздух пока был влажным и сохранял тепло, даже бабочки порхали, а мне казалось, что это земля отдает последние крохи, чтобы лес жил своей привычной жизнью.
Дети с удивлением наблюдали и рассматривали все в округе, и было впечатление, что со многими растениями они встречаются впервые.
Такую возможность не откидывала: возле сула могли произрастать и совсем другие деревья, и дети сейчас открывают для себя новый мир.
—Ребята, ищите съедобные корешки и вершки, — полушутя посоветовала им.
—Вершки— это что? — озадачилась Амия.
—Верхняя часть растения. Дикий лук. У него и вершки, и корешки идут в пищу. Вершки зеленые, и мы их срезаем, а корешки выкапываем. Его сушим или запекаем, — объяснила я.
Ребята, услышав новое слово, зашептались. Вскоре острые глаза Нота увидели растение.
Люди в суле не утруждали себя в определение названия для растений. Все, что росло в земле и шло на питание, назывались одним словом — юкка.
Бананы и ему подобные плоды — воота. Так что по виду юкка напоминала сельдерей, но он не имел такого резкого вкуса, и послевкусие меня очень удивило: оно отдавало лимоном.
Сама я не очень уважала сельдерей, но данный вид можно есть в сыром виде с большим удовольствием.
Накопали и корнеплодов, после проверим: можно ли их употреблять в горячих блюдах, тем более знала, что некоторые делали и салаты, и супы.
Вот и проверим, на что годится Амазонский сельдерей.
Похрустывая вершками сельдерея, продолжали путь. Мои мысли были заняты лимонным вкусом, который был бы хорош в аппетитной солянке с большим кусочком мяса.
Слюна вмиг наполнила рот, словно нос уловил аромат еды. Тьфу! Так и подавиться можно!
Отогнала соблазняющую мысль, потому что мое внимание привлек нарастающий гул, который заставил резко остановиться.
Нашла время летать в облаках, а под носом опасности не вижу: вдруг там обрыв?
Тут же сразу заметила, что наша тропа становиться покатистой: точно что-то впереди и похоже на водопад.
Нужно идти с осторожностью: здесь нельзя исключить возможность возникновения на нашем пути обрыва.
И чем дальше продвигались вперед, тем более тропа становилась круче.
Приходилось передвигаться медленно и осторожно, почти боком, контролируя каждый шаг, потому что трава ещё не высохла от росы, и наши ноги скользили.
Малышня не удержалась и поехала попой, скользя по влажной траве.
Свободные от поклажи ребята бросились за ними, придерживаясь одной рукой, чтобы не соскользнуть самим.
«Господи! Самое главное, чтобы не ушиблись и не врезались в деревья. Бедные голые попы!» — пронеслось в голове.
При спуске поскользнулась Амия, но успела ухватиться за шест, и Уна смогла её удержать, упав на пятую точку. Она немного проехала на ней, но уперлась ногами в землю.
—Идем очень, очень осторожно! — раздался мой голос.
—Не хватало только травм, — проворчала под нос.
Спустившись с опасного склона, наша тропинка привела к берегу небольшого озера, образовавшегося у подножья водопада.
Вода кипела под падающим потоком, и брызги веером поднимались в воздух, оседая крупными каплями.
Шум воды заглушал все звуки, только безумная водная стихия главенствовала в этом месте. В ней было что-то завораживающее, дерзкое и нерушимое.
—Вы как? Не ушиблись? — Отвлеклась от созерцания природной красоты и обратилась к нашим «спортсменам по гонкам на попах».
—Шамамама, вот, — пожаловались они и показали небольшие порезы и ссадины, да и само скольжение стерло в некоторых местах кожу до мяса.
Поэтому неудивительно, что девочки были в слезах. Первые детские ушибы и слезы.
Пришлось останавливаться и обрабатывать раны. Промыть их не составило труда — воды рядом море, а прижечь не получится.
Не знаю название трав, которые соперничали бы с зеленкой и йодом. Присели отдохнуть и успокоить малышей, у которых на глазах ещё не высохли слезы. Они прижались ко мне с двух сторон, шмыгая носом.
Лайз и Чуа принесли бананы, и я по поводу плодов пошутила:
—Скоро мы все станем мартышками с длинными хвостами и будем лазить по деревьям и есть бананы.
Доли и Кими замерли и стали ощупывать место, где, по их мнению, должен появиться хвост.
Потом серьезно посмотрели на бананы в руках и отложили их.
— Нет. Не хочу обозником, — чуть ли не хором прозвучало от них.
У девочек были такие испуганные мордашки, что мы все засмеялись, а они растерянно смотрели на веселую компанию и не понимали нашего веселья.
—Ешьте. Я пошутила, — отсмеявшись, протянула бананы. — Они полезные. И голод притупит.
Вздохнула тяжело от мысли, что понятия не имею, сколько плутать до места, который станет нашим домом.
В душе свыклась, что неведомая сила ведет целенаправленно меня только ей известной дорогой.
—Шамамама. Нам еще долго идти? — спросил Чуа.
Вопросительные взгляды устремились на меня. Я понимала, что этот вопрос у всех уже витает давно в головах. Только ответа сама не знала и ответила неопределенно:
—Скоро.
Теплое чувство разлилось в душе. До этого дня Шамамама звучало из уст малышей, а сейчас мое новое имя прозвучало от старших.
Что же изменилось за такое короткое время, что они приняли меня своей мамой?
Возможно, это дань за заботу, которую они увидели во время пути. Может, они до конца не были уверены в моем решении по поводу их. Боялись, что если будут обузой для меня, то я их оставлю.
Но, возможно, их страх и недоверие исчезли во время нашей переправы, когда они увидели, как я переживала за каждого и была готова броситься им на помощь.
Они наблюдали, как все время я стояла в ледяной воде и с волнением наблюдала каждое их перемещение.
В принципе мне не важно, как они будут меня называть. Я некоторым сестрой могу быть и на роль мамы не претендую. Только знаю, что всегда буду заботиться о них.
Просто в данный момент почувствовала, что мы семья. По крайней мере, это были мои ощущения и надеюсь, что и они все это сейчас также чувствуют.
Как же хорошо сидеть вот так: ни о чем не думать, а просто наслаждаться шумом воды, в который вклинивались крики птиц из глубины леса, и смотреть, как несутся водные потоки, устремляясь вдаль.
Если бы ещё солнышко прибавить к романтической идиллии, то вообще можно было бы не уходить с этого места.
Прикрыла глаза и подставила лицо под ветерок, доносивший до нас мелкие капли брызг, и вдыхала аромат незнакомых цветов, которые менялись с нежного и яркого запаха до терпкого благоухания.
Решив перед дорогой посетить кустики, немного отдалилась от нашего места. Рассматривая деревья, пришла к выводу, что разновидность растений пригодных для еды, поражает воображение.
Если мы не рискнули попробовать плоды, которые лежали в пепле, то здесь растительной пищи было много, и голод нам не грозил.
Пока не видела животных этого леса, но не было никакого желания встретиться с анакондой и прочими жуткими созданиями, кишащими в таких джунглях.
По крайней мере, первые пресмыкающиеся не причинили нам вреда, впрочем, они могли и быть не ядовитыми, вроде наших ужей.
Проверять их токсичность даже и не помышляла.
Дай Бог, никто из нас не будет подопытным кроликом при близком контакте с ними.
Антидотов от укусов змей здесь ещё не изобрели, и такое лекарство, это очень далекое будущее.
И кто знает, доживу ли я до этого дня.
Повернулась уходить в сторону ребят, но почему-то ноги сами пошла в другом направлении, потому что мой взгляд что-то привлекло, но сразу не вышло разобраться, что же это, и решила удовлетворить свое любопытство.
Пока не осознавала, что, но, раздвигая папоротник на своем пути, через несколько шагов уперлась в черный проем пещеры, который был скрыт этими растениями.
Подошла поближе и прислушалась к своим ощущениям. Я была уверена, что диких зверей внутри нет, и что-то подсказывало, что мы можем здесь остановиться и пожить.
Вернулась назад и, взяв с собой Чуа и Лайза и прихватив два кремня для розжига огня, вернулась назад.
Необходимо было вначале осмотреть пещеру на наличие входов и выходов, заглянуть в каждый темный уголок.
Соорудив из сухих веток факелы, мы вошли внутрь. Первое мне понравилось то, что вход в пещеру был небольшой и невысокий: можно его размер приравнять к проему двери в квартиру.
Внутри пещера была заброшенной: на полу валялись камни, ветки и листья.
Привходовая часть была большой по площади, и в моем сознании сразу четко нарисовался проект нашего жилища.
Стены неровные и с какими-то продольными прожилками. Пол под ногами представлял каменный песок вперемешку с мусором.
Прошли дальше и увидели два каменных перехода, уходящие в разные стороны. Вначале обследовали проход справа, который привел нас в небольшую нишу, где у стены пробегал шумный ручей.
Он вытекал из-под скалы, пробегал по своему руслу и исчезал под землей.
По обе стороны речушки были видны выступы, которые остались от камня. Видимо вода промыла его и освободила себе путь.
В верхней части была еще маленькая ниша, из которой веяло холодом и подталкивала к мысли о размещении в этом месте ледника.
А этот уголок был бы неплохим местом для естественных нужд, но для этого необходимо хорошо посмотреть, где этот ручей выходит наружу.
Если мы останемся здесь, то воду придется брать из озера и не хотелось бы, чтобы наши отходы попадали нам в пищу.
Проверить решила попозже, опустив в него листья и ветки. Если они выплывут в озере, то, увы: для такого дела ручей не подойдет.
Придумаем тогда что-нибудь.
Вот слева ниша порадовала небольшим озером: вода стекала с небольшого выступа и заполняла его. Маленький домашний водопад — красота-то, какая!
Тут тебе вода для пищи и для бани. Ох, как хочется помыться, аж руки зачесались.
—Возвращаемся назад. Забираем всех и будем обустраиваться здесь, — решительным тоном скомандовала парням.
Крути не крути, а выходило, что основная работа ляжет на нас пятерых, и особенно на меня и на парней, которым до взросления и посвящения в мужчины еще четыре года.
Только они уже сейчас сразу повзрослеют на этот срок.
Вскоре ребята с опаской вошли в пещеру. Мне был понятен их страх: все-таки мы привыкли жить в домах под голубым небом, а тут закрытое пространство, но у нас нет пока выбора.
Чтобы построить дом, нужна сила взрослого человека и желательно не одного. Придется обходиться своими возможностями и то, что нам предлагают Небеса.
Хочешь, не хочешь, но придется мне полностью принять то ли мой дар, то ли подсказку каких—то неведомых сил.
Привели же они меня именно к этому месту и помогают чувствовать животных.
Никогда не верила в мистику, но сейчас мои ощущения можно было бы списать на хорошо развитую интуицию: то, что тогда было со змеями?
Они не тронули нас. Возможно, решили просто погреться нами и в благодарность не напали на меня, когда их потревожила, а послушно свернулись клубком, хотя в такое умозаключение верила с трудом.
В душе затрепетало любопытство. Чем для меня такое умение пригодиться в будущем?
Только чтобы это не было: интуиция или покровительство Небес, только такая действенная поддержка нам поможет в выживании.
—Проходите. Здесь будет наш дом. Знаю, звучит непривычно, но пока только такой, — озвучила перспективу нашей дальнейшей жизни.
Первым делом разложили очаг и натаскали веток. Благо камней полон двор, то есть пещеры, а ветки за дверями и ходить далеко не надо.
И вскоре заплясал огонек, отбрасывая на потолке бесформенные тени и освещая пространство. Стало уютно и не так страшно от вида каменных стен.
Дети сначала осторожничали, осматривались, а потом послышался и громкий смех.
Пришлось распределить обязанности. Вихо, Тир и Лой занимались хворостом. Они собирали его и приносили, складывая у входа.
Лайз, Амия и Нот отправились нарубить веток папоротника для незамысловатой постели.
Накроем шкурой и прикроемся шкурами — и постель готова. Уна осталась с малышами обустраивать еще один очаг, все таки мысль о помывке не оставляла меня.
Мы и так все грязные и с лохматыми нечесаными волосами выглядели как дикари из песни: на лицо ужасные, добрые внутри.
Пещера наполнилась голосами, и дети с любопытством осматривали наше жилище и задавали вопросы. Им было любопытно все: и где будем спать, и где сидеть, и что делать.
А я с Чуа направились к реке. Предварительное обследование местности нам не помешает: необходимо узнать, что за место мы выбрали для жилья.
Меня не покидали мысли, что должна же быть где-то заводь или тихое место, где возможно водиться рыба.
Нет, невозможно, а должна быть, если рассуждать, что в каждой реке есть рыба. Горячая ушица не помешает нам сейчас для подкрепления сил.
Оголодали мы во время нашего путешествия так, что скоро просвечиваться будем.
Спускаясь вдоль реки, внимательно вглядывалась в воду и замечала снующих рыбок, которые плавали в воде и иногда наперекор стихии.
Хорошо бы соорудить сачок, но на это нужны время, материал и как его соорудить при отсутствии проволоки и сетки?
Самый простой и доступный способ сейчас для нас — это ткань, только нам тогда придется лезть в холодную воду, чтобы раскинуть импровизированную сеть.
Я уже боялась за их здоровья, все же мы все искупались в холодной воде, но мысль об ухе на обед или запеченной рыбке оттеснили на второй план все другие страхи.
Потом хорошенько отогреемся на сытый желудок.
Так что пока только немного неудобный способ ловли, вот если не получится, то тогда вернемся к первому варианту и будем искать замену современным материалам.
От такой радостной мысли поднялось настроение и было желание вприпрыжку побежать и воплотить сразу идею.
Что и сделали: взяли ткань и вернулись на знакомое место. Выбрав место, мы вошли в воду и натянули ткань.
На холодную воду не обращала внимание, оно было сконцентрировано только на рыбе.
Наблюдала за ней и мне казалось, что она слишком умная для своего вида.
Подплывая к ткани, она словно знала, что там ловушка и, махнув хвостом и поднимая брызги, делала крутой поворот и насмешливо уплывала.
—Давай, давай, ловись рыбка большая и маленькая, а то мы слюной уже скоро давиться будем от твоего аппетитного вида, — приговаривала я, переминаясь тихо с ноги на ногу от нетерпения.
Чуя взглянул на меня, взбудораженную и нетерпеливую, и стал приговаривать за мной:
—Ловись рыбка большая и маленькая.
Не знаю, что подействовало: то ли наша мантра, то ли мы так рыбе «зубы заговорили», но в ткань уткнулась одна из них.
Мы дружно подняли края над водой, и она забилась, стараясь вырваться на свободу.
Не всегда нам удавалось поймать всю рыбу, которая попадалась в «сеть», но мы наполнили корзину добычей, хотя уже зуб на зуб не попадал в конце рыбалки.
Но мы выглядели счастливыми.
—Я охотник,— гордо сказал он.
—Охотник, быстро домой и обогреваться. Не хватало простыть. — И, подхватив корзину, мы бегом направились обратно.
Но все же желательно поискать заводь, где есть возможность не стоять в воде, а поставит «морду» для ловли без затраты человеческих рук и времени.
Войдя в пещеру с довольными лицами и поставив корзину, наполненную рыбой на пол, мы вызвали радостные восклицания.
Все сгрудились у корзины и с улыбкой наблюдали, как рыба еще старается выпрыгнуть из неё, и если какой-то удавалось, то несколько рук старалось поймать бегунью.
Все понимали, что у нас будет нормальная еда за столько времени.
Амия, Лайз и Уна, подхватив корзину, направились к реке её почистить.
Чуа заставила сидеть у костра и обогреваться, а сама немного посидела около него, отогреваясь, намотала на ноги ткань и, одев ещё мокрые сандалии, направилась нарезать листьев: сегодня рыба будет запеченная в углях. Пока ещё вода в чугунке закипит!
Обошла приличное расстояние, но подходящих листьев не нашла: правда, многие подошли бы для обертывания, но я искала более что-то знакомое, потому что не доверяла пока незнакомым растениям.
Решила немного подняться в гору, с которой мы благополучно спустились, и там наткнулась на растение.
Мне он напомнил лопух, и его широкие листья как раз подойдут для обертывания рыбы.
Спускаясь, заприметила ещё знакомое растение, внутри корень имел красноватые, жёлтые и белые жилки или полоски.
Оторвала вершки и попробовала на зубок, который оказался с резко выраженным кислым вкусом, с характерным привкусом и ароматом, напоминающим чем-то яблоки.
—Не попробуешь — не поешь, — усмехнулась и стала срезать верхнюю часть. — Листья уберем, а черешки попробуем сварить.
Окинула взглядом местность, и невдалеке меня привлек кустарник высотой где-то до полутора метров.
Из-под листьев виднелись аппетитные ярко-жёлтые плоды с зубчатыми пурпурными штрихами.
—Неужели дыня? — Разглядывая фрукт со всех сторон. — Запах похож, прихвачу и его немного.
Вернулась в дом, где меня дожидалась очищенная рыба, а вокруг неё кружилась детвора с голодными глазами.
Мы с девочками завернули большую часть улова, разворошили угли и положили рядком, засыпав их сверху и углями, и дровами.
На другом конце очага, а его мы сделали продолговатым, нагревалась вода на маленьком огне.
В ней обязательно сварим уху, а привести себя в порядок, как рассудила, придется завтра. Самое главное — накормить детей, а остальное все потом.
Окинула взглядом зал и заметила, что на листья папоротника накидали уже шкуры, и постель готова.
Пусть пока такая лежанка, но все же подумаю, как сделать настоящую постель.
Спать на земле неудобно, и наш опыт показал, что телу всегда нужен маломальский комфорт.
Девчата успели всю ткань хорошо вытряхнуть, хотя, на мой взгляд, её необходимо постирать: не вытираться же грязным полотном после водных процедур.
Боже, сколько я оставила под баок вещей. Мне бы грузовик, чтобы вывезти все оттуда. Конечно, я погорячилась с грузовиком, но кое-какие вещи не помешало бы нам: глиняной посуды точно не хватает.
Анфиса, о чем думаешь? Еле на ногах стоим от голода и холода, а ты о вещах.
Вот я о нем и думаю, о нем, о холоде. Солнца нет, и кто даст гарантию, что в один прекрасный день не пойдет снег?
А это значит: срочно нужны запасы трав, рыбы, мяса и самое главное, одежды. Самых маленьких можно не выпускать из пещеры, и пусть сидят под шкурами и греются, но остальным - то она нужна.
Думай, думай, Шаманка!
Так за думами и ожиданием долгожданного обеда мы все сгрудились у очага, улавливая сквозь запах огня аромат рыбы.
Интересно, мне от сильного желания полакомиться рыбой почудился рыбный дух?
Но заметила раздувающие ноздри детей, поняла, что нет, не почудился.
Прошло достаточное время, и мы решили продегустировать наш первый улов и долгожданный обед.
Было опасение, что эту рыбу есть нельзя, но подумала, что в пресной воде водится нормальная рыба, от которой мы не отравимся.
Осторожно вытащила обугленные листья и развернула их, и сразу воздух наполнился умопомрачительным запахом.
— Мальчики вытаскивайте остальное, а девочки несите посуду. И всем быстро к воде и вымыть руки! — скомандовала я.
Где мыть руки и справлять свои насущные потребности всем сразу показала. Даже кто-то принес в корзине листики для полного удобства.
Мой эксперимент с водосточной природной канализацией дал хороший результат: веток и листьев в озере у водопада мы не заметили. Лайз даже спустился вниз, но и там ничего не увидел.
Выходило, что река подземная и если где и прорывается наружу, то только где-то в другом месте.
Мы маленькими кусочками нарезали рыбу и раскладывали по тарелкам каждому. Большая часть рыбы лежала пока на листьях и охлаждалась.
Обжигаясь, дети торопливо ели кусочки, поглядывая на остальные. Было впечатление, что они проглатывают её, даже не жуя.
— Не торопитесь. Всем хватит. Хорошо жуйте и убирайте косточки. Скоро сварим ещё и супчик. Сегодня голодными мы не ляжем спать.
Понимала, что набивать желудки опасно, но как остановить голодных детей?
И все же пришлось притормозить их аппетит, объяснив, что в данный момент есть поспешно может обернуться бедой.
Тем более мы попробовали фрукт, который привлек мое внимание.
Мякоть плода жёлтая и на вкус сладкая и очень сочная, напоминала вкус дыни: выходит первое впечатление меня не обмануло.
Несколько штук раззадорили только наш аппетит, но думаю, что он скоро будет постоянным лакомством детей.
Решили немного отдохнуть, а потом ещё покушать: дети нет и нет, кидали взгляды на оставшуюся рыбу, которая лежала на листьях и подогревалась камнем, служащая нам «сковородкой».
Я сама тоже не прочь наесться до упора, но потом маяться животом, нет желания.
Разрешила детям отдохнуть, но и попросила потом набрать хвороста, только Чуа сразу взял топор и вышел, за ним потянулся Лайз, с орудием труда, а за ними и трое мальчиков.
Мужская бригада в сборе и даже решили не отдыхать. Мужчины растут! Боже, даже гордость за них появилась
Следом за ними и я, подхватив ткани, направилась к воде, решив все же их постирать. Всю пыль невозможно вытрясти из неё и требуется стирка.
У реки должна быть мыльнянка, ну а если нет, то придется сделать зольный раствор для следующего раза, ну, а сейчас можно прополоскать на первый раз.
Я помнила, что в суле женщины пользовались травой, и думаю, что и здесь найдем в достатке, но сегодня мы просто прополощем ткань.
—Зачем стирать? Мы почистили их, — задала вопрос.
—Молодцы, только грязь впиталась в ткань и нужно постирать. Завтра сделаем банный день и вымоемся все. Нужна чистая ткань, чтобы обтираться, — объяснила ей и взялась за стирку.
Рядом присела Амия, и вскоре к нашим рукам присоединились ещё две ручки Уны.
Стирать в холодной воде — то еще удовольствие, но подумаю, как сделать, чтобы это было в первый и последний раз.
Мокрое бельё раскидали на кустарник для сушки, решив поздно вечером собрать.
Меня беспокоил вход в пещеру, потому что он будет в эту ночь открытым, и необходимо что-то придумать и как-то обезопасить нас.
Сегодня мы все устали, все хорошо поработали, а завтра ребята поутру сходят за рыбой и будем отдыхать. Заслужили!