9
Два месяца пролетели незаметно: впрочем, нам скучать и не приходилось.
Мы просто начали обустраивать свой быт, несмотря на то, что в какой-то момент придется всё же покинуть наш дом и вновь искать приют в дальних краях, но мне хотелось, наконец, воплотить свою мечту — кровать.
Потрудились мы на славу, заготавливая бамбук для задуманного предмета мебели: как-никак, нам придется исходить из того, что есть под рукой, и придется включить воображение, чтобы достичь желаемого результата.
Решили собрать пока две кровати: для мальчиков и девочек: негоже нам спать всем вместе, возраст уже неподходящий для совместного сна.
Четыре ножки вбили в землю, благо каменная порода с одной стороны пещеры находилась глубоко и позволяла устойчиво расположить на них нашу конструкцию.
Они послужат опорой для основного каркаса, который будет состоять из стволов молодого бамбука, соединенного веревкой, и боковых стенок, с помощью которых тот сядет плотно на ножки.
Жаль, что о матрасе пока можно только мечтать, но вместо него положим мягкие листья растений и шкуры.
Рассказав ребятам свою задумку, я отдала им полностью руководство по сооружению первой кровати, а сама занялась другими делами: девчата, утолив свое любопытство по этому вопросу, занялись расчёсыванием волокон для прядения.
В делах день пролетел незаметно, но к вечеру кровать была готова. Сколько гордости было у ребят, когда мы нахваливали их работу.
Отдать должное, они её сделали очень хорошо: соединение каркаса веревками требовали сноровку и силу, и чем ближе к концу плетения каркаса, тем плотнее прилегало дерево и требовалось больше усилий для оплетения, не говорю о завязывании узлов для конечного процесса, чтобы конструкция в самый неподходящий момент не рассыпалась.
Здесь мои знания о всевозможных узлах и в этот раз пришли на помощь.
Было с интересом наблюдать за процессом работы, в ходе которого они поспорили, поворчали, что у кого-то руки не из того места растут, посмеялись друг над другом, но в конечном счете нашли золотую середину и в конце сборки мебели уже вместе радовались своему успеху.
Несколько раз обошли кровать, потрогали и попробовали на прочность, забравшись все вместе на неё и слегка потоптавшись на месте.
Она выдержала их вес, даже не скрипнув.
Первую кровать мальчики предложили девчатам и с любопытством посматривали на наше размещение на ночь.
А под голову мы соорудили подушки, наполненные пером индюшек и пухом рогозы. Правда, пришлось повозиться с пером, но, думаю, тот комфорт, что мы почувствовали, стоил нашей работы.
Так что в проекте намечается шитье одеял, а еще хотелось бы ножную прялку для облегчения прядения нитей и большой ткацкий станок.
Пока же ткали простым способом: горизонтальная рейка прикреплялась к выступу скалы, расположенной при входе, а к нижней деревянной планке была привязана основа. Толстая верёвка тянулась к широкой пояснице ткачихи. Челнок и распределитель нитей — вот и вся конструкция.
Постепенно зал приобретал цивильный вид: кроме кроватей появился стол и скамейки, изготовление которых было по такой же технологии, что и спальные места.
Для лепки глиняной посуды желательно было бы иметь гладкую поверхность, потому что из-за неимения гончарного круга придется пробовать лепить ручным способом.
Принцип работы гончарного круга мне был известен, но опять же в теории, и для него нужен всё же круг, но с нашими ножами и топорами изготовить его пока нам не под силу.
Так что решили попробовать делать вручную: где-то читала, что можно стенки выкладывать глиняным жгутом.
Столешницу стола для работы замазала глиной, чтобы получить ровную поверхность, и после её высыхания растопила найденную слюду, которую можно было легко расслоить на прозрачные пласты.
Посмотрев сквозь тонкий слой на свет, появилась мысль, что получится аналог стекла для будущего дома, о котором мечтали мы все вместе, сидя у костра.
Слюда после длительного воздействия огня, а в нашем случае чугунок стоял на горячих углях длительное время, она превращалась в жидкую субстанцию.
Вылив на поверхность массу, растянула тонким слоем, и столешница приобрела вид с интересным эффектом — зеркальным отражением, в которое можно было даже смотреться.
Только из-за красного цвета глины изображение наших лиц было плохо видны, но что-то подсказывало, что можно поискать и подобрать слой для нанесения слюды будущих зеркал.
Разнообразными были и различные слои слюды по цветовой гамме: верхние имели и зеленоватый, и красноватый оттенок, а прозрачные слои были заключены в самой середине этого минерала.
Вот они и подходили для моей задумки: сделать маленькие зеркала, а верхние пойдут на обработку различных поверхностей.
Впрочем, все нюансы были выявлены в процессе работы с минералом.
На наш обеденный стол слюды не хватило: природное любопытство подтолкнуло набрать небольшое количество привлекаемого материала.
Было интересно узнать, что за камешек мне попался и как его можно использовать в повседневной жизни.
Вскоре стол для лепки глиняных изделий был готов, и начались наши пробы в гончарном ремесле.
Предварительно я осматривала глину на наличие камней и всякого мусора, зная, что для лепки изделий нужна чистая глина, мы нашли её на склоне оврага, на берегу реки и на наше счастье, она оказалась чистой без примесей.
Так что этап очищения глины мы пропустили из-за ненадобности.
Первое, что хотела попробовать сделать, так это долгожданную сковородку.
Кусочек глины аккуратно разровняла в лепешку, и начала катать из глины жгуты и затем их укладывать по краю.
Ребята до этого внимательно наблюдавшие за моими действиями, не утерпели и подключились к процессу.
—Старайтесь раскатывать их поровнее, — попросила их.
За столом послышался смех, подшучивание и определение их получаемых заготовок: тут и нашли сходства со змеей, проглотившей зверька, и корня растения, выползшего из-под земли, и банана, висящего на дереве.
Вообще весь окружающий мир оказался под прицелом детского ума.
Я выбирала ровные жгуты и укладывала их друга на друга, постепенно поднимая края.
Руки смачивала водой и аккуратно разравнивала свою конструкцию внутри, полагая, что пока внешний вид не так и важен.
Внимательно осмотрела заготовку на наличие просветов и с волнением переложила первую пробную домашнюю утварь на сушку.
—Сковородку сделали, а теперь можно полепить для души. Лепите все, что захотите.
Они переглянулись, и за столом повисла тишина, только ручки заплясали по глине, разминая её.
Я связала из травы заготовку для куклы и тут подумала, что нужно было давно сделать девочкам чучело из травы, одеть в ткани и игрушка готова, только, как говорится, « хорошая мысль приходит позже».
Обмазала заготовку глиной и придала ей форму человечка. Получилась девочка в платьице. Пришлось делать вторую такую же, как- никак у нас две маленькие девочки.
Вскоре на столе лежали наши поделки: здесь и свисток или похожий на него предмет, и чашки, сделанные по моей технологии, которые можно использовать как пиалы и ножи, и некоторые виды животных.
Пусть и немного корявые, но, тем не менее, они сделаны руками ребят — это их первые попытки самим попробовать поработать с глиной, а самое главное, что первый блин комом, как говориться, всё же не получился.
Всё поставили сушиться, а там подойдёт время и отправим их на костёр, правда, что из этого получится — никто не знает.
Наши изделия могут и полопаться, и треснуть в ходе тепловой обработки.
Ничего страшного: мы ещё попробуем и ещё, если надо будет повторить лепку для требуемого результата. Опыт приходит постепенно.
Читала, что в древности мастера смазывали глиняные изделия молоком для получения определённого цвета и влагонепроницаемости.
И в зависимости от органического раствора есть возможность получить керамику различного цвета: для темного цвета подходит растительное масло, солевой раствор дает желтый цвет, серый получается их сахарного раствора.
Только здесь присутствует и второй период обжига, что немного увеличивает процесс изготовления посуды, но думаю, что полученный результат превзойдет все ожидания.
Если еще потом натереть предмет воском или смолой для полной закупорки глиняных пор, то такая посуда будет служить долго, да и не только служить, но и радовать глаза своим внешним видом.
Так что все фишки подскажу только своим детям, для их дальнейшей жизни и для открытия своего дела.
После недельной сушки решили попробовать запечь некоторые изделия. Положили на горячие угли сковородку и ещё несколько предметов, а сверху поместили хворост и уголь: сделали что-то вроде «печи» для обжига.
С волнением наблюдали за разгорающимся костром, в который периодически подкладывали хворост.
Так и оставили его догорать, чтобы он понемногу остывал, а в нем и остывали изделия.
Отмыв от сажи и грязи поделки, я постучала по готовой сковородке, которая издавала звонкий звук.
Ручки на ней плотно держались и не отвалились от огня, разумеется, были некоторые трещинки, но они не критичные и самое главное, она не пропускала воду.
Тогда по трещинам прошлась глиной и, намазав молоком, отправила опять «запекаться» на более короткое время.
Изделия ребят: ножи и одна кукла, также выдержали огонь, и они опять соорудив костер, отправили туда оставшиеся игрушки и чашки.
У меня же загорелись глаза от огромных возможностей и радужных перспектив.
В целом ливень за дверями нас не сильно волновал, но повышение уровня воды в нашем озере, да и в речке посеял тревогу.
Откуда могла знать, что вода будет и здесь подниматься. Поглядывала на угрозу нашего затопления и думала, что же делать, если вода выйдет из своего заточения?
Вода в речке не так сильно беспокоила меня: она все равно уходила под землю, а вот вода в озере могла разлиться и тогда ручейки потекут в наш зал.
Под ногами будет слякоть, костры могут потухнуть, а деваться в такой ситуации нам некуда.
Вздохнула с облегчением, когда подъем уровня воды остановился, поглотив под своими водами нашу ванну, так что хорошо, что обошлись только её потерей: ничего, не баре, помоемся из кувшина.
Понаблюдав несколько дней за стихией, совсем успокоилась, понимая, что угроза миновала.
Окончание сезона дождей ознаменовался сильными ветрами, завывание которых разносились по пещере несколько дней.
Затем всё стихло, словно кто-то выключил шум и погрузил пространство в тишину.
Выглянув как-то утром за дверь пещеры посмотреть, что происходит снаружи, была очень расстроена: шел снег.
Детям, конечно, было в радость увидеть что-то новое в своей жизни: они быстро оделись и вышли наружу, подставив ладони под хлопья, и с удивлением наблюдали, как они превращаются в воду.
—Это снег,— объяснила им, тяжело вздыхая и понимая, что он принес новые проблемы.
—Это вода, только в холодном пространстве она замерзает и превращается в такое явление, как снежинки. Каждая снежинка уникальна и неповторима.
Вскоре дети лепили снеговика, затем играли в снежки, весело смеясь, а я, наблюдая за ними, думала, что, несмотря на все заботы, свалившиеся на их плечи, они остаются детьми, которым необходимо вот так порезвиться.
К сердцу подкралась тревога от всплывшей картинки из моего транса. Она исполнилась, а у меня теплилась надежда, что этот момент не так скоро воплотится в жизнь.
Теперь придется ждать гостей и собирать вещи. Только когда произойдет остальные события? Надеюсь, Небеса подскажут.
Зима у нас продержалась две недели, а затем солнце, словно очнувшись от сна, заняла свое место на небосводе, щедро одаривая теплом и светом окружающий мир.
До этого птичий клекот и недовольные рыки были еле слышны, но с приходом тепла их трели и голоса раздавались в радостном тоне.
Дни летели незаметно, и новый день ливня ознаменовал наше годичное переселение.
За это время наши питомцы повзрослели и стали показывать характер: все же дикий зверь не утратил свои привычки.
Они меньше находились в пещере, а больше лежали на ветки, посматривая на нас.
Только ночью показывались на входе, окидывали всех взглядом, словно проверяли: все ли на местах, и вальяжно уходили на своё место.
В углу была расстелена шкура их матери, где они отдыхали. Слившись с черным ворсом, их можно было сразу и не заметить, и только их желтые глаза сверкали всполохами от пламени.
Первое время, когда были маленькими, то на охоту бежали за нами вприпрыжку и мешались под ногами, видимо принимая наш бег за игру.
Мы боялись наступить на озорников, и приходилось останавливаться и читать нотацию, но только видели их непонимающие мордочки или ленивый зевок, говорящий, что пора бежать, а мы тут прохлаждаемся.
С мальчиками мы уходили очень далеко, чтобы добыть крупное животное: навыки владения луком давали такую возможность.
Три стрелы в одно животное было стопроцентным результатом. Звери первое время смотрели, а потом стали помогать в охоте, подгоняя нам добычу, и если что, то и помогали справиться с разъяренным кабаном, который мог выскочить на помощь другу.
Посматривая на стену, думала, что не мешает изобрести бумагу и сделать календарь, а то скоро все стены будут изрисованы, словно наскальная живопись.
Год прошел, и по моим подсчетам на каждый месяц приходится по тридцать два дня.
Правда, день начала ливня имел различия в пределах двух—трех дней: мог начаться раньше или позже, но количество дней в году было неизменно.
Дети повзрослели и вскоре мальчики достигли возраста, когда должны пройти инициацию: как бы переступить из возраста в возраст.
Но кто знает, как происходило посвящение: ведь в такие моменты мужчины уходили из сула и женщин не допускали до ритуала. Да и сами мужчины никогда не рассказывали, что происходило на самом деле.
И мои доводы, что они и так мужчины без ритуала, на них не производило никакого впечатления.
Видела их расстроенные лица и поняла, что для них этот момент очень важен и, немного подумав, предложила им пройти церемонию в посвящение, сославшись на подсказку Небес.
Им придется одним пойти на охоту и добыть зверя: какого — не важно, вдвоем будут охотиться или по одному — им решать.
Условием было, что у них будет только копье и нож. После возвращения с добычей, то вторым действием будет смена прически, которую они будут носить как мужчины.
С прической в принципе я угадала: все мужчины завязывали волосы на темечке в замысловатую завитушку. А у остальных представителей мужского пола были хвостики или такая же гулька, но только на затылке.
На их четырнадцатилетие, после окончания ливня, они ушли на охоту, а мы, как примерные жены, остались их ждать.
За ребят я не боялась. Они давно уже привыкли к лесу: хорошо знают его, очень внимательные и осторожные.
Последние годы, выходя на охоту, уже не сканировала пространство, а постепенно приучались пользоваться своим слухом, зрением и нюхом.
Рассудила, что они могут остаться одни в какой-то момент и должны сами пользоваться своими навыками, чтобы выжить.
Может случиться так, что рядом меня может и не быть.
Пока мы не владели хорошо оружием — то мой дар был необходим для нашей безопасности, а сейчас с его овладением в самый раз применить свои боевые навыки.
Поэтому были и стычки с животным, и раны, которые залечивали, и укусы змей, яд которых приходилось нейтрализовать.
На поясе каждого висела сумочка с мазью и напитком, которые необходимо сразу же применить: нанести на рану мазь, предварительно немного надрезав укус, и, если есть возможность, отсосать кровь, а напиток выпить.
В доме собрала большую аптечку лекарственных трав на все случаи жизни и наварила всевозможных мазей.
До сих пор в груди все обрывается от страха от случая с Кими, когда она вдруг заболела. Не передать весь ужас и отчаяния от сознания своего бессилия чем-то ей помочь.
Было еще темно на улице, а я смотрела на неё и ничем не могла облегчить ей страдания, только обтирала холодной водой тельце, стараясь сбить жар.
Хрипы и прерывистое дыхание моей девочки меня убивали, а мне
оставалось давить в себе крик и глотать слезы, и только один вопрос бился в голове: как же так произошло, как не углядела, не заметила вовремя недомогание?
Сквозь слезы горечи четко увидела растение, которое сможет ей помочь и, не одеваясь, схватила нож и вылетела в кромешную тьму.
Только — только закончился сезон дождей, и под ногами хлюпала вода, не успевшая впитаться в почву, да куда ей уже впитываться?
Земля уже насытилась, и остатки воды стекали маленькими ручейками в реку. Ноги скользили, я падала, но продолжала бежать.
Я точно знала, где растет эта трава, корень которой поможет вылечить дочь.
Уставшая от постоянного соскальзывания и потери равновесия, с содранными коленями и с порезанными руками о камни, я доползла до места.
Трясущими руками с ножом мне удалось выкопать растение. Прижав добычу к груди, кинулась назад.
Когда грязная и мокрая появилась в пещере, все бросились ко мне.
—Вымыть…, заварить…, — заикаясь от холода, произнесла я.
Вода уже кипела в чугунке, да и не только она. Ванная была уже подготовлена для моего согрева.
Напоив Кими и дав указание поить как можно чаще, я закрыла глаза и уснула.
Так в одночасье я получила подарок Небес — свойства трав и их применение, и самое важное — их нахождение: для меня не было тайн от природы, она щедро поделилась со мной своим богатством.
Поэтому я спокойна теперь за здоровье своих детей, на страже которого стою я и лес.
*
Лайз и Чуа вернулись с добычей: чумазые от грязи, но гордые, что они добыли кабана, правда, они позже нам рассказали, что долго за ним бегали.
От волнения они промазали первый раз, а вторым только ранили. Все же стрелами было удобнее охотиться на такого зверя с расстояния.
Смазав раны мазью, занялась прической, которую пообещала им. Она была похожа на прически викингов, с одним отличием — виски не выбривала, а четко заплела две тоненькие косички.
Верхняя коса с небольшим гребешком также четко имела свои границы.
Амии заплела сложную косу, решив понемногу отходить от косичек: теплая вода имелась каждый день, да и ребята привыкли к чистоте своих тел.
Погода за это время вошла в свое русло. Можно было признать, что с извержением вулкана она поменялась.
Если раньше во время дождей было прохладно, то теперь после них холодно, и приходилось надевать теплую одежду.
Затем шли тёплые месяца, давая прогреться земле и воздуху, а уже они сменялись жарой с редкими дождями, и тогда насыщенный влагой воздух наполнялся землистым ароматом.
В такой милый денек мы устроили себе отдых. Ребята с упоением гоняли мяч, сделанный из мочевого пузыря животного и обклеенного лентами каучука, собранного с найденного дерева.
Как и всегда найти интересный экземпляр помогли животные, которые точат свои ноготки на приглянувшемся дереве.
Заметив белые полосы на коре, поинтересовалась их происхождением и была удивлена, распознав каучук, который снимался лентой, как только потянула его на себя.
В воздухе слышались голоса, смех, подсказки и радостные крики при удачном броске.
Даже Вихо присоединился к игре, оставив свое занятие. Он очень увлекся изготовление посуды, тем более был заказ от меня на изготовление маленьких горшочков с крышкой, которая должна плотно прилегать к горлышку.
В такие горшки мы попробовали закатать тушенку. Сначала отваривала специи, состоящих их трав и корешков, даже заменитель соли нашла в этом лесу в виде корня интересного растения.
Процедив его и залив мясо, ставила на долгое томление под крышкой и после его готовности накрывала сверху тканью и заливала смолой, чтобы не было зазоров и пустот.
И первые пробы после месяца хранения показал, что можно смело заняться заготовкой.
Рыбку мы коптили, соорудив коптильню на улице. Самым трудным было вырыть яму подручными инструментами, состоящими их ножа и топора. Пришлось сделать деревянную мотыгу, которой выгребали мягкий слой земли.
Внизу жгли костер, а сверху водружали рыбу, нанизав её на прутья, и накрывали эту конструкцию шкурой.
Пробовала вялить мясо. Только кусочки, обваляв в травах, раскладывала на камне и накрывала сверху ещё одним, который служил прессом.
Через некоторое время проверяла его готовность и «амазонская бастурма» готова.
Все изыски мы пробовали, а часть складировали для нашего путешествия.
Сканируя пространство, я чувствовала движение людей, которые стали продвигаться в нашем направлении.
Что-то происходило в лесу, который иногда вздыхал и звенел своими верхушками деревьев, словно какая-то боль пронизывала его пространство.
В медитациях мне показывали только нашу часть леса, словно он отгородил нас ото всех и давал возможность окрепнуть и подготовиться к новому витку жизни.
Ночами мне снилась река: то один промежуток— тихий и спокойный, то другой—с бурными порогами, то третий— с разливами и застойными местами, гладь воды которой покрыла зеленая ряска.
Не стала волновать детей своими снами, давая возможность жить спокойной жизнью, уверенная в том, что не пришло время покидать это место.
Пусть наслаждаются тишиной и беззаботностью в семье, кто знает, как сложится наша дальнейшая жизнь?
С чем и с кем придется столкнуться, защищая то, что уже создано таким непосильным трудом руками детей.
С улыбкой наблюдала за резвящимися мальчишками, которые гоняли мяч, за дочерями, плетущие венки из травы и цветов, даже надоедливая мошкара облетала нас стороной, учуяв отпугивающий их запах трав.
Вспомнила свое первое восприятие этого мира, когда была испугана, и ужас преследовал меня от безумной мысли попадания в другую реальность, но сейчас поняла, что со знаниями моего продвинутого мира можно выжить и здесь.
А получив поддержку, хотя и следует признать, что до сих пор не знаю — чью, то вдвойне благодарна, что дали возможность жить и выживать в этих Амазонских джунглях.
Магия это или обыкновенный дар, кто сможет ответить на вопрос? Да и важно ли это сейчас, важно только то, что он может помочь не только нам, но и другим людям.
Следует признать, что, возможно, и не нужна им моя помощь.