Глава 10

Макс

Следующим утром паркую тачку возле офиса и когда захлопываю дверь, упираюсь глазами в бегущую Ни-ку. Вчера едва стояк меня попустил и мозг снова включился, я решил, что должен быть профессионалом и не идти на поводу у пахового помешательства. Но сейчас, глядя на этот сиквел Спасателей Малибу, моя уверенность стремительно вянет. Волосы Бэмби развеваются на ветру, на носу красуются солнечные очки, а сиськи под белой рубашкой подпрыгивают соблазнительнее, чем у молодой Памелы. Зрелище залипательное.

Остановившись, она бросает взгляд на часы и с явным облегчением выдыхает.

— Доброе утро, Ни-ка. — поднимаю ладонь в скромном приветствии и иду к ней.

Над губой Ни-ки серебрятся капельки пота, несколько темных прядей прилипли ко лбу. Тяжело, наверное, бежать в утренние плюс двадцать восемь.

— Кому оно доброе, а кому не очень, — бормочет родственница, поднимая на лоб солнечные очки. — Ты летом в метро когда-нибудь ездил?

Ездил разок. Когда местный представитель власти к себе дачу на шашлыки торопился, и Можайку на несколько часов перекрыли. Варианта было три: крыть херами немытую Россию в Яндекс-навигаторе, пересесть на вертолет, либо прыгнуть в метро. Я выбрал бюджетное метро, разумеется. Душно, зато быстро.

— В понедельник в семь тридцать утра заберу тебя из дома, — объявляю в нагрянувшем приступе благодушия, и, глядя, как открывается розовый рот в явной попытке возразить, зажимаю его большим пальцем. — Не благодари. Живем мы рядом, так что мне совсем не сложно.

Разобравшись со скопившимися запросами от бухгалтерии, вспоминаю, что хотел понаблюдать, как проходят рабочие будни Бэмби, и тычу курсором мыши в программу с камерами. Выбираю нужное окно и немного подаюсь вперед. Камера как раз над столом Ни-ки установлена. Стажерка вроде работает. По-крайней мере, лоб морщит сосредоточенно и смотрит в экран. Так, а это что за херня? Предполагаемый наставник Стас ей услужливо чашку с кофе на стол ставит и нависает сверху как похотливый коршун. Бэмби сидит, не шевелясь, но с каждой секундой ее ангельская мордашка становится все раздраженнее. Один, два, три. не выдержала. Задирает голову и зло рычит. У Стаса рожа стремительно вянет, и он плетется на свое место, как пес кастрированный. Ты погляди — сразу следующий подлетает с бумажками. Офисный мачо Эдик, фанат брендовых лейблов и геля для волос. Стопку бумаг перед ней услужливо плюхнул и топчется на месте в ожидании вкусняшки от госпожи. Снисходительная улыбка, царственный взмах рукой, и Эдик со счастливой улыбкой тащит свою задницу с печатью Армани на рабочее место.

Блядь, Ни-ка всего три дня здесь, а уже превратила мой тестостероновый офис в свой фемдом(термин, указывающий на доминирующую роль женщины над мужчиной либо другой женщиной, главным образом — в сексуальном контексте. — прим. автора). Вот так и знал, что взять ее на стажировку будет плохой идеей. Мало того, что ее трахнуть нельзя, так она еще и коллектив разлагает. Через неделю сам не заметишь, как окажешься распятым в собственном кресле, а Бэмби будет сидеть у тебя на лице.

Решив, что пора принимать экстренные меры, тычу в кнопку вызова громкоговорителя и распоряжаюсь:

— Антон, по поводу отдельного кабинета для тебя я передумал. Ноутбук в зубы и дуй обратно к Косте.

Тот пытается возразить, но я его не слушаю. Мне ребят нужно выдирать из лап матриархата. Я такое в последней серии Шерлока видел: одна шустрая девка, находясь в заключении, всю тюрьму под себя подмяла. Если обезвредить эту Бэмби-бомбу в течение двух ближайших месяцев не получится, то нужно ее хотя бы изолировать.

— Ни-ка, с вещами на выход, — объявляю с порога аналитического.

Бэмби вскидывает непонимающий взгляд, а мужские рожи, выглядывающие из-за крышек ноутбуков, стремительно киснут. Да, Змеи Горынычи, забираю вашу мамку Дейнерис. Со временем вы поймете, что так будет лучше.

— Ты меня увольняешь? — Бэмби распахивает синющие глазищи и кривит губы. — Но за что?

— Наоборот. Сегодня у меня хорошее настроение, а потому я повысил тебя до отдельного кабинета.

Несколько секунд Ни-ка непонимающе хлопает ресницами, а потом начинает улыбаться, так широко и искренне, что я зависаю ничуть не хуже, чем на утренних сисечных скачках. Красивая у нее улыбка.

— Я могу переезжать прямо сейчас?

Едва я киваю, Бэмби делает короткий взмах рукой, и за ее спиной материализуются Эдик и еще один слюнявчик.

— У меня теперь свой кабинет, — бросает она из-за плеча, и они как дрессированные роботы начинают экстренно паковать провода, бумаги и ноутбук.

Нет, все-таки я все правильно сделал. День промедления и быть беде: расстрел царской семьи и революция.

Развернувшись, берусь за дверную ручку и слышу заискивающий голос Стаса.

— Макс, а корпоратив по случаю твоего приезда в силе?

Точно. Каждое лето в первую неделю моего приезда я тащу наш мужской коллектив для сплочения командного духа в какое-нибудь веселое место. Денег отлетает много, но оно того стоит. Макса Первого должны помнить как щедрого правителя.

— В силе.

— А Ника ведь с нами тоже пойдет?

Блядь. Я хотел свободный от стояка мальчишник с пивом и мужскими разговорами, а Ника в эту расслабляющую концепцию ну никак не вписывается

— Угу, — скриплю сквозь зубы. — если захочет.

Мысленно ссылаю Ни-ку кормить белок в Сокольниках, но вместо этого слышу восторженный девичий писк:

— Конечно, хочу!