Глава 37

Злата

Утром просыпаюсь в постели Амира. Не помню, как попала сюда. Наверное, пришла на автомате.

Мужчины рядом нет, но место на другой половине кровати примято. Скорее всего, он ночевал дома, просто снова уехал. Или уже спустился на первый этаж.

В доме Амира не нахожу. Зато на кухне в раковине ютятся грязные тарелки. Мне становится интересно, понравилась ли бандиту моя стряпня?! Я привыкла готовить для брата, поэтому давно не дилетант. Надеюсь, что и Амира мне удалось впечатлить.

Хотя, если честно, я понятия не имею, зачем мне это. Просто, несмотря ни на что, этому ужасному мужчине удалось тронуть что-то во мне. Что-то такое, чего я еще сама не поняла.

Если раньше, Амир представлялся мне бездушным монстром, то теперь я будто вижу где-то внутри него совершенно другого человека, у которого есть сердце и даже душа, который может быть, в общем-то, не таким уж плохим, вот только раз за разом выбирает другую роль.

Не могу этого объяснить. Просто чувствую.

Выхожу на улицу. Судя по всему, уже давно не утро. Не знаю, сколько проспала.

На меня тут же нападает Смерч. Он довольно виляет хвостом и тянется ко мне. Сначала становится до жути страшно, но потом я понимаю, что его собачья цель – всего лишь облизать мои ладони.

– Эй, эй! – чешу огромного пса за ухом, а потом пытаюсь оттолкнуть. Как бы я не старалась, животные – не мое. Только в детстве я мечтала завести котенка, и то это желание полностью улетучилось с возрастом.

– Где твой хозяин? – спрашиваю собаку, хотя прекрасно понимаю, что он вряд ли ответит.

Но вопреки моим предположениям, Смерч, наконец, оставляет меня в покое и убегает за дом. Я следую за ним.

Амира нахожу на снарядах. Он легко подтягивается на перекладине, поднимая свое крепкое тело на мощных руках.

Пес лает рядом с хозяином, чем, кажется, сильно его раздражает.

– Лежать, Смерч! – командует Амир, и его верный друг тут же исполняет.

А я как завороженная любуюсь на идеальное сложение бандита. Его спина выглядит шикарно. Особенно сейчас, когда каждая мышца напряжена от занятий.

Мускулистое тело лоснится от пота и в свете солнца будто сияет кристальным блеском.

Он весь источает силу. Мощь. Огромную. С которой совладать невозможно.

Я бы посмотрела на того смертника, кто попытался бы тягаться с ним.

Понимаю Леню. Он был вынужден отдать меня верзиле, потому что в противном случае, мы оба могли бы погибнуть от его руки. Как мошки, от удара человеческой ладони. Прихлопнул бы за секунду – и поминай, как звали.

Вот только сейчас я смотрю на Амира и думаю совсем ни о том. Представляю в своей голове другое. Вовсе не то, как накаченный мужчина подтягивается на сильных руках или нападает на моего брата.

Я вспоминаю, как эти самые руки хватали меня за бедра. Как крупные пальцы сжимали соски, ноюще от этой ласки. А еще, как горячо и сладко мне было, когда Амир доводил меня до безумства своим… органом. Как вколачивался. Как выбивал из горла предательские стоны.

И я чувствую себя грязной. Испорченной им. Распутной. Будто он забрал у меня все, что делало меня особенной, отличной от распущенных шлюх. Забрал и подсадил на другое… За один раз сумел встряхнуть нутро так, что там все перевернулось.

Пытаюсь убедить себя в том, что это нормально вот так рассматривать человека. Нет ничего зазорного, если тебе нравится идеальная загорелая фигура. Мы, люди, часто зависим от красивого. Платим деньги за то, чтобы насладиться прекрасным. Нам это нужно.

Но все же, мне хочется отвести взгляд. Перестать пялиться на Амира, как на гребанное божество! Тем более, я уверена, он знает о моем присутствии. Кожей чует.

И я ничего не могу с этим поделать. Остановиться. Слежу за тем, как напрягаются мускулы на руках и широкой спине. Как они перекатываются под смуглой кожей. Как надуваются дорожки вен на крепких ручищах.

И мне хочется снова эти самые ручищи почувствовать на своем теле. Убедиться в том, насколько они сильные. Насколько крепкие. Насколько быстро смогут вновь закинуть меня за пределы солнечной системы.

Бред. Дурацкое наваждение. Жертвы не должны испытывать ничего подобного к тем, кто похитил их, растоптал, заставил делать ужасные вещи…

Сердце стучит, как ненормальное. Сжимается. Бьется в ребра. И я понимаю, что должна бежать. Бежать от него. Иначе меня засосет в порочный водоворот так глубоко, что путей к отступлению просто не останется.

Делаю пару острожных шагов назад, а потом разворачиваюсь, чтобы сорваться на бег, но не успеваю. Меня останавливает уверенный властный голос:

– Куда собралась, кошка?