Глава 19

– Куда мы едем? – спрашиваю при следующей встрече, сжимая в руках шикарный букет цветов и периодически ныряя в него носом. Как же жаль, что я не смогу забрать его домой. В нашей стране не отмахнешься дома словами «незнакомец подарил на улице».

– Сегодня катаемся по пустыне, – с мальчишеской улыбкой отвечает Мал. Так хочется протянуть руку и погладить эту улыбку, просто до дрожи в пальцах. Мал вдыхает запах скомканной в его кулаке шелы с новой порцией моих духов, а потом прячет ткань в карман брюк. Я снова зарываюсь носом в цветы, чтобы скрыть свою чрезмерную радость от того, насколько мне приятно, что он так трепетно относится к моей вещи. – Ты уже была на сафари?

– Нет, – отвечаю честно и снова смотрю на Мала. Никак не могу привыкнуть видеть его в дишдаше и гутре. Улыбаюсь, прикусив нижнюю губу. Если бы не типично европейское лицо, он бы сошел за шейха.

– Тогда у нас обоих это будет первый раз, – подмигивает он и ускоряется, когда мы выезжаем за город.

К счастью, ехать недалеко, но я могла бы провести так весь день, просто любуясь тем, как крепкие ладони Малоуна обхватывают кожаный руль.

– Как прошел вчерашний день? – спрашивает он через некоторое время. – Удалось подготовиться к тесту?

– Да, конечно. – Если не считать бесконечных минут, в которые я отвлекалась на мысли о нем, то день в библиотеке и вечер дома прошли вполне продуктивно.

Вообще в последнее время я заметила за собой, что начала довольно часто уплывать в фантазии. Запретные и горячие. В них Мал, не сдерживаясь, целует меня, обнимает и вытворяет такое, отчего я краснею до кончиков волос. Как и сейчас. Стараясь скрыть свой возбужденный взгляд, отворачиваюсь к окну и смотрю на пролетающий мимо пейзаж.

Внезапно меня накрывает новой волной паники. Что я вытворяю? Куда приведут нас эти встречи? Из груди невольно вырывается прерывистый вздох, но Мал слышит его, даже несмотря на негромко играющую в салоне музыку. Он тут же делает ее тише.

– Что случилось? – спрашивает он.

– Ничего, – отвечаю, стараясь придать голосу беззаботности.

– Принцесса, если тебя что-то беспокоит, расскажи. Я буду рад помочь.

Его рука слегка касается моих пальцев, но, что странно, сегодня впервые я не отдергиваю свои, не пытаюсь отодвинуться от него и не застываю, словно статуя. Более того, когда он уже отводит свою руку, мои пальцы тянутся за ней. Клянусь, все это происходит помимо воли, я даже не задумываюсь. Как будто у меня есть особый инстинкт: доверять Малу и постоянно находиться как можно ближе к нему.

– Правда, все хорошо. Немного за учебу переживаю.

– Есть повод?

– Учитывая, что ты воруешь меня с последних лекций через день, то, наверное, есть.

Малоун усмехается.

– Прости, не могу реже, иначе сойду с ума.

– Но нам действительно нужно сделать небольшой перерыв, Мал.

Не хочу этого говорить, как и перерыва не хочу, но мне на самом деле стоит сосредоточиться на учебе.

– Давай так: на этой неделе я еще разок украду тебя в пятницу, потому что уже заказал нам полет на вертолете. А на следующей обещаю приехать только в пятницу. Ладно?

– Ладно, – с улыбкой отзываюсь я. Надо же, даже полет на вертолете. Это невероятно. Я летала однажды с папой и братьями много лет назад, но до сих пор помню, какой восторг тогда испытала.

Каждое свидание с Малом, как глоток холодной воды после часов прогулки по пустыне. Это всегда захватывающе, немного необычно и каждый раз волнующе. Так происходит с сафари, с вертолетом, который кружит нас над морем и городом. А потом у нас наступает перерыв, за который я благодарна Малоуну, потому что домашних заданий у меня и правда скопилось невероятно много. Все свободное время я провожу за учебниками. Мама задерживается в городе еще на несколько дней, но даже на общение с ней у меня не хватает ни сил, ни времени. К моменту, когда откладываю учебные материалы, я уже в таком состоянии, что не способна не то что воспринимать информацию, но даже держать глаза открытыми. Мама сделала пару попыток пообщаться, но сдалась, когда увидела, в каком состоянии я нахожусь. Она только спросила, не слишком ли я усердствую. Но не скажешь ведь ей, что за последние две недели из-за свиданий с Малом я многое пропустила и теперь должна догнать программу? К тому же, учеба помогает мне хоть ненадолго отключить фантазию, которая с каждым днем бушует все сильнее.

В понедельник у нас с Малом бурная переписка целый день. Каждую перемену между лекциями вместо того, чтобы общаться с сокурсниками и заводить новые знакомства, я просиживаю в телефоне. Мал хвастается новой доской, которую купил для меня. Ее будут изготавливать на острове, где живут его родители, и доставят к ним домой. Я волнуюсь о том, как он будет обосновывать такую покупку, но Мал отшучивается, что, несмотря на нарисованные на доске цветы, вряд ли родители даже задумаются о том, что доска не для него.

Принцесса Амира: «Но ведь по ней невооруженным глазом можно определить, что она не для тебя»

Мал222: «Тогда моей семье придется строить догадки и ломать голову, кого же я привезу к нам домой»

Принцесса Амира: «Знаешь, все это кажется такой далекой, несбыточной мечтой»

Мал222: «Ты мечтаешь приехать в гости к моим родителям?»

Он сопровождает сообщение подмигивающим смайликом, и я улыбаюсь. Даже на расстоянии ему удается меня веселить и заставлять верить в то, что возможно все. Может, так и есть, а я просто слишком напугана запретами?

Принцесса Амира: «Что ж, могу сказать, что наши семьи будут в шоке»

Мал222: «Если говорить правду, принцесса, мне плевать, кто и что думает о наших отношениях. Главное, что нам хорошо вместе. Нам ведь хорошо?»

Принцесса Амира: «Очень хорошо, Мал»

Мал222: «Хотел бы я сейчас услышать это, а не прочитать»

Принцесса Амира: «Я бы тоже хотела сказать это, а не напечатать»

Мал222: «Может, попробуем?»

Принцесса Амира: «Что?»

Мал222: «Встретиться. Я бы хотел полюбоваться закатом в пустыне вместе с тобой»

Если бы ты знал, как я этого хочу! Зная, какими бывают эти закаты, могу сказать, что это чуть ли не самое романтичное зрелище на свете.

Принцесса Амира: «Ты ведь понимаешь, что это невозможно»

Мал222: «Нет ничего невозможного, моя принцесса. Но дождемся отъезда твоей мамы, а после придумаем, как быть»

Принцесса Амира: «Ладно»

Отвечаю ему, а сама одновременно с этим выдыхаю то же самое слово. Я уже привыкла полагаться на Малоуна, отдавать ему контроль, позволять принимать решения. Даже не знаю, как все это произошло, и в какой момент я сдалась ему на милость. Остается только надеяться, что он осознает всю возложенную на него ответственность. О том, что будет, если нас поймают на этой лжи, я стараюсь не думать, иначе сойду с ума от волнений.

Мал222: «Тогда украду тебя в понедельник. Возьми этот свой купальник, мы снова едем в бассейн»

Принцесса Амира: «Хорошо»

От обещаний моя голова кружится, и я предвкушаю нашу новую встречу.

В понедельник в бассейне я уже веду себя увереннее. Мал снова сделал так, что кроме нас там никого не было, и я смогла вдоволь насладиться плаванием и тренировкой. Теперь я понимаю Малоуна и всю его семью: серфинг – это на самом деле невероятно увлекательное занятие. Во мне просыпается такой азарт, когда я сталкиваюсь с новым вызовом! Сейчас я уже умею плавать на доске лежа, сидя и даже могу стоять на ней. Сегодня Мал включил небольшие волны, и пару раз – из десятков, но я стараюсь не думать об этом – мне даже удалось удержаться на серфе стоя. От восторга я даже начала пищать, вызвав смех Мала.

Малоун везет меня, уставшую и довольную, назад к университету, а я, положив голову на подголовник сиденья, любуюсь им с улыбкой на губах. Не могу ее стереть, как ни стараюсь. С другой стороны, а зачем? Он ведь и так уже понял, что я влюблена по уши. К чему эти обманы? Да, нас воспитывают, что женщина не должна показывать своей привязанности мужчине, по крайней мере, до брака. Но как еще он поймет, что нравится мне? Взгляды украдкой? Смущенные улыбки? Думаю, это прошлый век. В наше время девушки могут позволить себе быть отважными настолько, чтобы вслух заявлять о своих желаниях!

Машина останавливается на светофоре, и Мал внезапно поворачивается ко мне лицом. А я мысленно начинаю метаться, чтобы хоть немного скрыть свой бесстыжий интерес, но, кажется, уже поздно. На лице Малоуна расплывается широкая улыбка, и он смотрит на меня таким же «пьяным» взглядом, как и мой собственный.

– Устала? – спрашивает немного севшим голосом.

– Мгм.

– В следующий раз будем кататься меньше. Мы и так сегодня задержались немного.

Бросаю взгляд на часы на передней панели, но тревога, пытающаяся пробиться сквозь затуманенный влюбленностью мозг, гаснет так же быстро, как и появилась.

– Не думаю, что у меня будут проблемы, – беспечно отвечаю я, сама до конца в это не веря.

С другой стороны, за эти пару недель нас никто не поймал, а, значит, мы достаточно хорошо скрываемся.

Продолжая улыбаться, Мал трогается с места, а потом неожиданно кладет руку на подлокотник между нами. И не просто так, а раскрытой ладонью вверх. Это самое прямое приглашение для меня. Только решусь ли я сделать это самостоятельно? Мал бросает на меня мимолетный взгляд и возвращает внимание к дороге, а я поднимаю руку с трясущимися пальцами и медленно подношу к его ладони. Зависаю в считанных миллиметрах, уже ощущая жар его кожи, выдыхаю и все-таки проскальзываю своими пальцами между его, склеивая наши ладони.

По телу тут же проходит ток. От кончиков пальцев он разносится по венам, зажигая меня, обдавая жаром. Щеки вспыхивают, но вместо страха я испытываю сумасшедшую эйфорию. Губы растягиваются в улыбке, а внизу живота разливаются волнение и тепло. Сердце работает на износ, но даже это мне нравится.

Мал крепче сплетает наши пальцы, а затем поднимает мою руку и подносит ее к своим губам.

– Надеюсь, этим я тебя не оскорблю, – произносит он за мгновение до того, как коснуться своими губами моих костяшек и скользнуть по пальцам. Это настолько интимно и запретно, что я перестаю дышать. Да простит меня Всевышний, но я не могу сопротивляться этому! Это просто выше моих сил.

– Нет, – отвечаю шепотом, даже не заботясь о том, слышит ли меня Малоун. Но мне кажется, он и не ждал моего разрешения, а спросил лишь для того, чтобы соблюсти формальности. Мол, я спросил, ты не оттолкнула, а значит, дала согласие. Что автоматически развязывает ему руки. Падшая, порочная душа, Амира!

Мал останавливается на парковке университета, так и не выпустив моей руки. Глушит мотор и поворачивается ко мне вполоборота, и я устраиваюсь на своем сиденье так же. Мы улыбаемся, смотрим друг на друга затуманенными взглядами. Мои пальцы скользят по губам Малоуна, и он периодически их целует, посматривая на меня своими потемневшими глазами.

– Не могу оторваться от тебя, – произносит он хрипло. – Пытаюсь себя заставить, но это нереально. Терпение просто висит на волоске, и я в шаге от того, чтобы заблокировать дверь и увезти тебя туда, где будем только мы вдвоем.

– Нельзя, Мал, – так же хрипло шепчу я.

– Знаю. Мы сделаем все как положено.

– Это как?

– Завтра поеду к твоему отцу, чтобы попросить твоей руки.

Я ахаю и непроизвольно накрываю рот свободной ладонью. Признаться честно, эта идея вызывает во мне восторг. Я бы с радостью стала женой Малоуна и улетела с ним в любую страну, где нам не нужно скрывать своих чувств. Где женщина может кататься на серфе и не прятать свое лицо. Но при этом я отдаю себе отчет, что то, что он предлагает, никогда не случится, потому что…

– Папа не позволит, Мал, – грустно отвечаю я.

– Я могу быть убедительным.

– Мал, это правда нереально. К тому же, если ты расскажешь о своем намерении и отец узнает, что мы встречаемся, меня вернут домой и в кратчайшие сроки выдадут замуж за Мустафу. И мы больше никогда не увидимся.

– Обещаю, я сделаю все правильно.

Я сама не заметила, как придвинулась ближе к Малоуну, и теперь наши лица всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Идеальное время для моего первого поцелуя. Идеальный момент, чтобы почувствовать, каково это: быть с любимым мужчиной. Наши взгляды блуждают от губ к глазам и обратно, во взгляде Мала я вижу вопрос, мой же, судя по всему, уже дал утвердительный ответ, потому что лицо Малоуна становится еще ближе. Я успеваю только облизнуть губы перед соприкосновением, как вдруг дверь за моей спиной распахивается, и раздается отцовский рык:

– Амира!

И все мое тело покрывается мурашками ужаса, а в глазах темнеет от страха. Мне конец…