20

Она в дверях душевой останавливается и улыбается с подъёбкой:

— Ну ты и животное, Костя.

— Да ладно, — ржу. — У тебя там и не сильно-то текло.

— Это из-за таблеток. Считай, что повезло, а то твой дорогой ковёр пришлось бы выкидывать.

— А хули он только мой-то? Полгода тут живёшь, а как будто не при делах.

— Ну мало ли, — плечами жмёт. — Вдруг начнёшь думать, что я претендую на твою собственность.

Пока она в душе намывается, я на расслабоне в потолок смотрю. Вот реально, когда заебись потрахаюсь, в хомяка ручного превращаюсь. Сразу купить ей чего-нибудь охота, типа брюликов или шмотья. Правда ей до цацек этих похуй, поэтому лучше сгонять куда-нибудь на неделю. Брательник Эриковский вон из Марокко вернулся недавно и кипятком ссыт. Туда можно… Хотя, блядь, куда мне сейчас ехать? Тэны новые на неделе приходят, потом ещё китайцы прикатывают с презентацией.

Так-то может и к лучшему, что на заводе дела есть, и с утра до вечера трахаться не получается. А то я бы размяк окончательно и все бабки ей слил.

Минут через пять она из душа выходит, в халат замотанная, и на кровать рядом плюхается.

— Не уснул ещё?

— А чего, должен был?

— Когда никуда ехать не нужно, ты сразу после секса храпеть начинаешь, — улыбается и за колено меня влегкую прикусывает.

— Слышь, кис. Давай тачку тебе купим.

Она голову поднимает и на меня таращится удивлённо.

— Зачем это?

— Ну а хули ты вечно Илюху ждёшь, пока он по рабочим делам накатается.

— У меня не так уж и много дел, поэтому ничего страшного.

Блядь, вот что за тёлка. Другая бы кипятком до потолка ссала, а эту ещё уговаривать на подарки надо.

— Ну а чего ты? — за ляжку её щипаю. — На права сдай и возьмём тебе какую понравится.

— Да у меня всего достаточно, правда. Ездить за рулём я никогда особо не мечтала.

— Чего, и о гелике не мечтала? Все же тёлки на него дрочат.

Она угарно нос морщит.

— Я точно нет. По мне, так с водителем ездить круче.

— А ты сечёшь, — ржу и к себе её поближе тяну. — Ну, может, охота чего-нибудь?

— Я же говорила, что не надо пытаться покупать мою любовь, — с претензией лбом меня бодает.

— Да с хера ли я её покупаю-то? Просто показываю так.

— Есть много других способов её показывать.

— И каких это?

— Разных. Вот сейчас, например, когда ты меня обнимаешь.

— Обнять любой долбоеб может, — хмыкаю. — Может, я чего-нибудь попизже хочу придумать.

— Ну тогда можешь замуж мне выйти предложить.

Мне аж как по башке дали. Реально, что ли, замуж хочет или прикалывается?

Просто тема уже заходила как-то, и она вроде сказала, что до колец ей похуй, главное, что вместе.

Меня такой расклад по всем параметрам устраивает, потому что в хуйню со штампами я не верю. Дианке правда разок предложил, но это я тогда в полном невменозе был и тупо ссал, что съебётся.

— Ты, чего, фамилию мою захотела? — ржу на нервяке.

Просто ведь и так всё заебись. На хера быть как все эти? Вон Эрик женат — и хули толку? До свадьбы, кстати, вообще не блядовал.

— Это шутка была, Костя, — она из-под моей руки выворачивается и на тумбу кивает. — У тебя телефон звонит.

Я за мобильником тянусь и вижу номер Владимира, юриста. Хмурюсь на автомате. Выходной вроде, хули ему надо?

— Да, — говорю.

— Константин Викторович, извините, что не в рабочее время беспокою. Уведомление пришло из колонии. Свидание с вашим отцом назначили через две недели.

Я вызов отрубаю и перед собой смотрю. Сука. Через полторы недели китайцы прилетают, а мне придётся к бате на зону за три пизды гнать. С тех пор как этапировали его, я разок в этот Мухоссанск катался. У них там ни одной гостишки нет нормальной, ни жратвы путевой.

— Ты чего задумался? — Эмма голос подаёт. — Всё нормально?

— Ты же романтики хотела, — говорю и фокус на неё навожу. — С батей моим знакомиться поедешь?