Глава 12

— Кирин, ты потрясающе не можешь скрывать то, что написано у тебя на лице! — рассмеялся декан, — я не насильник, успокойся. Ничего плохого я от тебя не потребую. Не совру, если сообщу, что имею очередь на честь оказаться в моей постели, так что на это даже не рассчитывай!

Что? Боже, как это мерзко и противно! Я не хочу слышать о постельных подвигах и похождениях своего декана. Даже очень красивого, привлекательного, притягательного, безумие его подери, декана.

— И… что теперь? — залпом выпила подостывший кофе.

— Было бы у меня время и желание — выпорол бы за обман и введение преподавательского состава в заблуждение относительно знаний и успеваемости адепта Нески, — небрежно бросил Кроин, — но нет предела моему великодушию. Даю вам обоим второй шанс. Только теперь, Мэри, ты ничего не должна, ни семейству Нески, ни своим родителям.

— А как же плата за обучение?

— Оно полностью оплачено. — пожал плечами декан. — Как проживание в общежитии и питание в столовой. Подавай на стипендию. Тест там сложный, комплексный, но думаю, ты потянешь, и тогда вообще не о чем будет беспокоиться. Но позже.

— А… родители Дэна…

— Родители Дэна умоляли сами погасить долг! — прервал он меня, самодовольно ухмыльнувшись, — Испугались за выродка своего. По вашим законам, пошел бы он под суд за избиения, а по нашим — на каторгу, так что в их же интересах побыстрей тебя забыть. У них нет никаких претензий по выплатам. Всё прописано в документе и нотариально заверено.

Я настолько привыкла получать от жизни лишь пинки и тумаки, что слова декана никак не укладывались в мою голову. Везде чудился подвох.

— Никому не должна, кроме доброго или не очень человека, что перекупил долг… Вам, то есть. Это же не просто так. — Я набралась смелости взглянуть ему в глаза. — Что вы потребуете от меня за это?

— А вот это уже деловой подход, Кирин. — похвалил меня Кроин и уставился так хищно, что мне стало не по себе.

Вот знала, что везде есть подвох, но то, что услышала дальше, было не просто подвохом, а огромной такой, цветущей в разные стороны, кустистой за… засадой в общем.

— От вас мне нужно согласие на брак со мной, а так же подтверждение сдвоенной ауры.

Что? Что?? ЧТО??? Блин, могла бы телепортироваться, дала бы ноги не раздумывая, а так, лишь проблеяла от изумления:

— Вы… требуете выйти за вас замуж и ребенка вам родить…?

— Кирин, расслабьтесь. В самом деле, у вас такое лицо, будто вам орк предлагает брачный союз! — обиделся декан. — То есть я такой страшный, ужасный и рожей не вышел, чтобы удостоиться чести взять вас в жены? Кто тогда? Может, Айзек ваш достоин?

Он и правда расстроился? Чего его так задело?

— Кирин. — сухо кинул декан. — У вас нет выбора.

Он умолк плотно сжав губы, видимо давая мне время на осознание подразумевающейся под «нет выбора» фразы, нашу, земную: «должок помнишь?».

— Если не готовы сейчас обсуждать детали нашего брака и дальнейшего развития событий, то отложим этот разговор. — наконец обронил он.

Ну уж нет… раз он такой коммуникабельный сегодня, пусть открывает все «шоколадные яйца с сюрпризом».

— Зачем вам я? Сами же говорили про очередь.

— Мне не нужна влюбленная в меня по уши дурочка, только и мечтающая загнать под каблук, привязать кучей детей и превратить в дрессированную собачку.

Угу. Собачку… Скорее из него получится домашний тигр. Или черный пантер, который хороший, хороший, а потом раз, и голову оттяпает.

— Вы же единственная, кто откровенно не вешается мне на шею, и не стелется по земле. — снова потянулся за кофе декан.

— И поэтому вы решили исправить этот факт сломав меня. — предположила я. — Гордость мужская задета? Надо срочно подогнать меня под всех?

— Видимо успокоин еще не выветрился, — скрипнул зубами мужчина. — Кирин, ты что несешь? Ты правда подумала, что я решил взять тебя в жены силой? Заставить родить пятерых, посадить на кухню готовить обеды и ужины? Ну и самомнение же у некоторых адепток!

Интересно, а мой будущий муж сейчас очень обидится, если я вырву на ковер… клок его блестящей шевелюры?

— Наш брак будет фиктивным. — процедил Кроин.

От сердца отлегло, но тут же пригвоздило снова:

— А сдвоенная аура? — вспомнилось второе условие.

На его лице расцвела двусмысленная улыбочка:

— Не успеем, Кирин. Знал бы, что ты захочешь по настоящему, затеял бы всё немного раньше. Да уж, адептки, конечно, пошли бесстыжие. В мою вот бытность адептом…

— Мастер Кроин, у вас с головой всё в порядке? Я серьезно с вами разговариваю. Без намеков и пошлостей, — мой тон был предельно злым. Декан же, гадская зараза, расплылся в нормальной улыбке и прервал меня:

— Кирин, я вас постоянно на стрессоустойчивость проверяю. Неужели не догадались? Вы же умная девушка.

— Про брак и беременность вы тоже для проверки говорили? — мрачно уточнила я.

— К сожалению, нет. — посерьезнел декан. — Свадьбе быть — это вопрос безопасности империи. А беременность… — замялся он, — спрячете своего Вивра, как уже делали, и ваши обе ауры примут за неё, тем более, он признал в вас настоящую мать. Никакого вранья амулет Правды не заметит: пред ним предстанут мать и дите, а то, что ребенок — драконенок и уже несколько недель как вылупился из яйца, всего лишь детали.

***

Больше не открыв толком ничего, Кроин, всучил мне заживляющее зелье, наказал использовать ежечасно, чтобы к воскресенью мой внешний вид не вызывал подозрений, и отправил восвояси. На вопрос, что же будет в выходной, он таинственно умолк, предварительно присовокупив:

— «Меньше знаешь, меньше проблем».

Дракошку, как ценный кадр, пока мне тоже не отдал, прикрывшись имперской важностью в лице, то есть в чешуйчатой морде Зубастика. Всё же я была еще слишком слаба после сотрясения и всех навалившихся событий, поэтому, противостоять декану в полную меру еще не могла.

Пока шла в общежитие, в голове не было ни одной путной мысли. На сегодня у меня так же имелось освобождение, а завтра магистр Кроин уже пожелал видеть «невесту» на парах.

— Ты куда делась, подруга? — Одди оторвала взгляд от писанины и уставилась на меня.

— Э-э-э… — протянула я. Со всеми этими новостями и потрясениями даже забыла адекватную легенду своему отсутствию сочинить.

— На Землю что ли вы с Дэном отправлялись?

Фууух, хоть мир и параллельный, с облегчением оттерла пот я мысленно со лба, но правило это похоже работает везде: молчи о себе, а народ вокруг сам все додумает и тебе самую лучшую версию выдаст…

— Да, домой наведывалась.

— Дэн, похоже, раньше тебя вернулся. — загадочно проговорила Одди. — Он уже приходил с утра пораньше. Там на вас случаем самоходный экипаж не наехал на обоих?

— Нет, а что случилось?

— Да выглядите вдвоем уж больно потрепанно… Дэн хромал на обе ноги и как-то странно за бока держался. Чтобы с ним могло приключиться? — задумалась соседка. — Ну а у тебя тоже какой-то вид пришибленный. Вот я и спрашиваю, хорошо ли всё?

Ответив что-то более-менее вразумительное, я принялась немного прибираться — требовалось успокоиться и упокоить роившееся обрывки мыслей в голове, а что еще действует на девушку более расслабляюще чем уборка? Массаж? Да не, так и задрыхнуть недалеко, и некому, его делать. Мне же требовалось отвлечение, концентрация на чем-то еще.

Проголодавшись, отправилась в столовую. Мазь декана заживляла отлично, а приличный слой тональника и вовсе "зафотошопил" всё остальное.

В дверях столкнулась с Айзеком.

— Мэри, с приездом! — обрадовался приятель, подняв вверх кустистые белые брови. — Как съездила? Нам не хватает тебя на парах!

— Завтра приду, — пообещала я, а самой подумалось: им меня не хватает, или одному конкретному белобрысому адепту?

— Мэри, ты какой шоколад больше любишь? — как-бы про между прочим поинтересовался блондин, а бледные щеки его при этом слегка порозовели.

— Эм… никакой! — выпалила я. Мои мысли были заняты совершенно другим, а его вопрос показался банальным тупым подкатом.

— Понял! — смутился Айзек, опустил глаза в пол и кинув: — Завтра увидимся! — поспешил ретироваться.

Я пожала плечами и двинулась к раздаче. Печеная в духовке курочка — ммм… вкуснятина, так что тут у нас еще? Тыквенный пудинг, картофельное пюре, салат из свежих овощей, ароматный ягодный морс ярко-малинового цвета, а на десерт — лимонный пирог.

— Некоторые жрут как анадрильские слоны и не толстеют! Интересно, с чего бы такой аппетит? — раздался сзади громкий недовольный голос Леди Гальтон.

Сидевшие неподалеку Стефи, Молли и Гвен прыснули навзрыд. Ну и дуры. Я, если что, вчера ни крошки во рту не держала. Сами бы сутки поголодали!

Смех и язвительные замечания привлекли внимание остальных адепток, над столами зависла душная тишина. В помещение, как ни в чем не бывало, уверенно вошел мастер Кроин. Он невозмутимо под прожигающими ревнивыми взглядами девушек и Леди Гальтон прошел мимо них, распространяя обалденный запах восхитительного парфюма и встал около меня.

— Кушайте, Кирин, — нежно улыбнулся он мне, косясь в мой, набитый как в Турции на шведском столе едой, поднос. — Красивая девушка должна обладать красивыми формами. Тем более в вашем положении… — загадочно умолкнув, гадский декан переключил свое обаяние на необъятную повариху, которая польщенная его вниманием, раскрасневшаяся и светящаяся от радости, принялась накладывать еду от души, а лимонный пирог достала откуда-то из-под полы, видать спецом для умопомрачительного гада припрятывала.

***

Отобедав будто в эпицентре применения амулета той самой боевой тишины, я молча вышла из столовой, так и не разу не взглянув на преподавательский стол, где судя по всему, с аппетитом наворачивал курочку магистр-интриган.

Остаток дня решила посвятить догонке учебной программы — итак уже два дня пропустила. А посему поспешила домой. Около общаги он меня и поджидал. Долговязую рослую фигуру, облаченную во все модно-фирменные шмотки признала сразу, и шарахнулась как от кучи… малоаппетитной кучи, в общем.

— Ма-а-аш! — раздался низкий гудящий баритон, — Ма-а-аш, поговорить надо!

— Уйди от меня! — гневно отскочила от драчуна. — Видеть тебя не хочу больше!

Дэн, напротив, видимо очень жаждал общения со мной. Он отлепился от перил лестницы, ведущей на крыльцо общежития, и кинулся ко мне. Правая рука, заведенная за спину явила мне пред очи огромный букет роскошных крупных кобальтовых роз, в середине которых красовалась одна золотая, искрящаяся на солнце.

— Это тебе, Машенька! — ничуть не смущаясь моей гневной отповеди, протянул он букет.

— Мне не нужны от тебя розы! — разозлилась я. — Вообще ничего от тебя не нужно!

— Маш, ну дурак я, ну идиот, ну скотина последняя… ну прости меня! Ты же добрая девушка… — Дэн потихонечку наступал, а щетинистые щеки его при этом так и заливались краской. — А еще ты очень, очень красивая!

Он оступился, и тут до меня дошло, что "боксер" хромает. На обе ноги. Хоть лицо его не украшали «боевые» шрамы, но кто-то проучил этого негодяя. Интересно кто? Декан что ли преподал урок «жизни»?

— Простишь, Машенька?

— Нет! — буркнула я. — Отойди, мне нужно в общежитие пройти.

— Ну…

— Не нукай! Я сейчас закричу! — пригрозила, глядя исподлобья.

Припадая на обе конечности, Дэн отковылял от лестницы, всё еще протягивая охапку роз, и проводя меня взглядом до двери, кинул напоследок:

— Машенька, букет не нравится? И правда, уродский. Я тебе другой подарю. Сейчас же в оранжерею отправлюсь. Просто все девушки без ума от роз, вот я и подумал… Какие ты любишь? Скажи, я каждый день дарить буду!

«Вот идиот!» — со злостью хлопнув дверью, подумала я. — «неужели думает, что цветочками-букетами можно загладить тот ужас, который я переживала по его воле эти полгода? Его уже ничем не загладишь… Он потерян для меня как человек, не говоря уже о дружбе или чем-то большем».

Ведьма-вахтерша встрепенулась на треск двери, но едва раззявив щербатый рот, чтобы поругаться, так и захлопнула его. Как-то странно пробежалась глазами по моей фигуре, выдавила из себя кривоватую ухмылку, проскрипев:

— Адептка Кирин, вам кое-что передали.

— Что? — удивилась я.

— Уже у вас в комнате. Одди приняла и расписалась.

Заинтригованная донельзя, я, поблагодарив старушку, поспешила к себе.

Еще на подходе к своей двери, в нос ударил ни с чем не сравнимый запах свежего, чуть подтаянного шоколада. Вдохнув полной грудью горьковатый, слегка приправленный ванилью аромат, я толкнула нашу створку да так и замерла с открытым ртом: посередине, точно новогодняя елка, окруженная споро наряжавшими ее гномами, возвышался фонтан. Ростом и размером с меня. Только вместо воды, с блюдец и поддончиков стекала вязкая ароматная, тягучая разноцветная жидкость.

Одди, раскрасневшаяся, с застывшим в восторге выражением лица следила за низкорослыми коренастыми работниками гномьего сословья, споро доделывавшего наш личный шоколадный фонтан.

— Одии! — воскликнула я! — Ну у тебя и поклонники! Это от кого же? Ты вообще про него не рассказывала!

— Хех… — прыснула подруга, — Куда уж мне до тебя! Мало тебе Дэна, ты самого мастера Кроина завела для провожаний, а теперь еще Айзек Сноуд, шоколадку, как видишь, принес.

Я так и застыла у двери. Рабочие-гномы все в одинаковых комбинезонах и колпаках, мило улыбаясь утекали вокруг меня скрываясь в коридоре.

— Так ЭТО Айзек притащил?!

Одди спрыгнула с кровати и очутилась около безумного подарка. Со словом «бинго», она бесцеремонно подставила указательный палец к стекавшему шоколаду, отправила его в рот, зажмурившись от удовольствия.

— Ммм… неважно всё! Пусть хоть вся академия за тобой бегает, я буду любить их всех, за такую вкуснятину можно и без жениха остаться — ничего страшного.

Я покосилась на изливающуюся машину, соображая как к этому всему отнестись… Шоколадный фонтан был не дешевым удовольствием, не говоря о том, что столько сладости мне уж точно сожрать, и вообще я теперь вроде как невеста декана, пусть и фиктивная, но всё же, что-то у меня и впрямь много кавалеров развелось. Фонтан приятно гудел, шоколад с мерным плеском стекал в изящные блюдечки образуя черные, молочные, белые, и уж совсем дикие для шоколада цвета мини-озера, которые в свою очередь выходили из берегов и водопадом тягуче низвергались в единый бассейн у основания; не перемешиваясь, исчезали в воронках, чтобы вновь повторить свой путь.

Пахло в комнате просто обалденно: орехами, малиной, марципанами, сгущенным молоком и почему-то свежей выпечкой с корицей.

— Надо что ли всех пригласить, да поделиться, у нас точно от этого всего кое-где слипнется, — в задумчивости пробормотала я.

И в этот момент, в нашу дверь постучали. Одди открыла и попятилась назад. Я бы тоже попятилась. Еще бы и глаза зажмурила и перекрестилась, ибо в комнату вплыл… медведь. Огромный плюшевый белый мишка с огромным букетом нежно-розовых, размером с блюдца роз. За медведем различались очертания взмыленного Дэна.

— Фонтан не сбей! — только и успела выкрикнуть я, но было, как говориться…

Время растянулось тем самым теплым шоколадом и я во всех деталях успела рассмотреть пушистую розовую лапу медведя врезавшегося в держатель, исключительно на инстинктах отпрыгнула от заваливающейся конструкции, и все мы, включая злополучного Потапыча уставились на аппетитный, ароматный, безусловно вкусный и жутко дорогой шоколад, уделавший нам весь старый деревянный рассохшийся паркет.

— Ты что наделал?! — взвизгнула Одди.

— Э-э-э… — проблеял Дэн.

Злости моей позавидовали бы сидящие всю жизнь на диете модели.

— Ты зачем сюда приперся? Я сказала тебе, чтобы ты вообще ко мне не подходил! — то ли прошипела, то ли проклекотала я. — А ну убирррррай… — хотела была выгнать его, но вовремя запнулась.

Кто натворил весь этот сладкий беспредел, пусть тот и оттирает липкую массу от пола. С меня же довольно. Пусть учится жить без своей няньки. Это ему пригодится в дальнейшем.

— Сейчас уберу, Машенька! — растеряно пробормотал Дэн, виновато оглядывая учиненный погром. — Только не злись, я завтра тебе еще один фонтан притащу, не этот нищенский, а нормальный такой!

— Не смей! — вскричала я в отчаянии. — Оставь меня уже в покое! Контракт между нами закончился! Мне не нужны ни фонтаны, ни медведи, ни цветы, ни самолеты, ни пароходы! Я ухожу!

Радуясь, что не успела разуться, я пропрыгала по шоколаду к столу, цапнула оттуда свитки и тетради и с твердым намерением позаниматься на скамейке аллеи около общаги, стремительно покинула комнату. Дэн — мальчик большой, сам разберется, что делать с шоколадом, а если нет, Одди ему подскажет.