Глава 14

Он с жаром смотрел мне в глаза. Пауза затягивалась.

— Всё, Кирин! — декан осторожно отстранился, невозмутимо поправляя слегка сбившийся галстук, — вот вы уже симпатичный трупик!

Я всё еще лежала и чувствовала как в кровь, точно горячим густым киселем вливается адреналин, а вместе с ним и злость. На себя, за свое безволие и беспомощность, на свой идиотизм и доверчивость, и на него. Его же я ненавидела тогда просто иррациональной ненавистью. Опаленная жаром, вскочила со своего места и ринулась на декана. Он, явно не ожидавший такой прыти от бывшей жертвы не успел увернуться, за что и получил по невозможно прекрасному лицу. Слегка, по касательной, но тем не менее.

Невозможный декан тут же потер ушибленную щеку и с удивлением уставился на меня.

— Вообще-то трупы не дерутся. — вполне миролюбиво произнес он. — По крайней мере, до прихода некроманта.

— А я и не труп. — ввязалась я в бесполезный спор.

— Да? — хмыкнули мне в ответ. — Поверила на слово малознакомому мужчине, сняла защиту, прыгнула в карету непонятно к кому… И не труп? Нет, это что-то на уровне фантастики!

Я сидела напротив, приглаживая выбившиеся из узла пряди, не смотря на этого неадекватного негодяя.

— Запомни, нельзя доверять никому.

— Даже вам?

— Мне можно. — но прозвучало это так двусмысленно, что я вконец запуталась.

Почему всё, что касается Кроина так сложно? Карета остановилась. Кучер открыл нам дверцу. Декан спрыгнул первым, подавая мне руку. Едва спустившись с лесенки, я тут же была пристроена к его боку и его ладонь уложила мою у себя на предплечье.

— А Зубастик? — прошептала я.

— Позже.

Дорожка, усыпанная мраморным гравием, привела нас к роскошному двухэтажному особняку. Лакей в ливрее услужливо распахнул двери перед нами, не забыв склонить голову в почтении. Я еще никогда не бывала в таких красивых, явно богатых домах, а посему во все глаза разглядывала роскошное убранство внутри: картины, позолота, дорогие люстры, вычурная мебель, мраморная лестница, убегавшая на второй этаж.

Я совершенно не знала, как вести себя. Стоит ли отпустить деканову руку, или идти к хозяевам дома прямо так. Стоит ли разуваться? Где снять верхнюю одежду…

— Давай пальто, — негромко сказал Кроин. — и расслабься уже. Веди себя естественно. Представь, что тебе предстоит жить в это доме.

Что? Нет, такого я не могла себе вообразить. Да и жить в этом помпезном месте, более смахивающем на музей, мне не хотелось. Даже апартаменты Кроина казались намного более уютными, чем этот дворец. Так, о чем это я? Вот чего не собираюсь, так жить с Кроиным по-настоящему. Вернее это он со мной не собирается.

Из гостиной доносились звуки фортепьяно, а мне же так и хотелось остаться тут., около гардеробной и не двигаться с места. А в идеале развернуться, и бежать без оглядки…

— Мэри, — он снова заставил меня взять себя под локоток, — ну чего ты так испугалась? Прямо как трусиха какая-то. В карете небось меньше боялась. Это всего лишь мои родители. Они не укусят тебя.

На подгибавшихся ногах я была буквально втащена Кроиным в гостиную. Две пары цепких внимательных глаз вперились в меня не мигая. Чернеющих, огромных, прямо как у самого декана! Просто удивительно, до чего были похожи мужчина и женщина друг на друга и на моего «жениха».

— Мама, папа, это — моя невеста. — нежно улыбнулся им декан.

Седовласый мужчина, очень напоминавший состарившегося Ладера, взял мою ладонь, бережно переданную Кроиным и скользяще-быстро поцеловал пальцы.

— Альбен Кроин. — склонил он слегка голову. — Польщён нашим знакомством.

— Мэри… — смутилась я. Пальчиков мне до этого еще не целовали. — Мэри Кирин. Очень приятно.

— Ладди, она очаровательна! — пристально рассматривая меня, точно микроба под микроскопом, воскликнула пожилая женщина с абсолютно белыми, тщательно завитыми локонами, уложенными в высокую прическу. — Адель Кроин. — с натяжкой улыбнулась она мне.

— Очень приятно. — снова кивнула я и поежилась под столь пристальным вниманием.

От Леди Кроин не укрылся мой видавший виды серый мешковатый свитер, прикрывавший чуть ли не до коленей светлые объемные расклешенные брюки.

— Милый наряд. — дернула будущая свекровь уголком рта. — Это специальная, да?

Едва не ляпнув, «специальная для чего?», я во-время прикусила язык. Ведь очевидно, что маман имеет ввиду особенные вещи для мамочек в режиме ожидания.

— Ладди, притомил девушку, усаживай скорее за стол. — всплеснула руками Адель и прогремела в колокольчик.

Меня же, скорее всего от волнения, слегка замутило и очень захотелось остаться наедине с собой хоть на минуту; сбежать от этого пристального рентгеновского осмотра.

— Мне бы освежиться, — пользуясь моментом, пока маман на секунду отвела от меня глаза, повернулась я к декану.

— Да, иди за служанкой, она тебе покажет. — так же тихо ответил декан, разжимая, мою тщательно сдавлеваемую руку. — Или мне тебя проводить?

— Не стоит, — ответила, выходя из-за стола и направляясь за каким-то чудом понявшей всё прислугой из гостиной.

В ванной первым делом побрызгала себе на раскрасневшиеся щеки, немного постояла, опершись руками о раковину, но более медлить было просто неприлично.

Слуг нигде не было и в помине, но я запомнила, куда идти. Двери в залу были прикрыты, и я уже хотела дернуть ручкой, когда за створкой раздалось:

— Ладди, ну где ты ее откопал? У тебя невесты все были как на подбор: красивые, благородные, из семейств нашего круга. Что, на простой люд потянуло?

— Мама, прекрати! — возмутился декан. — Я полюбил ее.

Мои глаза итак уже были на лбу, а после последней фразы и вовсе переместились на затылок. Он, что, правда меня любит? А потом отрезвило пониманием: играет, зараза, очень хорошо играет. Его мама права в этой ситуации целиком и полностью. Может, не даст благословения на брак, тогда и конец моим мытарствам!?

— Полюбил он, — ворчала тем временем Адель. — какая девушка у тебя была перед этой… Мелисса кажется! Вот всё при ней! И положение, и связи, и в приличное общество не стыдно ее взять…

— Мам, — устало произнес декан, — Мелисса не могла зачать. А Мэри беременна. Не о чем теперь говорить. Поздно. Неужели не примешь выбранную мной невесту, носящую под сердцем моего сына?! Не это ли было главным условием для моей… кхм, командировки в Приграничье? Невестка у тебя в скором времени будет. Род я продолжил. Что тебе не нравится?

Не успела вся подслушанная информация добежать по нервам до мозга, как слух оглушили грохот и суета, раздающиеся в прихожей.

Видимо, декан и маман их тоже услышали, потому что Адель, со словами:

— А вот и гости прибыли! — ринулась из-за стола.

Едва не сбив меня дверью, она натянуто улыбнулась и произнесла сквозь ровные белые зубы:

— Мэри, деточка, не стой в дверях, проходи за стол.

Но декан уже сам приподнялся и пришел ко мне на помощь. Подхватил под локоток, наклонился и тихо шепнул в ухо:

— Родня пожаловала. На помолвку пригласили лишь самых близких.

В гостиной оставались лишь мы одни, и я не могла не поинтересоваться:

— Что всё это значит? Какая еще командировка?

— Подслушивала? — поднял бровь декан.

— Отвечайте! Я как ваша невеста должна всё знать! Вас там наверняка… — замялась я, так и не рискнув произнести «убьют» вслух, — а где я потом ребенка возьму?

— Быстро же ты Кирин входишь в роль… — ухмыльнулся коварный мужчина. — давай потом об этом поговорим, — подмигнул он мне. — до командировки еще есть время…

— А Леди Гальтон… вы с ней хотели ребенка? — вот знала, что время для вопросов не подходящее, но что-то очень противное и неприятное царапало по сердцу.

— Кирин, ты чего, ревнуешь? — удивленно воззрился на меня Кроин. — Не вздумай даже! В конце концов, у нас с тобой чисто деловые отношения. Давай лучше Вивра спрячь под одеждой. Амулет правды наверняка притащили с собой мои родственнички.

С этими словами он подтолкнул меня к креслу, на котором каким-то образом объявился его саквояж, быстро достал замшевый мешок, развязал тесемки, демонстрируя мне мирно спящего дракошку, и внимательно уставился на мою фигуру, прикидывая, видимо, куда бы пристроить мне ложную беременность.

От смеха над абсурдностью ситуации меня удерживало его выражение о чисто деловых отношениях. Как же сильно щелкнул он меня ими по макушке… А чего собственно, я ожидала? Что подобный декану мужчина обратит на меня внимание вне рамках деловых отношений? Нет… ну нет, же! Тогда отчего мне сейчас так плохо и противно? Чего я хочу на самом деле? А вот правда, чего? Всю жизнь я жила так, как хотели от меня другие, про свои чувства и желания забывала, точнее забивала их подальше, в самый дальний угол своей души.

— Мэри, — подозрительно уставился на меня декан. — Не знаю, чего ты там себе придумала, но очнись пожалуйста, и засунь уже это крылатое недоразумение куда-нибудь.

Его слова подействовали на меня отрезвляюще: в самом деле, нашла время и место для самокопания. За дверью послышался топот множества ног и смех. В основном женский. Мы с Кроиным переглянулись и тут в голове у меня щелкнуло:

— Обвяжем тесемками колено. Брюки свободные и расклешенные, надеюсь, мешочек не сильно будет выпирать.

Кроин моргнул и резко опустился на пол. Бесцеремонно задрал брючину и быстро обвязал ногу. В ту секунду, когда он отпускал ткань, дверь и распахнулась, являя семейство и самых близких родственников умопомрачительного интригана.

— О-о-о, как это ми-и-ило! — закатила глаза в экстазе немолодая женщина с черным барашком кудрей на голове, — Ладди, ты уже коленопреклонен перед невестой. — Какого же галантного сына ты, Адель, воспитала…

— Ногу судорогой свело. — непонятно зачем ляпнула я.

Кроин едва не прыснул разгибаясь.

— Ох, Кирин, недаром я тебя выбрал, — очень тихо, так чтобы услышала только я, прошептал он.

— А эта твоя невеста, брат? — воскликнула девушка с таким же «бараном» на голове, и подозрительно смахивающая на первую родственницу.

— Знакомьтесь, Мэри Кирин. — улыбаясь представил меня «жених». — Моя любимая… невеста!

— И помолвочные браслеты на нее наденешь? — прищурилась веснушчатая рыжеволосая девушка, вошедшая следом.

— Непременно. — съехидничал Кроин. — Не сомневайтесь, кузины и тетушки.

— Ладди, наконец-то решил остепениться! — хлопнул его по плечу рослый белобрысый детина, — Уж сколько холостяком куковал. И как вам милая девушка, удалось захомутать этого женоненавистника в свои сети?

— Как? Как? Известным и старым как мир способом! — сладко ухмыляясь не дрогнул Кроин, — не тошнит больше, милая?

Я покраснела, ругая в душе эту заразу, остальные девушки попрятали улыбки кто куда.

— Мэри, эта невозможная красавица, моя тетушка — Тереза. — подвел меня к пожилому «барану» декан, при этом «баран» зарделся и замахал руками, — жгучая брюнетка и огненноволосая прекрасная дева — мои кузины, Софи и Элли. Ну а этот великовозрастный шалопай — кузен Бэнни.

— Ну раз познакомились, — воскликнула тетушка Тереза, — чего тянуть? Обменивайтесь браслетами, взаимодействуйте с Амулетом Правды и отметим всё это дело за столом!

Все одобрительно закивали.

Адель еще раз прогремела в колокол и прислуга внесла поднос с тяжелыми увесистыми золотыми браслетами, украшенными резьбой и россыпью сапфировых камней.

— О-о-о! — ажитированно воскликнула тетушка, — Уже на скольких помолвках побывала, но каждый раз это так волнительно!

— Я ничего не пропустил? — вошел Кроин-старший.

— Нет дорогой, ты вовремя! — натянуто ответила ему Адель.

— Начинайте уже! — в нетерпении подпрыгивала на месте огненноволосая кузина.

— Прежде чем начнем, — перебил вдруг гостей сам Ладер, — давайте удостоверимся в двойственности ауры моей избранницы!

Я посмотрела на него как на больного. Ну, понимаю, маман бы его потребовала, или тетушка на худой конец… но сам декан?! За каким безумием? Еще бы ДНК-экспертизу заставил бы меня с Зубастиком пройти!

— Один момент! — воскликнула тетушка и удалилась на короткий промежуток. Влетела уже со шкатулкой из слоновой кости, украшенной драгоценными камнями.

Мне стало любопытно, что там за амулет такой, и как он действует. За дракошку тоже было боязно — а ну как проснется! Но, вопреки моим опасениям, ничего экстраординарного не произошло… мешочек продолжал тянуть коленку вниз, а откинувшаяся крышка шкатулки явила миру обыкновенный стеклянный булыжник в рубиновой оправе, подвешенный на золотой «трос». Декан-правдолюбец самолично повесил мне хомут на шею, вот была бы рядом река, уверенна, в эту реку он бы меня и скинул. Но бурного потока не наблюдалось и в помине, зато были затаившие дыхание тетка и кузены, а так же вперившиеся в невестку родители жениха.

— У моей невесты сдвоенная аура. — быстро и тихо проговорил правдоискатель, и амулет вспыхнул синим, в обрамлении красного.

— Аххх… — пронеслось по толпе родственников.

Маман уже открыла рот, явно намереваясь что-то произнести, но декан молниеносно содрал амулет с моей шеи, и упаковывая в шкатулку, деловито произнес:

— Вы так ахаете, будто о таких вещах врут…

— Ну что ты, Ладди! — поднесла руки к груди тетушка, — но теперь мы знаем наверняка.

Маман Кроина, недовольная, что ей не дали вставить свои пять медных монет хмуро сверлила меня глазами.

— Мама, благослови! — потребовал Кроин беря брачные амулеты.

Набычившись, Адель нехотя подошла к нам, и выдержав паузу — набить себе цену и нам нервы пощекотать, неразжимая зубов кинула:

— Благословляю. — женщина демонстративно достала платок оттирая красивые крупные слезы.

Я стояла, не понимая что делать дальше. Кроин взял меня за правое запястье и надел браслет. Металл тут же растворился на коже, превращаясь в красивую массивную татуировку помолвочного амулета. Второй он протянул мне вместе со своей ладонью. Настал мой черед надевать на него наручник, ну то есть, амулет. Обменявшись татуировками, мы так и стояли у всех на глазах, не отпуская друг друга.

— А поцелуй! — потребовал белобрысый кузен.

— Бэнни! — воскликнула «молодой баран» — Прекрати!

— А чего прекращать? — скалился детина. — У них вон уже, сдвоенная аура! Чего им стоит один поцелуй для нашей радости?

— А и правда! — вскричала тетушка. — Когда еще, если не сейчас! Давайте, целуйтесь! Соскучились небось друг по другу!

— Да, правильно, мы все тут свои! Нечего стесняться! Ладди, покажи класс, мы хоть позавидуем!

Я со страхом уставилась на декана. Его родственники продолжали одобрительно галдеть. Родители молчали, предоставляя выбор сыну. Ну а сын… с хищной, абсолютно довольной улыбкой склонился ко мне и его сухие горячие губы накрыли мои. От неожиданности, что декан согласился на уверения родни так быстро, я слегка приоткрыла свои губы, и завоеватель этой оплошностью тут же воспользовался. Его язык ворвался нагло, с пытливостью исследуя недозволенные мною, но дозволенные родичами глубины. Рука его при этом прижимали мою талию к своему поясу, очень твердому поясу, а вторая надежно зафиксировала затылок, чтобы я никуда не делась от его вездесущих губ и языка.

Когда первый страх и потрясение от вторжения прошли, по мне прокатилась жаркая волна огня, закручиваясь в спираль в области солнечного сплетения, и превращаясь в вихрь по мере продвижения вниз. Я не отвечала на поцелуй, лишь висела на его руках в силах только чувствовать эту лавину и ураган страсти… И… вдруг поймала себя на том, что не хотела бы, чтобы это заканчивалось.

Но всему приходит конец. Ладер нехотя оторвался от моих губ и осторожно распрямился. Меня же продолжало трясти, и коленки так и подгибались, будто их хозяйку всё еще сминала бетонная плита. Вот он каков был, мой первый поцелуй. Пусть и фиктивный, как вся моя жизнь.