Глава 26

Оставшись в коридоре за закрытой дверью, я призадумалась: куда же мне податься на время «важного» разговора мужа с этой красоткой? Снизу доносились веселые пьяные голоса, разухабистая музыка, мужской низкий и женский истеричный хохот. Может, туда отправиться? Не в коридоре же торчать, в самом деле.

Подошла к высокому зеркалу в полный рост, критически оглядела себя. С этим пучком выгляжу как мокрая кошка. Распустила его. Пригладила волны пальцами. Вроде в дорожных штанах и тунике выгляжу неплохо. Да даже если бы и плохо, все равно в номер, переодеться, не зайти.

Осторожно спустилась по винтовой лестнице вниз, оглядывая шумное накуренное помещение. Первое время глаза привыкали к полумраку и сизому от папирос дыму. Несколько мужчин самого бандитского вида тут же просканировали меня с ног до головы. Кто-то одобрительно присвистнул. Блин, может сбежать пока не поздно? Очень уж не нравятся мне их сальные взгляды, и ненавистные, оценивающие, местных, очевидно легкого поведения, дам.

Я спустилась окончательно, оказавшись в гуще событий и развеселой толпы. Грудастые официантки носили по несколько огромных кружек эля, прижимая к низкому вырезу платьев, на манер баварских пивных див. Откуда-то слева вырос усатый-бородатый корсар в алых штанах, заправленных в бордовые сапоги из мягкой кожи, и в желтой полурасстегнутой рубахе на голое тело.

— Откель у нас такая красотка? М? — блеснул он вставным золотым зубом в сальной ухмылке, придвигая меня поближе к перилам лестницы.

— Дайте пройти! — как можно увереннее потребовала я, но голос мой вырвался жалким писком, поглощенным всеобщим весельем и дрогнувшим от страха.

Чего ожидать от этих незнакомых людей в чужой провинции, я совершенно не знала. Могучий корсар, размашистыми шагами, всё загонял меня к перилам, а я уже успела много раз пожалеть и что вообще сюда спустилась, могла же к Дэну с Айзеком постучать, и что сразу не дала деру, загипнотизированная яркой внешностью пирата.

От мужика пахнуло ромом, пряностями и даже словно солью морей, а может это моё разыгравшееся воображение сгенерировало все эти запахи. На поясе его, я разглядела рукоять кинжала с замысловатой резьбой на рукояти и бархатный темно-фиолетовый мешочек с позвякивавшим золотом внутри.

— Чего испугалась, красавица? Олар не обижает девиц! А очень их даже любит!

— Мой муж сейчас спустится, — вскинула я руки, обнажая брачные браслеты.

Могучий пират прищурился, разглядывая богатое витиеватое плетение на запястьях, а потом и вовсе отпрянул от меня.

— С этого и надо было начинать, благородная леди! — погасил он циничную усмешку. — То-то я смотрю, на девку новую легкодоступную вы не похожи, за подавальщицу вас тоже не примешь, вот думал, может какая элитная шлюха подкатила, уж простите меня за скабрезные мысли. Девушек и впрямь не обижаю, а леди и подавно. Идемте, угощу вас чем-нибудь, да послежу, чтобы кто другой нечаянно не обидел, пока муж не спустится.

Олар учтиво склонил голову и галантно предложил мне локоть.

— Благодарю, — отказалась я от руки, но за пиратом всё же проследовала.

Веселье было в самом разгаре. Тут и там раздавались звуки костей домино, нард и других настольных игр. Многие резались в покер.

— Мэри! Вот ты где! — окликнул меня Айзек.

Недобро смерив взглядом моего нового знакомого, он подошел ко мне и схватил за руку.

— Идем! Присоединяйся к нам.

— Это и есть ваш муж? — поинтересовался Олар внимательно всматриваясь в Айзека.

— Нет, но лучше вам никогда не узнать, кто ее муж! — отрезал однокурсник. — Целее будете!

Увлекаемая другом, я всё же обернулась на нового знакомого. Тот провожал нашу парочку долгим задумчивым взглядом.

Меня усадили на софу в углу, расположив между Дэном и Айзеком. Ребята успели поесть и теперь резались в картишки. Я заказала себе ужин и чай и пока мне несли заказ, друзья принялись развлекать меня беседами и игрой, пикируясь и дурачась, распуская павлиньи хвосты перед особью женского пола. Передо мной, то бишь.

Ужин оказался обильным и сытным. Много мяса, печеный картофель в соусе, несколько видов зернового хлеба. Но я была так голодна с дороги, что с удовольствием набросилась на блюда.

— Правильно, Машка! Кушай! — подкалывал меня Дэн, одобрительно кивая головой. — А то смотреть страшно.

— Да она красавица! — вступился за меня Айзек, — но Дэн прав, слишком худая!

— Не нравится, не смотрите, — буркнула я, отправляя в рот очередной кусочек.

— Слушай, Дэн, а что это ты ее Машкой постоянно называешь? Я уже давно заметил.

— Зовут ее так по-настоящему! — ответил он и подцепил кусок мяса с моей тарелки. — Не против Маш? — снова аппетит разыгрался.

— Конечно, ешь! — пододвинула я тарелки на середину стола, — И ты, Айзек, не стесняйся! Тут слишком много, одной мне не справиться.

— Вот спасибо! — Айзек тоже присоединился к нам, — А у вас там у всех другие имена?

- И фамилии, — в унисон подтвердили мы, улыбаясь синхронности.

— А расскажите, как там вообще живется, в вашем мире?

Мы принялись вспоминать наше детство, смешные школьные истории и байки. Разговор настолько увлек меня, что вскоре и Ладер, и эта красотка-брюнетка были забыты, и только могучий корсар Олар, нет-нет да поглядывал в нашу сторону, задумчиво прищурив один глаз.

Мы так забылись в этой попытке объяснить Айзеку, как там у нас и что, что под конец веселья хохотали как ненормальные, пока не заметили, как тихо стало вокруг, и что весь наличествующий люд поглядывает в нашу сторону. Спиной почувствовала ЕГО прожигающий взгляд. Обернулась.

Ладер стоял около нашего столика, скрестив руки на груди, и холодно смотрел на нас. Видимо долго смотрел. Его лицо застыло непроницаемой маской, будто он пытался скрыть сильное раздражение или злость.

— Закончили? — процедил декан, поняв что мы отреагировали на него. — Мэри, мы уходим. И вам господа, советую не засиживаться. Отбываем на рассвете.

Вот кто я такая, чтобы с ним спорить? Легче согласиться и уйти, хотя меня задели его командные приказы и отсутствие интереса к моему мнению. Сам же выставил меня прочь, а когда я нашла интересную компанию и позволила себе веселье, муж пыхтит и злится, непонятно на что. Но и сцену тут, всем на радость, устраивать не собираюсь. Если что, выскажу своё «фи» у нас в комнате. Оперлась на его руку, пожелала парням приятного вечера и позволила себя увести под пристальным вниманием колоритного корсара.

По дороге Ладер не проронил ни слова, но его резкие телодвижения выдавали явное раздражение. В номере же, едва мы вошли и заперлись изнутри, я тут же была припечатана к стене около зеркала. Осторожно так припечатана, но без возможности вырваться.

— Эй, вы чего? — тихо проговорила я, дезориентированная скорее неожиданностью, чем страхом.

— Как это понимать? — вдавился он в меня еще сильнее. — Я взял тебя, чтобы ты меня позорила? Или адептов зеленых совращала?

— Как я вас опозорила и совратила? — попыталась я вылезти из-под него, но он зафиксировал меня собой еще надежнее.

— Тебе что, мужского внимания не хватает?

Вообще-то нет… и мужского вообще, и мужниного в частности, внимания мне уж точно не хватает!

— Так я тебе его дам! В полном объёме! — рычит он мне прямо в лицо, а глаза какие-то странные, блестят с интересом, влажные. Сильные руки же, перехватывают талию и вжимают в стальной пресс живота.

А я… а мне приятно, и ух, как сладко всё сжимается внутри, и голова идет кругом. Рука его внезапно вскидывается, аккуратно касается щеки, медленными поглаживающими движениями очерчивает губы и скользит к шее.

— Ни грамма косметики… чистая, непорочная красота… — шепчет он, склонившись ко мне, и тянется поцеловать. Я прикрываю глаза, тянусь к нему на встречу. Жажду этого поцелуя, как вампир стейк с кровью. Наши распаленные, оголенные всеми нервами губы встречаются на короткий сладостный миг, но затем все резко заканчивается.

— Безумие! Это становится всё труднее! — пробормотал себе под нос Ладер и быстро скрылся в ванной комнате, оставив меня распаленной и оплавленной несостоявшимся поцелуем.

От обиды легла на кровать и отвернулась к стенке. Вышедший из ванной Ладер не стал меня трогать. Переоделся в свежее и изобразив приступ бронхита и коклюша одновременно (не иначе как проверял сплю я или нет), получив при этом нулевую реакцию, вышел из номера, осторожно прикрыв за собой дверь.

Ну и пусть идет! — всхлипнула я про себя. Затем, шмыгнув носом, тоже поплелась в ванную. Умылась, освежилась, почистила зубы, поразмыслила немного и переоделась в тончайший гипюровый пеньюар. Не то, чтобы Ладера соблазнять собралась, просто после визита той леди чувствовала себя чуханкой и замарашкой.

Принюхалась. Фу, вроде и женскими духами до сих пор воняет. Сладкими, тяжелыми, душными. Подошла к своим парфюмерным запасам. Выбрала вкусный свежий цветочный запах. Щедро обрызгалась им. Кроин так и не появлялся.

От смешения запахов разболелась голова. Еще днем я заприметила лоджию, сокрытую тяжелыми шторами от посторонних глаз. Накинула непрозрачный длинный пеньюар нежно-розового цвета, откинула занавеси и вышла в ночную прохладу.

Наш номер располагался не так высоко, но и Белор был по большей части одноэтажным городом. Лишь шпили храмовых сооружений, да правительственная резиденция тянулись ввысь. В остальном, городишка распростерся как на ладони, поблескивая редкими ночными огнями.

Откуда-то донеслось хлопанье крыльев, будто подлетела огромная летучая мышь.

— Мама! — «пробасила» мышка, и обдав меня будто из вентилятора холодным воздухом от взмаха крыльев, на балкон приземлился мой… Зубастик!

Драконище, а мой милый дракоша сейчас вымахал в нехилого такого драконища, что еле втиснул в пространство немалой лоджии свою огроменную тушу.

— Мама! — поластился он огромными пластинами на острой морде о мою щеку.

— Вырос, мой… маленький! — обняла я его за могучую шипастую шею.

— Мам? — с игриво вопросительной интонацией показал он носом за перила балкона и слегка встряхнул крыльями.

— Эээ… может не надо? — испугалась я.

— Мама! — возмущенно рыкнуло моё чудовище и передними лапами, без лишних слов осторожно усадило на массивную спину, аккурат меж широких перепончатых крыльев.

Один взмах и мы оторвались от балкона и взмыли над гостиницей.

— Мама! — на этот раз мой вопль поразил округу. Было очень страшно потерять баланс, и я намертво вцепилась в костяные наросты и пластинки на спине «сынули».

— Мама! — ответила обернувшись на меня хитрая драконья морда и заложила такой крутой вираж, что всё внутри сжалось от стаха, похолодело и обожглось одновременно.

А потом наступил восторг. Детский щенячий восторг! Еще бы! Прохладный ветер в лицо, волосы назад, полы пеньюара, развеваются, что парус у корабля.

— Быстрей можешь? — в азарте воскликнула я, пришпоривая сынулю голыми лодыжками — гостиные тапочки давно улетели в низ.

Вместо ответа Зубастик взмахнул крылом и удвоил скорость.

— Да! — смеюсь от души. — Да-а!

Однако, как высоко мы поднялись! Маленькие огонечки провинциального городка тускло поблескивали внизу. На небе миллиарды звезд, но с запада споро плывут черные грозовые тучи.

— Зубастик, давай обратно! Как бы в грозу не попали!

— Мама! — с интонацией «понял» отвечает дракошик.

Ветер крепчал с каждой секундой, подгоняя тучи все ближе к нам. Вот они наползли на особо яркую звезду. Но той такой расклад явно не понравился. Сорвавшись с места, она помчалась вырываться из черной густой пены облаков и стала разрастаться на глазах.

— Это еще что такое? — осипшим от крика голосом пробормотала я. — Интересно, в этом мире есть НЛО и инопланетяне?

— Мама?

— Ладно, Зубастичек, потом объясню, давай-ка лучше от этой местной летающей тарелки держаться подальше.

— Мама? — всё еще не внял опасности драконенок.

— Драпаем, говорю, отсюда! Когти рвем! — отдаю приказ, перекрикивая ветер, — В гостиницу, срочно!

Дракоша огромными умными глазами всматривается в далеко уже не точку, кивает шипастой мордой и разворачивается обратно, вновь заложив крутой вираж. Тучи перегоняют нас, и вот уже первые тяжелые капли мочат на мне одежду и волосы, делая спину дракона невыносимо скользкой. Зубастик старается лететь ровно, чтобы не скинуть меня ненароком, но я боюсь соскользнуть вниз при каждом взмахе его крыльев.

— Ба-бах! — разрывает тишину гром и сзади всё озаряет вспышка молнии.

Интересно, почему сначала звук, а уж потом молния, — задаю себе логичный вопрос, ведь должно всё быть наоборот? — оборачиваюсь, чтобы объяснить себе феномен и нервно сглатываю ком, ибо на фоне второй вспышки отчетливо вырисовывается… корабль! И нисколечко не космический, а самый обыкновенный. Морской, с парусами, мачтами, лопастями двигателей. Вот только бороздят эти лопасти не соленую воду океанов и морей, а… воздух. (3303c)

— З-з-зубастик, сынок, ты тоже это видишь? — заикаясь ору я, пригибаясь к нему.

Мой дракошик снова оборачивается на неопознанный объект и пластинки на его спине становятся дыбом.

— Мама! — орет он. И зовет маму именно от страха, а не от каких-либо других чувств.