Глава 21

В какой-то момент, глядя на Аббреоса, я испытала сожаление. Мы люди разных миров. Да, он единолично принял решение стать моим мужем. Но это уже произошло. Ничего не изменить, скорее всего. И мы оба теперь заложники этого поспешного решение брата Эриксона.

Стало жаль его. Того, кто соединил свою судьбу с женщиной только для того, чтобы контролировать младшего брата. Или присматривать за ним, как я выяснила, любимцем семьи.

Не представляю Эриксона в такой роли, если честно.

И в то же время, стало жаль себя. Аббреос не тот мужчина, с которым будет легко найти взаимопонимание.

Нет, я больше не буду думать о том, что он мудак. Или мое наказание за неведомые грехи. Теперь мы одна семья, даже если все во мне противится этому.

Единственное, есть надежда, что хотя бы в постели мы совпадаем. Хоть что-то должно объединять мужа и жену. Для нас пока это единственный вариант, как мне кажется.

Смотрю на мужчину. Видно, что ему уже намного лучше. Морщины разгладились. Лицо уже не такое серое. Скорее, бледное. И расслабленное, что я не часто наблюдала. Этот мужчина, такое впечатление, вечно недоволен в моем присутствии.

Цветок ожил, что радует. Только чёрные края лепестков напоминали о недавнем происшествии. И я планировала обсудить этот вопрос. С Эриксоном? Или Аббреосом?

Станет ли Эрик обсуждать эту тему со мной? Ведь мои тайны он хранит, даже братья, которые теперь члены нашей семьи, ничего не знают.

- От тебя одни неприятности! – недовольный голос очнувшегося мужа вернул меня к реальности.

И сразу же отпали все сомнения. С кем говорить?! С этим?!

Пусть катится в свою каюту, пока не испортил окончательно мое настроение. И этот день.

- Свалил отсюда, - очень невежливо выразилась я в ответ.

Учитывая, что мне не свойственно подобное поведение и грубость в общении с людьми, надо понимать, насколько неприятно мне было слышать Аббреоса.

Который не только не ушел, но и продолжил выражать собственное недовольство. При этом, хотя бы поднялся с моей кровати. Я тоже встала, чтобы не глядеть на эрцая снизу вверх. Мы замерли по разные стороны кровати, глядя друг на друга с искренним недовольством.

- Не думай, что сможешь постоянно вертеть Эриксоном и заставлять его выполнять все твои капризы! – высказался Аббреос.

Что же, решила я, послушаем, что ты скажешь, дорогой мой навязанный супруг. Выпроводить тебя я всегда успею. Но сейчас, поддавшись эмоциям, Аббреос будет откровенным. И выскажет то, что на самом деле думает. А мне именно это и нужно от него. Информация. Понимание.

С одной стороны, могу помолчать и послушать. А с другой, очень не хочется позволять ему вываливать на меня весь этот негатив.

Ладно, только сейчас! Вдруг что-то полезное узнаю.

- Думаешь, теперь будешь в золоте купаться?! Как бы не так! Не позволю! Первым делом, едва окажемся дома, я подам на рассмотрение вопрос о лишении Эриксона всего!

Аббреос явно был зол. И с каждой минутой эта злость почему-то усиливалась.

Я молча слушала, не перебивая. А его, такое впечатление, мое молчание и спокойствие только сильнее злило.

- Ты в этом виновата, слышишь! Эриксон был любимцем рода! А теперь станет посмешищем, - расписался Аббреос.

Жаль, что я не успела отдать мужу серьгу для ментального общения. На самом деле, забыла о своих новоприобретенных артефактах. Сейчас было бы хорошо отослать Эриксону мысленный зов. Нет, я не боялась. Но поняла, что сейчас ничего полезного не выясню. А настроение окончательно испортится.

Все же, пренепреятнейший тип, этот эрцай.

В какой-то момент поймала себя на том, что с трудом получается сохранять самообладание. Будто Аббреос вытягивает все самое плохое из меня. Сначала я его выгнала из своей каюты, не выбирая слов. Сейчас вот хочется послать его подальше. А ведь я терпеливая личность. По крайней мере, ранее была в этом уверена.

Я уже даже не слушала, что говорил этот тип. Но чувствовала такую моральную усталость, словно из меня все силы выпили. Не люблю конфликтовать. И стараюсь по возможности избегать этого. Особенно в кругу семьи.

- Достаточно! – веско и не очень тихо заявила я, глядя эрцаю в глаза.

Надеялась, что он успокоится. Или хотя бы просто уйдет, оставит меня в покое.

Но это ведь Аббреос! Глаза мужчины потемнели так, что кажутся черными, а не голубыми. Странная особенность эрцаев. Слишком много у них завязано на глазах и их реакции.

- Не смей закрывать мне рот, женщина! – оскорбился Я-царь.

- Не смей повышать на меня голос! Не смей сваливаться в мою каюту без разрешения! Не смей ко мне подходить! – не выдержала я.

Достал таки, осел!