ГЛАВА 7

Мне казалось только легла, как крики за стенами замка рассеяли весь мой сон. Я поднялась, завернувшись в теплое одеяло, ведь с утра было прохладно. Подойдя к стрельчатому окну, замерла от ужаса. Кошмар оживал на моих глазах. На нас напали орки! Они находились повсюду: на дорожках у замка, около казарм, где уже шел бой, и солдаты под началом лорда Велитора отражали яростную атаку противника. Я не сразу поняла, как они попали в неприступную крепость, а потом увидела странных животных с орками на спинах, появляющихся прямо на вершине каменной стены, но рассмотреть толком так и не успела.

В комнату ворвался Дуллар, он прокричал, чтобы я быстрее собиралась, потому как в замке оставаться опасно. Но ведь я должна защитить людей, рассчитывающих на помощь великой магини!

Решительно откинула одеяло и прошла в свою комнату. Принц так и висел там, где я его оставила, в воздухе, он одарил меня грозным ненавидящим взглядом. Я лишь хмыкнула. Тот покрутился, промычал что-то в кляп, видно требуя освободить его.

Но вернулась в спальню вовсе не за этим. Быстро надела свою одежду: удобные штаны, мужскую рубашку, кожаную жилетку, накинула плащ — и нацелилась напоследок кулаком в живот принца. Он снова замычал, и его взгляд из гневного превратился в просящий. Он умолял отпустить его.

Что же, принц обучен ведению боя, и лишней его помощь не будет.

Я так и не ударила, махнула рукой — и тот упал на пол. Голый и беспомощный он мне больше нравился. Дрожа от холода, Эльвинг поднялся и стал собирать свои шмотки, не поднимая глаз. Гнев испарился перед видом поникшего принца, а новая опасность заставила действовать быстро, позабыв прошлые обиды.

На толстой стене замка я увидела Райниса, сражающегося сразу с двумя орками. Смелый лорд мне нравился все больше и больше, он не командовал в сторонке, а лично защищал замок, бился наравне с простыми рядовыми, не прячась за их спинами. И я последовала к нему, видя, что ему едва удается сдерживать натиск.

Оказавшись наверху, краем глаза успела заметить, что внизу, у основания горы, находилось основное войско, и ему не было видно конца. Темное вздыбленное море. Среди могучих и беспощадных орков виднелись те твари, которых я видела из окна — с мощными лапами и острыми выпирающими зубами, как у пираний, напоминающие жутких монстров из мрачных фильмов ужасов. Они рыли землю когтистыми лапами, в нетерпении ожидая приказа всадников, и оглашали воздух громким ревом.

За спиной лорда Велитора я высмотрела и капитана Ундиснора, размахивающего своей саблей налево и направо, он наносил удары с такой точностью и выверенностью, что я даже удивилась. Все те, кого знала, без разницы любила их или же нет, находились в смертельной опасности. Орков во дворе становилось все больше, а потом и вовсе распахнулись ворота, и я заметила опущенный мост. Река из орков двинула по нему, потекла с удвоенной скоростью и дикими устрашающими криками, оглушающими их движение.

Дуллар держал защиту, не подпуская ко мне никого. Я запела. Мой голос как ни странно, перекрывал шум боя, что враги на несколько мгновений остановились. Все головы повернулись на источник пения. Наверное, это единственное, что я могла сделать в той ситуации, чтобы пробудить свою магию. Я пела об отваге и доблести, слова сами лились из меня, автоматически переводились на язык этого мира:

И воины воспрянули с духом, зарядились энергией. Они закричали и двинулись в бой. Орки почувствовали замешательство, в их рядах началась паника. Без устали люди рубили мечами, прокладывая себе путь и очищая мост от наступающего врага. Но потери среди наших солдат были тоже и немалые. Я успела заметить в этой кровавой сече знакомые лица двух сержантов — рыжего и брюнета, которые жутко раздражали меня раньше. Но война сравняла всех. Всех было одинаково жаль, не хотелось ничьей смерти.

Я пела, не переставая. Магия смерти распространялась волной. Один за другим превращались в каменные изваяния орки, статуи падали под ноги соратников, которые напирали лавиной, поглощая за собой новые жертвы. Дуллар прикрывал меня со спины, отбивая атаки орков, что смогли прорвать оборону.

Я вдруг заметила принца Эльвинга. Он сражался против орков, используя свою боевую магию, не давая тварям подобраться ко мне с другой стороны. Удивительно, но он прикрывал именно меня. Понятно, что братец тоже меня любил… по-своему, и не хотел потерять. Ведь если бы он жаждал только власти, дал бы мне умереть на стенах замка.

Вниз же с горы летели камни, которыми наши отбивали ползущих наверх тварей. Но те почти не страдали, сильные и выносливые, они уворачивались. Страшно-то как!

Орки додумались собирать внизу камни, заряжать их в свои катапульты, которые притащили с собой, и направлять тяжелые снаряды на бастион.

В бой вступили все находившиеся в замке маги. Они старались создавать энергетические щиты, защищая солдат. Били светящимися магическими шарами в противника. И казалось, что преимущество все же на нашей стороне, как вдруг случилось неожиданное…

Небо потемнело — словно над нами нависли тяжелые дождевые тучи, прикрыв солнце, что уже взошло над долиной. Но туча двигалась прямо на нас. И через несколько минут стало понятно, что она собой представляет. Никто не ожидал подобного. Никогда еще орки не вступали в союз с эрлингами — летающими разумными монстрами, жуткими тварями, питающимися свежим мясом. Не птицы, не звери — настоящие исчадия ада, напоминающие оживший кошмар, с огромными когтями, кожистыми крыльями, метра четыре в длину, а вместе с шипастым хвостом и того больше.

На спинах многих сидели орки. Они подготовились основательно, надеясь занять стратегически важную высоту. Падали на нас подобно стремительным молниям, а со спин существ спрыгивали орки, тут же вступая в кровавый и беспощадный бой.

Их летающие твари хватали булыжники в лапы, поднимались с ними вверх и с высоты кидали на крепость. От усиленных ударов стены укрепленного замка стали рушиться. Один из больших камней погреб за собой Бралея Ундиснора, зацепив краем лорда Велитора. Тот закричал что есть силы — и к нему бросились Тэрлок с сержантами — рыжим и черным. Новая опасность с неба подстерегла и их. Жуткие твари схватили сержантов, на ходу пожирая их, и ранили когтями Тэрлока Мерчидаса.

Маги переключили атаку на эрлингов, метали файерболы, не давая приближаться к гарнизону. Я тоже сосредоточилась, собрала все свои магические силы, вкладывая их в песню:

Эрлинги, о которых я узнала от местных, превращались в камни и падали, прибивая орков, что находились ниже по склону. Никогда прежде не видела этих монстров. Переборов страх, продолжала петь все новые песни, какие могла только вспомнить, и от ожившей магии град камней не прекращался.

Я вскрикнула, когда рядом со мной грохнулась каменная статуя орка, и едва успела отскочить в сторону. От следующей беды меня спас Дуллар, весь залитый кровью. Он прижал к себе, закрывая своим телом, и проткнул напавшего монстра мечом. Я лихорадочно вспоминала новую песню.

Преимущество постепенно переходило на нашу сторону. Поле и склон горы напоминал кладбище каменных изваяний, среди которых были и мертвые тела людей. Отчаянные бойцы во главе с Райнисом Велитором вытесняли орков с территории замка, добивали последних. Те, что выжили в бою, отступали в долину. Эрлинги тоже исчезли.

Я перевела дух и обернулась, пытаясь понять, кто где находится. Мои силы были на исходе, и мне требовалось время на восстановление.

Большинство военных устремились в долину. И тут надо мной возникла черная тень, и я почувствовала, как меня хватают когтистые лапы эрлинга. Я растерялась и закричала, пытаясь дозваться Дуллара, но он остался внизу, борясь с другой тварью, и ничего не мог сделать, а чудовище уносило меня все дальше от замка, в сторону от эпицентра сражения. И выбросило на поле. Я упала на бок, застонав от боли. Удар смягчила густая трава, поэтому осталась жива и даже не повредила конечностей. Правда, без ушибов не обошлось.

Поднялась на ноги, пошатываясь. Голова кружилась, в глазах мелькали черные точки, во рту чувствовался противный металлический привкус. Я пыталась сориентироваться, что делать дальше, как услышала топот. Ко мне приближалась тьма орков на своих жутких животных. И я побежала.

Не знаю, на что надеялась, сил не осталось ни для магии, ни для побега.

И тут передо мной возникла неизвестная фигура в плаще, преградив путь. С магическим посохом в руке и вся окутанная тьмой. Интуиция вопила, что эта сущность опаснее всех вместе взятых орков, и я остановилась в нерешительности, шатаясь от усталости и чувствуя, что вот-вот упаду на землю. Так и случилось. Ноги сами по себе подогнулись — и я упала на колени.

Я не поняла, кто это был. Фигура в плаще подняла вверх руки, приговаривая заклинание. Голос показался мне знакомым, но от усталости и боли я ничего уже не понимала. А потом из ладоней неизвестного существа полыхнул огонь, от которого все внутренности обожгло. Тело показалось совсем невесомым и наступило облегчение…

Я больше не чувствовала ничего — ни боли, ни усталости, ни страха. Такое безразличное состояние и полная свобода, словно летела навстречу ветру, без всякой поддержки. Только небо в глазах. Голубое, без единого облачка. А где-то вдали на вершине скалы пылал полуразрушенный замок.

Но тут моя душа прекратила свой полет, сжимаясь от удавки. Незнакомец в плаще тянул меня к себе дымящимся лассо. Оно сжимало мое горло, давило. Я пыталась избавиться от него, но все попытки были напрасны. Я видела темную сущность незнакомца и подозревала, что передо мной стоит сильный некромант, которому понадобилась моя душа. Еще бы ему не захотеть получить душу, обладающую уникальной магией Жизни и Смерти, в свое подчинение!

Но в планы некроманта вмешались орки, а затем и люди. И между ними завязалась борьба. Я видела, как передо мной, качаясь, упал на колени Эльвинг, и даже немного удивилась тому горю и той вселенской скорби, что выражало его лицо. Приподняв мое бренное тело от земли, он тряс меня за плечи и умолял не оставлять его, с каким-то самозабвением и тоской гладил мое испачканное в грязи лицо и спутанные волосы и рыдал в голос, прося богов вернуть к жизни любимую сестру. Надо же, как его скрутило! Несмотря на мою отстраненность и готовность отпустить всех, кого знала в этом мире, даже меня проняло.

Мой взгляд переместился к застывшей фигуре орка. Хоть и не видела его лица и не услышала от него ни звука, но смогла почувствовать его внутреннюю боль. Он сжимал кулаки, пытаясь сдержать ее, а потом вдруг развернулся и стал косить врагов вокруг с таким ожесточением, что я не узнала в этом озверевшем орке своего тихого слугу.

Прощай, мой единственный друг! Я возвращаюсь в свой мир. Будешь ли ты помнить меня?

В мыслях вдруг возник печальный образ асура. Видно, не судьба мне познать женское счастье…

Лассо от напряжения вдруг лопнуло, и меня, освобожденную от оков, с удвоенной силой потянуло вверх. Люди и орки превратились в игрушечные фигурки, а затем и вовсе исчезли из виду. Душа, отринувшая суету и все мирское, устремилась в небытие, как вдруг вновь была остановлена.

А дальше картина, написанная маслом.

Вокруг перистые облака, ослепительно светит солнце, а напротив меня в ореоле своей величественности парит в небе богиня сего фэнтезийного мира.

— Ну и кто тебя просил спасать людей? — насупилась она, скрестив руки на уровне груди. — Я же сказала: живи и наслаждайся! Не нужно никаких подвигов, так нет же, надо погеройствовать!

— Уж такая у меня натура, — качнула равнодушно плечами. — Теперь отпусти, я возвращаюсь домой.

— Боюсь, что это невозможно, — натянутым и слегка визгливым голосом произнесла Мирелла. — Видишь ли, моя великая милость к тебе еще не исчерпала своего запаса, и я намерена исправить за тебя ошибку.

— П-постой! Что ты хочешь сделать? — чуть ли не вскричала я, словно очнувшись вдруг от сонного дурмана. Опять вернулись чувства, и я, слегка ошарашенная и оглушенная, смотрела во все глаза на богиню. Она это сейчас всерьез сказала?!

— Абсолютно, — машинально ответила Мирелла на мой мысленный вопрос.

Она с вниманием разглядывала меня, прищурившись на один глаз, словно решала для себя что-то важное, и с таким напряжением, что ее идеально-ровный лоб прорезала глубокая складка.

— Так, память ты потеряешь… Может, это и к лучшему, а то проблем с тобой не оберешься…

— Что?!

— Вот не надо на меня кричать, в этом виновата не я. Уж слишком ты одарена талантами, что некоторым хочется обладать не только твоим роскошным телом, но и душой. Заклинание, увы, произнесено, и даже я не в силах что-то исправить.

— Но что же со мной будет?! Я не хочу, слышишь? НЕ ХОЧУ! Верни меня домой!

Но богиня уже не слышала меня. Сделав жест от себя, она с легкостью отослала меня обратно. И я полетела вниз, беспомощно махая руками в воздухе и крича от ужаса.

***

Пробуждение было тяжелым. Я никак не могла понять, что делаю лежа поперек седла.

Голова раскалывалась, бешеная скачка вызывала сильное головокружение и позывы очистить желудок. Я застонала. Меня услышали, и темп животного замедлился, оно перешло на шаг. Меня вдруг подняли и посадили рядом. Ой, мамочки! Только бы не вырвало от резкой смены положения. А посадили меня рядом с орком — клыкастым зеленоватым монстром, отдаленно напоминающим мужчину.

Он дернул за поводья. Теперь мы скакали во весь опор, а за нами следовал отряд таких же жутких «красавцев», как и их предводитель. В том, что нахожусь в ручищах вождя, почему-то не сомневалась — слишком морда наглая и уверенная. Я пыталась вспомнить, кто я и что со мной произошло. Вроде бы и узнавала местность, но что-то было не так. И я не могла понять, что именно.

Сильная рука орка прижимала меня к себе, как свою собственность. Так по-хозяйски, чтобы у меня даже не возникло сомнений в реальности происходящего. Почему-то мне казалось, что я не должна здесь быть, но как только попыталась что-то вспомнить, накатила дикая слабость. Я почувствовала очередной приступ тошноты и закрыла глаза, а когда их открыла, мы уже почти достигли селения.

— Скоро будем на месте, — прорычал мне на ухо орк, практически оглушив.

Я повернулась, шарахнувшись от выражения лица того, кто меня вез.

— А ты вообще кто такой? — выдавила из себя через силу. Почему-то дружеским мне его лицо не показалось, хоть стреляй.

— Торк, — выдохнул он мне в лицо вместе с парами съеденного.

Чем питаются орки, что от них так разит падалью? А вот кричать на ухо не надо, словно проехался асфальтоукладчиком!

— Куда ты меня везешь и что хочешь со мной сделать? — задала я логичный в данной ситуации вопрос.

— А ты будто не догадываешься, магиня? — хмыкнуло зеленое чудовище.

Я призадумалась, почему он меня так назвал. Я не чувствовала себя одаренной и вообще не понимала толком, кто такая. Смутные воспоминания циркулировали в моей голове, но никак не хотели оформиться во что-то более четкое.

— Жрец, ты уверен, что эта та эльфийка, что остановила наше наступление?

— Несомненно, — скрипучим голосом ответил скачущий рядом зеленолицый старик с седой бородой и в белом балахоне. — Я вытянул кристаллом всю ее силу, она еще долго не сможет магичить.

— Ты также был уверен, что она мертва. Надеюсь, ты говоришь правду. Иначе первым пойдешь на съедение эрлингам, хоть мы с ними и в союзе, — прорычал Торк. — А потом я посмотрю, как они расправятся с твоей семьей.

Я же потрогала свое лицо, чтобы понять, как выгляжу. Ощущение мне понравилось. Удивилась гладкости кожи, затем нащупала уши. Они были удлиненными. Странно, но особого изумления это не вызвало, словно смутно догадывалась, кем являюсь. Но все же, я — эльфика?! Да ну нафиг! Или это правда? Орк назвал меня именно эльфийкой, значит, так и есть.

Похоже, сильно ударилась головой, вот и не помню ничего произошедшего. Надеюсь, что это временно.

Больше Торк со мной не разговаривал, молча правил одной рукой своей «лошадкой». Через некоторое время мы прибыли в деревню орков. Крыши домов были сделаны из соломы, а сами стены были слеплены из глины — материала, достаточно распространенного на таких равнинах. Бурая масса спресованной соломы свисала с крыш, создавая мрачную тень под каждым из домов. Из дверей выглядывали ребятишки-орки — маленькие озорные монстрики, ростом почти с человека. Попадались на глаза и воинственно настроенные женщины, которые враждебно смотрели на меня. В мою сторону летели плевки. Зачем я понадобилась этим обитателям степи? Из беседы вождя с магом, поняла, что чем-то насолила им, а еще то, что обладаю магическим даром, но его как раз не чувствовала в себе. Я лишь отлично ощущала ту силу, с которой сжимал меня орк, и понимала, что он просто так меня не отпустит. Любое недозволенное движение может быстро привести меня к смерти. Умирать не хотелось, во всяком случае не сейчас. Я даже имени своего не знала, не то чтобы вспомнить друзей или близких. Не о ком будет подумать перед лицом неизбежности конца и некому будет поплакать обо мне.

Вождь орков вез меня словно военный трофей, с гордостью выставляя перед всем племенем. Становилось не по себе от многочисленных недружелюбных взглядов. Все это время за нами ехал отряд вооруженных до зубов воинов. Все они спешились у дома, где мы остановились. И я смогла рассмотреть лица остальных орков. Да уж, наверное, их матери сами были в ужасе, когда произвели на свет таких «красавчиков». Все как на подбор — маститые, мускулистые, морды топором, клыки крючком.

— Иди вперед! — слегка подтолкнул меня в спину Торк, и я чуть не вспахала носом землю.

Я не стала возражать. Кто я такая против этого мутанта? Да он пришибет меня одним щелчком пальцев — толстых, как деревенская колбаска! Лучше промолчать, сделать покорный вид и за это время подумать, как мне сбежать. Оставаться здесь я точно не собиралась.

Меня провели в хижину, и я выдохнула с облегчением, спрятавшись от лишних взглядов. Но как только глаза привыкли к полутьме, царящей внутри, заметила за очагом сидящих полукругом старых орков. Все как один они уставились на меня немигающими взглядами. Кажется, я громко сглотнула в установившейся тишине.

Торк стал наравне со мной и обратился к сидящим старикам:

— Старейшины, я не смог оправдать надежды нашего племени и готов понести за это наказание. Я принес плохие вести. Много братьев наших погибло сегодня, но мне удалось добыть нечто ценное — эльфийку, владеющую магией Смерти. Дважды она вмешивалась в наши планы, и по ее вине теперь в каждом доме оплакивают умерших. Я хочу услышать ваше мнение, мудрые отцы, как нам поступить с темной колдуньей?

Один мудрец, сидящий по центру с трубкой, медленно выдохнул табачные пары и изрек:

— Не к добру ты привез ее сюда. Люди и эльфы последуют за ней, а мы не сможем дать им достойный отпор.

Одобрительный гул пронесся по хижине.

— Эльфийка должна умереть! — послышалось слева.

— Живая или мертвая — она принесет одни только проблемы.

— Она слишком опасна!

Но тут вмешался жрец:

— Эта ведьма не опаснее, чем произведенный на свет детеныш рвигга. Я смог наполнить магический кристалл силой, опустошив ее энергетический запас. Она уже не сможет навредить нам. К тому же люди уверены, что эльфийка мертва. Даже за ее труп они дрались ожесточенно, а в будущем можно будет получить хороший выкуп за нее. Враги пойдут на наши предъявленные условия, чтобы вернуть себе тело магини — и нам это только на руку.

Старейшины поразмыслив, согласно закивали. Я же похолодела. Кажется, меня только что приговорили к смерти, которой я едва избежала!

— Я посажу ее в темницу. Потом разберемся, что с ней делать, — принял решение вождь орков.

Я сопротивлялась, царапалась и кусалась, ругала орков на чем свет стоит, но меня никто не слушал. Два здоровенных зеленых амбала подхватили меня под белы рученьки и потащили спиной вперед к яме с решеткой. Они бросили меня туда, не церемонясь, и я больно ударилась при падении с высоты. Только слышала сквозь шум в ушах, как сверху захлопнулась решетка, отрезав единственный путь для побега.

Внутри было темно и сыро, свет попадал лишь на стены, создавая клетчатый отпечаток. На полу я обнаружила старую пыльную циновку. Но это лучше, чем сидеть на холодной земле. Подползла к ней и легла, свернувшись калачиком. Сколько пролежала, не знаю; от страха и переживаний скрутило желудок, но кормить меня никто и не думал.

Мысли никак не желали собираться воедино, а память не выдала ни одной картинки. Кто я и что я? Я не понимала, что делаю в этом странном, чуждом для меня мире среди орков, да еще в качестве их пленницы. Но в то же время из их разговоров понимала, что что-то натворила и поэтому меня похитили. И что где-то были те, кто обо мне беспокоился. Мне оставалось только ждать, что они придут за мной и вызволят из плена. Умирать совсем не хотелось.

А еще, несмотря на весь кошмар ситуации, в которую попала, ужасно тянуло спать. Да и усталость после долгого пути напоминала о себе. Я чувствовала полное бессилие. Закрыла заплаканные глаза и постаралась расслабиться…

Вдруг сверху раздались шаги. Может, моя смерть уже близка? Я вся напряглась, ожидая худшего. Решетку подняли — и в проеме света показалась клыкастая рожа орка. Он сбросил веревку и приказал обмотаться ею вокруг талии. Я повиновалась. Оставаться в вонючей яме больше не могла, пусть даже впереди меня ждала смерть. Уж лучше быстро умереть, а то от переживаний боль в животе так и не проходила.

Как только скрутила узел на талии, меня легко подняли наверх. Я едва могла стоять. От яркого света пришлось зажмуриться. Меня повели, но я ничего не видела, а от слабости не могла передвигать ногами, потому и упала на колени. Недолго думая, орк взвалил мою тушку на плечо. Как только глаза привыкли, подняла голову и увидела, что меня несут к центру деревни. Там нас встретил вождь, Торк.

Женщины переглядывались и переговаривались, мужчины довольно улюлюкали. Я заметила высокий, вкопанный посреди площадки столб, у которого меня и опустили. Не поняла, меня что, казнить собрались?! Уже?! Так быстро? Я тоскливо посмотрела на обступивший меня зеленый народец.

Орки стянули мои запястья вместе, перебросили веревку через специальный крюк и натянули так, что мое тело приподнялось над землей, и я не могла достать ногами до твердой поверхности. Я задергалась и закричала, но, кажется, мои крики только подогрели интерес орков. Они одобрительно загудели, когда на мне разорвали рубашку, обнажив грудь.

Когда из толпы вышел орк с хлыстом в руке, я обреченно замолкла. На представление собралась вся деревня, и никто не станет жалеть меня. Все хотели посмотреть, как будут избивать эльфийку за одно, только им известное преступление.

Первый удар, казалось, выбил из меня весь дух. Я изогнулась под хлыстом, до крови прокусив губу. Второй удар не смогла терпеть и закричала. Орки довольно рассмеялись. Я кричала что было сил, умоляла сжалиться, но тут последовал третий удар, от которого потемнело все в глазах. Я долго не выдержу. Я уже мысленно просила, чтобы смерть пришла быстрее, как боль неожиданно ушла. Меня истязали полумертвую, а я ничего уже не чувствовала. Поникнув головой, безвольно висела и только чувствовала, как тело сотрясается от ударов, а кожа на спине расходится лентами.

— Остановись, Олак, — будто в кровавом тумане прозвучал голос вождя. — Она едва дышит. Мы же не хотим прервать удовольствие жителей? Пусть сполна расплатится за жизни наших братьев. А то смерть ей покажется подарком. Несите эльфийку в дом! — приказал он оркам.

Меня сняли и истерзанную поволокли по земле. Все тело горело огнем, и мне казалось, что сейчас умру. Скорее бы!

Я думала, что моим пыткам пришел конец, что меня оставят, но почувствовала руку на груди и то, как ее больно сжали.

— А ты красива, магиня, — с легким сожалением произнес Торк и отпустил. — При других обстоятельствах я бы сделал тебя своей наложницей.

Я не видела его лица, по голосу понимала, кто он. Но мне было уже все равно. Только бы быстрее со всем этим покончить. Я догадывалась, почему они прекратили пытку и что от меня хотят. Они желают вдоволь насладиться моими криками, но я не доставлю им такого удовольствия.

И смогла сдержать стон, когда орки кинули меня на ковер.

— Олак, Саверр! Принесите магическое снадобье. Залечим ей раны, потом начнем все с начала, — приказал вождь.

Я приоткрыла опухшие от слез веки и увидела лицо Торка. Он не сводил горящих глаз с моей оголенной груди. Орки вышли из комнаты, оставив нас одних.

Вождь приблизился и провел ладонью по моему плечу, касаясь волос.

— Жаль такую красавицу, но за свои преступления ты должна ответить.

Вскоре вернулись его помощники. Меня бесцеремонно повернули на живот. И я почувствовала прикосновения, которые жгли меня, будто каленым железом. Как ни странно, боль утихала, раны действительно затягивались. Орки развернули меня, уложив на спину, которая словно онемела. И на мою грудь снова легла огромная зеленая лапа, слегка сжав и покрутив сосок.

— Пожалуй, стоит приласкать тебя напоследок, — заурчал утробным голосом вождь. — Не могу устоять перед твоей симпатичной мордашкой. После второй порки ты можешь и не выжить.

— Торк, поделись с нами, — произнес тот, кого называли Олаком.

— Ее на всех хватит, не переживай, — оскалившись, сказал третий.

Орки нанесли целебную мазь на оставшиеся раны, с ухмылками лаская мое тело. Я задрожала, а потом увидела, как порезы затягиваются прямо на глазах, оставляя белые шрамы.

— Я первый попробую эльфийку. Саверр — ты можешь быть вторым, — заявил Торк, отталкивая подчиненного в сторону.

Он опустился передо мной на колени, порвал остатки брюк и раздвинул мои ноги в стороны, а потом впился жадным взглядом в промежность.

— Какая сладкая! Мы попробуем тебя все вместе! Тебе понравится наша любовь, эльфийка.

— Даже не вздумай! — прошипела в ответ, пытаясь вырваться, (и откуда только силы-то взялись?) но мои руки и ноги тут же схватили и прижали к ковру два орка. Я только дергалась и всхлипывала от бессилия, когда увидела, что вождь раздевается. Он уже был сильно возбужден, на большом члене под зеленоватой кожей пульсировали вены. Мужской орган подрагивал от нетерпения. Другие орки достали свои члены и стали поглаживать их в предвкушении.

Я широко раскрыла глаза, глядя на полуобнаженных громил. Они ведь не пошутили. Сейчас меня будут иметь три орка, а я ничего не смогу сделать. Никто не придет мне на помощь, не вырвет меня из их зеленых лап. Боги! За что?! Что я такого сделала, что вы так жестоки?

На какое-то мгновение мне послышался женский переливчатый смех и раздались насмешливые слова над головой:

— Будешь слушаться в следующий раз!

Я пыталась понять, кто это сказал, но кроме меня и орков в хижине никого не было. Я, наверное, схожу с ума, не выдержав испытаний.

Торк прижал набухшую головку огромного члена ко входу в лоно. Я зажмурилась, только бы не видеть его довольного оскала, и почувствовала, как он резким движением вошел в меня, заполнив до отказа горячей плотью. Я закричала от ужаса, но орка это лишь позабавило. С гортанным рычанием он принялся двигаться во мне, вызывая только тошноту, медленно подкатывающую к моему горлу. Крепко придерживая за бедра, меня насаживали на член — а ощущение было, словно на кол. Внутри было сухо, и любое движение причиняло боль. Толстый член разрывал меня изнутри. Я уже не кричала, лишь жалобно скулила. Сил для сопротивления не осталось.

В это время Олак и Саверр возбужденно терлись об меня членами и мяли мои груди ладонями. Затем Олак передвинулся и присел за моей головой. Его пальцы сжали мой подбородок, запрокинув голову назад, и я увидела приближающийся ствол. Я лишь успела вскрикнуть от того, что Торк ускорил темп, как огромный член Олака вошел мне в рот. Я едва не подавилась, хотелось умереть в этот момент. Чуть солоноватый привкус во рту и непрекращающееся движение — я лишь пыталась урывками дышать.

Но это было еще не самое худшее, что меня ожидало. Внезапно вождь содрогнулся, сильнее прижался бедрами и утробно зарычал в приступе оргазма. Я почувствовала, как его орган уперся в препятствие, а потом мое лоно омыла горячая струя спермы. Ее было столько много, что когда орк вытащил из меня уже обмякший орган, она стала вытекать.

Мне не дали передышки — место между ног тут же занял Саверр, который сразу приступил к делу с таким азартом, что мне поплохело. Конечно, так больно уже не было, потому что имелась какая-никакая смазка. Но и приятного тоже не ощущала. Хотелось сдохнуть, только бы не чувствовать, что меня трахают три зеленых чудовища.

Саверр елозил по влажному влагалищу, хрипел от страсти и вожделения. Потом он вышел из меня и кончил на живот. А затем меня подняли над полом, прижав с двух сторон. Вождь снова был наготове, направляя свой затвердевший член в меня. Я почувствовала, как он проникает спереди в один вход, а сзади в другой пытается пальцем проникнуть Олак, предварительно смазав его жиром. Ему это удалось. Я вся сжалась. Потом вместо пальца я почувствовала член Олака, который он с трудом втиснул в меня. Меня стали подбрасывать вверх, придерживая за бедра и заставляя трястись как куклу, и теперь два члена терзали мое бедное тело. Все внутри сводило от невыносимой боли.

Третий орк тискал мои груди, оставляя синяки. Я уже не кричала, только сипела, пока меня пронзали два огромных стержня, которые попеременно двигались внутри меня.

Тут орки приостановились. Меня уложили на Олака, который тут же проник мне в задний проход. Вождь вошел сверху во влагалище, и они продолжили пытку в другом положении.

Саверр принудил меня вобрать его ствол в рот, заставляя снова давиться. Я оказалась во власти трех орков, и они лишь входили во вкус, вколачивая в меня члены всеми возможными способами. Теперь я мечтала оказаться возле столба на площади под довольное улюлюканье орков. Пусть лучше избивают до смерти, чем терпеть сексуальное насилие над собой. Я больше не могла чувствовать их мерзкие прикосновения, ощущать, как твердые большие члены разрывают мою плоть на части. Хотела отключиться и не приходить в себя. Если не умру сейчас, то сама наложу на себя руки!

— Повезло тебе, эльфийка, мы хорошо тебя приласкали перед смертью, — произнес кто-то из орков, но я уже не разбирала, кто именно. Все они слились в глазах в одну шевелящуюся зеленую массу, среди которой мелькали клыкастые пасти, подернутые пеленой вожделения глаза и большие эрегированные члены. Вскоре они поменялись местами — и пытка продолжилась в другой позе. Но я уже отключалась, ничего не чувствуя…

Все вдруг завертелось, закружилось… И я открыла глаза, поняв, что лежу в той самой яме, на грязной циновке. А над головой прозвучал ехидный смешок и раздался знакомый голос:

— Теперь поняла, что тебя ждет, если не станешь слушаться? Как тебе такой исход?

«Вот же сука! Да кто она вообще такая?! Стоп!!! Это был сон?!»

Мне даже не верилось, что все это было обманом. Я даже пощупала себя. Руки тряслись от переживаний. Но ни шрамов, ни полос от хлыста не обнаружила. Ничего не болело, разве что холодно было и бок ныл от длительного нахождения в одной позе на твердом полу. Я до сих пор находилась в тюрьме орков, ожидая своего наказания! Меня никто не бил и не насиловал! А все в кошмаре казалось таким реальным!

«Сон… Всего лишь сон!» — как в бреду повторяла я, обрадовавшись.

Но я все еще в плену у орков. И теперь мне известны мои перспективы, от которых заранее бросало в дрожь при одном только воспоминании о них.

— Ты где?! Вытащи меня отсюда! — крикнула я в пустоту. — Вернись сейчас же! Ты же можешь меня спасти?

— Могу, конечно. Если ты выполнишь одно мое условие, — прозвучал мелодичный голосок.

— Что ты хочешь? — отчаянно закричала я.

— Поступай так, как прикажу. Полностью подчинись мне.

А меня вдруг захлестнула такая ярость, что сжав кулаки, ответила:

— Я не стану чьей-либо послушной куклой! Никогда!

— Как пожелаешь! — И голос замолк. А я в ужасе уставилась в стену. Я только что подписала себе приговор!

Раздались шаги, скрипнула открывающаяся решетка… И в проеме показалось ухмыляющееся лицо Олака. Он сбросил вниз веревку.

— Обмотай себя, я тебя подниму.

А у меня затряслись руки и ноги. Сон в точности повторялся в реальности, но теперь я уже знала, что меня ожидает. И мне совсем не хотелось испытать все то же самое, что и в жутком кошмаре.

Меня подняли из ямы и потащили на площадь, где, как и во сне, ожидало наказание хлыстом. Я закрыла глаза, мысленно прощаясь с жизнью и готовясь к самому худшему…

Это произошло внезапно. Я словно почувствовала изменение, ветер дернул мои волосы — и я открыла глаза. Красные всполохи вдали гипнотизировали взгляд. Небо вдруг заволокло черными тучами, а наступившую темень с грохотом пронзили яркие зигзаги молний. Я не понимала, что происходит, но, кажется, орки догадывались — вон как побежали. В моем сне такого не было.

— Демоны! Демоны! — отчаянно кричали они.

Сгущающийся мрак вселил в орков ужас — и те в панике пытались спрятаться. В приближающейся опасности крылось вселенское зло. И я все смотрела и смотрела, вися за руки над землей и будучи не в силах отвести взгляда от горящего алого горизонта.

***

Дэмиан Ластор Хелльруангский уже долгое время пытался почувствовать душу Анны. После последней встречи во сне он больше не видел ее, и не мог понять, что ему мешает. Будто кто-то более могущественный, чем высший демон, поставил блокировку, заглушил связь с его любимой женщиной. Неужели происки богов — а точнее, той, кому он однажды посмел отказать в любви?

Когда-то он с холодностью отказал самой богине Мирелле. Демоны не чувствуют любви. Что же, не стоило отрекаться от влюбленной женщины, если она к тому еще и богиня этого мира. Мирелла в гневе поклялась, что когда-нибудь он испытает муки любви, что любовь его будет без взаимности. Он почувствует на себе, каково это любить и быть отвергнутым, что пожалеет еще и поплатится сполна за свой отказ.

Он обыскал всю Элайзию в поисках любимой, переносился в разные места Лафирии, тратя на это огромное количество магической энергии, но эльфийская принцесса пропала без следа. Уж не происки ли это богини? Он почувствовал возросшую тревогу за девушку.

В тот момент, когда он испытал боль неимоверной силы, согнувшей его тело пополам, он понял, что потерял ее навсегда. Он почувствовал разрыв образовавшейся связи между ним и Анной. Но так и не смог определить, где она находится, но впоследствии ему удалось узнать, куда направился брат девушки.

Попав на руины полуразрушенного замка, он узнал о судьбе магини, но не хотел поверить в произошедшее. Богиня исполнила свое обещание и убила девушку, разлучив их души навсегда. Древнему предсказанию об освобождении его народа не суждено было сбыться.

Он испытал такую боль и тоску в своем сердце, что в первые минуты не мог дышать.

Орки смогли забрать ее тело. Но он не верил, что эльфийка мертва. Он был в бешенстве. Он лично убедится в ее смерти, а потом уничтожит всех орков вместе взятых, сотрет их грязную расу с лица земли! Внутри он чувствовал опустошение, как после пожара и мрачную решимость, словно из него вытащили горячее пульсирующее сердце, вложив вместо него кусок холодного камня.

Он собрал армию и двинул на север. Еще по пути он на мгновение почувствовал слабую связь, уловил душу Анны, которая отчаянно звала на помощь. Работала связь клейма! Анна не умерла, и ей угрожала опасность! Дэмиан не верил своим ощущениям, хотя очень хотел, чтобы девушка оказалась живой. Связь прекратилась и больше не возобновлялась. Но и того краткого мгновения хватило, чтобы уловить направление ее мысли.

Это заставило поспешить. Орки должны ответить за то, что пленили его любимую. А с богиней придется разобраться позже. Если это, конечно, она виновата. Тогда стоит поискать способ, чтобы угомонить ее.

Потому как на любую силу всегда найдется сила, ее превосходящая.

***

Орки в суете бросали все. Ветер усилился, поднимая пыль и мусор на земле. Женщины прятались в домах, в то время, как воины вскакивали на своих животных, вынимая оружие из чехлов и готовясь отразить атаку.

Про меня словно все забыли. Я так и висела у столба со связанными руками и испуганно смотрела на все происходящее. Пыль забивалась в рот и в глаза, и я отвернула голову в сторону. Страшно, аж мурашки по коже. Неизвестно, чем обернется альтернативная вероятность моего сна. И кто такие эти демоны? Они внушали мне ужас. Как они выглядят, мне еще предстояло узнать, может они еще страшнее орков. Что, если стану переходящим призом, и меня заберут другие? Быть сексуальной рабыней озабоченных демонов не хотелось. Скорее бы вспомнить, кто я такая и какой обладаю силой. Орки называли меня магиней, но я не чувствовала в себе никакой силы. Невыносимо сознавать, что так слаба перед новой угрозой. Чувство беспомощности снова поглотило меня, но я постаралась не отчаиваться раньше времени. Может, демоны пришли меня спасать?

Небо потемнело еще больше. Собиралась гроза. Молнии разрывали небо извилистыми вспышками. На мое лицо упали первые капли дождя. Ветер превратился в ураган — казалось, он сейчас снесет крыши с домов. Полчище крылатых демонов уже орудовало в деревне. Пахло кровью. И страхом.

Косые струи больно хлестали меня по щекам. Волосы намокли, с них стекала вода, попадая на спину. Через пару минут я промокла насквозь. Стена ливня мешала рассмотреть, что происходило дальше, в нескольких метрах от меня. Я лишь слышала крики орков, чувствовала запах дыма, когда огонь горящих домов гасила бушующая стихия.

Я вскрикнула, осознав, что ко мне спускается крылатый монстр. Огромные рога выделялись на фоне молний, периодически озаряющих небо. Глазищи сверкали оранжевым пламенем, и в них не было ничего человеческого. Он напоминал жуткого монстра из фильмов ужасов. Он пришел меня убить, уничтожить, как и жителей деревни. Он протянул ко мне когтистую лапу, и я закричала из последних сил.

— Уйди от меня, нечисть!

Закрыла в страхе глаза, как будто это могло меня спасти. Хоть перед смертью не буду видеть это страшное лицо.

— Анна! Анна! Я искал тебя, — пророкотал зовущий голос, сливаясь со звуками грома.

— Тогда просто освободи меня. Пожалуйста! Я не хочу умирать! — еле выговорила я, трясясь от холода и страха. Слезы катились из-под закрытых век, смешиваясь с потоками воды, льющейся с неба.

Я чуть не упала на землю, прямо в лужу. Демон легко разорвал когтями веревки, что стягивали мои запястья, и смог удержать меня. Я оттолкнула его от себя, отпрянула, все же падая в грязную лужу, и поползла назад, умоляя оставить меня в покое, исчезнуть.

— Анна, ты меня не помнишь? — Монстр удивленно замер.

— Я… я вообще ничего не помню. Как тут оказалась, кто я такая, и за что боги прогневались на меня!

Тело демона вдруг засветилось всполохами и пошло огненными трещинами. Крылья вспыхнули оранжевым светом, сгорая и рассыпаясь на глазах, и исчезли, а черты лица плавно изменились, приобретая человеческий вид. И вместо демона я увидела высокого мужчину, который присел передо мной, протягивая одну руку. Я попыталась не закричать и вся сжалась в ожидании расправы.

— Это же я, Дэмиан, — ласково начал он. — Ты должна меня помнить. Я искал тебя по всему миру, Анна. Иди же ко мне, я не причиню тебе вреда!

— Нет! Нет! — повторяла я, продолжая тихо отползать, чувствуя, как ладони уходят в размокшую глину.

После жуткого сна не хотела никому верить, не могла принять его слова за правду. Мужчина вдруг оказался совсем рядом, обнял меня, закрывая от дождя своим горячим телом. Я почувствовала исходящее от него тепло и замерла. Он поднял мой подбородок ласково, но настойчиво, с нежностью заглядывая в мои глаза. Его дыхание обожгло. Как завороженная я смотрела на красивое лицо, освещенное отблесками молний. Слишком красивое, чтобы быть реальностью. Оно было наполнено любовью. В его руках я вдруг почувствовала себя спокойно и перестала дрожать. Он склонился и завладел моими губами, целуя с такой страстью, что меня окатило жаром. Я вдруг вскрикнула и отстранилась, почувствовав жгучую боль в плече.

Незнакомец прикоснулся к нему, проведя пальцами, отчего боль сразу прекратилась.

В этот момент к демону спустились трое крылатых монстров. Они встали перед ним, склонив в почтении свои жуткие рогатые головы.

— Есть новости, Ваше Темное Величество, — проговорил самый страшный из троих слуг. — У жреца деревни мы обнаружили магический кристалл, в котором заперта огромная сила.

— Кажется, я знаю, откуда он ее взял, — проговорил демон, сжимая челюсти. — Анна, — обратился он ко мне, — не бойся! Больше никто не посмеет причинить тебе вред. Ты — моя невеста, и очень скоро станешь королевой Темных.

Я даже рот приоткрыла от изумления. Когда это я успела стать суженой демона?

Я не чувствовала к нему никакой любви. Только благодарность за спасение.

Демон встал и подал мне руку, помогая подняться на ноги, и придержал, чтобы не упала. Он снял с себя тяжелый плащ и набросил его мне на плечи, задержав руки на плечах. Внутри плащ оказался сухим, и мне сразу стало теплее. Я все еще испуганно смотрела на короля демона и его слуг, ожидая дальнейшего развития событий.

— Ты должна прикоснуться к кристаллу, тогда к тебе вернутся силы! Придется пойти за ним в дом шамана.

Одно неуловимое движение — и мы переместились к жрецу. Тот затрясся от страха, заметив наше появление. Упав на коленях, он просил пощадить его жизнь, но я увидела в загоревшихся глазах демона мрачную холодную решимость. Жрецу не было пощады. Он упал бездыханный на землю.

Я протянула руку к кристаллу, в котором таилась удивительная магия. Она словно почувствовала меня и ласково потянулась, будто узнав меня, потерлась об мою руку, а потом мягко перетекла в мое тело, наполняя его силой и светом. В глазах вдруг потемнело. Все пространство закружилось вокруг меня цветным калейдоскопом. Я думала, что это последствия возвращения силы. Но сквозь этот цветной туман услышала отчаянный крик короля демонов:

— Анна! Вернись!!!

Но я почувствовала, как мною завладела более могущественная сила. Она подчинила мою волю, унося в неизвестную даль. Голос Дэмиана резко пропал.

Открыв глаза, я поняла, что лежу на траве, а на небе ярко светит солнце. Где я вновь оказалась? Вокруг поле, одна пустошь. Степь.

— Добилась своего? Вернула силу? — прозвучал все тот же женский ехидный голос.

Я поднялась, пытаясь прийти в себя. Солнце пекло так, что пришлось снять плащ. Так быстрее высохну. Я вдруг поняла, кому принадлежал голос. Словно кто-то приподнял перегородку — и приоткрылась щель в воспоминания. Это ведь Мирелла, богиня любви.

Стоп! Я что, ее раньше знала? Определенно! Я понимала, кто со мной говорит. Моя память возвращалась фрагментами, но это уже лучше, чем ничего не знать.

Например, я вспомнила последние события, битву с орками, полуразрушенный замок и то, как я поднимаюсь над ним. И как Мирелла снова вернула меня в тело. Да! Я помню, помню!

— Оставь меня, наконец, в покое! — крикнула в пустоту, не видя самой богини, но зная, что она все слышит. — Это ведь ты перенесла меня сюда?

В ответ раздался ехидный смешок.

— Догадливая какая. Не зря ты мне так нравишься. Конечно, это я помогла тебе: избавила от орков и демонов, которые еще ужаснее, и ты даже не представляешь насколько. Теперь ты свободна и можешь жить так, как тебе вздумается.

«Какая заботливая богиня. Только вот почему-то меня от ее опеки уже тошнит», — подумала я.

— Я так и сделаю, а тебя попрошу больше не вмешиваться в мою жизнь!

В ответ снова смех. И я почувствовала, что оказалась одна среди поля. Я осмотрелась в поисках какого-либо ориентира, но куда бы ни бросала взор, везде одно лишь голое пространство, без единого деревца. Все равно куда идти. И я двинула наугад.

Шла долго, выбилась из сил. К тому же хотелось есть и пить. Просто безумно хотелось холодной воды. Смешно даже. Недавно на меня лился с небес поток, а я мечтала о тепле, теперь же вот мечтаю снова о ливне.

Воспоминания о плене у орков постепенно мутнели и теряли остроту, к ним на смену приходили размытые воспоминания о битве в крепости. Какие-то неясные и нечеткие. Теперь стало немного понятно, за что меня хотели наказать орки. Пыталась напрячь память и дальше, но заработала лишь головную боль. Я была уверена только в том, что меня называли Анной, что демоны спасли меня, и при этом я неожиданно оказалась невестой их короля. Но, по всей видимости, богиня настроена против этого союза — не стала бы она закидывать меня неизвестно куда.

Солнце уже клонилось к закату, и я стала волноваться о ночлеге. Мучила жажда, но похоже, моя смерть была неугодна богине, и я вышла к речке. Спустилась с высокого берега вниз и, встав на колени, стала жадно захватывать ладонями прохладную воду. Напившись, решила остановиться здесь. В лучах заката зашла в воду, смывая с себя засохшую грязь, постирала, как смогла, одежду, больше похожую на лохмотья, и положила сушиться на землю. Судя по наступившей прохладе, ночка меня ждет не из теплых, хорошо, что у меня остался плащ демона, в него и закуталась. Надо бы костер разжечь, да только как?

Я вдруг рассмеялась своей глупости. Я же могу применить магию, вот же непутевая! Я не знала, как это сделаю, но почему-то была уверена в успехе. Только вот дровишек никто заранее для меня не приготовил. Да и где их взять, когда кругом сухая трава?

Я принялась собирать ее, складывать в кучу. Да уж, долго этот костер гореть не будет. Хоть согреюсь, но тогда мне придется всю ночь поддерживать огонь, будет совсем не до сна. Я рассмеялась. Еще огня не развела, а уже представляю, как греюсь возле него. Я чувствовала себя немного ведьмой, в одном плаще на голое тело, только метлы не хватает. Почему нужна метла, не могла вспомнить, но явно нужный инструмент в магии. Так, и что должна делать магиня? Произнести заклинание? Станцевать ритуальный танец вокруг кучи сложенной травы?

Я попыталась представить пламя. Смутные воспоминания о процессе горения у меня еще оставались, опять же не знаю, откуда такие познания. Но кажется, нужно что-то другое. Я задумалась. Хотелось петь. Странное желание — спеть в пустом поле. Зато никто не услышит и не увидит позора. Я призадумалась. Слова сами складывались в уме, а голос подчинился.

В руках запекло, но я терпеливо держала их над травой.

И тут я словила себя на том, что сама улыбаюсь на все свои сколько там, не знаю, зубы, видя, как пляшет весело огонь. Я даже не помнила, откуда мне известна песня, но она сработала — и это главное. Что-то ведьминское звучало в словах, и я радовалась, что память возвращалась, а вместе с ней и магия, которой я могла воспользоваться. Еще бы еды наколдовать. Но как это сделать, пока не вспомнила. Ну не все сразу! Я уже была на седьмом небе от счастья, что смогла развести огонь. Ведь огонь — это жизнь, и сразу настроение поднялось.

Я прилегла на траву, греясь у костра. Небо было невероятно звездным. Голодная, но счастливая, я все не отрывала взгляда от небесного покрывала. Я вдруг поняла, что жду чего-то. Падения звезды? Ведь тогда загадывают желание. Эх, звездопад бывает чаще всего в августе!

Вдруг, подчиняясь моему желанию, одна звезда упала. И я почему-то поняла, что понятия не имею, что такое август и почему именно при падении звезд нужно загадывать желание. Но решила пока не заморачиваться и стала внимательно следить за небом, чтобы не пропустить следующей падающей звезды.

И вот она, ненаглядная, срывается и летит вниз, прочертив в темноте яркую бело-голубую линию.

Я сжала кулачки и зажмурилась, моля небо услышать мои слова.

«Пусть меня найдет друг. Тот, кому я доверяю, кто меня не предаст», — мысленно попросила я. Я даже оглянулась в поисках знакомого, но тут же рассмеялась. Вот сейчас возьмет Всевышний и послушает. И кому молилась?

И все равно долго всматривалась в непроглядную вдаль, а устав, легла, перед этим перевернув одежду. С одной стороны она уже просохла.

Мысли о еде не покидали меня, но сон должен притупить голод. Я вздохнула, закрыла глаза и уже приготовилась спать, как наступившая тишина насторожила. Только что засыпала под стрекотание местных насекомых, как они взяли и умолкли, словно почувствовав опасность. Я вся сжалась. Вот же дура! Тут, наверное, полно диких и опасных животных, и мне еще повезет, если это будут именно они. Последнее время показало, что страшней зверей могут быть и другие существа.

Я открыла глаза. Около костра стоял орк! Самый настоящий орк.

— А-а-а-а-а-а! — успела закричать, пока мой рот не накрыла зеленая лапища. Своим телом орк придавил меня к земле так, что я не могла шелохнуться.

— Госпожа, тише, не бойтесь! Это же я, Дуллар!

Какой такой Дуллар?! Я уставилась на орка. Он мне вообще кто? Судя по его поведению и словам, мы знакомы. А сейчас, когда нас разделяет только плащ, так и вовсе можем перешагнуть за черту близости. Мне даже страшно стало. Одна в пустом поле, с орком, а на мне лишь один плащ. Что ему мешает воспользоваться случаем?

Но орк обращался ко мне уважительно. Вообще он был не таким уж и страшным. Да и орком его можно было назвать с большой натяжкой. В отблесках пламени я могла рассмотреть его лицо, чуть заостренные уши и длинные светлые волосы. Если бы не торчащие клыки и зеленая кожа, можно было бы сказать, что он эльф. Я догадалась, что он полукровка. Кажется, мы действительно знакомы.

И тут как молнией промелькнуло воспоминание: защита крепости на скале, нападение полчища орков, эльф с опаленным гневом лицом, который домогался меня, и… Дуллар, который спас меня от притязаний принца! Да! Я вспомнила! Он ведь мой личный слуга, не раз выручавший из различных передряг. К сожалению, я пока не вспомнила точно, из каких именно. Мои молитвы были услышаны Небом!

— Дуллар?!

— Слава Богам, вы живы. Как же я рад!

— Но как ты нашел меня? Что произошло? Кто я такая? — посыпались из меня вопросы, как ягоды из перевернутого лукошка. Я столько всего хотела выяснить, что даже не знала, с чего начать.

— Мы думали, что вы мертвы, госпожа Анариэль, — чуть запинаясь, ответил Дуллар. — Орки смогли перехватить ваше тело, когда вас убили… Точнее, пытались убить. Мы сумели отстоять крепость, но все усилия были брошены на защиту. После Лорд Велитор вместе с отрядом бросился на ваши поиски. Мы не хотели, чтобы ваше тело было осквернено. Ночью наши отряды вышли на деревню орков, куда вас увезли, но оказалось, там уже побывали асуры. Оставшиеся в живых орки утверждали, что вы живы и вас похитили демоны. Я уже не надеялся, что смогу когда-нибудь увидеть вас. Демоны никогда не отдают добычу. И тут услышал песню. Мне даже показалось, что я брежу, так я хотел, чтобы это была не галлюцинация. Госпожа, вы совсем ничего не помните?

Я попыталась что-то сказать, но на глаза навернулись слезы радости. Поэтому просто обняла орка за шею в каком-то эмоциональном порыве. Дуллар, Дулларчик, родной!

Я всхлипывала, вспоминая о том, через что мне пришлось пройти, и все не отпускала орка.

Он ласково и осторожно вытер мои слезы своей большой рукой и помог мне подняться. Он был смущен моим проявлением чувств, эмоциональным выплеском, но не стал сдерживать меня, дав возможность успокоиться. Он просто обнимал, поглаживал и похлопывал меня по спине — и я постепенно стихла. Дуллар достал из мешка хлеб с мясом и протянул мне. Тут и просить не надо было, я с удовольствием вгрызлась в еду, позабыв все печали. Мне вдруг вспомнилось наше знакомство, как я помогла орку вылезть из ямы и накормила тем, что лежало на дне сумки. Теперь вот получаю отдачу.

Потом мы долго сидели рядом, всматриваясь в ночное небо.

— Что мы будем делать дальше? — спросила, нарушая молчание и глядя, как орк задумчиво ворошит костер острием меча.

— Вы хотели попасть к магам в Моруанию, — напомнил мне Дуллар.

Точно! Я хотела в Моруанию! Что такое Моруания, для меня оставалось тайной, но свое желание смутно припоминала. Кажется, именно поэтому и находилась в армии.

— Далеко это? — поинтересовалась у орка.

— Мы прошли большую часть пути до побережья. Осталось немного — и мы попадем в порт. Впереди, на северо-востоке, земли кентавров. Это мирный народ, и он не ведет войн, если его не спровоцировать. Там мы будем в безопасности.