ГЛАВА 8

Не помню даже, как заснула на плече у орка, а когда открыла глаза, то солнце уже взошло довольно высоко и припекало. Орк так и не шелохнулся. Неужели всю ночь просидел? Неудобно-то как!

— Мне нужна одежда! — спохватилась я, вспомнив, что на мне почти ничего нет. Хорошо, хоть плащ имелся. Я вопросительно взглянула на котомку Дуллара. — У тебя, случайно, ничего для меня не найдется?

— Есть запасная рубашка, госпожа Анариэль, но, боюсь, она вам не по размеру.

Он достал из сумки свернутую льняную рубашку и подал мне. Сам отошел на несколько шагов в сторону и отвернулся. Скромный.

Улыбнувшись, сбросила плащ и надела на себя рубашку, не беспокоясь, что буду потревожена вниманием слуги. Она оказалась длинной и просторной, почти как платье, но зато не стесняла движений и пахла едва уловимым запахом орка. Я позвала Дуллара и попросила найти какую-нибудь веревку вместо пояса. Орк достал из сумки моток и отрезал ножом небольшой длины бечевку, которой я и подвязалась. Теперь чувствовала себя более уверенной.

Перепады температуры в степи были ощутимо заметными. Магия поддерживала костер, но нам пришлось его потушить. Мы убрали остатки кострища, присыпав травой и землей.

Дуллар отлично знал, куда нам идти. Смочил палец и выставил по ветру, определяя направление. Собрав вещи, мы двинулись на северо-восток, в сторону нейтральных земель, где жили кентавры. Я была точно уверена, что никогда не видела этих существ. Интересно, какие они?

Когда солнце встало в зенит, припекло так, что идти дальше не имело смысла. Я плавилась и изнемогала от жары, пришлось остановиться и переждать в тени деревьев, что постепенно сменили высокую траву. Мы все это время шли вдоль реки по течению. Дуллар спустился по склону вниз, чтобы наполнить флягу водой, как раздались крики. На наш след напали орки! Неужели все повторится вновь?

Я с тревогой взглянула на Дуллара, потом на отряд орков, силуэты которых виднелись в поле. Что же делать?!

— Бежим, госпожа! — Дуллар оказался рядом и схватил за руку.

Мысль хорошая, но вот орки верхом на своих тварях, и их много, а мы имеем в арсенале только ноги и один меч на двоих. Но размышлять времени не осталось, и мы припустили, что было духу. В глазах мелькали солнечные пятна, бок нещадно кололо, а легкие разрывало от тяжелого дыхания, еще немного — и я сдамся. Дуллар вдруг остановился, подхватил меня на плечо и, наращивая темп, побежал дальше. Но со мной ему далеко не убежать.

— Брось меня! Они охотятся за мной, — сказала я.

— Не говорите глупостей, госпожа. Я вас не оставлю.

— Ты не сможешь меня нести, нас уже догоняют. Слышишь? Оставь меня! Один ты спасешься, а со мной погибнешь.

— Я же сказал, что не брошу! — упрямо ответил орк.

Дуллар не стал меня даже слушать, но я чувствовала, что и его настигает усталость.

Внезапно Дуллар остановился, и я не сразу поняла, в чем дело. Он поставил меня на землю и указал на другую сторону реки. Я подняла голову и увидела настоящих кентавров. Их было трое, и им прекрасно было видно нас с высоты. Они невозмутимо наблюдали за нами, держа мечи в ножнах.

— Здесь есть брод! — громко крикнул вдруг кентавр серой масти. — Пройдите дальше, мы вас встретим. Нарушать границу мы не можем.

Дуллар посадил меня к себе на плечи и двинулся к названному месту. Трава там оказалась смятой, имелась узкая тропа. Дуллар вошел в воду, медленно продвигаясь вперед и преодолевая сильное течение. Вода была довольно холодной, и я искренне жалела своего слугу. Мои ноги успели замерзнуть.

Казалось, мы уже почти оторвались от погони, но тут орки выскочили на берег и послали нам вдогонку тучу стрел. Я даже не поняла, что произошло, когда Дуллар резко опустил меня, закрывая своим телом, а потом дернулся, но продолжил идти вперед. Я лишь хватала ртом воздух, очутившись в ледяной воде. Еще несколько шагов — и он вынес меня на берег. Кентавры обступили нас, закрывая щитами. Дуллар же упал на колени, хватаясь за плечо. Его ранили!

На другом берегу орки озверели, но в воду не вошли. Мы еще долго слышали позади себя их гневные крики. Меня к себе на спину посадил кентавр серой масти, а Дуллара взвалил к себе воин шоколадного цвета. Я крепко держалась за талию мужчины, чтобы не упасть, неслись мы просто с огромной скоростью и так, что все мелькало перед глазами, превращаясь в размытую картину. Я даже не успевала ничего разглядеть.

Мы направились в сторону от реки и через какое-то время перешли на среднюю скорость или, правильнее будет сказать, на рысь.

Вскоре мы настигли большую компанию кентавров, мирно расположившихся на траве возле своих шалашей. От костров шел запах дыма и пищи, а женщины были заняты ее приготовлением, в то время как малыши резвились на лугу, играя в догонялки.

Я смогла, наконец, рассмотреть этих удивительных существ. Мощные, сильные, свободные. Они излучали внутреннюю уверенность и спокойствие. Мужчины обладали властными взглядами, а женщины кротким нравом. На обнаженных мужских торсах вместо одежды имелись лишь украшения, кожаные пояса, чехлы для оружия, амуниция. На шеях некоторых висели цепочки с амулетами. Женщины прикрывали груди широкими кожаными лентами, закрепленными крест-накрест. Другие, что помоложе, были обнажены, и их полные крепкие груди колыхались при плавном движении.

Я втайне любовалась красотой и грацией кентавров, но не переставала волноваться за слугу, все время возвращаясь взглядом к темному кентавру, что нес на спине Дуллара. Воин, на котором я сидела, замедлился и, развернувшись ко мне, произнес:

— Вы можете не бояться за своего друга, ему окажут помощь.

Удивительное это сочетание — мужчины и коня. Вот смотрит, вроде, человек, с гривой длинных роскошных пепельных волос почти по талию, а сижу-то я на крупе животного!

Дуллара, потерявшего сознание, внесли в деревянный высокий шалаш. Я последовала за ним. Там возле очага увидела женщину-кентавра, старую шаманку, с длинными седыми волосами, заплетенными в две косы, спускающимися почти до земли, к которой поднесли моего слугу. Она сломала стрелу, порвала рубашку, а затем продавила острие вперед и вытащила его из спины Дуллара. Тот застонал в беспамятстве. Я дернулась в сторону орка, но была остановлена взглядом старухи. Та словно приказывала не мешать. Ей было мало мучить бедного слугу, так она еще сдавила его плечо так, что тот снова застонал. Из глубокой раны полилась темная густая кровь. Она вытерла ее, промывая плечо смоченным в воде куском грубой ткани.

— Стрела отравлена, ему очень повезет, если выживет, — проскрипела старуха, присыпая рану целебным порошком. Она ловко порвала ткань на ленты и перевязала плечо орку, а потом поднялась, оставив его лежать на ворохе соломы. — Все, что было в моих силах, я сделала, — добавила она, накрыв полукровку одеялом.

Я с тревогой всматривалась в побледневшее лицо орка. Оно так изменилось, что я почти не узнавала его. Разве орки так белеют? Или он действительно в полушаге от смерти? Страх сдавил мою грудь, вызывая нарастающую панику. Неужели это конец? Мы столько пережили вместе, в этом мире у меня нет никого ценнее, чем этот полукровка, а я только и могу, что наблюдать за его быстрым угасанием. Я не могла допустить его гибели! Кто угодно, только не Дуллар, столько раз спасавший меня от верной смерти!

Я решительно вытерла слезы. Я не знала, как помочь орку, но что-то внутри мне подсказывало, что нужно делать. Я приложила ладони к перевязанному плечу и закрыла глаза, представив, как рана затягивается. Как кровь очищается от яда, как сосуды и ткани срастаются. Я чувствовала тепло, исходящее от ладоней, глаза слепило даже сквозь закрытые веки. И слышала изумленные возгласы, но не стала отвлекаться.

Как только поняла, что смогла исцелить, открыла глаза. Приподняв ткань, убедилась воочию. От раны остался только темный след — и тот уже светлел. Кентавры, как завороженные, наблюдали за моими действиями. Похоже, они не так часто были свидетелями полного исцеления. Тут Дуллар вздохнул и открыл глаза. Его взгляд… никогда не забуду! Он словно понимал, что вернулся с того света. Он поднял руку и прикоснулся к моей щеке, а бледные сухие губы дрогнули в улыбке.

— Совсем не думаешь о себе, — тихо произнес он. — Заболеешь, кто будет тебя лечить?

Только Дуллар мог такое сказать! Находясь на волоске от смерти, волнуется о ком-то другом.

Я почувствовала, как на глаза навернулись слезы, но то были слезы радости.

— Иди переоденься, я в порядке, — успокоил меня орк.

А я только сейчас поняла, что трясусь от холода и навалившейся усталости. Пробежка по степи и скачка в мокрой одежде не прошли даром. Рубашка неприятно прилипла к телу и холодила его. Я попросила оставить нас одних, и кентавры, молча кивнув, вышли. Дуллар вновь закрыл глаза. Я не стала его беспокоить. Поднялась, развязала веревки плаща и сняла его. Взяла с земли сумку орка. Оглянулась в сторону слуги — он, казалось, спит. Повесив плащ на палку возле очага, встала за ним, как за ширмой, и сняла через голову просторную рубашку. Придется надеть лохмотья, пока сорочка не просохнет. Хорошо, что не выкинула старую одежду, которая находится в кожаной сумке.

Когда переоделась, выглянула, чтобы посмотреть на орка. Тот все так же лежал, а грудь его мерно поднималась в такт дыханию. Я не придумала ничего лучше, как лечь возле орка и постараться уснуть. Но его рубашка тоже насквозь промокла, и мне пришлось порвать ее окончательно и снять. Штаны я не рискнула трогать.

Орк был такой горячий, что сначала подумала, что у него поднялась температура, но цвет лица вернулся к прежнему, а дыхание было ровным и спокойным. Я выдохнула с облегчением, рассматривая орка. Почему-то раньше никогда не обращала, какие у него длинные ресницы, высокие развитые скулы, мягкие губы и какие сильные руки и плечи… Возможно, запамятовала, но вот как согревал меня орк холодной ночью — не забыла.

Слегка помешкав, все же приподняла угол одеяла и тихонько забралась под него, стараясь не побеспокоить орка, а потом осторожно положила голову на открытое мужское плечо, все с тем же любопытством поглядывая на лицо слуги. Ни один мускул не дрогнул, но неожиданно Дуллар притянул меня к себе, крепко обняв. Я напряглась и ждала, что он скажет.

— Спи. Тебе нужно отдохнуть. — Он так и не открыл глаза.

Я расслабилась и не заметила, как уснула в теплых объятиях друга.

Открыла глаза, когда уже стемнело. Возле шалашей кентавров горели костры, слышалась тихая мелодия. Кто-то играл на лютне. Очаг внутри все также согревал, но, если честно, мужчина, что смотрел сейчас на меня, был намного горячее.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила первое, что пришло на ум.

— Благодаря твоей целебной магии я полностью восстановился, — ответил Дуллар и, придерживая за плечо, покрутил рукой. — Вот смотри, даже боли не чувствую.

— Это хорошо, — ответила, отводя взгляд, и замолчала. Наступила неловкая пауза.

Я приподнялась, выползая из-под одеяла. Почему-то взгляд орка немного смущал. Я давно не считала его слугой, но он только сейчас стал относиться ко мне по-другому. Он всегда был для меня хорошим другом, который не раз вытаскивал меня из неприятностей, хоть и смутно помнила, из каких именно. Но сегодня что-то изменилось, и дружба наша перешла через какую-то грань, переросла в нечто большее. Словно наши души сблизились.

— Мы проспали полдня, — сказала я. — Думаю, сможем завтра продолжить свой путь, раз ты чувствуешь себя хорошо.

— Орки так просто не сдадутся, они будут поджидать нас на границе. Надо поговорить с вожаком племени и попросить помощи.

Я накинула плащ, а ту рубашку, что Дуллар давал мне, вернула ему. Вся одежда уже просохла. Мы вышли из шалаша и направились к большому костру, возле которого грелись кентавры. Найти вожака не составило труда, и я с удивлением отметила, что именно он вез меня на своей спине. С длинными пепельными волосами, убранными назад, с золотым венком на голове он величественно лежал возле костра на небольшом возвышении.

Я никогда не общалась с кентаврами, во всяком случае, не помню, не знала их традиций и образа жизни, и все здесь казалось мне в новинку. Их дома, их песни, разговоры. Да и сами удивительные существа постоянно привлекали взгляд, особенно мужчины, кажущиеся опасными, но сильными и красивыми. Нас заметили и приподнялись на ноги.

— Приветствуем вас, путники. Вы можете присесть с нами, — произнес вожак, жестом приглашая приблизиться к нему.

— Благодарим вас, айр Нарлан. Вы очень нам помогли. Я надеюсь, что наше присутствие вам не в тягость. Мы покинем племя, но просим о помощи. Дело в том, что мы шли в Моруанию, когда на нас напали орки. Думаю, они станут нас преследовать, — сказал Дуллар.

— Мое племя с радостью окажет поддержку магине и ее спутнику, — ответил вождь Нарлан. — Но мы хотим попросить вас немного задержаться. Еще не вернулся отряд охотников, по их возвращению я смогу дать вам в сопровождение самых сильных воинов. Вы доберетесь до нужного места без опасения для жизни.

Дуллар кивнул, соглашаясь.

— Хорошо.

Мы сели у возвышения со ступенями. Тут же перед нами появился поднос с едой и вином. Я чувствовала любопытство со стороны кентавров, но это не помешало мне насладиться пищей.

— Могу ли я узнать имя магини? — произнес вождь.

— Ана… — только начала я, как Дуллар перебил.

— Ее зовут Анна, — сказал орк, игнорируя мой изумленный взгляд.

— Да, все верно, так меня зовут, — поправилась я, на секунду замерев. Имя мне показалось таким знакомым… Странно.

А еще меня насторожило то, что Дуллар не назвал меня Анариэль. Видимо, у него есть основания скрывать мое настоящее имя.

Вожак махнул рукой, и послышалась приятная мелодия. Музыканты лихо выводили на лютнях пассажи. Кентавриды стали плясать возле костра, поднимая руки вверх и звеня браслетами в такт.

Их копыта по очереди ударяли о камни, выстукивая искры, а земля дрожала от их слаженного цокота. Казалось, что вибрация наполняла воздух, вторя прекрасной песне, звуки которой постепенно охватывали все пространство вокруг. Эта песня затрагивала невидимые струны, проникала в саму душу, будоражила кровь, создавала особое настроение, будто я стала частью некого священного действия.

Вяленое мясо оказалось вкусным, оно просто таяло во рту. Вместо хлеба женщины пекли на больших камнях круглые лепешки из злаков, их подали еще горячими. Я быстро утолила первый голод и принялась за фрукты. Съела целую гроздь сладкого винограда, затем попробовала спелую грушу, сок которой стекал по подбородку. Я облизнулась и почувствовала на себе прожигающий насквозь взгляд вождя. Он не сводил глаз, наблюдая за мной все это время.

Я отвернулась, делая вид, что равнодушна к тому интересу, что вызвала у вождя кентавров, закончила трапезу и попросила разрешения покинуть компанию.

— Прошу, побудьте еще с нами, Анна. Я сделал все возможное, чтобы развлечь вас, но если вам скучно, не желаете ли сами нас повеселить? — произнес айр Нарлан.

Было бы невежливо отказать тем, кто спас наши жизни. Я решила спеть песню о любви. Все же танец кентаврид навеял лирический настрой. Не знаю, откуда мне знакома песня, которую я начала петь, но она была как раз под мое состояние.

Казалось, кентавры затихли, зачарованные песней. Я пела, а лица слушателей становились светлее и задумчивее.

Кентавры все еще не отошли от песни. Кентавриды склонили головы к своим парам и тихонько вздыхали. Вождь нервно сжимал в руках символ власти — посох с круглым набалдашником — и смотрел горящим взглядом перед собой. Я повернулась к Дуллару, но и он сидел, погруженный в свои мысли, отрешенный от всего мира.

***

Время до поздней ночи прошло на удивление быстро. Кентавры жарили мясо, используя длинные металлические прутья, с которых потом ели обжигающие куски. Мне было достаточно того, что я уже съела, да и вообще наедаться перед сном посчитала неправильным. Даже не знаю, почему мне это пришло в голову, ведь с фигурой у меня все нормально. Словно когда-то моя жизнь была иной… совсем иной.

Решив не заморачиваться, потихоньку улизнула с посиделок и отправилась в палатку, чтобы не мешать Дуллару ужинать вместе с кентаврами. Ему нужно набираться сил перед дорогой. Но за мной так же незаметно постарался уйти и Дуллар.

— Надеюсь, мы до Моруании доберемся без проблем, — вдруг задумчиво сказал Дуллар после того, как настиг меня. — Я никогда не спрашивал: зачем тебе понадобились моруанские маги? — И замолк, пристально глядя мне в глаза.

— Если бы я сама помнила. Я ведь говорила, что потеряла память после…

— После того, как тебя на поле убили орки? — вопросительно поднял брови Дуллар. — Я видел твое мертвое тело… И думал, что навсегда потерял тебя…

Дуллар вдруг притянул меня к себе, сжимая в объятиях. Мне была приятна его неожиданная нежность. Но внезапно в голове возникла картина, как меня несла в своих когтях крылатая тварь. Падение в траву. И возникшая передо мной фигура мужчины, голос которого мне показался знакомым.

— Некромант, — прошептала я со страхом, вспомнив момент своей «смерти», и слегка отстранилась от орка. — Он убил меня и хотел захватить мою душу, но я смогла вырваться из его плена. А потом… потом богиня не позволила мне умереть. Она вернула мою душу в тело, я очнулась, когда орки везли меня в деревню!

— Странно все. Откуда на поле боя мог взяться некромант? Значит, предатель был среди нас. Но теперь все позади. Благодаря твоей магии мы смогли в конечном счете одержать победу. И я очень рад, что ты жива, Анариэль, и я могу вот так просто прикоснуться к тебе, — тихо сказал Дуллар, и я почувствовала в его словах отголоски боли от расставания.

Надо же, он так переживал за меня. А я едва снова не погибла в плену орков. Мне повезло, что демоны напали на деревню…

Мое плечо вдруг охватила жгучая боль. Я стянула рубашку и с удивлением уставилась на покрасневшее пятно, на котором проявлялся едва заметный рисунок.

Дуллар провел пальцами по обожженному месту, отчего я вздрогнула.

— Что это? — спросил он.

— Не знаю, — озадачилась я. — Я почувствовала боль в этом же месте, когда демон спас меня в деревне орков.

Дуллар нахмурился, снова проведя рукой по опаленному плечу и разглядывая его в свете очага.

— Это похоже на знак, только рисунок еще не обозначился. Можно спросить у моруанских магов, когда прибудем на острова.

Горизонт уже светлел, когда мы легли спать. Я устроилась немного в стороне, отвернувшись, почему-то неудобно себя чувствовала рядом с орком, но вот проснулась опять в его объятиях. Мне снился сон, что Дуллар обнимает меня и целует в висок. Так тепло стало! Я повернулась к нему, обняв его за талию, и тут же почувствовала прикосновение к своим губам. Почти неразличимое. Хотела убедиться в его реальности, но темнота захватила надо мною власть. Возможно ли, что мне все это не привиделось? И Дуллар действительно поцеловал меня?

Когда проснулась, открыла глаза и посмотрела на орка, он, казалось, безмятежно спал. Да нет, приснилось, наверное… Все же какой он красивый при утреннем свете!

Дуллар вздохнул, и я тут же закрыла глаза. Не хватало, чтобы он застал меня за рассматриванием его лица. Орк только крепче прижал к себе, и по расслабленному дыханию я поняла, что он так и не проснулся.

Я постаралась потихоньку освободиться от его захвата. Накинув плащ, вышла из шалаша, удивленно замечая, что в поселении довольно пустынно. Но по крикам со стороны реки поняла, что кентавры принимают утреннюю «ванну».

Я притормозила около реки, где купались молодые девушки. Парни смотрели на них, но в воду не входили. Незамужние кентавриды брызгались водой и заливисто смеялись, посматривая на нерешительных юношей. Девушки стали звать меня к себе, и я подумала: почему бы и нет?

Немного стыдно было своей порванной одежды, поэтому я отошла в сторону, в камыши, чтобы снять ее, и, скрытая от посторонних взглядов, вошла в воду. Ноги слегка скользили по глинистому дну, вода холодила, но уже с утра было тепло. Я оттолкнулась и поплыла, фыркая от удовольствия. Темно-бурая вода скрывала мою наготу, да и юноши находились от меня довольно далеко. Я хотела приблизиться к девушкам, как они вдруг поспешили выйти на берег и присоединились к парням, а потом вместе скрылись в высокой траве. Я осталась одна. Ну что же, поплаваю немного, и сама отправлюсь в поселение вслед за ними.

Я проплыла немного и легла на спину, закрыв глаза, но раздавшийся совсем рядом голос заставил меня распахнуть их широко. Я тут же скрылась в воде, гадая, смог ли вождь рассмотреть мое тело. А это именно он побеспокоил меня.

— Я не должен был подплывать так неслышно. Я смутил тебя, Анна? — произнес айр.

— Я не привыкла открывать свое тело посторонним взглядам, — ответила, опустив глаза.

— Мы кентавры свободны в этом отношении, тебе не стоит стесняться передо мной.

— Это будет немного сложно для меня.

— Но мы уже плаваем вместе. Почему бы нам не отбросить условности и не насладиться купанием? Позволишь ли ты мне, магиня, составить тебе компанию?

Ну да, мы уже плаваем. Выйти на берег — это показать себя во всей красе. Получается, у меня и выхода нет, как только согласиться с предложением вождя. Я молча кивнула. Тот улыбнулся такой уверенной и довольной улыбкой, что я поняла: он знал, каков будет мой ответ.

Я решила все же держаться ближе того места, где оставила свою одежду. Всегда могу попросить вождя отвернуться, а сама скроюсь в камышах. Я поплыла, слыша, как за спиной рассекает водную поверхность вождь. Когда ноги коснулись дна, я встала, все также скрытая по плечи в реке. Айр Нарлан почти вышел на берег, наклонился и что-то подобрал. Я увидела в его руках мыльный камень.

— У тебя такие красивые волосы, эльфийка, позволь мне поухаживать за тобой. Благодаря этому мыльному камню они станут гладкими и блестящими, что молодая трава. Ты сама почувствуешь их нежность.

Ох уж эти кентавры, озабоченные красотой своих волос! Недаром у них такие роскошные шевелюры. Я представила, как сильные руки кентавра массируют мою голову, и у меня внезапно перехватило дыхание. Почему бы не польститься на такое заманчивое предложение?

Я тряхнула головой, отгоняя наваждение.

— Как-нибудь уж сама, — улыбнулась я Нарлану, но тот словно не услышал.

Он подошел ко мне, медленно так, плавно покачивая крупом, и от его неспешного движения расходились круги по темной воде. Я как завороженная смотрела на кентавра. Сильный, красивый и очень опасный. И только сейчас осознала, что с ним нужно держать ухо востро. Кентавры, конечно, не грубые и неотесанные орки, но с этими существами требуется постоянно контролировать себя. А ведь Нарлан явно пытался меня соблазнить.

Он приблизился и попросил отклониться назад и опустить на мгновение голову в воду, чтобы намочить корни волос. Хорошо, что волосы у меня такие длинные, я чувствовала некоторую защиту. Они помогали скрывать мое тело.

Его пальцы осторожно дотронулись до моей головы, и я даже прикрыла глаза от этих неторопливых прикосновений, позволив кентавру наносить на волосы ароматное вещество, от которого пахло полевыми цветами. Это мытье волос показалось мне каким-то интимным. Я отлично понимала, что не позволю Нарлану большего, но и резких движений делать не стоило. Если он неправильно воспримет мои действия, это может лишь спровоцировать его на близость. А я не хотела создавать конфликта, всегда могу воспользоваться магией. И почему-то не хотела, чтобы кто-то нас услышал — в особенности Дуллар. Я не могла понять почему, с каких таких пор стала смущаться своего бывшего слуги, но не поэтому ли не хотела подпускать к себе ближе Нарлана? Из-за орка? Потому что наши отношения изменились и стали более близкими?

Нарлан закончил с намыливанием головы и попросил меня наклониться назад, чтобы смыть пену. Я послушно отбросила волосы, позволяя ему довести начатое до конца. Глаз не открывала, потому что остатки мыла могли в них попасть, но еще вдобавок и солнце заставляло жмуриться от его ярких лучей.

Одной рукой вождь умело мыл мои длинные волосы. Я расслабилась, не ожидая подвоха со его стороны. Но в этот момент почувствовала, как мою грудь накрыла его широкая ладонь, слегка сжав под водой сосок. Я дернулась, испытав острое наслаждение, а потом, испугавшись, хотела вырваться, но руки кентавра крепко держали меня. Его прикосновения действовали каким-то удивительным образом. Возможно ли, что он применил какую-то магию ко мне? Я чувствовала слабость и нежелание сопротивляться.

Я быстро задышала, пытаясь прийти в себя, и хрипло прошептала:

— Айр Нарлан! Кажется, вы переходите границы дозволенного!

— Разве есть что-то, что может остановить меня? Я лишь хочу доставить тебе удовольствие, магиня.

— А меня спросить не надо? — разозлилась я.

Кентавр весело рассмеялся.

— Разве о таком спрашивают? Мы вдали, скрытые от любопытных глаз. Никто и ничто не может помешать нам наслаждаться друг другом… Я имею большой опыт в любовных утехах. Еще ни одна не ушла от меня неудовлетворенной. Многие хотели остаться…

Он повел меня к берегу. Я представила себе мужское достоинство кентавра, которое находилось там же, где у лошадей, и вздрогнула, вообразив себе это соитие. Да тут и представлять не надо, его ствол увеличился настолько, что не заметить его сложно. Возможно, есть любительницы больших размеров и экстремального секса, но это точно не я. Мне красочных сновидений про орков с головой хватило, с кентавром пробовать совсем не хотелось. Но какая-то неведомая сила тянула меня к берегу.

— Я не стану твоей любовницей, айр! Даже не смей ко мне прикасаться! — Я все еще пыталась оказать сопротивление.

Но вождь только рассмеялся и с насмешливой улыбкой схватил меня за талию и поднял вверх, так, что моя грудь коснулась его. От этого прикосновения соски невольно съежились. Я дернулась, стараясь вырваться из рук кентавра, но, кажется, лишь сильнее возбудила его. Несмотря на то, что длинные волосы почти до пят прилипли к телу и скрывали все интимные места, я чувствовала на себе горящий взгляд Нарлана, как если бы была полностью перед ним обнажена.

— Что же ты скажешь, когда я приласкаю твое прелестное тело, эльфийка? Ты пела о любви этой ночью, и я услышал твой призыв.

— Ты ошибаешься, вождь! Она пела не для тебя! — неожиданно раздался голос Дуллара. Он произнес это спокойно, но в его предупреждающем тоне сквозила сталь.

Нарлан отпустил меня, медленно повернув свою величавую голову в сторону моего неожиданно появившегося защитника.

— Полукровка-орк… А ты ведь не тот, кем кажешься… Твоя спутница ничего не знает, не так ли?

Я устремилась к камышам, пытаясь отдалиться от вождя, пока тот был занят разговором с Дулларом. Щеки пылали от стыда. В высоких зарослях впопыхах натянула одежду на мокрое тело, что оказалось делом непростым. Занятая тем, что хотела быстрее одеться, я не услышала, что имел в виду кентавр, говоря об орке, до меня долетали обрывки фраз. Я замерла, ловя последние слова вождя:

— …Я почувствовал твою ауру сразу же, как только увидел тебя возле реки. Она переливалась всеми оттенками небесного цвета.

О чем он? Что скрывает от меня Дуллар?! И вождь кентавров тоже маг? Теперь понятно, почему он так легко смог оказать на меня влияние. Выяснять не стала, а припустила, что было духу подальше от реки, пусть разбираются сами. Надоели все эти тайны, разборки, преследования, а также богини этого треклятого мира. Хоть убей, не чувствовала я здесь себя своей, чужой был мне этот мир.

При этом понимала, что просто так меня из племени не отпустят. Раз уж вождь кентавров решил сделать меня своей любовницей, нужно поставить его на место и делать отсюда ноги. Я мечтала поскорее оказаться в моруанском порту, где мы с Дулларом сможем сесть на корабль и отправиться на острова.

Как хорошо, что Дуллар согласен меня сопровождать в Моруанию Я вспоминала момент нашей встречи, это были какие-то краткие фрагменты, но я точно знала, что он сразу согласился помочь мне добраться до островов. Возможно, в этом крылся какой-то подвох, но пока не хотелось об этом думать, ведь я верила полукровке. Вот у магов и спрошу, что делаю в этом мире и кто я вообще такая.

Меня нагнал Дуллар, остановил за руку и развернул к себе. Я еще чувствовала, как пылают щеки, но тут скорее они горели от злости, а не от стыда.

— Не стоило тебе оставаться наедине с вождем, — произнес орк.

А меня вдруг прорвало — как сосуд с перебродившим вином. Вот стоит он, ждет своего часа, а потом раз — и поднялась вся муть наверх.

— А с чего мне слушать того, кто что-то скрывает от меня? Что это ты, интересно, обо мне так заботишься? — высказалась с обидой.

— Анариэль! Неужели ты не понимаешь, чем рисковала?

— Ты о моей чести так печешься? Я уже большая девочка, и сама знаю, что мне можно и с кем.

Орк, казалось, побледнел.

— Я никогда не причиню тебе вреда, Анариэль. Я не могу сказать всей правды сейчас, но в свое время все узнаешь. Но ты должна знать, что я искренне беспокоюсь за тебя, у меня нет каких-либо других целей и дурных намерений.

Слова Дуллара и тот тон, каким они были сказаны, подействовали на меня что ледяной душ. Я остыла, но настороженность осталась. В последнее время, как очнулась в руках орков, только и делаю, что разочаровываюсь. Чего мне еще ждать? Каких сюрпризов? Память и так мне их подсовывает, выдавая секреты прошлого понемногу.

И тут мое плечо опять обожгло. А перед глазами замелькали картины. Асур! Я видела, как наши обнаженные тела сплетались воедино, как он ласкал меня, как смотрел, а я вся плавилась в его руках и стонала от удовольствия. Боги! Да я, похоже, точно спятила, раз занималась сексом с демоном. Но воспоминания были такими жаркими, я так ярко вспомнила наши страстные объятия, нежность в его глазах и свое стремление быть с ним, что понимала, почему желала этого.

Да уж, права была насчет большой девочки, то, что я не девственница — это точно.

Дэмиан! Воспоминания о нем вдруг помутили мой разум, накатили волной и захватили в плен мое сердце, что так тоскливо сжалось в груди от одного только мысленного произнесения имени, а плечо болезненно запульсировало.

Если бы я вспомнила его раньше, когда он спас меня от орков! А я почти что оттолкнула его, я была в ужасе от его появления, а богиня здорово поиздевалась надо мной. Пользуясь тем, что ничего не помню, перебросила меня в поле, разлучила с демоном, заявив при этом, что асуры — ужасные существа.

— Дэмиан! — простонала я, закрыв лицо руками.

Я почувствовала, как насторожился Дуллар при одном упоминании этого имени.

— Почему ты вдруг вспомнила о нем? Что вас может связывать?

Я открыла лицо, в глазах стояли слезы, мешая видеть четко.

— Я вспомнила кое-что из своего прошлого.

— Твоя память возвращается? Это ведь хорошо! — Дуллар обнял меня, а я не оттолкнула. В голове все еще мелькали картины с образом демона. А ведь действительно, что меня связывало с ним? Неужели я его… любила? Как я могла забыть об этом?

Я снова погрузилась в воспоминания, когда стояла, привязанная к столбу в поселении орков и ждала своего конца. Дэмиан пришел, чтобы спасти, старался не напугать — и я доверилась ему. Может, и сейчас он ищет меня…

И тут воспоминания накатили лавиной, замелькали картины прошлого, но такого невероятного, что я вскрикнула и этим испугала Дуллара.

— Анариэль! Что с тобой?!

Этого просто не может быть! Я вообще не из этого мира! А ведь чувствовала, что-то внутри меня подсказывало, что это так. Все! Я прикончу эту гадкую богиню, попадись она мне еще! Я все вспомнила. Голова безумно раскалывалась, я стояла, слегка качаясь и держась за виски.

— Я, кажется, вспомнила… все.

— Пойдем. Тебе нужно лечь и отдохнуть, — с волнением в голосе произнес Дуллар, помогая мне дойти до шалаша.

Я не сопротивлялась. В голове вдруг возникла такая гремучая смесь из воспоминаний, что не знала, как все это переварить. Я вспомнила, почему так стремилась в Моруанию. Я хотела вернуться в свой мир. А теперь понимала, что с этим миром меня тоже многое связывает, и что хочу вновь увидеть асура. Но где мне его искать?

Я решила все же продолжить путь к островам, может, там смогу найти ответы на все свои вопросы.

***

Скоро вернулись воины, о которых говорил вождь. Их встречали восторженно. Все племя собралось, чтобы приветствовать лучших охотников, принесших добычу — трех диких кабанов, которых они принялись разделывать, хваля щедрость богов. Я до этого момента не виделась с вождем. Прошло несколько часов, как мы расстались у реки.

При встрече он и глазом не повел, словно ничего не произошло. Ладно, я тоже включусь в игру, буду игнорировать его с истинным покер фейсом. Главное — быстрее отсюда уйти и без последствий. Что-то мне подсказывало, как и Дуллару недавно, что это будет непросто. Я хотела обратиться к вождю, но орк опередил меня.

— Айр Нарлан, мы готовы отправиться в путь. Надеюсь, ваше обещание еще имеет силу?

Вождь кентавров прошелся гордым взглядом по лицу орка, а потом переместился на меня. Я все же изо всех сил постаралась сохранить спокойствие. Под тяжелым пронзительным взором вождя мне это удалось с трудом. Похоже, я переоценила свои актерские способности.

— Это было вчера. До того, как Анна сама лично подтвердила свое согласие стать моей невестой.

«Когда это я согласилась?» — изумленно встрепенулась я.

— Что вы имеете в виду, айр Нарлан? — поинтересовалась, стараясь не паниковать и вспомнить все, что случилось.

— Купание с мужчиной в нашем племени равносильно признанию в любви. Ты позволила прикоснуться к своим волосам, ухаживать за ними. Это то же, что доверить мне свою жизнь и согласиться стать моей женой.

Твою ж ты дивизию! Я растерянно моргала, глядя то на вождя, то на Дуллара, что стал темнее грозовой тучи.

— Вы забыли об одном: я не одна из ваших женщин и не знаю обычаев кентавров, айр! — произнесла я, стиснув зубы и стараясь не паниковать раньше времени.

Это казалось провокацией, наглым обманом. Хоть и знала земную поговорку «Незнание закона не освобождает от ответственности». Но ведь я в другом мире! Здесь все иначе.

Я перевела взгляд на Дуллара в надежде, что он что-нибудь придумает.

— Есть традиция и у моего народа. Если вызвать соперника на поединок и одолеть его, то женщина достанется призом победителю. И неважно, что она невеста другого. Мы все относимся к разным расам, поэтому будем уважать законы каждого.

— Моруанская традиция… — усмехнулся вождь кентавров. — Что ж, мне это подходит. Давай устроим соревнование один на один — и сильнейший заберет женщину себе.

А я подумала: при чем тут моруанская традиция?..

Что?! Что я только что вообще услышала? Они за меня драться собираются? Я, конечно, уверена в Дулларе, не раз наблюдая его способности в бою, но кентавр выглядел слишком уж грозно.

Невольный холодок пробежал между лопаток. Я не могла допустить поединка, где призом была моя свобода.

— Именем наследной принцессы Элайзии, Анариэль Дельвангридеан, я приказываю прекратить бой! — произнесла вдруг с поистине королевским гонором. Тут главное уверенность. Ерунда, что только я да одна богиня знаем, что я не являюсь настоящей принцессой!

Мужчины замерли от произнесенных слов.

— Я прошу айра Нарлана дать мне в сопровождение отряд воинов, в обмен на эту любезность обещаю забыть о некоторых недомолвках между нами.

Тот, казалось, даже не засомневался в правдивости моих слов. У меня появилась неожиданная догадка, что он был в курсе, кто я такая.

— Прошу простить мою бестактность, Ваше Высочество, если бы только знал…

Ну-ну, какое невинное лицо! Только крылышек белых за спиной не хватает. А еще пару часов назад пошел на обман и применение магии, чтобы соблазнить меня. Как будто кто-то нашептал ему. И я, кажется, уже догадалась, чьих это рук дело. Той, которая во что бы то ни стало желала устроить мою личную жизнь. С кем угодно, только не с Дэмианом. И я обязательно узнаю, почему так!

Но в любом случае, нужно было выбираться из поселка, пока вождь не пошел на новую хитрость.

***

Мы выехали из поселка через два часа и двинулись на северо-восток. Судя по карте, там находился крупный моруанский порт. Сама Моруания располагалась на островах южнее, но и на континенте имелись их земли.

К утру мы пересекли земли кентавров. Разбили лагерь в низине у горного образования. Здесь нужно было быть более внимательными. Дуллар сложил постель из ароматных трав, накрыв ее своей курткой. После тяжелого дня это стало для меня самой лучшей кроватью. И я уснула под равномерные звуки водопада, что шумел неподалеку, образуя в том месте круглую водную чашу. Мужчины оставались начеку и сменяли друг друга, поддерживая костер. И не зря. На рассвете я проснулась от криков и лязга металла. Открыла глаза.

Снова орки, черт бы их побрал! Их отряд напал неожиданно, исподтишка, во главе компании зеленых громил я узнала вождя.

— Анариэль, спрячься за скалой! — успел крикнуть мне Дуллар. Он схватил оружие и бросился к кентаврам, которые уже сражались с несколькими зелеными воинами-орками. Нас было поровну, и предугадать исход боя было сложно. Я не стала прятаться, наблюдая за битвой. Одна стрела пролетела прямо возле меня и впилась в тонкоствольное деревце.

Ну уж нет! Я не буду бездействовать и больше не позволю оркам взять над собой власть. А их вождь навсегда запомнит мой гнев.

Я запела одну из песен, которую исполняла во время нападения на крепость. Помнится, она их здорово напугала.

Орки от ужаса застыли, а потом дали деру. Спаслись те, кто больше испугался и раньше убежал, остальные превратились в камни. Я ни о чем не жалела. Глядя на их застывшего навек вождя Торка, вспоминала его слова, пусть и сказанные во сне. Если бы демоны вовремя не напали, меня ждала бы незавидная участь. Он и преследовал меня со своей шайкой — видно, желал довести начатое до конца и получить мое тело, живое или мертвое. В его глазах полыхала ненависть, исказившая лицо орка в последние секунды жизни.

Последние часы перед рассветом прошли спокойно, а наутро отряд кентавров покинул нас. Дальше они идти не могли — начинались моруанские земли. Поблагодарив кентавров за сопровождение, мы пошли по дороге.

До портового города оставалось несколько лиг. Нам в пути все чаще стали попадаться экипажи и торговые обозы, направляющиеся в сторону Зартанга. Мы остановили мимо проезжающую карету, запряженную двойкой лошадей, и сели в нее. Хозяин любезно согласился подвезти нас до порта. Воздух уже был наполнен влагой, соленый ветер приносил со стороны города запахи моря, смешанные с ароматом водорослей, свободы и невероятных закатов.

Я все еще не могла отойти от ночной битвы, и мне повсюду мерещились орки. Все, что я запомнила, находясь в их деревне — это страх. К Дуллару я подобного чувства не испытывала ни разу, несмотря на то, что он был наполовину орком. Даже не знаю, почему, но я его не могла причислить к этим ужасным существам. Я давно не обращала внимания на его клыки, порой просто не замечала их. Он казался мне каким-то родным и близким, с кем я многое испытала. Уж ему я могла доверить свою жизнь.

На секунду представила Дуллара в другой роли, не друга, а кого-то более близкого. Я вообразила, как целую его. Как мои руки обвивают его шею, а наши губы сливаются в безумном порыве.

Я скользнула мечтательным взглядом по губам орка и слегка приоткрыла рот. И надо же было Дуллару в этот момент посмотреть на меня! Я густо покраснела и быстро отвернулась к окну, лишь бы он не понял, о чем только что фантазировала!

Башню маяка, что находилась на холме, я увидела издалека. Она, как ориентир, хорошо просматривалась отовсюду. Уже начало смеркаться, и на ней зажегся фонарь. Мы поблагодарили хозяина кареты, предложили денег, но он все также вежливо отказался. Вышли мы на окраине города, докуда доносился шум моря и где слышны были сигналы кораблей.

— Анариэль, нам нужно переночевать. Я знаю один постоялый двор, где можно расположиться с удобством. Утром я отправлюсь в порт и договорюсь о фрахте.

Я кивнула, сглотнула, прогоняя комок, что неожиданно застыл в горле. Я на миг представила нас в одной постели. Узнай Дуллар, какие мысли роились в моей глупой голове, точно бы попрощался со мной навек. Интересно, а откуда Дуллару известен этот город? Он уже здесь бывал или просто узнал от горожан? Ах, без разницы, слишком я устала и хочу отдохнуть.

— Прошу за мной, — указал Дуллар на одну из улочек.

Мы прошли по брусчатке, свернули в какой-то проулок, расположенный возле рынка Зартанга, и я увидела светящуюся на двухэтажном здании вывеску с названием «Синяя акула». Дуллар уверенно толкнул двери, и мы вошли в большой освещенный холл, где к нам сразу подошел работник заведения. Глядя на нашу непритязательную простую одежду, он презрительно усмехнулся и заявил, что свободных мест нет. Дуллар улыбнулся в ответ и спокойным тоном попросил хозяина. Работник недовольно покосился, но просьбу выполнил. И пока я рассматривала картины на стене, появился сам хозяин заведения.

Стоило ему увидеть нас, как он тотчас изменился в лице. Убийственным взглядом смерил работника, приказав подготовить лучшую комнату.

— Для меня честь, что вы решили остановиться в моем гостевом доме. Не обращайте внимание на нерасторопного слугу, он из новых. Комнаты немедленно будут готовы, а пока располагайтесь у столика, сейчас вам принесут наше фирменное блюдо.

Я удивленно смотрела на все эти метаморфозы. Надо же, как стелется. Видно, увесистый мешок денег заметил у Дуллара на поясе.

Нам принесли роскошный ужин, состоящий из морепродуктов, риса и многочисленных закусок. Через некоторое время подошел хозяин и с виноватым лицом сообщил, что свободна лишь одна комната, зато самая лучшая и с видом на море. Как раз тогда, когда я намеревалась проглотить пищу. Я возьми — да и подавись мясом лангуста при его словах. Дуллар согласно кивнул и ответил хозяину, что нас вполне это устраивает. Черт! Мне нужно быть осторожнее в своих желаниях.

После всех наших мытарств мне было не привыкать ложиться вместе с Дулларом. Но сегодня внутри появилось какое-то предательское томление, которое разгоралось все сильнее. И все из-за дурацких мыслей, преследовавших меня всю поездку. Я вдруг осознала, что хочу большего, чем просто уснуть в объятиях орка. Мне хотелось ощутить его в себе, отдаться ему, позволить ласкать себя всю ночь напролет, чтобы потом утомленной задремать в кольце его сильных рук, прижавшись щекой к обнаженной мускулистой груди.

Я ощущала неловкое чувство от того, что предавала в своих мыслях Дэмиана, но ничего не могла с собой поделать. Асур сейчас далеко, а Дуллар все это время находился рядом со мной, защищал меня и помогал во всех делах. И наша дружба давно перешла какую-то иллюзорную грань и переросла в нечто большее. Но я также понимала, что все мои мысли так и останутся только в моей голове. Для Дуллара я — бывшая госпожа и наследная принцесса Элайзии. Он сам говорил мне, что недостоин чести быть моим слугой. Он всего лишь орк-полукровка, в то время, как настоящей Анариэль (вернее, мне) предстояло в скором времени взойти на трон. Если я найду магов, и они смогут вернуть меня домой, что тогда делать Дуллару? Разве я могу дать ему надежду, а потом так безжалостно отнять ее?

В груди все заныло. Слишком я прикипела к этому миру, в котором у меня останутся верные друзья. Пусть это и жестокий мир, но я постепенно стала считать его своим. Особенно, когда появилась надежда его покинуть. Больно уже от того, что меня запомнят, как Анариэль, а не как Анну Безручко, простого костюмера из Киева.

В номере оказалась всего одна кровать, зато поистине королевских размеров. А еще в соседнем помещении находилась большая деревянная ванна, которую наполнили слуги. Я сняла с себя лохмотья и с удовольствием погрузилась в горячую воду и закрыла глаза. С какой бы радостью я распрощалась со старой одеждой! Стыдно было в первую очередь перед Дулларом. Да и окружающие воспринимали меня как нищенку, даже обслуживать в трактире поначалу не хотели — презрительно хмыкали.

Мысли плавно перетекли снова к орку. Я вздохнула с сожалением, была уверена, что секс с ним вышел бы отменным. Да что б меня! Прямо какое-то наваждение. Стоит закрыть глаза — и вижу Дуллара, желаю, чтобы он обнял меня и прижал к себе крепче. Уж не богиня ли тут замешана?

Я стала с силой тереть руки губкой, потом грудь. Коснувшись сосков, поняла, что возбудилась, и сжала крепко зубы. В расстройстве с плеском бросила мочалку в воду.

Да чтобы ей икалось, этой проклятой богиньке любви! Почему-то мне кажется, что моя озабоченность — ее рук дело! Она и не такое может провернуть! Подсыпала какого вещества в тарелку с едой или наслала сексуального томления. Как мне избавиться от ее постоянной опеки? А то чувствую себя каким-то подопытным кроликом.

Дуллар спросил меня через дверь, не нуждаюсь ли в помощи, а я чуть не вскрикнула от неожиданного сладкого ощущения между ног. Голос Дуллара казался таким сексуальным, с легкой хрипотцой, а как представила, что он трет мою спину, медленно так намыливает, пройдясь губкой по ягодицам, по внутренней стороне бедер, то уже готова была взвыть, подняться из воды и попросить орка войти в ванную комнату. Все тело налилось какой-то силой, она влекла отдаться тайным желаниям, показаться мужчине в первородной красе.

Но я все же смогла перебороть себя и сдавленно ответила, что мне ничего не нужно.

Боги! Если вы еще есть здесь адекватные! Утихомирьте свою коллегу по небесному цеху! Если у меня голос Дуллара вызывает такое желание, то что можно сказать о предстоящей ночи, когда мы ляжем вместе?

Хелп ми, плиз!

Но, похоже, спасение утопающих — их личная проблема.

Как домылась, не знаю, все тело горело от собственных прикосновений, даже мысль мелькнула удовлетворить себя самой, но поняла, что поможет ненадолго. Одна надежда, что Дуллар уже спит. Я тихонько примощусь, где рядом, а лучше даже на полу, черт с ним, пусть даже простыну, зато смогу охладить свой пыл и успокоиться.

Я постаралась сконцентрировать свои мысли на насущных проблемах, надела рубашку на влажное тело. Вытереться даже не смогла как следует — любое прикосновение вызывало волну желания, и тихо выскользнула из ванной. Воду чистую оставила, в бочке, вдруг и орку понадобится.

Дуллара в номере не оказалось, и я устроилась на краю кровати под одеялом, молясь лишь о том, чтобы быстрее уснуть.

Вскоре он вернулся, постоял, а потом по шагам я поняла, что он прошел в соседнюю ванную комнату, откуда послышались звуки льющейся воды. Но я старалась не думать о наготе полукровки. Вдох-выдох…

Чтобы успокоиться, стала напевать про себя колыбельную и с облегчением заметила, что помогает. Вскоре я смогла погрузиться в спасительный сон.

***

Открыв глаза, сразу вспомнила о вчерашних мучениях. Но с утра все казалось иным, и я больше не испытывала сексуального влечения. Дуллар спал с другой стороны кровати, наполовину укрытый одеялом. Его широкая грудь равномерно вздымалась, мускулы подложенной под голову руки рельефно вырисовывались на белой простыне в свете утренних лучей солнца, проникающих в окно. Я отвернулась, чтобы не поддаваться искушению провести рукой по его оливковой коже. Бросилась в ванную, ополоснула лицо холодной водой и почувствовала облегчение.

Рано я стала радоваться, утешало то, что сегодня тот самый день, когда сбудется мое желание, и мы отправимся в Моруанию. Я так долго к этому стремилась, а теперь вот сама не знала, в действительности ли хочу туда попасть.

Когда вышла, увидела, что Дуллар уже поднялся и надевал на голый торс рубашку. Я выдохнула, стараясь не смотреть в его сторону.

— Что будем делать?

— Я схожу в порт, договорюсь с капитаном, а ты оставайся в комнате. На обратном пути я зайду за тобой.

Он ушел в город, а я решила не нарываться на новые неприятности, поэтому даже носа из спальни не высунула, только с грустью смотрела в окно.

Город кипел жизнью. Из одного окна видна была широкая рыночная площадь, по которой сновали горожане и приезжие. Среди них можно было заметить нагов, удивительных змеевидных существ, похожих немного на людей, но со своеобразными бледными лицами, с акульими ухмылками и хищными раскосыми глазами с необычным зрачком. Они предлагали лучшие заморские товары.

Из другого окна открывался великолепный вид на Ормонское море и живописный причал. Среди бескрайней синевы — высокие мачты кораблей, которые, казалось, пиками задевали небо. Паруса на судах сейчас были спущены и перевязаны, но можно было легко представить, как их при движении раздувает ветром, как он наполняет их силой. Как будто угадывая, что думают о нем, морской вольный ветер проник внутрь комнаты, теребя светлые локоны волос, словно заигрывая и призывая меня не печалиться. Ему не хватало здесь свободы, он сам рвался на просторы. Грусть моя испарилась в никуда. Как же хотелось отправиться на одном из таких кораблей, что сейчас были пришвартованы в гавани, в дальнее путешествие и на время забыть все печали и тревоги. Да я на море не была лет десять, приезжала еще с родителями, когда мама была жива. Последний раз ездила в Одессу, хотя, казалось бы, что там: села на поезд или автобус, несколько часов — и на месте.

Это море здорово отличалось от земных. Оно было удивительно насыщенного лазурного оттенка, а барашки волн казались разноцветными. И я уже предвкушала, как буду стоять на палубе и любоваться бескрайними далями. А рядом, как всегда, будет находиться верный друг — орк-полукровка.

Интересно, если он не тот, за кого себя выдает, значит и имя у него совсем другое? Кто же он на самом деле?!

Как только вспомнила о нем, дверь номера открылась — и Дуллар возник на пороге, как ни в чем не бывало. Но как же он изменился! Новый камзол насыщенного синего цвета преобразил орка до неузнаваемости, казалось, передо мной стоял аристократ.

Дуллар внес покупки, аккуратно сложенные в бумагу, развернув которую, я ахнула. Среди новой одежды увидела прекрасное платье цвета морской волны. Оно сразу бросилось в глаза. Это был не вечерний наряд. В таких ходили по городу знатные дамы, прогуливались, прикрываясь зонтиками от лучей палящего солнца. Остальная одежда оказалась обычной, подходящей для дальнего плавания: темные бриджи с широким поясом, пара льняных рубашек свободного покроя, удобные кожаные туфли на ровной подошве.

— Как здорово! Ты просто чудо, Дуллар! — произнесла я, щупая руками ткань платья. Я готова была затискать орка в объятиях.

Он мило засмущался, даже слегка покраснел. Очень забавно смотрелось — румяные щечки на зеленом лице.

— Так и думал, что тебе понравится. Можешь примерить. А потом предлагаю подкрепиться перед дорогой. Я договорился с капитаном одного из кораблей о фрахте. В полдень мы отплываем на острова, в столицу Моруании — Агафар.

Однако, Дуллар у меня умница. Словно прочитал мои вчерашние мысли о том, что не хочу ходить в лохмотьях. И тут я сама покраснела, вспомнив остальные, не совсем приличные мысли. Хорошо, что сейчас смогла немного успокоить бунт своих гормонов. Мной овладело другого рода возбуждение: хотелось скорее отчалить от берега и пуститься в путешествие. Возможно, в последнее в этом мире, и я хотела, чтобы оно мне запомнилось.

Дуллар сказал, что пойдет закажет столик. А я сбросила с себя рубашку и с легким нетерпением надела обновки. Покрутилась, оценив в отражении зеркала свою прекрасную фигуру и лицо. Меня уже не смущали мои длинные уши. Однако жалко будет расставаться с такой внешностью. Если вернусь в свое тело, снова придется свыкаться с серой унылой реальностью. Веснушками, борьбой с лишним весом и коллегами по работе. И снова жить мечтой о поступлении в консерваторию. А воспоминания об этом мире вскоре потеряют силу, погаснут в памяти, выцветут и превратятся в черно-белое кино, которое можно будет промотать в голове, но которое уже не затронет сердце.

Тупая боль, что поселилась в груди, вновь дала о себе знать. Не буду больше думать о прежней жизни и о новой тоже не стану грустить. Может, и не смогу вернуться на Землю, ведь эльфийка говорила, что порталов больше не осталось. Одна моя часть желала возвращения, другая сопротивлялась этому. И как тут быть?

Я вспомнила, что умерев, смогла бы вернуться обратно, но рисковать не хотелось, да и богиня не допустит этого. Она замыслила что-то против меня, в этом можно не сомневаться. И что меня может ожидать здесь с благоволения одной местной богини — только высшим силам известно.

Дуллар вернулся через минут так пятнадцать. И мы вместе спустились по деревянной лестнице на первый этаж, в холл, вошли в помещение столовой, где утром было довольно многолюдно. Правда, посетители были в основной своей массе вовсе не люди. За одним из столиков сидели эльфы, тихо беседуя между собой. За другим я заметила белолицых моруанцев-моряков. У дальней стены расположились на длинной лавке веселой компанией гномы.

Я уселась на стул, обведя взглядом зал. Все же как одежда влияет на твое самоощущение. Сейчас я чувствовала себя настоящей эльфийской принцессой, а не оборванкой с большой дороги.

Нам с Дулларом принесли блюда. Среди зеленых листьев салата красовались рулеты местной кухни, что-то наподобие суши, но на вкус они оказались совсем другими. Красное мясо рыбы таяло во рту. Свежие хлебцы напоминали французские круассаны. Потом нам принесли еще суп из ароматных мидий. Сладкое белое вино, которого я выпила целый бокал, и оно слегка ударило в голову. Я расслабилась и почувствовала себя счастливой и довольной жизнью.

— Думаю, что не была настолько сытой со времен… — пыталась вспомнить, — в общем не важно, кажется, в меня больше ничего не войдет, Дуллар, — сказала я, сыто улыбаясь.

— Тогда я рассчитаюсь — и мы можем уходить.

Орк поднялся и подошел к круглолицей подавальщице. Он еще разговаривал с девушкой, когда в зал вошли двое мужчин, судя по внешности — обычные люди. Глядя на их обветренные загорелые лица и размашистую походку, которая бывает у моряков, можно было безошибочно сказать, что эти мужчины недавно сошли с корабля. Они заметили меня и вдруг, не спрашивая разрешения, подошли и уселись на лавку, зажав меня с двух сторон. Как назло, Дуллар стоял к нам спиной и далеко от нас и не слышал, как меня стали досаждать вопросами.

— Какая милашка! Как же тебя звать, красотка?

— Не слишком ли вы много себе позволяете? Я знакомиться не намерена, — резко произнесла я, отбив тянущуюся ко мне руку назойливого бородатого типа.

— Ну же, милая. Не противься своему счастью. Мы оба только что с островов, наши кошельки полны золота, а тела полны энергии. Денег на такую красавицу мы не пожалеем, — сказал второй.

Они переглянулись и расхохотались в голос, привлекая к себе внимание. Потом первый добавил:

— У нас всего два часа, так что мы тебя не задержим надолго.

Первый протянул свою ручищу и ущипнул меня за щеку. И тут я не выдержала, поступила как истинная женщина — поднялась и залепила наглецу звонкую пощечину. За кого они меня приняли?! Хватит с меня прошлых злоключений!

В трактире на мгновение установилась тишина. Слышно было даже, как повар перестал точить ножи в кухне. Наглецы вскочили, намереваясь сказать или учинить новую грубость.

— Господа, эта дама со мной. Если вам дороги ваши жизни, оставьте ее в покое, — раздался за моей спиной голос Дуллара.5ebdbc

Моряки были явно не из трусливых и смерили орка насмешливыми взглядами.

— А если дама сама пожелает присоединиться к нам?

— Не заметил, чтобы кто-либо из вас вызвал у нее симпатию.

— А женщины противоречивы, — хмыкнул тот, кому недавно я залепила пощечину. Потирая щеку, он не спускал с меня нагловатого взгляда. — Никогда не говорят то, о чем думают.

Вот как?

— У нас время ограничено, через несколько часов опять в море. Уж мы не поскупимся, если нежная эльфийка приласкает нас, как следует, — произнес второй, за что тут же получил в глаз от Дуллара. Орк не стал церемониться, между мужчинами завязалась драка. Похоже, утро не выйдет спокойным. Может, этих моряков успокоить?

Я запела:

Затянула я громко, первое, что вспомнила про моряков, больше ничего на ум не пришло.

Песня остановила начавшийся было конфликт. Дуллар, который знал о моих способностях не понаслышке, засунул меч обратно в ножны и только ухмыльнулся бедолагам, обнажив клыки.

А я не унималась:

Тут случилось то, чего даже я не ожидала. Фразу «иметь друга» они восприняли по-своему. Моряки бросились друг к другу в объятия и принялись страстно целоваться прямо на виду у посетителей трактира. Бородатый вдруг обхватил ладонями лицо худощавого товарища со шрамом на щеке и стал пылко признаваться ему в любви. Тот даже слезу пустил от привалившего счастья. В ответ и он не поскупился на сердечные признания. Мужики, взявшись за руки и радостно улыбаясь, прошли в холл и в темпе «аллегро» поднялись по лестнице наверх.

Вот это я выдала! Устроила счастье мужикам. Но зато теперь они смогут сэкономить на девочках и наслаждаться обществом друг друга в любое время, раз они с одного корабля. Нечего приставать к порядочным эльфийским принцессам, лапать против воли. Я была уверена, что не первая их жертва. И, похоже, они ранее уже отличились в этом трактире своими «подвигами», потому как взглянуть на лобызание моряков сбежался весь персонал. Мужчины брезгливо кривились и посмеивались, а девушки-подавальщицы хохотали в голос. Но, похоже, все в трактире одинаково веселились, радуясь, что морячков приструнили. Больше они тут точно не появятся.

Вскоре два голубчика начали приходить в себя. Озираясь по сторонам, они и сами не понимали до конца, какой уморительный спектакль устроили посетителям трактира. Они стояли как вкопанные на лестнице и лишь растерянно переглядывались, хватаясь за головы, а потом вдруг осознали, кинулись вниз, к выходу, и с позором скрылись за дверями гостиницы.

Я решила, что пора и нам покинуть трактир. Мы поднялись по лестнице в нашу комнату. Собрали немногочисленные вещи, которые полукровка с легкостью забросил на плечо, и вышли на улицу, попрощавшись с хозяином гостевого дома.

До порта добрались совсем быстро, я толком даже не успела рассмотреть город. Дуллар подвел меня к пирсу, где я увидела раскачивающийся на волнах большой корабль.

Матросы ловко, как обезьяны, ползали по реям, подготавливая корабль к отплытию. Нас заметили и выдвинули трап, по которому мы поднялись на палубу. Навстречу нам вышел капитан — высокий светловолосый мужчина с широкой улыбкой на лице. Присмотревшись, я заметила у него раскосые глаза и вертикальный зрачок — это выдавало в нем кровь нага. Я еще не знала, как вести себя с этими змеевидными и что у них на уме, поэтому предпочла помалкивать и положилась во всем на Дуллара, который чувствовал себя в своей тарелке.

— Это владелец судна и капитан — Литар Осминд, — представил Дуллар нага-полукровку.

— Добро пожаловать на борт, — кивнул капитан. — Вам уже подготовили отдельную каюту. У нас торговое судно, а не пассажирское — это лучшее, что я могу предоставить вам. Мой подручный проведет вас.

Мы спустились в трюм за матросом, прошли по коридору, освещенному тусклым светом, пробивающимся через иллюминаторы, и дошли до комнаты. А войдя, я с ужасом поняла, что две недели плавания будут для меня тяжелым испытанием. Потому что это время мы с Дулларом проведем в одной каюте. Мало того, спя на одной узкой кровати.

Оставив вещи, решила выйти на свежий воздух и попрощаться с городом. Я стояла рядом с капитаном, рассматривая фасады белостенных домов. И пирс, где не спеша, прогуливались горожане, разглядывая корабли, а поодаль сновали, как муравьи, моряки и грузчики.

Капитан отдал приказ убрать швартовы и поднять якорь. Паруса птицей взлетели вверх — и я почувствовала, как судно качнулось. Мы отчалили.

Корабль устремился в море, отдаляясь от берега.

А я смотрела на причал. И неожиданно заметила суету на берегу, увидела, как разбегаются в стороны прохожие. Откуда ни возьмись, на берег выехал отряд верхом на демонических конях. И во главе воинов-эльфов я узнала принца Эльвинга Дельвангридеана. Он остановился на площадке у самого бортика.

Длинные белые волосы трепал поднявшийся ветер, а сам принц со злостью и с каким-то отчаянием смотрел вслед уходящему в море кораблю. Он заметил меня на верхней палубе, и его взгляд изменился. В его голубых глазах горело обещание, что он найдет меня.

Похоже, сначала он тоже думал, что я погибла. А потом почувствовал мою магию, понял, что жива, и направился по моим следам. Но не успел до отплытия.

Наш корабль уходил все дальше в море, и расстояние между нами увеличивалось с каждой секундой. Вскоре причал стал размером со спичечный коробок, а потом портовый город и вовсе исчез с горизонта.