Глава 12

Передо мной сидит хороший, высокий, привлекательный мужчина. С ним легко, интересно, уютно. Мы перескакиваем с темы на тему, обсуждаем случаи из практики, вкусно ужинаем, пока за окном сгущается тьма и зажигаются фонари. Дождь уже закончился, но никто из нас не спешит. Диас - одинок. В разводе, есть сын - школьник. Я… да и так понятно. И при всех этих прекрасных вводных данных, я не чувствую к Диасу ничего кроме уважения и симпатии, как к коллеге. То же самое уже из года в год происходит, когда я вроде бы хожу на свидания, но ничего не ощущаю при этом. Ни радости предвкушения, ни трепета, ни порхающих бабочек в животе. Все это у меня уже было однажды, десять лет назад. Порознь мы провели больше времени, чем вместе, но даже так первая любовь оказалась слишком сильной и запоминающейся. Я знаю, что пора двигаться дальше. Он же смог. Так почему я до сих пор торможу? Уверена, в психологии есть какой-нибудь синдром на этот счет. Надо почитать. — Майя, Майя. — А, прости. Ты что-то сказал? Встряхнув головой, почти виновато смотрю на Диаса, потому что не услышала его последних слов - засмотрелась на пейзаж за окном. — Я спросил, какие у тебя планы на выходные? — На выходных я обычно езжу к родителям и так, по мелочам. — Ты бы не хотела еще раз встретиться? — он серьезен в своих намерениях, но все смягчает легкая улыбка. Я же не стерва последняя, чтобы пользоваться хорошим человеком, чтобы забыть плохого. Поэтому, набрав в легкие побольше кислорода, отвечаю: — Диас, прости, но давай будем просто друзьями? Он пару секунд молчит, после чего тихо смеясь, опускает голову. — Эх, давно не слышал эту фразу. “Давай останемся друзьями”. Ножом по сердцу. — Прости, пожалуйста, — мне правда жаль, и в моем взгляде он это увидел. По крайней мере, я надеюсь. — Понимаешь, много лет назад я влюбилась в коллегу и ничем хорошим, как видишь это не закончилось. Поэтому служебные романы - не для меня. — Он тебя обидел? — Скажем так, наши чувства не прошли проверку временем и расстоянием. Что-то сломалось безвозвратно и мы расстались. — А я развелся, потому что мы не сошлись характерами, — хмыкает Диас. — Спасибо за правду, Майя. Уважаю в женщинах честность. В его последних словах проскользнула боль и разочарование, хотя вроде бы похвалил. А может, он просто перенес на нынешнюю ситуацию что-то из прошлого. Но как бы то ни было, я благодарна ему за адекватность. — И на работе мы же останемся друзьями? — улыбнулась я. — Конечно. А как же? И обедать продолжим вместе. — Давай. И не будет между нами неловкости? — Нет. Обещаю. — Круто. По рукам, — протягиваю ему ладонь и он ее пожимает. Так и хочется сказать ему, что если он ищет любовь, то я от души ему ее желаю. Что такое тридцать шесть для мужчины сейчас, когда многие только к сорока женятся? Пока мы сидели в кафе, пробки рассосались, поэтому до моего дома доехали за пятнадцать минут. Вдоль моей улицы не припарковаться, потому что это уже сделали многочисленные жильцы. Прошу его высадить меня раньше - очень хочется прогуляться по району и вдохнуть запах свежести после дождя. Мы прощаемся как друзья и коллеги, весело, со своими старыми приколами и благодарим друг друга за прекрасный вечер. При свете фонарей темный асфальт блестит после ливня, ветер слабо колышет мокрую листву, в городе так сладко пахнет летом и цветами. Я люблю эти трех и четырехэтажные домики, уютные дворики и кафешки с летками. Это место уже на протяжении трех лет - моя тихая гавань. И появление Арлана в доме напротив мне ужасно не нравится, потому что он обложил меня со всех сторон. — Майя! — раздается голос Арлана за спиной. Останавливаюсь, но не оборачиваюсь. Боженька, я же была хорошей девочкой. Почему ты меня наказываешь? — Май, — обойдя меня, Арлан встает передо мной и пристально смотрит. Я тоже стою, но молчу, потому что не знаю, что ему еще сказать. И так много сказано слов. Со стороны мы, наверное, смотримся смешно. Мужчина под два метра и я - “Кыш и Двапортфеля”. И этот чертяка невыносимо хорош собой, что в белом халате, что в джинсах и черной футболке. — Ты язык проглотила? — хмурится он. — Нет. Вот он, — высунула его, поморщившись и дразня, а потом развернулась и пошла в сторону дома. Он двинулся следом, как сумасшедший сталкер. — Оставь меня в покое, — бросаю, обернувшись через плечо. — Я тоже там живу, — усмехается он. — Черт, точно. Ты следишь за мной? — Нет, я ходил в местную донерную. Готовить одному не хочется , — говорит так, будто мне интересно и я его пожалею — “К Акифу” ходил? — снова на ходу оборачиваюсь. — Да. А что? — Ничего. “Регидрон” тебе в помощь. — Чего? — он в шоке. А я почему-то прекрасно помню, что из всех недугов больше всего он боится отравления и диареи. — Ничего-ничего. Хорошие донеры, говорю. Его мрачный и тяжелый вдох тонет в раскатах грома. Останавливаюсь и смотрю на черное небо, где в этот самый момент сверкает молния. Картина настолько завораживающая, что я не замечаю, как он встает рядом. С неба на лоб падают первые капли дождя. С каждой секундой он усиливается и мы одновременно срываемся и бежим в укрытие. Новый, не менее сильный ливень накрывает город, и когда мы, наконец, прячемся под высокими сводами арки, то оказываемся за непроглядной стеной дождя. Вдвоем. Один на один. Интересно, так и будем молчать или поговорим?