Глава 19

— Какой Арыстан? А у тебя их много? — усмехается мужчина. На меня направлены любопытные взгляды. Все вдруг резко замолчали и уши развесили. — Хм, — прокашлявшись встаю из-за стола. — Минуточку. Родня недовольна, что больше ничего не услышит, но я сейчас буду большой букой, поэтому ухожу в огород. — Послушайте, мы разве переходили на “ты”? — говорю достаточно сурово. — Мы с этого и начали. — Какой вы наглый, — поджимаю губы, пытаясь разобраться в своих чувствах. Приятно ли мне с ним говорить, или лучше быстрее распрощаться. — Говорят, наглость - второе счастье. Без нее я бы не решился тебе позвонить. — Судя по вашей самоуверенности это решение вам далось очень “нелегко”. — Ты очень интересная девушка, Майя. Ой, знал бы ты, мой хороший, что я уже давно не девушка и что через четыре года мне сорок. Просто я как та маленькая собачка, которая до старости щенок. — Вы меня совсем не знаете, чтобы называть интересной. — Я хорошо разбираюсь в людях. Ты мне понравилась, я хочу продолжить общение. Ты говорила, что сегодня занята. Может, завтра пообедаем? Слишком много слов. Слишком напористый, наглый, беспардонный. Я таких не люблю. Но ему, похоже,все равно. — Задумалась. Значит, еще не все потеряно. Чеееерт. И правда, задумалась. — Вы знаете, у меня сейчас совершенно нет времени, много работы. И на обед я выйти не могу, потому что ем очень быстро и тоже на работе. — Что же это за работа такая? — похоже, он прочухал, что его динамят и недоволен этим. — Самая обыкновенная. Я - врач. Поэтому извините, если дала вам повод думать, что мы можем пообедать. — Не хочешь обедать, давай поужинаем? — не сдается Арыстан. Ну просто настоящий лев - царь зверей - слишком самоуверенный, с замашками короля. — Вы не сдадитесь, да? — вздыхаю обреченно. Что мне еще сказать, чтоб отстал. — Нет. Хочу тебя, — внезапная пауза между словами звучит двусмысленно, — увидеть еще раз. И что во мне такого вчера было, что он хочет меня увидеть? Платье, как платье, волосы, как волосы. Я вот его вообще плохо помню и даже забыла, потому что все, что было до нашего столкновения с Арланом, размылось и забылось. Волка помню, льва - нет. — Боже мой, — напряжено восклицаю. — Что ж вы такой настырный-то, а? Я вас даже не помню. Вот это любого мужчину заденет. Как же, меня и не помнишь? Похоже, я попала в яблочко, потому что он замолчал и я отсчитывала секунды до его ответа. — Совсем не помнишь? — Арыстан явно недоволен. — Простите, но было темно. — Ну ладно, — сдается он, а у меня камень с души падает. — Попытка - не пытка все равно. — Простите. — Прощаю. И прощай. Он не дает мне ничего сказать и кладет трубку. Мне должно быть неудобно перед ним по идее, но я не чувствую себя виноватой. Я сказала правду, какой бы неприятной она для него не была. Взять эту крепость нахрапом у него не получилось. Вернувшись за стол замечаю на себе любопытные взгляды. Флора сверлит меня глазами я отвечаю ей красноречивым взором - мол, даже не спрашивай. Папа делает вид, что ничего сверхъестественного не произошло и только мама в привычной манере интересуется: — Маюш, а кто это тебе звонил? — Это по работе, — тянусь за салатницей. — Если бы звонок был по работе, ты бы в конец огорода не убежала. — Марта, ну что за допрос? — ворчит папочка. — Если Маюша говорит по работе, значит, так и есть. — А что красная, как помидор, вернулась? Глаза прячешь, — допытывается она. — Ма, — поворачиваюсь к ней, вскинув подбородок, — ты хочешь правду? Я тебе расскажу. В город вернулся Арлан. Флора давится соком и начинает громко кашлять. Олегу приходится стучать по ее спине. — Как вернулся? Зачем? — ужасается мама, а папа становится темнее тучи. Вся семья помнит, что мы собирались пожениться. Я даже познакомила волка с семьей. Папа вон, похоже, до сих пор на него зол. — Затем, что он теперь мой начальник, главврач нашего центра. — И он вставляет тебе в палки в колеса? — сиплым голосом спрашивает сестра. — Нет, он извинился. Оказалось, его друг оболгал меня, сказал, что после того, как мы с ним расстались, я нашла себе другого. Арлан поверил. Мама поджимает губы так сильно, что они бледнеют и становятся тонкими, как белая нить. Отец, склонив голову и упершись локтем в стол, положил ладонь на лоб. — Что ты будешь делать? Ты же не уволишься? — беспокоится Флора. — Нет, с чего вдруг? Просто теперь нужно работать в новых реалиях, вот и все, — беру в руки бокал с колой и долго пью, пока все пялятся на меня, как на чудо-юдо. Я же в мыслях ругаю себя на чем свет стоит, потому что рассказала то, что не планировала. Просто не хотела, чтобы меня донимали разговорами о мужчине, который мне неинтересен. В общем, хотела как лучше, а получилось как всегда.