Глава 3

— Головой ударилась, бедняжка моя, — жалеет подруга. — Лязочка, спасибо, что забрала меня из больницы. На такси ехать не хотелось, — пристегнув ремень безопасности, поворачиваю голову и смотрю на подругу грустными глазами. У меня действительно сотрясение мозга, мне прописали лекарства, постельный режим и отправили домой. А Марк Эдуардович - на больничный. Маме с сестрой звонить не стала, иначе начнется драма. Вот был бы у меня парень или муж, я бы его вызвала, он бы меня до дома довез, на руках в квартиру занес, отогрел, полечил. А так пришлось просить подругу - бизнесвумен, которая не привязана к офису и имеет машину под пятой точкой. — Да не вопрос. Зачем еще нужны подруги? Не только же, чтоб бухать вместе, — хохмит она и заводит мотор. С Ляззат мы дружим с первого курса Медицинского. На втором она поняла, что лечебное дело - не ее страсть и забрала документы. Сегодня у нее своя кофейня в историческом Золотом квадрате и дочь от бывшего мужа. — Удобно тебе? Спинку еще опустить? — заботливо спрашивает она. — Не, нормально, — я уже почти лежу и смотрю в потолок. — Черт, как же я опозорилась. — Блевануть перед бывшим… это надо уметь, — посмеивается подруга и плавно вливается в автомобильный поток. — Даже не представляю, как вы сработаетесь. — Никак! Я не могу с ним работать! Я видеть его не могу после того, что он сделал. — Восемь лет прошло. А ты все еще видеть его не можешь? Не отболело что ли? — косится на меня. — Отболело давно, — убеждаю ее и себя. — Просто зачем было лезть на мою территорию? Он же наверняка знал, что я здесь работаю. Все эти годы сидел себе в столице, сидел бы дальше. — А может он именно потому и согласился на предложение Фидлера? Теперь я кошусь на Лязку. Что за бред? — Не смотри на меня так, — усмехается. — Ну с чего твоему волку бросать насиженное место в столичном Центре репродуктологии? — У нас передовая клиника! — размахиваю пальцем. — Международная! К нам пациенты даже из Европы приезжают. — У вас, может, и передовая клиника, а у него, может, незакрытый гештальт. Смотрю на нее с выпученными глазами, пока она следит за дорогой и продолжает: — Глаза верни обратно на орбиты. — Это бред, — фыркаю. — Просто совпадение. — Совпадение? — театрально переспрашивает Ляззат. — Не думаю. Ладно, — улыбнувшись, выворачивает руль вправо, — забей. И помни, что ты лучшая. А что там у вас с бывшим будет на работе, покажет время. Только, плиз, сохраняй субординацию и не выёживайся. А то у тебя язык твой, враг твой. Я сколько раз тебе говорила флиртовать с парнями? Ты слишком прямолинейная, а с мужиками так нельзя. — А как надо? — теперь моя очередь ухмыляться. — Надо иногда включать дурочку, но при этом оставаться умной и по возможности мудрой. Играючи надо, где-то “хахаха” посмеяться, где-то реснички опустить к полу и сразу взмахнуть ими, где-то волосами взметнуть, чтобы мужик увидел какие они у тебя офигенные. Мужчины любят глазами и уже с первой встречи знают, хотят ли они женщину или нет. — С научной точки зрения это весьма спорный вопрос, — возражаю я. — Зануда, — цокает Ляззат и принимает звонок от дочери. Пока они болтают, я закрываю глаза и думаю над последними словами подруги. И тут в голове невольно вспыхивает старое воспоминание - такое древное, пылью покрытое, что надо бы засунуть его обратно, но вместо этого я сдуваю пылинки и воскрешаю его в памяти. Давным-давно я только начинала работать в Центре Акушерства и гинекологии. Тогда меня заинтересовала репродуктология и я знала, что там как раз есть местечко. Работы в тот день было много, я толком не поела, но купила в столовой пирожок и бутылку воды, и побежала к лифту. Пока ждала его, не выдержала, достала из пакета пирожок и засунула в рот. Двери открылись, я вошла и увидела в зеркале свое растрепанное отражение и решила быстро исправить ситуацию. Мой обед так и торчал изо рта, а бутылку я сжала бёдрами. Сразу же сняла резинку, причесала волосы пальцами и собрала их на макушке. И по закону подлости в этот самый момент, когда двери начали съезжаться, чья-то рука их резко остановила и за моей спиной появился высокий мужчина в медицинской форме и белом халате. Красивый до безобразия. И тут я с выпирающим изо рта пирожком, бутылкой между ног и поднятыми вверх руками. Вашу Машу, я тут же покраснела, когда он изогнул бровь в удивлении и снисходительно усмехнулся. Этим мужчиной был Арлан. — Вам на какой этаж? — спросил он, еле сдерживая улыбку. Я наскоро собрала волосы в хвост и вытащила многострадальный пирожок из не менее многострадального рта. — Четвертый, пожалуйста. Украдкой следила за тем, как он нажимает цифру “4”, Этаж отделения репродуктологии. Я тогда подумала, что он, наверное, тот самый Арлан, который был на стажировке в Южной Корее, но так и не решилась об этом спросить. Шесть месяцев спустя мы впервые поцеловались в этом же лифте. Тогда уже работали в одном отделении и не могли отрицать, что нравимся друг другу. Нас безумно тянуло и крышу сносило. Поэтому, однажды когда двери кабины закрылись и лифт поехал вниз, мы с Арланом потянулись навстречу друг к другу, он прижал меня к прохладной стене, взял мое лицо в ладони и поцеловал. Тогда я впервые поняла, что любовь - это больше, чем химия и физика. Я до сих пор помню слова, которые даже после расставания и предательства еще долго звенели в ушах: “Губы пчёлки Майи сладкие, как мёд”.