Глава 22

Лопатки касаются холодной серой плитки, его ладонь лежит на шее и слегка сжимает кожу. Глаза горят, как у безумца, а грудь вздымается видимо от адреналина и злости. Мы балансируем на грани. В любой момент сюда может кто-то войти и увидеть нас. А мы в очень компрометирующей позе. Так что потом не избежать сплетен. И все, моей репутации хорошей женщины кранты. — Совсем с ума сошел, отпусти, — отталкиваю его, а он ни в какую не поддается и стоит на одном месте. — Еще один ухажер? — приблизив ко мне лицо, цедит волк сквозь зубы. — И? — вскидываю подбородок. — Это преступление? — Сколько их у тебя? Как черти из табакерки выпрыгивают, куда бы ты не пошла, — скалится ну точно волк, и его взгляд все темнеет и темнеет, а мое дыхание сбивается, потому что пульс разгоняется до предела. — А тебе не все равно, сколько их у меня? Мне пора замуж, мне пора рожать детей. Я выбираю достойного. Этот ответ его не устраивает, потому что тотчас он обхватывает мою голову руками и целует очень жестко, словно наказывает. Системы в голове сбоят, словно на пульт управление пролили воду и произошло короткое замыкание. Да, меня замкнуло, потому что я поддаюсь его сокрушительной энергетике и позволяю себя целовать. Приятная тяжесть внизу живота будоражит, в теле запущены так необходимые женскому организму процессы. Но когда мозг встает на место, я распахиваю глаза и снова кусаю его, только теперь за нижнюю губу. Взвыв, раненый волк отходит в сторону и вытирает кровь внутренней стороной ладони. — Еще раз поцелуешь, получишь по яйцам. Понял? Повернувшись к зеркалу, стягиваю с запястья черную резинку, собираю волосы в высокий хвост. Губы покалывает от поцелуя. Включаю холодную воду, набираю в ладошку и ополаскиваю их, усиленно протирая. Мне все равно, задену ли я этими действиями его нежные чувства. Вообще пофиг. Меня бесит он и моя реакция на него. Но он совершенно не думает сдаваться, подходит сзади и сжимает пальцами предплечья. — Я тебя ревную. — У тебя нет на это права. Убери руки, — дергаюсь, а Арлан удерживает. — Не получается у нас работать вместе. Я уйду. — Никто никуда не уйдет. — Я не могу так, — разворачиваюсь, не кричу, а очень зло шепчу. — Ты провоцируешь меня, ты везде. Ты трогаешь меня, целуешь, а я не хочу этого. Как тебе еще это объяснить? Дай уже мне жить дальше. Я тебя простила. Все! Взмахнув рукой, чуть не задеваю Арлана, а он перехватывает ее, обвивает пальцами запястье. Столкнувшись непримиримыми, огненными взглядами учащенно дышим, как будто сейчас начнется наша спонтанная дуэль. — Во-первых, ты врешь, — говорит жестко и хмурится. — Я просто хочу… — Засунь свои хотелки себе в задницу, — перебиваю его. — Не могу, — усмехается и кадык под кожей так притягательно перекатывается под кожей. Черт тебя дери, Акела! — И моя задница слишком маленькая для моих хотелок. — А эго слишком раздутое. Махровый эгоист, — цежу сквозь зубы. — Пусть так. Пусть ты считаешь меня эгоистом и уродом. И я даже соглашусь со всеми твоими обвинениями. Потому что да, я идиот. Тупой, непроходимый дурак, который просрал все. — Да просрал, — так хочется кричать в голос, но приходится говорить тихо. — Да! — шепотом орет. — Я очень ошибся, я последний лох. И на расстоянии я думал все - отпустило, забыл тебя. А стоило вновь увидеть, так за ребрами гореть стало. — Как поэтично, — язвительно замечаю. — Пусть все у тебя сгорит к чертовой матери. Потому что у меня в сердце все выжжено. Вытаскиваю руку из захвата и он без борьбы отпускает. Быстро выхожу из туалета и иду в свой кабинет. В это время посетителей уже не бывает, но я замечаю напротив кабинета Смаилова мужчину и женщину. Понимаю, что это и есть та самая Зия и ее муж. Они сидят на диванчике и шепчутся о чем-то своем. Их пальцы переплетены и лежат на его коленях. Голова Зии покоится на плече мужа. Как рассказал на консилиуме Арлан, они очень хотят ребенка и ради этого приезжали к нему в Астану из Алматы. Потом Саилов переехал сюда и они даже обрадовались. Только радость сменилась болью и страхом. Молодая, красивая женщина с иссиня-черными густыми волосами… и опухолью, которая пока не позволит ей осуществить мечту. Которая может ее убить. Как горько и обидно! — Зия, Мурат, извините, что заставил ждать. Я видимо так засмотрелась на пару, что даже не заметила, как мимо меня прошел Арлан. Только теперь я прихожу в себя и наблюдаю за тем, как Зия с мужем встают. Он нежно проводит ладонью по ее спине, показывая свою безоговорочную поддержку. Арлан прикладывает к двери электронный ключ и открывает ее. Сейчас он расскажет им о решении, которое мы приняли на консилиуме. Рабочий день подходит к концу. Переодеваюсь в платье и босоножки, вешаю на плечо тонкий ремешок маленькой сумки и смотрю на себя в зеркало. Эх, такая красота и поедет сейчас на автобусе. Выйду, наверное, на две остановки позже и погуляю в сквере на Старой площади, развеюсь, куплю мороженку. Спускаюсь по лестнице и слышу за спиной чьи-то шаги. Оборачиваюсь - Арлан. Следует за мной тенью, но ничего не говорит, пока мы не оказываемся на первом этаже. — А вот как раз Майя Каримовна спустилась, — лучезарно улыбнувшись, наша ресепшионистка показывает на меня рукой черноволосому мужчине с красивым букетом в правой руке. Он поворачивает голову и у меня чуть челюсть об пол не ударяется, потому что это Арыстан - тот самый лев из клуба. Вот это я попала.