Глава 30

Жаль, пчелки не обладают искусством красиво посылать в пешее эротическое львов и волков. А так хочется приложить крепким словцом и того, и другого. Но последнего все же в меньшей степени, потому что он все-таки чуть не помер вместе со мной. Мы с ним, можно сказать, второй раз родились в один день. Пусть он меня и бесит. А вот Арыстан…Я даже не знаю, зачем он мне звонит, если еще и в машине, и у своего подъезда я четко обозначила свою позицию: у меня ничего внутри не екнуло, время тратить на меня тратить не надо, могу предложить разве что услуги репродуктолога, но выразила уверенность, что его-то живчики живее всех живых. При таких-то параметрах. Он еще тогда поржал аки конь, сказал, что я “динамо” и отступил с миром. Видимо, видео, где я недвусмысленно обнимаюсь с волком, задело огненное самолюбие льва. Но похоже, сейчас, задето самолюбие Арлана. Он так на меня смотрит, как будто сейчас взорвется, выхватит трубку из моих пальцев и таки пошлет адресата далеко-далёко. — Подожди минутку. Во избежание недоразумений, показываю своему гостю указательный палец, чтоб не встревал, а сама иду в ванную, поворачиваю замок на двери и прислоняюсь к плитке. — Послушай, Арыстан, — стараюсь говорить спокойно, — я не люблю, когда мне что-то предъявляет кто-то, кто никем для меня не является. И даже тем, кто является, я этого не позволяю. — Как все сложно, — тянет он. — Сказала бы сразу, что мужик есть, которого позлить хочешь. — Это не совсем твое дело. Вернее, совсем не твое. — Ты все-таки чумовая девчонка, — внезапно говорит лев. — Может, встретимся еще раз? — Чего? — восклицаю. — Нет, конечно. — Жаль, — хрипит он. — Ты меня зацепила, “Динамо”. — Я профессиональная динамщица, так что извини, — улыбаюсь и подняв голову, смотрю на яркий плафон на противоположной стене. В дверь настойчиво стучит Арлан. — Май, открой. Почему ты закрылась? — спрашивает так громко, что слышит даже Арыстан. — О, твой Отелло пришел, — усмехается. — Везунчик. — Он - не мой. Просто так получилось. Ты прав, я очень сложная. — Ты классная. Но чужие девочки действительно очень сложные. — Я ничья девочка, — громко вздыхаю. Лев, ухмыльнувшись, желает мне удачи и на прощание все-таки говорит, что если мне будет одиноко, то я могу ему позвонить и поболтать с последствиями. Вряд ли я это сделаю, но благодарю и прощаюсь. А Арлан, тем временем, уже яростно дергает ручку в ванную, стучит и рычит: — Май, открой. Что ты там делаешь? — Странный вопрос. А ты как думаешь? — кричу ему через дверь. — Приспичило мне. — Почему он тебе звонит? Почему ты ушла? — Ой, иди уже нафиг, — фыркаю, скрестив руки на груди. — Майя! Последний сильный удар в дверь и я теряю терпение. Повернув замок, распахиваю дверь и бросаю на него разъяренный взгляд. — Что? — Поговорила? — он входит вовнутрь, а я пячусь назад. — Поговорила, — огрызаюсь и упираюсь бедрами в мраморную столешницу. — Арыстан беспокоился. Прости меня, Арыстан. Ты, наверное, зрил в корень. — Май, — он ставит руки по обе стороны от меня, тем самым, берет меня в плен. — Скажи мне, что у тебя с ним ничего нет? — Это у нас с тобой ничего нет, — воинственно вскидываю в подбородок, но как только заглядываю ему в глаза, вижу того самого мужчину, который говорил мне, что мы долетим и выживем. Мужчину, который пренебрег правилами безопасности и накрыл меня собой. — У нас с тобой было гораздо большее, — Арлан поднимает одну руку и проводит ею по волосам, а затем фиксирует ладонь на щеке. — Было, но прошло, — как бы я не пыталась отрицать, но от его прикосновений тело слабеет, а сердце словно прыгает на ребра. — Сколько мы еще будем ходить по кругу? Сколько еще ты будешь бегать от меня? — волчьи глаза становятся темнее ночи. — Потому что я готов бегать за тобой сколько ты захочешь. Я не устану. — Зачем тебе это? — Потому что я снова влюбляюсь в тебя, Майя, — признается тихо, но твердо. — Это все глупости, — тоже перехожу на шепот. — Тебе кажется. Большой палец плавно движется по моей нижней губе, но я не останавливаю Арлана. Я могла бы вновь вспылить, оттолкнуть, но я не делаю этого сама не знаю почему. — Мне не кажется. И сегодня утром я понял это очень ясно. Я приехал в Алматы, чтобы извиниться перед тобой, признать свои ошибки и, наверное, перестать рефлексировать о том, что повел себя как придурок. Не знаю, на что я рассчитывал, но чем больше времени мы проводим вместе, чем чаще я вижу тебя, тем яснее понимаю, что у меня к тебе ничего не умерло. Хотя я - дурак - думал иначе. Не умерло, Май. Все, что я прошу от тебя - второй шанс. Пожалуйста. Эти слова я мечтала услышать восемь лет назад. Надеялась, что он вернется из Америки, постучит в мою дверь и скажет именно это. Слово в слово. Я тогда не думала, что вообще-то он уже спал с другой, я просто хотела, чтобы он понял, как обидел меня, как мне плохо без него. И вот этот момент настал. Он ждет моего ответа, но я сомневаюсь, потому что боюсь. И как назло в эту самую секунду, когда я открываю рот, мой телефон вновь пищит. Да вы издеваетесь?