Глава 15

Рома приехал на квартиру Анечки вечером. Прошёл по комнатам, раскрыл все окна. На кухне лежала почерневшая картошка, которую они так и не пожарили. Она улетела в мусорный мешок. Туда же отправились вещи, которые удалось Роме обнаружить в квартире. В основном это были вещи Инги. Черные шиньоны с кудрями, ласьоны вонючие. Ни одной баночки не оставил. Даже на память. Не будет у него тоски по Лани. Чёрное бельё, которое с Анечкой не ассоциировалось.

Вытаскивал и вытаскивал вещи, копался в ящиках. Наткнулся на пистолет. Заряженный. Решил оставить себе, потому что Анечке лучше оружие не доверять.

В мусорный пакет улетели две широкополые шляпы, спрятанные в шкафу. Три пары обуви на высоком каблуке. Конечно, хорошо Анечка смотрится на высоком каблуке, но лучше Шиша ей всё новое купит.

В шкафу на верхней полке среди множества странных предметов: мелких картинок, бутылок со странными жидкостями, игрушек, амулетов, Рома обнаружил фото в рамке.

Это фото было спрятано. Возможно, ещё от отца.

Довольный юный Шиша с лохматой тёмной чёлкой смеялся и обнимал четырнадцатилетнюю девочку с белыми волосами. Аня и Рома сделали это селфи на берегу реки в посёлке, где жили и учились. И это было единственное их совместное фото. Оно было отредактировано. Вставлено в золотистую рамочку. На обратной стороне надпись: «Навсегда твоя».

Это сокровище, иметь человека, которому ты нужен, который всегда о тебе думает. Только полностью одинокий человек, который не имел много лет родных и близких, может оценить такое. Не имел много лет пристанища и тепла. Искал, но найти не мог. А не нужно было искать, нужно было вернуться к тому моменту в жизни, где было хорошо. Рома бежал от себя, бежал от Анечки. В итоге, чуть не лишился жизни.

Теперь сберечь семью нужно. Лелеять, как бесценный дар. И не забывать родные души. Трэшу и Катюхе звонить.

Рома фото отнёс в гостиную и поставил на маленький столик у телевизора.

Вынес мусор. А потом начистил новой картошки и пожарил с луком. Ужинал в тишине один. Закусывал маринованными опятами, которые действительно были невероятно вкусными. Нашёл коньяк, хряпнул сто грамм.

В планшете, что стоял рядом с тарелкой он нашёл номер Трэша. Решил родным позвонить. Он не собирался всё им выкладывать, просто об Анечке поговорить нужно было с кем-то. А Штопор не подходил. Да и закругляться нужно с такими связями.

Трэш появился на экране, улыбнулся белозубой улыбкой:

— Здоров, Шиша!

— Привет, Трэш, — Рома улыбнулся и на душе стало тепло.

— Кис! Смотри, Шишак коньяк бухает, а ты мне не даёшь.

Рома нахмурился и убрал стакан подальше.

— Закусываю жаренной картошкой с луком и маринованными опятами, — добавил Рома. — Как ваши дела?

— У тебя после выпускного отдых от всего.

Появилась на экране Катюха. Волосы в небрежной причёске, улыбчивая и довольная. Поцеловала мужа в макушку, обвив его руками.

Дочь бандита и убийцы. Добрая мать и любящая жена.

Он не испытывал к ней ненависти за то, что сделал её отец. Аня простила, а Рома с ней заодно. Всегда.

От всего можно избавиться, можно «перезагрузку» сделать своей жизни, и начать заново. И никогда не поздно. Можно не идти по стопам родителей, и подняться, если оступился.

— Анюта где? — обеспокоенно поинтересовалась Катя, присаживаясь на колени своего здорового мужика.

— В больнице, детские травмы лечит, — печально вздохнул Шиша. — В общем, ребята… Я тут узнал… Ане только исполнилось четырнадцать, когда она в наш класс попала. Она на три года младше меня, и на четыре тебя, Катюх.

— Как?! — в один голос выкрикнули Савиновы и переглянулись, что вызвало у Ромы смешок. Яркий пример полного единства.

— Почему нас не предупредили? — Катя сильно расстроилась, уложила ладони на щёки. — Я бы никогда к ней так не относилась! Если бы знали, что она младше!

— Её во всех школах чморили, поэтому решили скрыть, чтобы влилась в коллектив, — вздохнул Рома. — Я тоже в полном ох*е, пардон, в удивление.

— Поэтому она ничего не рассказала никому, мелкая была, — констатировал Трэш. — Запугала мамаша.

— Получается, — кивнул Рома.

Он не собирался рассказывать им всё. Особенно про убийство настоящей матери Ани. Катюхе беременной… да вообще не стоит этого знать.

— Она чудить начинает, когда пора к врачу, — улыбнулся он. — Вы как, отошли от вечеринки?

— Да, у нас всё в порядке, — Трэш умудрился изогнуться и чмокнуть Катюхин живот, который за время успел ещё вырасти.

— Летаете? Просто… я бы рад был и Аня тоже, если б вы к нам осенью прилетели. Анечке день рождения будет в сентябре.

— Если выходные, мы обязательно приедем, — пообещала Катя.

— Можете всей семьёй, у меня дом большой, всем места хватит, — обрадовался Рома.

— Что ей подарить? — спросил Никита.

— Щенка алабая, желательно белого. У Ани недавно собака умерла.

— Бахря? — выпучила глаза Катя, — Двенадцать лет прожила.

— Да, Бахря, — кивнул Рома, вспоминая героический поступок белой собаки. Обязательно нужно завести похожую. — Я бы сам подарил, но если это сделаете вы, на Аню это благотворно повлияет.

— Обязательно подарим, — пообещал Никита.

Они ещё два часа обещались. Катя потом ушла, а они с Никитой всё, что упустили на вечере встречи выпускников, нагнали по видео связи. И про тюрьму и про бизнес. Про женщин и настоящую любовь. Обо всём на свете.

— Если Тимофей не причастен к насилию в подвале, ты должен отступить, — заявил Трэш. — Нахрен тебе Шиша такой грех на душу?

— Ты Тимофея не знаешь…

— Рома! — рявкнул Никита. — Послушай. Никто не заставляет нас любить врагов. Но прощать надо учиться. Это просто. Отпускаешь, забываешь и никогда не возвращаешься к этому вопросу.

Шиша скривился. Перед глазама всплыл разъярённый Клин, который орал на свою жену: «Отъ*бись, я смиряюсь». И тогда Роме показалось, что ему никак не хочется быть верующим и заниматься своим духовным образованием.

— Шиша, — приставал Трэш. — Пойми, ты духовно обязан развиваться, иначе пи…. Конец. Я, забиваю на Тимофея. Хотя это непосредственно касается моей семьи. И ты обязан это сделать.

— Я никому не обязан, — хмыкнул Рома и скупо попрощавшись, отключил видео-звонок.

Рома уснул поздно. И впервые в жизни ему приснился сон. Точнее были в детстве, какие-то ночные ведения, но тут в квартире Анечки в кровати с её запахом, он занимался сексом с эффектной блондиночкой с большими чёрными глазами. Вроде Аня, вроде Инга.