Глава 3

Андрей Лавров Ульяна не узнала его. В первое мгновение Андрей испытал укол знакомого разочарования, который сопровождал его долгое время, пока они с Ульяной были в одной компании. Пока она была девушкой его лучшего друга. Но потом Андрей отогнал от себя эти отголоски прошлого: то, что важно было тогда, сейчас не имело никакого значения. Именно поэтому он и решил не говорить ей первым о том, что они знакомы. Скоро это непременно вскроется, а пока у Ульяны есть другие заботы и переживания. Ему очень хотелось задержаться, не оставлять Ульяну наедине с бывшей женой, как бы глупо это ни звучало. Но разум взял верх, и он все же ушел. Вита сама нашла его минут через пятнадцать. Он как раз вышел на крыльцо выкурить сигарету под стаканчик кофе из автомата (тот, что имелся у них в ординаторской, заваривать было лень). Кофе этот, кстати, оказался дрянным, с привкусом пережжености, который не мог замаскировать даже сахар. – Она была беременной, вы оказались правы. – Вита встала рядом и помахала рукой, отгоняя от себя сигаретный дым. – Как она? – спросил Андрей, выдержав паузу. – Расстроена. Сказала, что у них с мужем пять лет не получалось завести ребенка, хотя у нее со здоровьем было все в порядке. А тут вот как вышло… – Вита с задумчивым прищуром смотрела куда-то вдаль. – Плачет? Она пожала плечами. – Когда я уходила, не плакала, но выглядела подавленной. А почему тебя это так волнует, Лавров? – Вита взяла у него стаканчик с кофе и сделала глоток. Поморщилась. – Гадость какая. Андрей молча забрал кофе. – Это какая-то твоя знакомая, да? – продолжала бывшая жена. – Знакомая, да, – нехотя ответил Андрей. – Со студенческих времен. – А она тебя не узнала, что ль? – Вита нервно хохотнула. – Спрашивала твою фамилию. А когда я назвала ее, она прямо в лице изменилась. Сердце Андрея дернулось, но вида он не подал. – Мы не виделись почти десять лет, так что неудивительно, – ответил он как можно равнодушнее. – Но зато теперь она знает, кто ты. – Вита криво улыбнулась. – О, вот вы где! – К ним присоединился Олег, на ходу тоже закуривая. – Сегодня дурдом какой-то, а не утро. – Он тоже выхватил у Андрея стаканчик, хлебнул и скривился. – Дрянь какая. Как ты это пьешь? – Уже не пью. – Стаканчик с недопитым кофе полетел в урну. – Вита осмотрела Ульяну. – О, и что? – встрепенулся Олег. – Все подтвердилось. – Хреново, – Олег вздохнул. – Последствия? – Ничего критичного, во всяком случае, пока, – ответила Вита. – Ну и отлично. Ладно, побежал, Валикину нужно опять брать в операционную, похоже на перитонит. – Олег выбросил сигарету и ушел. – Я тоже пойду, сыро здесь. – Вита поежилась, бросив взгляд на струи непрекращающегося дождя, и исчезла в дверях. Андрей докурил и также вернулся в отделение. – Пока все спокойно, – сказала ему дежурная медсестра Лина. – Привезли одного с переломом, но его уже забрал Агиев. – А родственники Ульяны Миртовой не звонили? – поинтересовался Андрей. Лина на секунду задумалась, потом покачала головой: – Нет, не звонил никто. Вчера я лично связывалась, кажется, с сестрой мужа, она сказала, что им сейчас не до Миртовой. Мол, жива – и хорошо. У матери с сердцем плохо из-за смерти брата, ну и все в таком духе. И я не стала их больше беспокоить. – А родители Миртовой? – Андрей нахмурился. – Телефон матери недоступен, и вообще, кажется, там номер не наш, а какой-то иностранный. – Ясно. – Андрей задумался. – Лина, можно тебя попросить кое о чем? – Конечно, Андрей Александрович. – Та сразу приосанилась, глаза загорелись. И Андрей передумал. Нет, не стоит ее в это вмешивать. – Хотя не надо пока, – сказал он. – Может, позже. На лице Лины проскочила досада. Но тут позвонили из приемного: – Андрей Александрович, привезли пациента, множественные порезы и ожоги паром. Говорят, чайник со стеклянной колбой взорвался. Андрей потер переносицу: – Иду, пусть везут в свободную смотровую. *** Я была раздавлена, теперь еще морально. Мысли путались, на сердце камнем лежала тоска. И чувство глубокого одиночества. – Вы уже проснулись? – В палату вошла та самая улыбчивая пожилая медсестра. – Вот и хорошо. Что-то надо? Водичку уже можно попить. Может, по нужде хотите? – Нет, спасибо, – тихо ответила я. – И попить мне уже дали. Андрей… Александрович. – Это хорошо. Сейчас капельницу сниму, побудете немного без всех этих трубок и лекарств, – усмехнулась женщина. – А скоро обед. Думаю, супчик вам можно будет похлебать. Родственники ваши не приходили, передачки не приносили, случаем? – Нет, – покачала я головой. Да и кто мог прийти? Свекровь? Золовка? Сомневаюсь, что им сейчас до меня. А мама за границей живет, все равно ничем помочь не сможет. – Может, позвонить хотите? – Взгляд медсестры стал внимательнее. Похоже, она заметила мое смятение при упоминании родни. Я снова покачала головой. – Ну, смотрите сами. – Она ободряюще улыбнулась. – Если что, зовите. И телефон вам ваш принесу. – Спасибо, – отозвалась я. – Набирайтесь сил. – Женщина снова улыбнулась и оставила меня в невыносимой тишине наедине со своими мыслями. Я не знала, сколько прошло времени – может, полчаса, а может, и все три, – когда ко мне заглянул Олег. При виде него внутри меня проклюнулись ростки радости. – Как ты? – Он взял стул и сел рядом. – Нормально. – Я сглотнула. – Сомневаюсь, – он усмехнулся, – но мне нравится твой оптимизм. – Больше ничего не остается. – Можно я посмотрю, как твой шов? – Я могу сказать «нет»? – Можешь, но я все равно посмотрю, – ответил Олег весело. Такая позабытая легкость в общении. Когда я вообще в последний раз с кем-то обменивалась шутками? Кажется, это было где-то в другой жизни. Он приподнял мою свободную послеоперационную рубашку, и я испытала неловкость оттого, что на мне нет белья, и едва сдержалась, чтобы не прикрыться рукой. – Выглядит неплохо, – между тем сказал Олег. – Завтра начнешь пробовать ходить потихоньку. Он накрыл меня одеялом и сел обратно. – Значит, ты теперь работаешь здесь, – я решила сменить тему. – Да, уже семь лет как, – ответил Олег. – А ты, значит, вернулась сюда. Давно? – Три года назад. – Жаль, что встретились при таких обстоятельствах. – Да уж… – Я подавила вздох. – А твоя жизнь как? Кроме работы. – Если ты о личной жизни, то я упертый холостяк, – Олег со смехом развел руками. – Живу один. Со свободным сердцем. Я тоже чуть усмехнулась. Олег, сколько его помнила, всегда был любимцем девушек. Была в нем необъяснимая харизма, которая тянула к нему как магнитом. И я, увы, не стала исключением. Влюбилась по уши. И была так счастлива, когда он выбрал меня тоже. Наш бурный роман длился больше полугода, но природа непостоянства Олега взяла верх. Его измена тогда стала для меня трагедией, я даже перевелась в столицу, чтобы залечить сердце. Сейчас все это тоже казалось таким далеким и, как ни странно, я не испытывала к нему больше ни ненависти, ни обиды. – Я видела еще Андрея, – призналась я. – Только сразу не узнала… – Да, мы с Андрюхой до сих пор дружим и работаем, как видишь, вместе. – Олег улыбнулся. – А Вита, гинеколог, которая к тебе приходила, его жена. Жена? Это было неожиданно. Значит, это я у нее спрашивала об Андрее. Я занервничала. Неудобно вышло, наверное. Как бы она чего не подумала – Бывшая, – раздался тут другой мужской голос, и в дверях появился сам Андрей. – Вита – моя бывшая жена, забыл ты уточнить. – Это уже мелочи, – хмыкнул Олег. – Ну как сказать. – Андрей посмотрел на меня. А я проговорила, чуть смущаясь: – Привет. Прости, что не узнала. – Неужели я так сильно изменился? – он усмехнулся, – Если честно, да, – призналась я. – Ты действительно очень изменился. – Надеюсь, в лучшую сторону? – Андрей взъерошил короткий ежик волос на макушке. – В лучшую, – ответила я, рассматривая его возмужавшее лицо и широкие плечи. От скромного долговязого парня не осталось и следа. Прежними остались лишь сияющие голубые глаза и открытая улыбка. И как я могла их не узнать сразу? – Еще немного, и я начну ревновать, – ухмыльнулся Олег. – А ты не изменился, – ответила ему я в пику. – Восприму это как комплимент, – не остался в долгу он. – Соболезную по поводу мужа, – сказал Андрей. – И ребенка. Мне жаль. – Спасибо, – отозвалась я тихо. – Может, надо кому-то сообщить? Позвонить? Родителям, например, – продолжил он. – Нет, не надо. Отца уже нет в живых, а мама вышла второй раз замуж и теперь живет в Португалии, все равно быстро не доберется. – Я слабо улыбнулась. – И волновать ее не хочется, у нее с сердцем в последнее время проблемы. Я ей позже позвоню, когда буду лучше себя чувствовать. – А свекры? – встрял Олег. – Тебе же надо привезти вещи кое-какие. Завтра, скорее всего, переведем тебя из реанимации в обычную палату. Он был прав, у меня не было даже сменного белья, не говоря уже о средствах гигиены. Но звонить свекрови так не хотелось… – Я позвоню им, – сказала, чтобы сменить неприятную тему. – Потом. Придумаю что-нибудь сама. – А при мне была сумка? – вспомнила я. Там по меньшей мере были деньги, за которые можно купить все необходимое. – Или ее оставили в машине? Андрей с Олегом переглянулись. – Надо у Веры Петровны спросить, – сказал Олег. – Я спрошу, – ответил Андрей. – Обед! – Дверь в палату приоткрылась, и в нее попыталась просунуться тележка. Андрей оказался к ней ближе всего и помог придержать дверь. – А вот и наша Вера Петровна! – встретил улыбкой уже знакомую мне медсестру Олег. – Ой, а что это вас здесь так много? – забеспокоилась она. – Случилось что? – Нет, пришли проведать нашу пациентку, – усмехнулся Олег. – Считайте, Ульяна у нас вип. – Как скажете, Олег Николаевич, – хохотнула Вера Петровна. – Да ладно вам, – я смутилась, – никакой я не вип. – Ну как же не вип, если лучшие врачи нашего отделения собрались здесь у вас, милая. – Медсестра хитро посмотрела на меня. – Это чистая случайность, – попыталась отшутиться я. Раздался звонок мобильного, и Олег достал телефон. – Да, Лина. Хорошо, идем. Андрей, пошли, – кивнул он уже другу. – Везут двух строителей, падение с высоты. – Ужас какой. – Вера Петровна поежилась. А Олег и Андрей тем временем спешно покинули палату. – Давайте я помогу вам поесть супчика, милая, – засуетилась медсестра, поднимая мою кровать и подушку. – Нужно немного подкрепиться. – Олег… Николаевич говорил, что вы можете знать, где моя сумка, – начала я. – Да, была, я вам смогу ее отдать, когда вас переведут из реанимации, сюда, к сожалению, только телефон вот принесла, – ответила женщина, доставая из кармана мой мобильный. – Но вы не волнуйтесь, милая, все ваши вещи в полной сохранности. Если за сохранность чего я и волновалась, то только кошелька, где у меня были банковские карты и немного наличности. Последней бы хватило, чтобы попросить кого-нибудь купить мне что-то из вещей по мелочи. – Может, позвоните все-таки кому-то из родни? – спросила осторожно Вера Петровна. – Нет, – мой ответ был прежним. – Сомневаюсь, что ко мне кто-то придет… – это вырвалось само собой, как мысли вслух. Вера Петровна на это ничего не сказала, в душу лезть не стала, лишь покачала головой. Она еще некоторое время пробыла со мной, помогая поесть, потом сделала очередную инъекцию и оставила меня отдыхать. Ни Олег, ни Андрей в ближайшие часы ко мне не заглядывали, зато снова пришла Вера Петровна, прижимая к груди объемный пакет. – Тут меня попросили кое-что для вас прикупить, – с порога заявила она. – Благо рядом торговый центр есть. – Кто попросил? – опешила я. – Этот рыцарь пожелал остаться инкогнито, – засмеялась она и раскрыла передо мной пакет. – Итак, я взяла вам пару сменного белья, ночнушку, халатик, носки, тапочки, кружку, ложку, вилку, бутылку воды и немного мандаринов. Да, еще расческу, шампунь, зубную щетку с пастой и прокладки. Вам же пока они понадобятся. Брала все на свой вкус, так что не обессудьте. Надеюсь, с размером тоже угадала и ничего не забыла. О, и еще кроссворды, для развлечения. – Женщина весело улыбнулась. – Тоже мои любимые. – Спасибо большое. – Я была обескуражена и растеряна. У меня даже слезы на глаза навернулись. – Давайте я вам деньги отдам, скажите только сколько. – Какие деньги? – фыркнула Вера Петровна. – Мне точно ничего отдавать не надо. Я не потратила на это ни копейки. – Но тогда кому? – Если он захочет, то признается сам, – отрезала медсестра. Но как бы ни пыталась запутать меня Вера Петровна, претендентов на звание того самого рыцаря было всего два: Олег и Андрей. И моя интуиция склонялась больше к первому.