Глава 23

Я отпросилась с работы на несколько часов с утра, чтобы посетить нотариуса, который должен огласить завещание. – Каблуки, платье, прическа – все должно быть идеально, – напутствовала меня Катя. – Сделай их там всех, задуши авторитетом! – Такое впечатление, что я действительно иду сражаться на ринг, – усмехнулась я, поправляя у зеркала помаду. – Хуже, – Катя сделала серьезное лицо, – на войну! – Может, и так. – Я сделала глубокий вдох. – Ну все, пошла! – Ни пуха ни пера! – К черту! Катя обняла меня на прощение и провела до лифта. Внизу меня уже ждал Паша на своем автомобиле. – Доброго денечка, – весело поздоровался он. – Как настроение? – Нервное, – ответила я с улыбкой. – А у меня превосходное. – Паша тоже широко улыбнулся. – Прямо предвкушаю эту встречу. Люблю такие дела. – А по мне, лучше бы этого не было вовсе, – я покачала головой. – Неужели нельзя решать все дела мирно? – Если бы все дела решались миром, у меня бы не было работы, – хохотнул Паша. Раздался звук входящего сообщения. Андрей. «Уже едешь?» «Да, как раз в пути», – написала я. «Скинь адрес, я, может, заеду за тобой. Как раз заканчиваю смену». «Буду рада». Я мысленно улыбнулась и набрала адрес нотариальной конторы. Мы прибыли туда за десять минут до назначенного времени и оказались первыми. Однако долго остальных ждать не пришлось: вскоре в коридоре появилась процессия из моих бывших родственников. Они были в полном составе: свекровь со свекром и сестра мужа. При виде меня у свекрови без преувеличения полезли глаза на лоб. – А ты что здесь делаешь? – воскликнула она, покраснев от возмущения. – Пришла на оглашение завещания своего мужа, – ответила я как можно спокойнее. – Откуда узнала? – вырвалось у нее. – А чему вы удивляетесь? Куда интереснее, почему никто из вас не сообщил об этом мне? – Потому что тебя это не касается, – прошипела свекровь. – Ты никто! Приперлась, тварь… – Она всегда такой была, – меланхолично добавил свекор. – А это кто? – Свекровь зыркнула на Пашу. – Хахаля уже нашла себе? Сюда притащила? Проститутка! – Статья пятая, пункт шестьдесят первый кодекса Российской Федерации, – почти радостно сообщил Паша, – устанавливает административную ответственность за оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме. Штраф может доходить до ста тысяч рублей. Если оскорбление причинило моральный вред, пострадавший также может обратиться в суд с иском о возмещении морального вреда. – Что? Да кто ты… Какой суд? – Свекровь точно жабу проглотила. – Не смешите меня! – Согласен, это совсем не смешно, – с расслабленной улыбкой кивнул Паша. – А поскольку вы совершаете эти противоправные действия прямо в присутствии адвоката потерпевшей, суду не понадобится даже лингвистическая экспертиза. – Адвокат? – свекровь прямо поперхнулась этим словом. – Потапенко Павел Сергеевич. – Паша ткнул ей под нос свое удостоверение. И снова благодушно улыбнулся. Я же закусила губу, чтобы не рассмеяться при виде вытянувшихся лиц бывших свекров. Да ради одного этого момента стоило познакомиться с Пашей! Вдруг в конце коридора показалась взъерошенная девица, в которой я узнала любовницу мужа. Даша. – Еще не началось? – запыхавшись, спросила она. – А тебе кто сообщил? – встрепенулась свекровь. Ага, значит, вторую «невестку» она тоже не жалует. – Мне Антон Викторович сказал. – Даша глянула на свекра, а тот сразу отвел глаза. – Ты? – Свекровь развернулась к мужу. – Нет, ну а что? – промямлил тот. Но выяснение отношений пришлось остановить, поскольку открылась дверь кабинета и из нее выглянул нотариус: – Прошу, проходите. Когда все расселись, нотариус протер очки и достал конверт. – Для начала мне нужно проверить ваши документы, чтобы удостовериться в родстве. По закону на оглашении завещания могут присутствовать все наследники по закону, даже если они не окажутся вписаны в завещание, – сказал он. – Я мать, – проворно положила ему на стол паспорт и свидетельство о рождении свекровь. – А это отца и сестры. – Рядом легли еще два документа. – Это все документы моей клиентки, супруги покойного. – Паша тоже передал бумаги. – А я не родственница. Но у меня будет ребенок от Димы, – встряла Даша. – Доказательства отцовства есть какие-то? ДНК-тест? – спросил нотариус. – Какой тест? У меня еще срок маленький. – Любовница заерзала на месте. – Хотя бы справку из женской консультации, что беременны, предоставите? – вздохнул нотариус. – А, да… Есть. – Она долго рылась в сумке, прежде чем достала оттуда помятую бумажку. – Вот. Нотариус глянул на нее скептически, но все же принял. – В таком случае переходим к оглашению, – произнес он и вскрыл конверт. Свекровь заметно подобралась и зыркнула на меня. Я отвела взгляд, но внутренне тоже напряглась в ожидании того, что сейчас услышу. Нотариус наконец извлек из конверта бумагу, прочистил горло и начал читать: – «Я, Миртов Дмитрий Константинович, находясь в здравом уме, настоящим завещаю: квартиру по адресу Столичная, 28 – своей супруге Миртовой Ульяне Владимировне в полную собственность». Свекровь вначале побледнела, а потом пошла пятнами. Паша же подмигнул мне, а я пока не могла поверить, что это правда. – «Тридцать процентов средств на моих банковских счетах, – между тем продолжал нотариус, – завещаю моим родителям Миртовой Надежде Павловне и Миртову Константину Борисовичу, по пятнадцать процентов соответственно. Моей сестре Миртовой Полине Константиновне завещаю пять процентов средств моих банковских счетов. Оставшиеся деньги переходят моей супруге Миртовой Ульяне Владимировне». – Безобразие… Безобразие… – тихо запричитала свекровь. Схватила со стола нотариуса лист бумаги и стала им обмахиваться. – Есть еще дополнительный пункт, – нотариус снова прокашлялся, – касаемый Кулешовой Дарьи Петровны. – Да, да, это я! – Глаза девицы загорелись алчным огнем. – «Если на момент моей смерти будет подтверждено, что у нас есть общий ребенок (на основании теста ДНК), ей выплачивается пятьсот тысяч рублей». – Такой мизер? – Даша аж подскочила. – И это все? Я подам в суд! – Только вначале сделайте тест ДНК, – спокойно произнес Паша. – А то придется заплатить приличный штраф за ложный иск. Девица сделала несколько возмущенных вдохов, потом развернулась и выбежала прочь. – Я почти не сомневаюсь, что беременности там нет, – усмехнулся Паша, провожая ее глазами. – Или же тест ДНК не подтвердит родство. – Я не могу здесь больше находиться, не могу! – страдальчески воскликнула свекровь. – Пойдемте. Она резко поднялась, потом театрально схватилась за голову. Свекор взял ее под руку, и они вместе проследовали к выходу. Золовка тоже поплыла за ними. Когда же мы остались одни, я задала нотариусу мучивший меня вопрос: – Я немного не понимаю. Почему вообще Дима написал это завещание? Как я понимаю, он сделал это незадолго до своей смерти, раз подозревал о беременности любовницы? Но он ведь погиб во время аварии… Как он мог знать? Он даже никогда не говорил об этом… – Я этого не знаю, – нотариус с сожалением покачал головой. – Но иногда люди предчувствуют свою смерть… – Я попробую узнать через свои каналы, – сказал Паша, когда мы вышли из кабинета. – Возможно, ваш муж был болен, как вариант… В общем, всякое бывает… – Да вроде не походил он на больного, – вздохнула я. – Разве что особенно нервный и психованный стал в последнее время до аварии. Но со мной он не особо делился проблемами. – Проверим, может, и откроется правда, – он развел руками. – О, а вот и ваши родственнички. Вас дожидаются? На крыльце действительно стояли оба свекра. – Я буду подавать в суд, поняла? – зашипела на меня сразу свекровь. – Поняла, – ответил за меня Паша. – А пока вы собираете все документы, требую отдать ключи от квартиры, законной хозяйкой которой является моя клиентка. – И он протянул к ней раскрытую ладонь. – Ну? Чего ждем? Полиции? У меня есть все основания вызвать ее. Боюсь, вас могут даже задержать до выяснения обстоятельств. Я уж позабочусь об этом. А ключи все равно придется отдать. Так, может, не надо оно вам – эти проблемы? – Да отдай ты ей! – в сердцах произнес свекор, глянув на супругу, и махнул рукой. Свекровь трясущимися руками достала из сумки ключи и бросила их мне. – Я еще заберу их у тебя, – процедила она. – Снова. – Непременно обсудим это в суде, – кивнул Паша. – Ты ведь приворожила его, да? Ведьма! – выкрикнула свекровь. – Сама ты ведьма, ясно? – раздалось внезапно. К нам с грозным видом направлялась мама Андрея, размахивая сумкой. – Закрой свой грязный рот и больше ни слова не говори в сторону Ульяны. – Ее глаза сверкали. – Иначе будешь иметь дело со мной. – А вы кто такая? – Свекровь попятилась. – Та, которая ценит твою бывшую невестку и собирается сделать своей, змеюка. – Мама Андрея в гневе оказалась страшнее моей свекрови. – И я за нее глотку порву всем, кто слово плохое о ней скажет или обидит. Я, между прочим, в молодости боксом занималась. И кулаки удар помнят. – Так, дамы, расходимся, – вежливо предложил Паша. – Татьяна Алексеевна, действительно, пойдемте. Ну их всех, – сказала я ей тихо, пытаясь не усугублять конфликт. – На тебя я тоже в суд подам, – заикаясь, отозвалась свекровь. Но ее тоже уже под руку схватил свекор и попытался увести. – Давай подавай! Правда на моей стороне. – Татьяна Алексеевна замахнулась ей вслед сумкой. – А вот до рукоприкладства доходить не советую, – остановил ее Паша. – Как юрист говорю. Это уже другая статья. – Да она меня выбесила! – Татьяна Алексеевна поправила блузку. – Мымра крашеная… – Вот тут не могу не согласиться, – с серьезным лицом кивнул Паша. Я не выдержала и прыснула со смеху. Все напряжение последних часов, видимо, вылилось в такую реакцию, а Татьяна Алексеевна с ее защитой стала катализатором. Она тоже несколько раз хихикнула, а потом засмеялась громче. – Мама? Уля? – По ступенькам взбегал Андрей, а за ним Катя. – Что случилось? Мы приехали только что. Уже все закончилось? – Вы пропустили много интересного, – хмыкнул Паша. – Что ж, я пойду, Ульяна. Оставляю вас со спокойным сердцем. Скоро позвоню, если что узнаю. – Спасибо, Павел, – поблагодарила я. – Без вас я бы не справилась. – Это моя работа, – привычно отозвался Паша и, весело подмигнув мне, направился к своей машине. – Так что произошло? – Андрей с улыбкой перевел взгляд с меня на мать. – Ай, ничего особенного, – отмахнулась его мать и хитро улыбнулась мне. – А как вы все здесь оказались? – спросила я. – Я ждала только Андрея. – А мы не могли тебя не поддержать в такой момент, – ответила Татьяна Алексеевна. – Катя мне все рассказала. – Спасибо вам. – Я обняла ее, растрогавшись. – За что, деточка? – Она охотно обняла меня в ответ. – За вашу заботу. – Ой, да ладно тебе. Я ж правду сказала. – Татьяна Алексеевна тоже заметно растрогалась. – А этой мымре такое сказать – одна радость. Мы снова понимающе засмеялись. – Кажется, нам никто не собирается ничего рассказывать, – притворно вздохнула Катя. – А мы, между прочим, тоже волновались. – Идемте, расскажу все в машине. – Я взяла Андрея под руку, потом глянула на часы. – И да, я ужасно опаздываю на работу…