Глава 24

– Ой, а вы опять на работу, Андрей Александрович? – спросила, улыбаясь, Вера Петровна. Она стояла на крыльце и пила кофе, когда мы подъехали. – Нет, только Ульяну вам привез, – ответил тот тоже с улыбкой. – А что, соскучились? – Мы по вам всегда скучаем. – Ничего, со следующей недели будете видеть каждый день, еще надоесть успею, – усмехнулся Андрей, имея в виду, что с понедельника вступает в должность заведующего. – Никогда этого не будет. – Вера Петровна засмеялась. – Увидимся уже завтра, – попрощалась я с Андреем и взбежала по лестнице. – Ой, а я так и знала, что вы будете вместе, милая, – сказала заговорщицки мне Вера Петровна и взяла под руку. – Особенно когда Андрей Александрович купил тебе одежду… – Какую одежду? – не поняла я. – Ну как же? Когда ты после аварии лежала, бедняжка, одна-одинешенька, не во что даже переодеться было. Так он же дал мне денег и попросил купить тебе все, что необходимо. Он тебе до сих пор не признался? – поняла она – Вот дурачок! А я секрет сболтнула… Но думаю, это уже неважно. Только ты ему не говори, ладно, милая? – Хорошо, – улыбнулась я. У самой же сердце чуть не выскочило из груди. Значит, это был Андрей, а не Олег. Вот я дурочка! Почему сразу не догадалась? Мне стало стыдно за свою недалекость, а потом на душе потеплело: Андрей уже тогда проявлял заботу обо мне… «Спасибо», – написала я ему, когда у меня появилась свободная минутка. «За что?» – получила ответ. Я хотела написать про одежду, но потом передумала и набрала: «Просто за то, что ты есть». Он несколько секунд не отвечал, потом же выскочило сообщение: «Тебе тоже спасибо, что ты есть. У меня». Я непроизвольно шмыгнула носом и поняла, что очень по нему скучаю. «Что делаешь?» – набрала следом. «Спал. А теперь пью чай. У меня тут мама хозяйничает. Напекла печенья, говорит, что половина тебе». «Я половину не съем, наверное», – усмехнулась я. «Поверь, съешь. Кстати, я еще жду твой яблочный пирог». «Испеку в первый же выходной». – У нас тут острая боль – предположительно, холецистит. – На стойку облокотился фельдшер скорой. – Оформляем? «Побежала работать», – отправила я быстро Андрею. – Естественно, – ответила уже фельдшеру. – Давайте сопроводительный лист. Это суточное дежурство прошло обычно, но я еле дождалась утра. Во-первых, хотелось поскорее увидеть Андрея, во-вторых, у меня были планы вечером наконец поехать на свою квартиру. Ключи ведь теперь были у меня. – Привет. – Мимо прошел Олег и на этот раз даже на секунду не задержался у стойки. Зато Алена остановилась. – Как дела? Паша мне вкратце рассказал, как вы вчера к нотариусу сходили. Значит, тебя можно поздравить? Справедливость восторжествовала? – Её глаза хитро сверкали. – Я бы мечтала увидеть лицо твоей свекрови. – О, это было феерично, – усмехнулась я. – Кстати, Олег вчера заявление на увольнение подал, – перевела она тему. – Говорит, в двойку переводится, в хирургию. Но, возможно, это и правильное решение. Тяжко ему здесь будет работать после всего… Я б на его месте не смогла. Совесть бы замучила. Похоже, и у него она все-таки какая-никакая, но есть. И я не могла с ней не согласиться. Лучше бы, конечно, вовсе этого всего не было, но раз уж Олег наломал сам столько дров, то это оптимальное решение. Для всех. После работы мы с Андреем отправились в мою квартиру. Не думала, что буду так волноваться, входя в нее. – Свекровь, кстати, действительно, замки поменяла, – сразу заметила я. – Интересно, что еще новенького я тут увижу… Нового ничего не оказалось, зато в шкафах был полный бедлам, даже там, где хранилась посуда. – Будто что-то искала, – сказал Андрей. Было видно: ему неловко находиться здесь. Что неудивительно: в квартире еще ощущалось присутствие моего мужа. Туалетная вода на полке, куртка на вешалке в прихожей, футболка, брошенная на подлокотник кресла… Мне и самой от этого было немного не по себе. Я чувствовала себя чужой, будто и не жила здесь никогда. Все стало незнакомым и далеким, даже, казалось бы, мои вещи. – Я догадываюсь, что она искала, – ответила я и открыла один из шкафов в спальне. Часть моей одежды выброшена на пол, оставшаяся криво висит на плечиках. Я провела рукой по внутренней стенке и нащупала незаметный рычажок. Одна из досок сразу отошла в сторону, и я с облегчением усмехнулась: – Искала, но не нашла. Сейф. Удивительно, что муж ей не сказал о нем. Код я помнила, поэтому сейф открылся без труда. Денег в нем не оказалось, хотя там всегда лежало немного «на черный день», но несколько моих украшений, к счастью, были на месте. Когда-то, на пике своего успеха, Дима одаривал меня ювелиркой, но многое из этого я едва ли надевала. В сейфе хранились только самые дорогие украшения, и вот до них-то свекровь как раз и не добралась. Зазвонил мой мобильный, и я отвлеклась. – Паша, – сказала я вслух, увидев номер звонящего. Сердце отчего-то забилось в тревоге. Я приняла вызов. – Ну что, Ульяна, есть новости, – перешел он сразу к делу. – Я все же пробил по своим каналам насчет вашего мужа, и тут вот какое дело… – Плохие новости? – поняла я. Отошла от шкафа и опустилась на край кровати. Андрей остановился рядом. – Долги у вашего мужа были, и немаленькие, – вздохнул Паша. – И кредиторы на него незадолго до вашей аварии очень сильно стали наседать. Не знаю, кто ему посоветовал написать завещание, но, возможно, он таким образом хотел обезопасить имущество. Хотя ход очень глупый и ничем бы не помог. В общем, ситуация такая. Счета вашего мужа арестованы, а квартира в залоге. – А… Что же с наследством? – Мне стало нехорошо. – А его, по сути, нет. Точнее, все наследство вашего мужа – это долги. Именно их вы и унаследуете, если… – Если?.. – У меня перехватило горло. – Если только вы не откажетесь от наследства. Вы ведь в курсе, что долги наследуются, как и имущество? Так что отказаться от наследства – это ваш единственный выход, Ульяна. Потому что долги вашего покойного супруга превышают стоимость квартиры и того, что лежит на его замороженных счетах. То есть куда выгоднее отказаться, чем пытаться все разгрести. Оставьте это наследство вашим любимым родственникам. Они ведь его так хотели, – в его тоне я услышала легкое злорадство. – Хорошо, Паша, я поняла, – вздохнула я. – Сейчас все обдумаю и перезвоню вам. – Конечно, буду ждать звонка. – Ты все слышал? – спросила я Андрея, откидывая телефон. – Слышал, – он кивнул, с сочувствием глядя на меня. – Черт… – я горько усмехнулась. – Только порадовалась, что снова у меня есть крыша над головой… Впрочем, чего-то подобного я подсознательно ждала… – У тебя есть крыша над головой. – Андрей опустился передо мной на корточки и заглянул в глаза. – Мой дом – твой дом. Мы можем жить в нем вместе. Да, он небольшой, но в будущем вполне реально расшириться… В общем… Если ты не поняла, я только что сделал тебе предложение руки и сердца. – Он смущенно улыбнулся. – Ты серьезно? – прошептала я. У меня было чувство, что я катаюсь на американских горках: вверх – вниз – и снова вверх. – Более чем. – Андрей коснулся моей щеки. – Только кольца нет, но… за ним ведь можно съездить? Даже прямо сейчас. На глаза набежали слезы, и я покачала головой: – Прямо сейчас не обязательно. Можно и завтра, и в любой другой день. Можно вообще без него. – И я порывисто обняла его за шею. – Я могу это расценивать как согласие? – Он прижал меня к себе. – Можешь, – ответила я. И повторила: – Можешь. Андрей нашел мои губы и запечатлел на них долгий нежный поцелуй. – Никогда не поздно начать все с чистого листа, правда? – Я улыбнулась сквозь слезы. – А вдвоем начинать даже и не страшно, – усмехнулся он. Я снова обняла его и вдруг почувствовала, что именно все так и должно быть. Меня словно отпустило, и все потери стали совсем неважными. Ведь обрела я за это время куда больше. *** Пять месяцев спустя – По-здра-вля-ем! – встретили меня хор голосов в ординаторской и аплодисменты. – Спасибо! – засмеялась я и помахала дипломом о переквалификации. – Я сделала это! – Теперь ты одна из нас. – Алена обняла меня. – Снова. – Снова, – повторила я, еще не до конца веря в свершившееся. – Там Евгеньевна тебя ждет не дождется в своем отделе кадров, – сказал Максим. – Просила, как появишься, сразу к ней. Оформляться. – Сейчас сбегаю. А вы пока ставьте чай. – Я передала Вере Петровне тортик. – Я быстро. – Ну наконец-то! – встретила меня Татьяна Евгеньевна. Она отошла от окна, где поливала свои цветы. – Все, можно поздравить? – Да. – Я положила перед ней диплом. – Прекрасно. – Татьяна Евгеньевна улыбнулась. – Значит, оформляемся? Завтра уже выйдешь в реанимацию? Там заведующая очень надеется на тебя. – Выйду, – кивнула я. – С удовольствием. – Тогда делаем приказ. – Евгеньевна села за компьютер. Потом сурово глянула на меня. – И ты мне до сих пор не принесла новое свидетельство о браке, между прочим. Месяц прошел! – Завтра! Завтра все принесу! – пообещала я клятвенно. – Ловлю на слове. – Она помахала указательным пальцем. – Ну, беги уже, беги. Позвоню, если что понадобится. – Договорились. – Я направилась к двери. – Ульяна, – окликнула меня Евгеньевна. – В декретный хоть не собираешься пока? Я замерла на пороге и закусила губу. Черт! – Пока, наверное, нет, – бросила я через плечо, не глядя на нее. – Ох уж это «наверное», – усмехнулась Татьяна Евгеньевна. – Ладно, дело житейское… Беги. Я закрыла дверь кабинета и позволила себе улыбнуться. Ох уж эта Татьяна Евгеньевна… На лестнице я столкнулась с Виолеттой. Мы обменялись короткими отстраненным кивками и разошлись. За последние месяцы мы с ней вообще не общались, только здоровались вот так, словно едва знакомы. Андрея она тоже обходила стороной, и все общение у них сводилось только к профессиональным вопросам. А еще прошел слух, что с нового года Виолетта переезжает в Москву и переводится в Склиф. Будет неправдой сказать, что я этому не рада. – Паша тебе тоже поздравления передает, – сказала мне Алена, когда я вернулась в ординаторскую. – Передай ему спасибо, – улыбнулась я и положила кусочек торта на блюдце. Последние месяцы мы продолжали тесно взаимодействовать с Пашей: отказ от наследства, очередной скандал со свекровью, когда всплыла правда о долгах Димы, ее попытка подать в суд (к счастью, не увенчавшаяся успехом) – все это время жених Алены был со мной рядом, за что я была ему очень благодарна. Теперь вроде все улеглось. Свекровь поутихла и разгребала долги сына (она все же от жадности все хапнула себе в глупой надежде что-то выиграть от этой ситуации), а бывшая любовница Даша, кстати, пропала, словно никогда ее и не было. Похоже, Паша был прав и с беременностью ее были вопросики. Я же рада, что сбросила с себя весь этот балласт прошлого. Все свои личные дорогие вещи и украшения я, конечно же, забрала. Часть продала, и их хватило на оплату услуг Паши и даже немного добавить на покупку нашей с Андреем новой квартиры. – А еще Макс говорил, что вчера Бельского видел, – по секрету сообщила мне Алена. – С какой-то девушкой. – Ну и ладно, – я пожала плечами. Олег меня мало интересовал. Иногда вот так кто-то видел его или разговаривал с ним, потом делился новостями с нами, но из них следовало, что ничего нового в жизни Бельского, похоже, не происходило. – Всем привет. – В ординаторскую зашел Андрей. – Ну наконец-то, заведующий наш явился, – протянула Алена. – Мы тут тортик едим, диплом твоей жены обмываем чаем. Как операция прошла? – Все стабильно, – ответил с усмешкой Андрей и обнял меня. – Как дела? – Отлично, – сказала я. И отвела глаза, немного занервничав. – Завтра выхожу на работу. – Здорово. – Он поцеловал меня в щеку, потом посмотрел пристальнее. – Точно все в порядке? – Да, в полном, – бодро отозвалась я. – Как Катя, не звонила? – Нет, но написала, что уже купила билет. Вылет завтра вечером. Надеюсь, после этой поездки в Аргентину ее не придется снова откачивать, – Андрей удрученно усмехнулся. – Там все же больше цивилизации, чем в Африке. – Я ковырнула ложкой свой кусок торта. – Пойдем со мной. – Андрей обнял меня за плечи и повел к дверям. – Куда? – заволновалась я. – На пять минут. Он завел меня в свой кабинет и закрыл дверь на замок. – А теперь рассказывай, что тебя гнетет, – заглянул мне в глаза Андрей. – Колись. – Да ничего… Просто…. – Я потерла переносицу. – В общем… – В общем… – подбодрил Андрей. – У меня задержка, – выпалила я наконец. – Два дня, но все же… Но я сделала утром тест. – И? – Он приподнял вопросительно брови. – Там, кажется, две полоски. Одна менее четкая, но все же видна. Хорошо видна. – Я закусила губу. – Ты не рада? – голос Андрея будто слегка осип. – Рада, конечно, рада, я ведь так этого хотела, наверное, всю свою жизнь, но я ведь только восстановила квалификацию, диплом, завтра выхожу на работу… Как могло все так сразу случиться? – Я посмотрела на него с мольбой. – Вдруг я не справлюсь? Я просто так растеряна… Андрей с улыбкой обнял меня, прижал к себе. – Справишься. Мы справимся, – сказал он, целуя меня в макушку. – Поработаешь, сколько можешь… Потом выйдешь в декретный. Как будут силы, вернешься на работу. Еще у нас есть моя мама, она с радостью поможет с ребенком. – А ты рад? – Я ощутила облегчение. – Что за вопрос? Я просто сейчас в счастливом шоке, – Андрей усмехнулся. – Я, если честно, тоже. – Я подняла на него глаза и улыбнулась. – И что теперь будем делать? – Жить. – Он поцеловал меня. – Долго и счастливо…