Глава 14

Марк

После гостиницы поехал к нотариусу, который готовилквартиру к продаже. Документы все липовые оказались. Мои ребята у него такой шмон навели, что бедолагу Вениамина и пытать не стали — сам все рассказал как на духу. С Аллой, как я и думал, он в отношениях состоит. Это она его уговорила провернуть дельце. Триста штук обещала с продажи отдать. И документы у него оказались на Машкину хату, где указано, что та — единственная владелица жилплощади. И прописана она там одна. Это я и так знал, но подтверждение хотел услышать.

После посещения нотариуса отправился снова на квартиру.

У подъезда все те же «агенты» сидели, в цветных платочках. Напротив — пара мужиков. Одного из них я узнал. Папаша Машкин.

— Здравствуйте! — «агенты» оперативно со мной поздоровались.

— И вам не хворать.

— Ох, а Маша где? Ее отца снова выгнали из квартиры. Посмотрите, — одна из бабок указала на лавку, где расположился отец моей птички.

— Такой мужик был! Что они с ним сделали… батюшки, — качали «агенты» головами.

Подошел к Роману. Пнул его ботинком по ноге.

— Рома! Вставай! Хату будем твою отвоевывать.

Мужик приоткрыл глаза.

— Ты кто такой? — он и лыком не вязал.

— Как «кто»? — уже старая гвардия вписалась. — Зять твой, Рома! Посмотри, какого мужчину твоя Машенька нашла! Умничка! Кстати, после вашего ухода Алка слесаря пригласила, он замки поменял.

Значит, добровольно не захотели. Что ж… Так даже интересней.

— Кто его спаивает? — повернулся.

— Так Алка и доча ее, Сусанна. Они после смерти Светочки почти сразу и заселились в квартиру к Ромке. А Машеньку к бабке отправили.

Взял Рому за шкирку. Втолкнул его в подъезд. А потом отвесил оплеуху. Мужик почти сразу в себя пришел.

— Ты кто?

— Твой личный бес! Шагай! Крыс будем выкуривать.

Поднялись на этаж.

— Звони!

— Они меня не впустят, — мужик нажал на звонок.

– Кто?

— Алка, впусти!

— Проваливай! А то сейчас в ментовку позвоню, они быстро тебя оприходуют!

— Тут я не один. Со мной… — посмотрел на меня, — жених Машкин! За дверью воцарилась гробовая тишина.

— Открыла дверь! — тут уже я рявкнул.

Блять! Еще я с бабами не воевал!

— Еще чего, — послышалась из-за двери.

Ну, сука! Сама напросилась! Достал ствол. Отец Машин, кажется, сразу протрезвел.

— Считаю до трех! Если дверь не откроешь, войду сам!

— Я полицию вызову!

— Вперед и с песней! Только есть одно «но»… Вы в этой квартире проживаете незаконно. Ты и твой Вениамин по статье пойдете, за вымогательство, — замок щелкнул.

Немедленно дернул ручку. Впихнул Рому и сам зашел.

— Ну что, крысы? Теперь разговор будем вести по-другому!

Заметив оружие в моей руке, Алла побледнела, сделалась похожа на покойницу.

— Что, сука? Доигралась? — грозно прошипел я. Немного страху нагнать не повредит.

Дочурка ее выглянула из комнаты. Рома по стенке сполз, за сердце схватился.

— Час на сборы! Вся мебель останется тут. Время пошло.

Крысы чертыхнулись и быстренько разбежались по комнатам. Я тем временем набрал своим ребятам, чтобы они поднялись в хату.

— Ну что, Рома? — присел на корточки рядом с ним. — Ты едешь в мужской монастырь, грехи будешь замаливать.

— А если нет? — осмелился спросить.

— Тогда сразу к нему, — я указал пушкой в потолок. — Или к нему, — теперь дуло пистолета указывало в пол. — Думаю, ты грешник, Рома, раз родную дочь из дома выгнал.

— В монастырь, — закивал тут хмырь с готовностью.

В квартиру зашли мои ребята.

— Этого в монастырь вывези! — обратился к одному из парней.

— Понял, Марк Эдуардович! — тот подхватил папашу под руки и выволок из квартиры.

Тут Сусанна показалась. Сиплый моментально взглядом прошелся по девке.

— Это… ну, а можно мне… деваху оприходовать? — ухмыльнулся.

Сусанночка глаза выпучила.

— Что, девочка? — оглядел ее похотливо. — Член будешь обслуживать?

— М-мама! — закричала.

Мамаша вылетела из комнаты — спасать родное дитятко.

— Сусанночка! — заголосила так, что аж блевать захотелось.

— Собрались?

— Мам, я все! Пошли!

— У вас еще пятьдесят минут есть, — оскалился я. — Сиплый, проследи, чтобы лишнего не вынесли, а я поехал. Будут плохо вести, сам знаешь, что делать!

Зашел в номер, бросил на тумбочку документы на Машину квартиру. Заметил свою птичку: она лежала на краю кровати. Красивая, юная. Склонился над ней, прижал к себе. Точно сегодня девчонку на болт посажу. Слишком мороки с ней много.

Сама меня хотела, только признаться самой себе боялась. Видел, как она смотрела на мой голый торс, и в ванную ее заманил с одной целью. Тело у нее потрясающее, упругое и, что удивительно, ни грамма силикона! А как она кончала! Смотреть на нее — одно удовольствие. А потом я ахуел, когда в ней оказался.

Вот это сюрприз! Пташечка оказалась птенцом. Последний раз целка у меня была лет в двадцать. Как хорошо, что именно я ее откупорил. Нетронутая, не испорченная, и денег ей моих не надо!

Башку все-таки ей проверить нужно.

И откуда такая свалилась на мою голову?

Пока она в душе была, заказал ужин в номер. Как вспомню ее голое тело, так сразу к члену кровь приливает. Ее хочу рядом видеть. Всегда! Зацепила меня по самые яйца!

Маша вышла из душа в одном полотенце. До чего она красивая!

— Ужин, — кивнул на стол.

Глаза опустила, замялась, с ноги на ногу переступала.

— Иди сюда! — робко подошла, присела напротив меня.

— Маш, по приезду заберу тебя к себе из твоей общаги!

— Что? — вилка в руке застыла. — Нет, я буду жить у себя! Это неправильно, Марк.

— Неправильно, что ты живешь в этом клоповнике.

— Я не хочу!

Мне наплевать, чего она хочет, все равно будет так, как я сказал.

— Тогда квартиру сниму рядом с институтом.

— Почему ты за меня все решаешь?

— Маша! С этого дня ты принадлежишь мне. Ешь! — она начала надуваться, как рыба фугу.

— Я принадлежу себе! И больше никому!

— Не кипятись. По приезду все порешаем. Кстати… — кинул ей документы на квартиру. — Хата-то принадлежит тебе.

Она отложила вилку в сторону.

— Квартира записана на мое имя? Как такое возможно? — перебирала листы в папке, потом подняла на меня свои щенячьи глаза.

— Она всегда была на твое имя! Тебя дурили! — нижняя губа ее затряслась.

— Марк… — посмотрела на меня. — Что будет?

— Отец твой решил в монастырь податься. А две крысы сбежали с тонущего корабля. Квартира пустая. Хочешь, живи, хочешь, сдавай ее.

— Спасибо!

Спасибо ты мне в постели будешь чирикать, Пташка.