Глава 17

Зашла и поняла, что мне надеть-то, собственно, нечего — в ванной комнате пусто. То, что было на мне, куда-то делось. А идти к Лютову и спрашивать, где всё, не хотела. Набрала Гале:

— Подруга, выручай… — начала я.

Та, не дослушав, затараторила:

— Я тебе говорила, что не стоило связываться с этим красавчиком! Что этот гад тебе сделал? Давай адрес, сейчас приеду тебя спасать…

— Галя, угомонись. — Шикнула на неё и продолжала: — Спасли меня вчера от маньяка…

Тишина, затем сиплое:

— От ко… кого?

— Потом расскажу. Ты мне лучше привези одежду…

— Очуметь! — воскликнула она и тут же сдавленным голосом: — Только не говори, что ты голышом всё это время была…

— Галя, призови к порядку своё буйное воображение. Разумеется, я не нагишом щеголяю, а в футболке Лютова, у него дома. — То, что с голым задом, умолчала, а то сейчас начнётся допрос с пристрастием. — Моя одежда пришла в негодность, а его просить купить не хочу…

— Вот и правильно! Независимость — наше всё. Диктуй адрес, сейчас привезу платье, что ты покупала недавно.

Точно! Я о нём забыла. Покупала его ещё месяц назад ко дню рождения Гали. Приспичило ей в клуб идти отмечать, пришлось экипировку прикупить, иначе вынос мозга гарантирован. Пусть я не любитель таких заведений, но это её праздник, имеет право. Решили, что от Гали поедем, вот я и оставила его у неё. Чёрт! А день рождения у подруги уже через три недели, как я теперь пойду в клуб? Не успела я расстроиться по этому поводу, как вспомнила, что разрешения на посещении подруги не получила. Тяжко вздохнув, набираю пижону — тишина. Понятно, он ещё в душе. Встала и сама пошла приводить себя в порядок. Только встала под струи воды, как резко открылась перегородка, и раздался насмешливый голос Лютова:

— Ангелок, вот какого нужно было ломаться? — я чудом не заорала.

Прикрыла глаза, чтобы взять себя в руки, не буду радовать его своим смущением. Стоило справиться с эмоциями, я повернулась к нахалу и с невозмутимым видом попросила:

— Подайте полотенце.

Он медленно прошёлся по моему телу похотливым взглядом — не реагирую. Сто процентов пытался заставить меня нервничать. Ну уж нет! Шок прошёл, и я готова принять вызов. Поздно заливаться стыдливым румянцем, он вчера не только разглядел, но и потрогал.

— Может… спинку потереть? — игриво интересуется.

Посмотрела на него, как на дитя неразумное, и решила всё сделать сама, только потянулась за полотенцем. Лютов взял меня за талию, и вытащил из ванной.

— Спасибо. — Скупо произношу, и только вновь потянулась за полотенцем, он опять меня опередил. Никак не могу привыкнуть к его высокоскоростной реакции.

— Обращайся, — улыбаясь, принялся меня вытирать.

Останавливаю его, прихватив здоровой рукой его руку.

— Егор Александрович, спасибо за заботу… — Останавливается и пронзает меня горящим взглядом, от которого сердце пропускает удар. Беру эмоцию под контроль и, чеканя каждое слово, продолжаю: — Но я в состоянии сама это сделать.

— Знаю… Но я так хочу… — произносит он интимным голосом и начинает наклонять своё лицо к моему.

Всё, достал!

— Убедительная просьба, — вновь останавливаю его, отодвигая здоровой рукой от себя, — придерживайтесь рамок договора. Пункта, где вы можете входить ко мне в ванну — нет. Посему настаиваю, чтобы это был первый и последний раз. Мне не нравится, когда бесцеремонно вторгаются в моё личное пространство. Я имею полное право на уединение и знать, что никто не нарушит его. Хотите примерить на себя роль Казановы — шуруйте к своим любовницам, а меня, наконец, оставьте в покое!

— Ангелок, — цокнул он языком, качая головой, — ты так и не поняла, во что вляпалась, когда согласилась стать моей…

— Я, — произношу жёстко и делаю паузу, пристально смотря мачо в глаза, — соглашалась только на то, чтобы стать матерью нашего с вами ребёнка. Но не более того. У меня нет желания и намерения становиться «вашей». Я... ясно изложила свою позицию?

— Вполне. Но я должен тебе напомнить: перед законом и людьми, ты моя жена...

Да, блин! Взрываюсь и перебиваю его:

— Хочу пояснить: в нашей ситуации печать в паспорте не делает меня вашей женой в полной мере.

— Скоро и это измениться. Забыла? — спрашивает, надменно улыбаясь, и пока я соображала, к чему он клонит, пижон продолжил: — Ты уже нарушила один пункт, а ведь и месяца не прошло после подписания документа. Как думаешь, через сколько я получу полные права на тебя?

— Не бегите вперёд паровоза — собьёт. — Ехидно отвечаю ему, попутно прикрываясь полотенцем, а то замерзать начала. — Хочу заметить, этот случай можно трактовать как форс-мажор.

— Протестую.

Парирую:

— А по-моему, вы действуете в своих интересах и закрываете глаза на истинные обстоятельства происшествия. Я бы даже сказала — жульничаете.

Лютов хохотнул, я тоже не смогла сдержать смешка. Действительно, разговор получается забавным.

— Ладно, на сегодня план по упрёкам выполнили, всё остальное переносим на завтра. А сейчас скажи, чего звонила? Я, вообще-то, к тебе вломился, потому что испугался, вдруг тебе плохо стало.

— Всё нормально со мной. Я хотела спросить, можно сейчас ко мне подруга придёт?

— В наш дом только твоей сестре приходить нельзя. А твоя подруга пусть хоть с ночёвкой остаётся, я не против. Это всё?

Ой, что-то он уж больно добр. Хотя… Воспользуюсь его хорошим расположением и отпрошусь.

— Нет. У Гали через три недели день рождения, так вот, она хочет отметить его в клубе. Можно пойти туда, или мне стоит отказаться?

— Не нужно отказаться, развейся. И ещё: в гардеробной есть для тебя вещи, надень хоть что-нибудь. Ходишь тут в чём мать родила, а потом ещё упрекаешь, что я не в том направлении мыслить начинаю.

— Где? — растерянно переспрашиваю. Так как, хоть убейте, не понимаю, о чём он. — Какая гардеробная?

— С левой стороны дверь в твоей комнате.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я её не видела.

Сказала как есть. Не привыкла я совать нос, куда не следует, даже если бы увидела, не заглянула. Более того, я в свою новую комнату только мельком в первый день заглядывала. Да и на дверь как-то внимания не обратила. И тут мне стало интересно, когда мои вещи успели перевезти? Стоп. Выходит, вещи были, а он скрыл сей факт. Итог, я без штанов всю ночь с ним провела. Ну и аферист!

— Ангелок, тебе никто не говорил, что ты тормоз? — покачал он головой, наблюдая за моим мыслительным процессом. Я вновь разозлилась.

— А вам никто не говорил, что вы наглый шулер!

— Вслух никто не рискнул, а про себя… кто знает? Но только я не пойму, почему ты меня так называешь?

— Вы же вещи мои перевезли…

— Стоп! — резко остановил он меня. — Ничего не перевозил, я заказал тебе новый гардероб. Регина всё купила и развесила. Так что впредь, ангелок, не спеши с обвинениями.

Он что, реально думает, что я буду надевать то, что мне купили посторонние люди? Нет, если с ним куда-то сходить, то тут, пожалуйста, хозяин барин. Но не более того.

— Прошу прощенья дважды.

— Почему дважды? — насторожился он.

— Завтра скажу, — отвечаю уклончиво и пытаюсь его обойти, но этот нахал преграждает путь.

Остановилась и с вызовом посмотрела на мужчину.

— В общем, так, ангелок, даю тебе три недели на бунт, если по истечении этого срока взбрыкнёшь — не обессудь…

И смотрит так пронзительно, словно души касается. Все мои заслоны, что я так старательно выстраивала, начинают трещать. Не могу отрицать: Лютов — мужчина не только привлекательный, но и энергетика у него мощная. Когда я в первый раз его увидела, подумала, что это сексуальные флюиды так действуют, но с каждым днём начинаю понимать — ошиблась. Нет, он берёт не своей сексуальностью, но чем-то другим. Смотришь в его изумрудно-зелёные глаза, в которых то и дело появляется демонический блеск, и на подсознательном уровне понимаешь — ему лучше подчиняться. Этот мужчина — сплошная загадка для меня. Единственное, в чём я почти уверена, что он сменяет маску одну за другой. Не думаю, что кто-то знает его истинное лицо. И тем не менее нельзя позволять ему меня сломать, посему тоже натягиваю маску и отвечаю ехидно:

— А плана по угрозам у вас нет? А то что-то мне кажется — с ними перебор.

— Скорей бы ты нарушила остальные пункты… — процедил он сквозь зубы и ушёл.

Была бы я склонна к скандалам — ответила бы. А так лишь пожала плечами и пошла в гардеробную, чтобы хоть что-то на себя надеть.

Мне повезло, нашла спортивный костюм и нижнее бельё, остальное даже рассматривать не стала, нужно будет на вечер одеться — загляну сюда, а так буду обходиться своими кровно заработанными вещами.

Через полчаса приехала Регина, очень красивая женщина. Да что там — модель! Единственное, что её портит, так это пробирающий до костей холодный взгляд. Словно не женщина живая на тебя смотрит, а киборг. Она со мной вела себя сдержано, только поздоровалась и спросила, когда поедем за вещами. Лютов же, перед тем как уйти, огорошил меня, сказав, что при ней и подругой тоже придётся изображать влюблённых. Ладно, если нужно — подыграю. Но что-то мне подсказывает, что это очередная его игра, а мы всего лишь пешки в ней.

***

Мой ангелок опять ушла в глухую оборону. Собственно, ничего удивительного: новые реалии всегда пугают людей, и они начинают окапываться в своих потаённых страхах. Единственное, что радует — она не верещала, когда я вломился в её ванную комнату — прогресс налицо, ещё вчера краснела, а сегодня с голой задницей со мной спорит. Попка у неё — закачаешься! Да мне сейчас всё в ней нравится. Одним словом — зациклился. Покопался на задворках памяти и осознал, что не помню такого за собой, даже в юности. Возможно, это из-за того, что она сама мне в штаны не полезла, потому так повело на неё. Ну что тут скажешь, сработал инстинкт охотника: чем больше она сопротивляется, тем сильнее я хочу ею обладать.

Дал ей три недели на бунт, если и дальше будет тыкать носом в договор, начну действовать. И не факт, что мои методы будут благородные. Тем более она неосознанно дала мне козырь: пусть сходит в клуб отдохнёт, а я помогу ей нарушить очередной пункт. Скажете, что действую грязно? А мне плевать: для достижения цели все методы хороши. Круги наворачивать перед женщинами не привык, согласилась быть женой — нечего нос воротить. Тем более я до подписания договора давал понять, что наш брак нерушим, и я в дальнейшем собираюсь жить с ней как муж. А то взяла моду меня к любовницам посылать. Хотя… Может, стоит ей дать почувствовать каково это, когда муж гуляет? Нет, я не собираюсь бежать к бабам, сейчас хочу только её. Но ведь она этого не знает. Тем более сразу после свадьбы я уезжаю в командировку, так пусть думает, что ушёл в загул — урок будет.

Покинул ангелочка весь на взводе, до одури хотел её взять прямо там. Мой друг отчаянно выл от желания, шикнул на него, мол, не время по гостям ходить. Обиделся. Пришлось пообещать, что через неделю всё будет. Воспрял духом. Успокоив обещаниями страдалица, пошёл завтракать, а ангелок так и не спустилась. Хотел сходить за ней, но отмёл эту идею — она явно ждёт, чтобы я ушёл, смущается, наверное. Только позавтракал, приехала Регина. Пригласил её в кабинет, чтобы дать ей вводную.

— Присаживайся, — показал глазами на кресло, та молча кивнула и только села, я сразу перешёл к делу. — Регина, за безопасность моей жены головой отвечаешь. Предупреждаю, она у меня словно магнит для неприятностей.

— Приму к сведенью. — В своей безэмоциональной манере отвечает.

Она очень ценный сотрудник, всегда знает, когда промолчать, и задаёт вопросы только по существу. Нас связывает с ней одна цель — отомстить Жамалу. Регина была у него в рабстве несколько лет, пока мы с ребятами её не освободили, с той поры она работает на меня. Удивляюсь, как он её не сломил. Хотя.… О чём я! Он убил в ней женщину, теперь она превратилась в жаждущего мести солдата.

— Стань её тенью. Хочу знать о ней всё: с кем встречается, о чём говорит и так далее. Но делай это так, чтобы не бросалось в глаза. Вечером будешь докладывать, как золотко провела день.

— Это всё? Или мне стоит с ней завязать дружеские отношения?

— Нет, не нужно. И ещё, чуть не забыл! Моя жена не должна пока знать, что я офицер, и уж тем более о командировках в горячие точки и о моей частной армии. Задание понятно?

— Вполне.

— Выполняй. — Стоило ей уйти, набрал Леониду, и только он принял вызов, начал разговор: — Привет, что там у нас с организацией свадьбы?

— Всё будет подготовлено в срок. — Отрапортовал он и тут же испуганно спрашивает: — А что, есть какие-то изменения?

— Есть, но незначительные… — послышался рваный вздох — понятно, Леонида сейчас удар хватит, посему продолжаю, дабы успокоиться впечатлительного: — Хочу сразу после гражданской росписи отправиться в церковь на венчание. Устрой мне это.

Наступила пауза, видимо, он мысленно материт меня. Ну а что делать? Хочешь хорошо получать, будь готов крутиться, как белка в колесе.

— Сделаю, — бодро отвечает и тут же настороженно: — Есть ещё какие-нибудь пожелания?

— Нет.

Распрощавшись с Леонидом, облокотился на спинку кресла, представил реакцию Милы. Сто процентов у неё будет шок: одно дело — подписать договор, да даже роспись в ЗАГСе мелочь, а вот Богу обещать быть хорошей женой — уже серьёзно... Не смог сдержать улыбки, представив её пылающие яростью глаза. Ну а пока поиграем в её игру: она сопротивляется — я добиваюсь.

«Охренеть! Дожил, Лютов, приходится добиваться собственной жены!» — Надеюсь, этот маразм продлится недолго. Но для начала сделаю вид, что принял к сведенью её пожелания — пусть потеряет бдительность. А через шесть дней ей придётся прийти ко мне для «проверки». Пришлось идти на хитрость, чтобы быстрее от её проклятой девственности избавиться. Не будь её, давно бы уже взял свою жену, глядишь, и наваждение пропало бы. А то чувствую себя озабоченным сопляком! Смотрю на жену и чуть ли слюной капаю. Идиотская ситуация!