Глава 3

— Не шутишь? — вижу, как он сразу меняется в лице. Мне не следовало произносить это имя, я знаю. И я держалась до последнего, но…Видимо, по-другому мне не спастись.

— Нет. Это правда.

— Да уж. И как Лютый отпустил своего невинного кролика в моё гнездо разврата?

— Он ничего не знает.

— Ах, не знает! Ну, тогда это все объясняет. И ты бы не хотела, чтобы он узнал, так?

— Нет.

— Правильно. Если он узнает у тебя, мышонок, будут проблемы! И у меня тоже. А мне проблемы не нужны. Поэтому я тебя по-быстрому трахну и отпущу!

Я смотрю на него во все глаза. Он серьезно? Нельзя трахнуть девочку Лютого! Это все знают!

— Нет! Вы не можете…

— Я, дитя мое, все могу! Могу убивать, могу не убивать. Трахать очень даже могу. Член мой ты уже трогала, в курсе, да?

— Лютый за меня отомстит…

— Ой, «баюс, баюс»… — он передразнивает кого-то, говорит таким противным голосом с кавказским акцентом.

У меня немеет все внутри.

Я понимаю, почему раньше я была храброй! Я все-таки надеялась на этот самый последний шанс!

На то, что я не должна была делать, но сделала…

Я рассказала о Лютом.

Если Лютый узнает о том, что я тут — мало не покажется прежде всего мне. Поэтому-то я и скрывала до последнего.

До того момента, пока еще можно было скрывать.

— Пожалуйста… Отпусти! Лютый он…

— А давай спросим у Лютого, впишется он за тебя или нет, а?

— Нет! — я шокировано смотрю на того, кто назвал себя Воином.

Кличка ему не подходит.

Воин благороден и смел!

А этот…

Мерзок и жалок.

Чудовище.

Моральный урод.

Ублюдок…

Варвар, самый настоящий!

— Даже представить страшно, какими эпитетами ты меня сейчас награждаешь, мышоночек… — он знает слово эпитеты?

Сглатываю, трясусь просто дико…

Почему это все со мной происходит? А может… может я вот прямо сейчас закрою глаза, потом открою, а все это — лишь сон, а? Так можно?

— Ты что, не веришь, что я в курсе, что такое эпитеты?

— Верю…

— Не веришь. Фома ты неверующая — раз, невинная овечка — два, сексуальная крошка — три, горячая штучка — четыре, перепуганный кролик — пять, охрененно вкусный ротик — шесть, продолжать?

Говорит, а сам продолжает вжимать меня в стену, и я чувствую его пальцы на своем теле.

— Не… не надо…

Да, малыш, знаю… Я вообще знаю много мудреных слов. Куннилингус, фрикции, петтинг — хотя я не любитель, сатириазис — тут, каюсь, страдаю сам… Что еще? Сибари — могу, умею, практикую. БДСМ — можно иногда. Буккаке — терпеть не могу. Гэнг-бэнг — так, в охоточку, догстайл — можно, фистинг — с тобой бы попробовал, но боюсь порвать сразу, писсинг — не моё…

— Хватит, не надо! — я чувствую, что меня сейчас вырвет от его слов. А он не только продолжает прижимать меня к стене, но еще и мнет мою грудь, сжимает соски…

— Я только вошел во вкус, милая. Ты хотела умных слов — получи и распишись! Вульва — не самое приятно слово, киска или пизденка лучше, а еще малышка, пирожок, пилоточка, звезда, пряник, цветочек, ракушка, норка, лепесток, птенчик, губки, ну и… еще много разных слов, по желанию. Коитус — да! Клитор — очень важное словно, ну, ты сама скоро поймешь! Эрекция, эякуляция — тут все понятно даже ежу, тебе, думаю тоже…

— Остановитесь…

— И, наконец, дефлорация. Мудреное словечко. Очень важное для таких малышек как ты. Знаешь, что это значит?

Я знала. И рассчитывала, что это самое произойдет между мной и моим женихом!

— Знаешь. Конечно же. Эта мышка очень умненькая, да? Один раз только сглупила, попала не в то место и не в то время…

— Отпустите меня, ну, пожалуйста! Зачем я вам? Я… я ничего не умею. Не знаю. Я…

— Красавица моя, тебе и не надо ничего уметь. Все умею я. И хорошо умею. Правда, с дефлорацией мне давненько не приходилось работать, но… Дефлорация! Красивое слово да? Хочешь узнать, как это произойдет?

— Нет!

— Вы все так говорите. Нет! А потом стонете, да, Воин, продолжай, Воин, еще раз, Воин!

— Я не буду.

— Будешь! Если я выиграю, подарю тебе машинку, хочешь? Мини-купер? Такому мышонку очень подойдет. Миленький, розовенький Мини-купер. И аэрография сбоку — за то, что стонала «еще раз, Воин». Или просто «за дефлорацию». Точно!

— Пожалуйста!

— Пожалуйста, скажи так еще раз, а? ты заметила, как изменилась твоя интонация? То ты была злой, дерзкой, такой яростной, горячей. А теперь такая томная, расслабленная…

Он лжет. Я совсем не томная. Я просто дико устала и напугана сейчас!

— Дефлорация, это больно, детка, да. Но… Любую боль можно превратить в удовольствие. Я буду стараться, милая. Сначала я тебя хорошенечко приласкаю, чтобы ты текла. Ты будешь течь, сильно. Потом я введу головку. Медленно. Растяну твой гимен — ты знала, что девственная плева называется гимен? Растяну, а потом порву…Блядь, ты не представляешь, как я хочу этого…

Я всхлипываю. Силы меня покидают. Я теряю надежду.

Если бы он меня не держал я бы точно рухнула на пол.

— Так что, милая, будем звонить твоему Лютому, а?

Я качаю головой.

— Пожалуйста…

— Ну, раз ты так просишь, мышонок!

Он держит меня одной лапищей, второй достает телефон.

Нет, только не это!

— Лютый?