Глава 42

Руслан был прав в том, что эту женщину нужно держать от нас подальше.

Она не хочет для нас счастливой жизни.

Ладно для меня, я для неё чужая, но она так же не хочет ее Руслану. Не принимает его выбор.

Все продолжает вести свои грязные игры.

Дамира перешла границу разумного в навязывание сыну своей воли.

Не видит, что бесполезно. Только себе делает хуже, только сильнее его злит.

Она не сдастся, пока я не исчезну. И деньги в ее руках, которые она протягивает мне, лучшее тому доказательство.

Даже несмотря на то, что Руслан ещё пару часов назад ругался и выгонял ее прочь.

Даже это не остановило женщину. Это пугало, такой напор.

Ей точно нужно заняться чем-то другим и перестать ломать чужие судьбы.

Да, я сорвалась, я хотела убежать туда, где у меня спрятана заначка, затеряться среди толпы и поселиться там, где Руслан не сможет меня найти.

Там, где ему и в голову не придет искать.

До того, как он узнает про беременность и сделает меня своей собственностью.

Теперь все становилось на свои места.

Я понимаю, что бежать не лучший выход. Но и в такой атмосфере я жить отказываюсь.

Если Дамира переходит границы, то я тоже буду поступать зеркально.

— Возьми их и уезжай. Потому что, если Руслан узнает о твоей беременности, — сделала она вывод по тому, что я убегала в туалет. — Он навсегда запрет тебя дома и никогда не будет с тобой считаться.

Ее даже не волнует наш малыш. Где он будет, оставлю ли я его. Ей все равно.

Она хочет поскорее избавиться от меня, показать моему мужчине, что я его недостойна.

Вернуть себе его лояльность и прощение.

— Почему? — все же спрашиваю, решая узнать ее мнение.

— А разве это уже не происходит? — хмыкает женщина, снисходительно окидывая меня взглядом. — Прости, конечно, но он посчитал, что ты недостойна появиться даже на дне рождении его друга, которое отмечали несколько дней назад.

— Я… — слова застревают в горле.

Я не знала. Руслан мне об этом не говорил.

Он вообще мало, что рассказывает о своей личной жизни. Он был там один?

— Ты не задавалась вопросом, почему? — продолжает Дамира, наблюдая, как выражение моего лица приобретает растерянный вид. — Неужели ты готова всю жизнь жить взаперти, и что ты скажешь своей дочери или сыну о таком отношении Руслана. Если ты станешь его женой, будешь такой же покорной, то навсегда поблекнешь в его глазах. Станешь пустым местом.

Нет, жить я так не готова, и сейчас я это прекрасно осознала.

Ее слова продолжают давить, ведь в них есть огромная доля правды.

Я могу только поджать губы и продолжать слушать. Слушать и запоминать, принимать собственное решение, не поддаваясь давлению ни её, ни Руслана.

— Ты ведь больше не отказываешь ему? Тебе больно, но ты все равно принимаешь его в себя, — смотрит пронзительно, словно заглядывает глубоко в душу. — И я такой была, и посмотри, где я. Мужчине моего рода ничего не стоит выкинуть меня за дверь. Хотя я его мать. Воспитала, как своего. А твой цвет кожи лишь забавляет его…

Забавляет. Очень интересно, как она подбирает слова.

Те же самые формулировки, которыми мыслила я, когда обижалась на Руслана.

Я не буду с ней спорить. Бессмысленно. Она лукавит.

Она сама вывела сына на такие эмоции, хотя знает его взрывной характер.

Ничего ей не скажу. Пусть думает, что я пошла у нее на поводу.

Я сама принесу эти деньги Руслану и скажу, что он был прав насчет Дамиры, но не прав насчет меня.

И если он, как минимум, не извинится, я уйду, а про ребенка он никогда не узнает.

Нам надо поговорить. Как двум взрослым людям.

Разложить по полочкам, кто и что обязан, как положено себя вести. Что позволено делать мне, а что нельзя совершать ему.

Стать женой в моем случае этого мало, я хочу быть ему больше, чем тихая кухарка, рожающая по наследнику в год. Пока он живет своей собственной жизнью.

Нет. Только вместе.

Да, так будет хорошо. Это будет правильно…

Я не хочу жить с тем, кто будет напоминать о моем безрадостном прошлом, о том, что я не чиста и девственна, а грязная и не подходящая.

Он не должен стыдиться меня.

Если не забудет он, никогда не смогу забыть и я. И однажды это меня убьет, доломает полностью.

— Вы правы, я не могу так жить, — беру я внушительную пачку и вижу, как лицо этой женщины меняется на глазах.

Морщинки от напряжения разглаживаются, губы растягиваются в подобие улыбки.

Она резко прекращает страдать.

Радость в своих глазах она не может скрыть, это дает мне лишнее подтверждение, что она никогда не будет мне другом.

Она помогает взять небольшую, собранную сумку и сама вызывает такси.

Прощается. Даёт напутствия.

Но, сев в такси, я меняю адрес, по которому меня нужно везти.

Не на вокзал, как раньше хотела, а на работу Руслана.

В его офис.

Я там никогда не была, о своей работе он не любит говорить.

Знаю только, что связанно это со строительством.

Опять задумываюсь о том, что знаю о нем не так много, а хотелось бы быть погружённой полностью в его жизнь.

Если мы останемся вместе.

Доехали минут за тридцать, уже вижу нужное здание.

Внутри разгорается волнение.

Как вдруг мимо нас на огромной скорости пролетает внедорожник, создавая ударную волну потоком воздух.

Нашу машину отшатывает в сторону, а водитель начинает грозно кричать и материться.

Только потом поворачивается ко мне, пытающейся сдержать новый приступ тошноты.

— Вы в порядке? Видели? Разгонялись на своих тачках! Советской власти на них нет…

— Я в порядке, давайте уже доедем, — прошу мужчину, и он трогается с места.

Набираюсь смелости. Дышу часто-часто, стараясь прийти в обычное состояние, мутить не прекращает.

Но вечно здесь сидеть я не могла.

Выхожу из машины, руками прикрывая глаза от солнца, что отражается от зеркального здания, и иду ко входу.

Я бы залюбовалась красивым интерьером внутри, если бы мои мысли не были так мрачны.

В фойе меня встречает охранник.

— Девушка, вы куда? 1348a80

— Я к Руслану Измаилову, — отвечаю взволнованно, думая о том, что меня могут и не пропустить.

— Извините пожалуйста, но он только что уехал, — отвечает мне охранник, и страх сотнями игл пронзает мое тело.

Я резко оборачиваюсь и смотрю в сторону сверкающего солнцем перекрестка, где только что промчался внедорожник.

Я никогда не задумывалась, какой он, этот внедорожник Руслана, но теперь осознаю, что это был именно он.

Куда он так торопился?

Надеюсь, не домой, где его ждёт Дамира с «хорошими» новостями о том, что я его бросила.

Боже…

Я сразу кидаюсь к сумке, шарю рукой, чтобы найти телефон, но внутри его нет, и в боковых карманах тоже. Внутри разгорается паника, потому как номер его мобильного я тоже не знаю.