Глава 5

– Останови здесь, – попросила она, увидев кирпичный торец знакомой многоэатки.

Мотоцикл притормозил, не доезжая ворот. Калитка была открыта, и Аня с облегчением обнаружила, что дежурный покинул свой пост. Максим огляделся.

– Я как-то раз доставлял сюда покупки. Там внутри вообще круто! – произнес он с детским восторгом. И, споткнувшись о её насмешливый взгляд, добавил потрясенно, – Постой… Так ты здесь живешь?

Аня смутилась, отчего-то ей вдруг стало стыдно.

– А можно вопрос? – его голос посерьезнел.

Она кивнула.

– Каким же ветром тебя занесло в наши края? Да еще и ночью!

Вопрос был по делу, но поставил Аню в тупик. «Ну же, давай», – мысленно подтолкнула она, – «ехали с вечеринки, сломалась машина…». Но врать не хотелось!

Он смотрел испытующе. Было не трудно вообразить, какие мысли вертятся в его голове. Наверняка, он тоже принял её за девушку древнейшей профессии! А в этом фешенебельном доме Аню ждет новый клиент?

– Ладно, извини, – коротко бросил Максим, – Не моё это дело.

Он торопливо завел мотоцикл.

– Спасибо! – успела прокричать Аня, прежде чем рев мотора нарушил ночное безмолвие. Ей вдруг захотелось, чтобы он остался. В голову пришла нелепая идея пригласить его в гости.

– Позвони мне, – сказал он и сорвался с места.

Какое-то время она продолжала стоять, глядя вслед стремительной точке. Затем глубоко вздохнула и поковыляла в сторону дома.

Зеркальный лифт, поднимая наверх, позволил ей вдоволь насладиться своим отражением. Аня стянула изорванные чулки, кое-как причесала волосы, одернула платье и попыталась вправить каблук. В итоге тот остался у нее в руке!

Тяжелая входная дверь не пропускала звуки, но сияющий светом глазок повествовал о том, что дома кто-то есть.

«Жми!», – подумала Аня, в третий раз, поднося руку к дверному звонку. Чего она боялась больше? Найти супруга в полном здравии, или узнать, что он попал в беду?

Дверь отворилась, и на пороге возник взъерошенный, лишенный привычного лоска Андрей. Измятая, не первой свежести рубашка, та самая, в которой он щеголял на вечеринке, была расстегнута. Светлые волосы спадали на лоб, на лице застыло потрясенное выражение.

– Аня, – прошептал он, отступая на шаг.

Но, едва она успела войти, прижал к себе. Неистово и пылко! От него пахло виски и табаком, остаточный аромат парфюма впитался в одежду. Она уткнулась в поросшую волосами грудь мужа, вдыхая знакомый запах. Хотелось избежать вопросов! Просто лечь спать, без объяснений и разборок, сделав вид, что ничего не случилось…

– Где ты была? – произнес Андрей. Тон его, лишенный злобы, выражал отчаяние.

Она высвободилась из крепких объятий и скинула туфли, бросила на пол зажатый в ладони каблук, устало прошла на кухню и, приподняв за ручку миниатюрный эмалированный чайник, запрокинул голову.

Андрей молча наблюдал за ней, загородив дверной проем. Выражение беспокойства не сходило с его лица! Краем глаза Аня успела заметить переполненную бычками пепельницу и початую бутылку виски, неряшливо расплескавшую своё нутро на кухонный стол.

– Меня ограбили, – выдохнула она, опускаясь на табурет и вытягивая вперед длинные голые ноги.

Взгляд Андрея скользнул по ним, метнулся вверх, и замер. Губы его задрожали.

– Украли сумочку, – добавила Аня, изучая узор на ковре.

Желтые фигуры повторялись через равные промежутки, перемежаясь вкраплениями красного и синего.

Андрей подошел, опустился на пол.

– Девочка моя! – прошептал он. – Это я виноват! Я больше никогда тебя не оставлю, слышишь?

Его глаза, обычно ярко-голубые, сейчас казались бесцветно-серыми. Как тусклое от набежавших туч небо, утратившие яркость, они смотрели на нее так пронзительно и долго. Как будто он пытался высказать взглядом то, чего не мог передать словами.

– Как это случилось? – голос его надломился.

Аня покачала головой.

– Какие-то отморозки на мотоцикле ехали мимо, вырвали сумку из рук. Я упала и сломала каблук! – она развернула запястья, демонстрируя свежие ссадины.

Он поцеловал их, погладил голые колени, прижался губами и зашептал что-то бессвязное. Совсем неразборчиво, как будто в бреду!

– Прости меня, прости…, – различила Аня.

– Где ты был? – прошептала она.

Андрей отстранился.

– Машина! Эта долбанная консервная банка заглохла! – яростно выдохнул он, – Я плюнул и пошел пешком. Оказалось, что успел отъехать на приличное расстояние. Я звонил тебе всю дорогу, но ты не брала трубку…

«Ну, конечно! Во всем виновата машина», – думала Аня, выслушивая его исповедь.

– Ты не представляешь, что я чувствовал! Я чуть с ума не сошел! – Андрей обхватил руками голову, с силой сдавил виски.

Аня закрыла глаза. Мог ли он представить, что чувствовала она…

– Хочешь, поедем в полицию прямо сейчас? Ты запомнила их приметы? – он взял её руки, поднес к губам.

Аня мотнула головой. И, возможно, ей всего лишь показалось, но в его глазах промелькнуло облегчение …

Горячая вода струилась по телу, смывая пыль и кровь, а вместе с тем в голове у неё по-прежнему было «натоптано». Если бы только можно было вычеркнуть из жизни эпизод, стереть его, взорвать. Она бы непременно это сделала! Но, увы, память не подчиняется нашим желаниям, а потому душевные раны не заживают.

Аня снова и снова прокручивала в голове услышанное. Представляя себе, как он идет по пустынной дороге с телефоном в руках. Как, достигнув освещенной парковки, не находит её. Как звонит, озираясь по сторонам, все еще думая, что это шутка.

Даже засыпая, Андрей держал её руку, нервно перебирая пальцы, словно желая убедиться, что она рядом с ним. Еще никогда Аня не видела мужа таким потерянным! Возможно, случившееся и в самом деле потрясло его? Ведь она могла и не вернуться…

История их знакомства не отличалась особым романтизмом. Тем вечером Аня веселилась в ресторане, где одна из её подруг отмечала прощание с холостяцкой жизнью. Её собственная жизнь напоминала кастинг, где она, как самый придирчивый режиссер, пыталась отыскать кандидата на главную роль. Попадались не те!

При этом Аня всегда остро ощущала мужской интерес. Чутье не подводило, и в толпе мужчин она вмиг различала «потенциальную жертву». Андрей попался сразу! Весь вечер он следил за ней взглядом, все меньше реагируя на реплики друзей.

– Можно вас пригласить? – услышала Аня.

Высокий светловолосый мужчина с мягкими чертами лица закружил её в танце. Его рубашка приятно пахла, а ладони были чуть влажными, очевидно, от волнения.

– Я уж думала, вы не решитесь! – улыбнулась она.

– Я стеснялся, – признался он, наклоняясь. Эта близость, пока еще робкая, но такая приятная, спровоцировала знакомую дрожь. И Аня отвернулась, задев лбом колючий подбородок:

– Я не кусаюсь! – сказала она.

Мужчина улыбнулся:

– Жаль! Я был бы не прочь оказаться покусанным вами.

Его губы почти касались её щеки, в глазах плясал хмельной огонек.

Он вызвался проводить Аню домой. В такси она задремала, уложив голову ему на плечо. И Андрей, боясь потревожить, всю дорогу сидел неподвижно.

Прощаясь у входной двери, он произнес:

– Чувствовать твою голову на плече так приятно. Я хочу испытать это снова!

Разница в семь лет казалась для Ани пропастью. Учитывая, что за его плечами был один неудавшийся брак и целых двое детей. Поэтому на ребенке Андрей не настаивал. Вспоминая о бывшей жене, он говорил, что их отношениям недоставало страсти.

Да! Уж чего-чего, а этого у них с Аней было в избытке.