Эпилог

POV Диана

Полтора года спустя…

— Это какой-то дурдом! — возмущается Андрей Сергеевич Крестовский. Иными словами, глава нашей дружной и большой семьи. — Вы сговорились, что ли? — по очереди смотрит сначала на Стаса, который сидит в вальяжной позе в кресле со стаканом минералки в руке, а после на Леху, и останавливает глаза на мне.

Мой брат делает вид, что не замечает ни повышенного тона своего тестя, ни его намеков, однако они переглядываются со Стасом и подмигивают друг другу, на что я лишь закатываю глаза. Сейчас доведут пожилого человека до инфаркта своими выбрыками, а нам, то есть женской половине семьи Крестовских, что потом, прикажете, делать?

— Что случилось, дорогой? — из столовой выходит моя мама, которая вот уже два месяца как носит другую фамилию.

— Люда, ну хоть ты им скажи, — Андрей Сергеевич выставляет руку вперед, затем бьет себя по ноге, а моя любимая мамуля подходит ближе к своему супругу, гладит его по плечу, чтобы не нервничал, при этом расточая улыбки нам.

Правда, она пока не знает истинной причины, почему ее горячо любимый муж возмущается столь громко, не желая признавать поражение, однако Людмила Крестовская всегда и во всем готова поддерживать своего мужчину. Потому что именно так должны вести себя близкие люди.

И никак иначе.

Вот ведь, действительно любовь, прошедшая через столько лет. Хотя, как утверждает моя мама, она безумно рада, что именно сейчас соединила свою судьбу с Андреем Сергеевичем.

Он давно и безответно влюблен в нашу с Лехой родительницу. Еще когда они были молоды и полны оптимизма, он готов был соединить судьбу с моей мамой — так его зацепила милая и симпатичная блондинка с голубыми глазами и в цветастом сарафане, что тогда еще молодой парень напрочь потерял не только голову, но и способность дышать вдали от Людмилы. Возможно, у них бы получилось, если бы не влез мой отец. История умалчивает насчет серьезности его намерений — то ли действительно любил маму, то ли просто хотел показать, что он круче Крестовского.

Итог оказался банальным — мама вышла замуж за папу, родила нас с Лехой, а Крестовский от отчаяния женился на матери Стаса с Никой. Ни там, ни там прочной и дружной семьи не получилось — пары расстались, потому что без любви и доверия отношений не построишь.

Крестовский с мамой встретились еще раз — у нас были проблемы с покупкой загородного дома, а Андрей Сергеевич откуда-то узнал. И примчался помочь маме.

Как потом мы узнали, они провели вместе неделю. Кстати довольно любопытно — почему тогда не попробовали наладить отношения?

И вот полтора года назад на дне рождения мамули они встретились вновь. Ну и, как говорится, закружилось у них.

— Дорогой, что я должна им сказать? — мама с небольшим удивлением смотрит на своего мужа, а тот под нежным взглядом и спокойным тоном даже теряется на какое-то время. В любом случае, больше не кричит, как делал это каких-то пять минут назад.

— Кто возглавит компанию? — повторяет свой вопрос Андрей Сергеевич, глядя на супругу, а она переводит глаза сначала на Леху.

— И не надо на меня так жалобно смотреть, — братишка фыркает, так как свою позицию уже озвучил. — Мне своей за глаза, — проводит ребром ладони по шее, показывая, как же он, бедненький, загружен делами. — При всем уважении, но я пас.

— Я тоже пас, — Стас, как обычно, спокоен и уравновешен, произнося слова с толикой безразличия в голосе. — Могу на две недели подстраховать, пока вы будете наслаждаться медовым месяцем, — не дает возможности маме вставить ни слова. — Но я юриспруденцию не брошу, даже не уговаривайте.

— Тогда Ника! — отец (а я его именно так называю, хоть мой брат пока обращается к тестю исключительно по имени-отчеству) поднимает указательный палец вверх, однако сразу же раздается женский голос со стороны лестницы:

— Нике для полного счастья осталось только твоей компанией руководить!

А спустя время появляется и наша любимая ворчунья — какая же она красивая и миленькая. Особенно на девятом месяце беременности. Леха подрывается с места, помогая жене спуститься медленно по лестнице, однако мой взгляд прикован лишь к Стасу, который с печалью наблюдает за сестрой.

В последнее время он именно так смотрит на всех беременных женщин, малышей и магазины детской одежды. Но ни разу за все время Стас не нарушил данное им когда-то слово относительно моей учебы и карьеры.

И ни разу не заговорил о наследниках, позволив мне самой принимать решение. А я в очередной раз убеждаюсь в правоте своих намерений — пора пересматривать жизненные приоритеты, Диана! Ведь я тоже с толикой восхищения смотрю на свою сестру. Да, мы стали близкими и родными, всегда и во всем поддерживая друг друга. К тому же Ника называет мою любимую женщину “мамой”.

А я даже не ревную.

— Наконец-то и у меня появилась мама, — произнесла девушка, когда ее отец заявил, что собирается соединить судьбу с Людмилой Пантелеймоновой. — Не возражаешь, если заберу у нее часть любви себе? — толкнула меня легонько локтем и подмигнула, всем своим видом показывая, как счастлива.

Конечно же, я не возражала, как и мама, кстати тоже. Зато Андрей Сергеевич в категоричной форме возразил — если не стану называть его “папой”, обидится и вычеркнет меня из завещания. Мы все дружно посмеялись, однако и я не возражала против подобной постановки вопроса — настоящего отца у меня, по факту, никогда и не было.

— Дорогая, — мама расплывается в улыбке и помогает Нике присесть, прогоняя Леху снова на кресло.

С его-то двухметровым ростом тяжело ухаживать за беременной женой — то живот заденет, то в бок локтем зарядит, когда помогает ей присесть или прилечь, то на ногу наступит, потому что постоянно крутится вокруг Ники. А та ворчит в ответ, хотя к этому все уже давно привыкли. Другой мы ее уже не представляем.

— Есть в этом доме гранатовый сок? — фыркает моя любимая сестренка, при этом глядя на Лешу. Он закатывает глаза, но подрывается с места и направляется в столовую. — Точно нет? — тихо интересуется у мамы, на что та лишь мотает головой из стороны в сторону с улыбкой на устах. — Придется моему муженьку съездить в магазин, а то надоел уже путаться под ногами.

— Какая же ты Вредина! — отец повышает голос, правда при этом глаза его полны нежности и любви.

Ника с Лехой ждут девочку — да и мы все ее тоже с нетерпением ждем. Мама с отцом уже оборудовали еще одну детскую комнату и накупили столько вещей, что малышка в жизни не переносит, даже если каждый день будет менять наряды.

— Ты бы так громко не орал, а то сейчас сам побежишь на другой конец города за клубникой, — снова фыркает Никуля, от чего Стас лишь расплывается в улыбке. — И ты не ехидничай, — достается и ему, на что мой муж поднимает обе руки вверх в защитном жесте “сдаюсь’’. — Что там с компанией? — девушка снова переводит взгляд на отца, а тот делает такое печальное выражение лица, что я и сама уже готова возглавить эту чертову компанию, лишь бы он не страдал.

— Ника, уговори его, — печально вздыхает Крестовский-старший, продолжая сканировать дочь. — Я хочу на пенсию!

— Кого “его”? — девушка приподнимает одну бровь, не сводя глаз с отца. — Тоже мне, глава крупнейшей в стране нефтяной компании, — ухмыляется, мотая головой из стороны в сторону. — Даже задачу правильно поставить не можешь. И как ты управлял такой махиной столько лет?

— Без разницы, кого — Стаса или Леху, мне по барабану, — продолжает давить Андрей Сергеевич, видя в лице Никули единственную поддержку.

Наша драгоценная Вредина, кстати, может и уговорить — если Ника входит в азарт, то ее даже танком не прошибешь. Всегда добивается своего — вот это, я понимаю, темперамент!

— Так Лежу или Стаса? — уточняет девушка, а после переводит взгляд на меня. — Кстати, давай Диану назначим! — выдает с победоносной улыбкой на лице, и вся честная компания за исключением моего брата, который, по всей видимости, либо все-таки ищет гранатовый сок, либо, скорее всего, пытается избежать очередного каприза своей ненаглядной и слишком беременной жены.

— Кстати, вариант! — папа поднимает указательный палец вверх, однако я резко выдаю:

— Не вариант точно! — в комнате царит молчание, а я набираю полные легкие воздуха и выдаю на одном дыхании: — Я не готова к такой ответственности.

— Диана… — Андрей Сергеевич снова делает несчастные глаза, однако я непреклонна.

— Папа, сейчас поругаемся.

Хоть меня все и считают Ангелочком, иногда я могу быть упрямой до невозможности. Как постоянно говорит мой муж — это незаменимое качество любого юриста. Особенно, когда отстаиваешь свои интересы.

— Гранатового сока нет, — Леха заходит в зал, печальным голосом сообщая уже всем давно известную новость. Слава Богу, хоть отвлек моих драгоценных родственников от лицезрения моей физиономии. А то, чувствую, разразилась бы сейчас катастрофа.

— И чего тормозим? — Ника смотрит на супруга, а тот в ответ лишь снова закатывает глаза. — Кстати, Пантелеймонов, а чего это ты не хочешь возглавить компанию? — И спустя несколько секунд, так и не давая возможности Леше вставить ни слова, продолжает: — Объединил бы две корпорации в одну, Стасик бы тебе в этом помог, а Диану назначил бы главным юристом.

Еще год назад Андрей Сергеевич пригласил меня к себе в компанию. Изначально я училась у Стаса, но работать вместе с любимым мужчиной в одном офисе — это слишком накладно. В том плане, что думаем мы явно не о работе, когда закрываемся в кабинете якобы для решения насущных вопросов. Вот и пришлось мне покинуть любимого мужа, заняв огромный кабинет в юридическом отделе компании Крестовского-старшего.

— Ты решила меня добить, — печально вздыхает Леха, однако Ника его игнорирует.

— Хотя, нет, — кривится, глядя в нашу со Стасом сторону. — С Дианой в роли главного юриста я погорячилась. Предлагаю отправить ее в декрет! — расплывается в победоносной улыбке, а я лишь тяжело вздыхаю.

Вот и зачем она дразнит гусей? Зачем давит любимому брату на больную мозоль? Ведь просила же ее повременить с намеками — но это же Ника, с ее извечными подколками и ехидством.

— Поддерживаю, — кивает Андрей Сергеевич, глядя на меня.

— Кстати, Стас, — не унимается моя любимая сестренка. — А почему это Диана до сих пор не в декрете?

— Потому что это не твое дело! — фыркает мой любимый мужчина и подрывается с места. — Домой поехали, устал очень, — обращается ко мне, однако Ника не унимается.

— И хамить не обязательно, — кривит губки, однако на моего драгоценного супруга даже беременность собственной сестры не действует.

— А ты не лезь, куда тебя не просят, — вижу, что злится и вот-вот сорвется, однако понимаю, что отчасти виновата сама. Если не во всем. Но всему свое время, ведь мой любимый еще не знает об изменениях в моих жизненных планах. — Жду в машине, — снова адресует мне и напоследок бросает: — Всем приятного вечера.

Резко разворачивается и выходит на улицу, а я лишь тяжело вздыхаю, пытаясь улыбнуться, чтобы разрядить слегка накаленную обстановку. Стас не должен был так бурно реагировать на столь невинное замечание своей сестры, но и она могла бы промолчать. Тем более, я просила.

И доверила свою тайну только ей.

— Я тоже пойду, а то сейчас разразится катастрофа, — встаю со своего места и подхожу к Нике. Целую ее в щечку и шепчу на ушко: — Балаболка.

— Переживет, — фыркает Ника в ответ. — Надо же было его хоть как-то вывести из ступора.

— Ладно, пойду успокаивать своего строптивца, — выпрямляюсь и машу ручкой. — Всем пока!

Ника с Лехой временно переехали в дом к родителям, так как мама в категоричной форме заявила — если не переедут, то она обидится. И больше не будет с ними разговаривать. Если честно, то моя сестренка и сама не против, потому что беременность проходила довольно тяжело, и Леха разрывался между больницей, работой и сыном. Зато теперь наслаждается отдыхом по полной программе, переложив большую часть обязанностей на нашу мама. А к капризам своей строптивой жены он уже давно привык — то ли еще будет!

Выхожу на улицу и подхожу к внедорожнику — двигатель работает, и мой муж сидит за рулем. Обычно, он помогает мне сесть, открывая и закрывая двери, однако сегодня его полный игнор слегка задевает за живое. Обиделся, значит — причем даже не пытается скрыть своего раздражения.

— И зачем ты нахамил Нике? — интересуюсь, когда автомобиль резко трогается с места и выезжает со двора на пустынную улицу.

— Давай сменим тему, — Стас кривится, всем своим видом показывая, что недоволен. И лучше его сейчас не трогать, однако это не входило в мои планы.

Надо как-то его успокоить и расшевелить, иначе мой сюрприз провалится с треском. А я никак не могу этого допустить — ведь он так давно мечтает о ребенке.

Глядя на беременную Нику, а так же на радость в глазах старшего брата, когда жена сообщила ему столь важную новость, я поняла одну вещь. Самое главное в жизни — это не карьера, как мечтают многие, и не деньги, как думает большинство. А семья. Любящие родители и полный дом детишек. Вот это настоящее счастье, а остальное — просто приложение к нашему скучному существованию.

Возможно, многие со мной и не согласятся, однако я твердо решила изменить свою жизнь, чтобы в глазах любимого мужчины снова появился блеск. Он уже доказал, и не раз, что ответственный, серьезный и решительный. Готов поддерживать меня всегда и во всем, любить и баловать, а так же держать данное слово.

Вот он, мой принц, о котором я так долго мечтала. Кстати, желтая пресса, узнав о нашей со Стасом свадьбе, окрестила меня не иначе, как “новая принцесса Диана”. А что, мне нравится — звучит очень даже симпатично.

Четыре месяца назад я бросила принимать противозачаточные таблетки в тайне от Стаса. Решила просто попробовать — проконсультировалась с врачом, подсчитала дни и соблазнила мужа в нужный момент. Мой драгоценный супруг не сопротивлялся и ни о чем не подозревал. А сейчас даже не догадывается, какой его ждет сюрприз.

— Поехали в парк, — как и просит Стас, я меняю тему, мило улыбаясь. — Давненько я не ела мороженое.

— Сладкоежка, — Стас немного остывает, печально улыбается, однако больше не раздражается.

Ничего, мой дорогой, сейчас будем прогонять твою печаль.

— Кстати, я решила сменить профессию, — выдаю бодрым голосом, когда мы движемся по крайней аллее, держа в руках мороженое. — Надоела, знаешь ли, юриспруденция за пять лет.

— И кем ты решила стать, если не секрет? — боковым зрением наблюдаю, что муж смотрит на меня, однако наглым образом игнорирую его заинтересованный взгляд.

— Домохозяйкой, — откусываю кусочек, затем провожу язычком по белому пломбиру и на пару секунд выпускаю из поля зрения Стаса.

Останавливаюсь и поворачиваюсь назад, наблюдая, как мой муж прирос к земле и вытаращился на меня. Это только первый этап, дорогой — ко второму еще не перешли.

— Что-то не так? — приподнимаю обе брови вверх, снова кусая мороженое.

— Повтори, а то я, кажется, плохо расслышал, — мой любимый мужчина произносит слова чуть ли не по слогам, а я в глубине души ликую.

Кстати, вида не подаю, продолжая облизывать мороженое с разных сторон, чтобы не потекло по пальцам, вызывая у Стаса лишь судорожное глотание слюны. Ох и мужчины — какие вы предсказуемые!

— Если ты не возражаешь, — произношу слова между откусыванием сладости, — то я хочу стать домохозяйкой. Встречать любимого мужа с работы, варить ему борщи и воспитывать детей.

Я замолкаю, а на Стаса нападает теперь уже полный ступор. Не шевелится, даже, кажется, не моргает, а лишь пялиться на меня, не замечая, что растаявшее мороженое начинает течь по рукам.

— Черт! — откидывает сладость в сторону и трясет рукой, брызгая пломбиром во все стороны.

— Я так понимаю, против борщей ты не возражаешь? — продолжаю дразнить Стаса, заранее зная ответ.

Исключительно положительный — даже к гадалке не ходи.

— Если можно, то подробнее насчет последнего пункта, — в моем муже просыпается настоящий юрист, к чему я давно привыкла. Если не обращать внимание на постоянное ехидство Стаса, то он милый.

И совсем не циник, как многие о нем говорят.

— Думаешь, у меня не получится? — приподнимаю одну бровь, запихивая последний кусок мороженого в рот. Как же мне нравится дразнить Стаса — кто бы только знал.

— Уверен, что ты справишься с поставленной задачей на пять с плюсом, но хотелось бы уточнить со сроками, — мой любимый мужчина медленно подходит ко мне, а я в ответ расплываюсь в улыбке.

Точно, догадался — или собирается прямо сегодня начать реализовывать мои желания. В парке, конечно, многолюдно, хоть и тепло, но выдержка у Стаса будь здоров — до коридора точно дотерпит.

— Семь месяцев, и можно приступать, — выдаю с победоносной улыбкой на лице, наблюдая, как мой драгоценный супруг меняется в этом самом лице.

Точно, надо было снимать на телефон, как предлагала Ника — такая реакция требует, чтобы ее запечатлели на долгую и вечную память.

— В смысле? — произносит мой любимый мужчина по слогам.

— Стас, не тормози, — я продолжаю улыбаться, глядя на столь бурную реакцию моего мужа.

Ступор сначала сменяется круглыми глазами, затем медленно расплывающейся улыбкой, а после громким:

— Я люблю тебя!

Он выдыхает со стоном, а после прижимает меня к своей груди, гладя по голове. Целует в висок, щеку, затем в губы, в промежутках между поцелуями шепча слова благодарности. А я отвечаю ему со всей нежностью, которая сейчас царит у меня в душе.

Интересно, а все мужчины так бурно реагируют на новость о беременности?

— Кстати, я хочу гранатового сока! — ехидно прищуриваюсь, а Стас закатывает глаза и начинает смеяться, прижимая меня к себе. А я… я просто счастлива в родных объятиях — даже не представляла себе, что такое в принципе возможно.

И, кстати, пусть мой муженек не расслабляется — одним гранатовым соком он теперь не отделается.

А самое главное — больше никогда не появится на обложке журнала в виде самого желанного холостяка столицы. Не знаю, почему, но именно в этот момент в голове всплывают слова Аглаи:

“Не переживай. Он уже приехал”!

И немного позже:

“Скоро судьба вам подарит второй шанс. И лишь от тебя будет зависеть, как ты его используешь…”

Спасибо тебе, дорогая Аглая! Свой шанс я не упустила!

— Как же я люблю тебя, мой Ангелочек, — Стас в очередной раз шепчет мне на ушко, прогоняя воспоминания прочь.

Да и зачем они нужны? Лучше думать о будущем, в котором нет места сомнениям, тревогам и печалям.

Лишь счастье — безмерное и такое желанное!

Конец.