Эпилог

Накануне свадьбы мне устроили невероятный девичник, и компания на него собралась невероятная: Луиза Шелдон и Айрис с работы, Василиса, прилетевшая накануне с Алексом из Лос-Анджелеса, Сью, Агнес, малышка Валери, и наша горничная Нэнси, с которой мы успели подружиться.

Маму с Роуз я тоже приглашала, но первая отказалась, сославшись на разыгравшуюся мигрень, а вторая… Роуз честно призналась, что ей жутко стыдно показываться на глаза, после того, что она устроила на нашей помолвке. Впервые за долгие годы мы стали общаться как нормальные сестры, созваниваться, переписываться, искренне делиться своими переживаниями. Так, одной из первых, я рассказала сестре, что беременна, и она порадовалась за меня, а потом долго расспрашивала, как я себя чувствую, и каково это вообще, когда в тебе растет новая жизнь.

– Будь счастлива, Софи. И береги Адама, он действительно хороший парень каких поискать. Из вас вышла отличная пара, уверена, и родителями вы станете отличными, – пожелала мне сестра, а еще прислала свадебный подарок: старинную музыкальную шкатулку, под которую мама укладывала нас в детстве. – Я подумала, тебе будет приятно, если она останется у тебя. Ребенком ты считала ее волшебной, могла часами слушать эту мелодию, пусть так и будет.

На девичник Айрис приготовила конкурсы, среди ее реквизита неожиданно затесалась банка соленых огурцов.

– Пожалуйста, можно мне один огурчик? – загорелись глаза у Василисы, которая была уже на четвертом месяце и приятно округлилась. – Точно такие же в России делала моя бабушка. Стоило увидеть, аж слюни потекли, – призналась девушка, обхаживая Айрис.

К открытой банке с соленьями неожиданно подтянулась и Агни.

– До чего же вкусно пахнет! – прикрыла она блаженно глаза. – Я бы тоже не отказалась.

– Мам, но ты ведь никогда не любила соленое? – подозрительно прищурилась Валери и закусила губу.

– А теперь люблю.

– И мне оставьте! – подоспела к их компании Сьюзан, смачно захрустев огурцом. – Вот бы еще и квашенной капустки.

– От капустки и я бы не отказалось, – признала очевидное, засмотревшись, как быстро расходятся огурцы. – А давайте и мне один.

– Так-так-так! – подперла кулаками бока Луиза, наблюдая за нашей четверкой. – Вот вы и слетелись, как пчелки на мед. Думаете, эта банка попала сюда случайно? А ну признавайтесь, у кого какой срок.

Под пытливым взглядом бывалой фурии долго никто не устоял. Последней из нас раскололась Агнес, отчего-то густо покраснев.

– Мы ведь в разводе, и не планировали, – оправдывалась она. – Что люди скажут?

– Сегодня в разводе, а завтра нет. Делов-то! – подбадривала ее Айрис со своим вечно боевым настроем. – А люди пусть думают, что хотят. В тебе новый человечек растет – не это ли счастье?

– Мам, у меня правда будет братик или сестренка?! – запрыгала от радости Валери. – Вот папа обрадуется!

– Уже обрадовался. Выходит, пора и дедушке с Адамом рассказать.

– А ты долго собиралась молчать? – обняла я свою Кудряшку, размечтавшись, как здорово будет вместе ходить всю беременность, а потом гулять с малышами, которые, наверняка, так же, как и мы, подружатся. – Как отреагировал мистер Мурр?

– Он еще не знает, – Сью приложила ладонь к своему животу, и на ее губы скользнула задумчивая улыбка. – Берни и без этого настроен более чем серьезно. Уверена, со дня на день он сделает мне предложение.

– Даже так?

Сьюзан огляделась по сторонам, словно готовилась открыть мне военную тайну. Чтобы нас никто не услышал, она склонилась к самому уху.

– Ты ведь знаешь, что мы съехались, и живем вместе. На днях я перестаралась с уборкой, и как-то совершенно случайно наткнулась на обручальное кольцо в его пиджаке. До чего же оно красивое, Софи! И в самый раз по размеру. Естественно, я ему ничего не сказала, но уже извелась в ожидании.

Ждать Кудряшке оставалось недолго. Это самое кольцо украсило ее пальчик уже на следующее утро, когда она ворвалась в мою спальню в нежно-голубом платье подружки невесты. В особняке в этот час творился настоящий предсвадебный хаос, все куда-то спешили и что-то несли, а на мою сонную голову лучший стилист Лондона как раз крепил белоснежную фату.

– Та-дам! Это случилось, Бернард сделал мне предложение! – огласила она, осветив нас всех лучами счастья и добра. – Я стану миссис Мурр.

– Поздравляем! – бросились к ней с объятьями девчонки, которые уже были здесь в таких-же нежно-голубых нарядах.

Но лучше всех в голубом смотрелась наша рыжеволосая Валери. Вместо привычных непослушных косичек сегодня ее волосы уложили в аккуратные локоны и украсили живыми цветами из оранжереи.

– И мама с папой тоже снова поженятся, – выдала она на радостях и тут же смутилась, приложив указательный палец к губам. – Ой! Только это пока секрет.

* * *

Едва ступив на дорожку, усыпанную цветочными лепестками, я застыла в растерянности. Зал был полон гостей, и все они ждали моего появления. Если бы был жив отец, сейчас он вел бы меня к алтарю. Просить об этом четвертого мужа матери я не решилась, мы с ним и не были никогда близки, думала, что справлюсь сама. Вот только теперь, когда взволнованное сердце оглушало ударами, мне отчаянно не хватало чьей-то твердой руки.

– Позволишь тебя сопроводить? – так своевременно появился рядом Стэнли, такой статный и нарядный, ничуть не уступая самому жениху.

– С радостью, – благодарно улыбнулась я, подхватив его под локоть.

Мужчина просиял в ответ и кивнул музыкантам, чтобы те начинали. Услышав музыку, гости дружно повернули головы в нашу сторону. Адам ждал меня там, в конце этой красной дорожки. Но если прежде мне казалось, что я полечу к нему навстречу, сейчас от переизбытка эмоций у меня подкашивались колени.

– Вот так, милая, шаг и еще один, – накрыл Стэнли мою руку своей. – Сегодня ваш день, вот увидишь, все пройдет незабываемо.

Стоило нам с Адамом встретиться взглядами, и я больше ничего не замечала вокруг.

Любимый мой, долгожданный, и идеальный, как мечта. Не сон ли это, что я выходила замуж за такого шикарного мужчину? Хотелось ущипнуть себя, настолько все казалось нереальным.

Передав меня в руки своему сыну, Стэнли откланялся и занял место среди гостей. Легкое касание пальцев ладонь к ладони, и мы были уже не в силах оторваться друг от друга.

Я его, а он мой. Словно так и должно быть. Я всегда чувствовала это, еще тогда, в детстве, впервые увидев Адама, залипнув на его искренней улыбке, и заглянув в его невероятно живые, проницательные глаза.

– Обещаю любить тебя, оберегать, и заботиться о тебе до конца своих дней, – произнесли мы клятвы жениха и невесты, и я едва не расплакалась от счастья. Сью и Агнес в первом ряду уже во всю ревели, аккуратно подтирая слезы, чтобы не испортить праздничный макияж.

Обменявшись кольцами, мы с Адамом поцеловались, на время позабыв о гостях, пока они сами о себе не напомнили громкими аплодисментами, то ли требуя повтора, то ли торопясь за праздничный стол.

День действительно вышел незабываемый. Адам не отпускал меня ни на шаг, кружил в танце, или на своих сильных руках, потому что от счастья не мог устоять на месте. К вечеру всех гостей ждал праздничный салют, украсивший яркими вспышками звездное небо над родовым поместьем лордов Вудвиллов. Оставшись в кругу самых близких друзей, все мы на время застыли и запрокинули головы к небу, завороженно любуясь фейерверком.

– Столько лет я избегал возвращения домой, но именно здесь меня ждало настоящее счастье, – признался Адам, прижимая меня к своей груди.

Оказавшийся рядом Кир, получил от кого-то сообщение, и расплылся в самой что ни на есть воодушевленной улыбке.

– Хорошие новости? – не сдержали мы любопытства.

– Кажется, и мне пора вернуться домой, чтобы побороться за свое упрямое счастье.

– Очередной турнир?

– Нет, в этот раз девушка. Долгая история. Знаю одно, снова заслужить ее доверие будет непросто, но она стоит того, чтобы за нее бороться.

– Что ж, удачи, чемпион! Надеюсь, однажды погуляем и на твоей свадьбе, – подмигнул ему Адам.

* * *

Оставшись наедине в нашей спальне, украшенной по случаю свечами, цветами и лентами, я снова разволновалась. Вроде, уже живем вместе и ждем ребенка, но это ведь наша первая брачная ночь. Мне хотелось, чтобы и она прошла идеально, как в моих глупых девичьих мечтах. Вместо этого я увидела залетевшего в комнату мотылька и завизжала, запрыгнув прямиком на кровать.

– Адам, Адам, он там! Сделай что-нибудь…

– Кто?

– Огромный мохнатый мотылек!

– Прямо-таки и огромный? – запрыгнул и он ко мне на кровать, пряча в своих объятьях.

– Адам, постой. Что ты делаешь? – сердце так сильно колотилось в груди, что я даже при желании не могла успокоиться.

– А на что это похоже? Хочу поцеловать свою любимую жену.

– Но там мотылек!

– Всего лишь маленькая невинная букашка, которая и сама до жути тебя боится.

– Думаешь, боится? – в этом ключе я почему-то никогда их не рассматривала.

– Конечно, боится, – уверял Адам, продолжая сжимать меня в объятьях и украдкой целовать. – Только посмотри на себя, ты же такая огромная и мохнатая! По сравнению с этой крохой, разумеется.

– Смеешься надо мной? – обиженно уткнулась носом в его крепкое плечо. – Ну как он может меня бояться? Мотыльки умеют летать, а мы нет.

– Разве? – что-то задумав, Адам улыбнулся. Одним резким движением он поднял меня на руки и принялся прыгать на кровати. – Смотри, теперь и мы летаем! Больше не страшно?

Это походило на ребячество, на самое настоящее безумство. Матрас прогибался под нашим весом, мое пышное платье разлеталось в стороны, но это было так весело! Мы словно дети прыгали на кровати и смеялись до слез, пока от усталости не завалились на пышные подушки.

– Иди сюда, моя Недотрога, – притянул он меня к себе. – Может, моя терапия и не сработала, зато мне удалось тебя рассмешить.

– Отчего же не сработала? – очертила подушечкой пальца контур его губ, предвкушая сладость поцелуя. – Рядом с тобой я больше ничего не боюсь.

– Правда?

– Угу, – жадно сглотнула, склоняясь все ближе.

Мужские губы растянулись в довольной улыбке. Впервые за много лет я действительно была счастлива и спокойна, а по-другому в его волшебных руках и быть не могло.