Глава 9

– Извини, с ней бывает непросто, – первым делом произнес Адам, едва мы покинули столовую.

– Все в порядке, правда.

– Нет, не в порядке. Не знаю, что такого у них там произошло с Гейбом, Агнес не рассказывает, но я действительно не узнаю свою сестру. Она словно…

– Прячется под маской злобной мегеры, скрывая свою уязвимость? – рискнула предположить я, наученная горьким опытом общения со своей руководительницей, да еще и произнесла это вслух.

– Именно, – усмехнулся Адам. – Я хотел сказать «сорвалась с цепи», но твое определение гораздо точнее.

Поднявшись на второй этаж, мистер Смит распахнул передо мной дверь своего просторного кабинета. Сколько я себя помнила, принадлежал он его дядюшке Стэнли, а проход сюда любопытным детским носам был строго воспрещен.

– Вот мы и на месте. Проходи, располагайся.

Все это время я еле сдерживала себя, чтобы сходу не вывалить на него накопившиеся вопросы касательно событий минувшего вечера и особенно ночи. Но очутившись в этом кабинете, где со стен на нас смотрели старинные портреты и семейные реликвии, я выпала из реальности. А может и нарочно оттягивала момент, не решаясь заговорить о главном.

– Это ведь твои родители в молодости? – привлекла мое внимание пожелтевшая фотография в позолоченной рамке, где улыбающуюся блондинку в короткой юбке с двух сторон обнимали двое шикарных молодых людей с теннисными ракетками.

– Да, это мама и отец, а это дядя Стэнли. Но ты его и так помнишь.

Адам отодвинул для меня кресло, предлагая присесть, сам он занял место напротив, за письменным столом.

– Помню, конечно… – лорд Стэнли Вудвилл был видным мужчиной, являя собой едва ли не эталон мужской красоты, о чем, конечно же, я не стала говорить Адаму. Когда мы виделись последний раз, тому было не больше сорока. – Даже не верится, что его уже нет. Сколько им здесь?

– Лет по двадцать с небольшим.

– Надо же, не знай я, кто из них твой отец, решила бы, что это Стэнли. Вы очень похожи, – снова ляпнула, не подумав. Когда нервничаю, я часто выдаю первое, что придет в голову, а сейчас я абсолютно точно была не в себе.

– Это оттого, что мы оба пошли в деда, а отец в бабушку, – ничуть не смутился Адам. Видимо, я не первая подметила сходство.

– Они уже были женаты на этом фото?

– Трудно сказать, оказалось, я и сам мало что знаю о своих родителях.

– Что ты имеешь ввиду?

Адам задумался и было полез в верхний ящик стола, но в это время кто-то постучал в дверь, и он тут же закрыл его обратно, словно хранил там что-то секретное.

– Войдите.

– Завтрак для мисс Софи, – засмущалась Нэнси, потупив взгляд на заставленный поднос.

– Да, спасибо. Оставь на столе, дальше мы сами разберемся.

Не успела она выйти за дверь, Адам расставил передо мной многочисленные тарелки. При этом, он то и дело посматривал на мое, наверняка, смущенное лицо и так загадочно улыбался, что я начинала еще больше нервничать.

Господи, дай мне хоть какой-то знак, не вынуждай меня проходить это испытание. Не спрашивать же напрямую мужчину мечты, было у нас с ним что-то или нет???

Нэнси и след простыл, в кабинете повисла неловкая пауза. Как разумная взрослая женщина я решила начать издалека.

– Кстати, я так и не поблагодарила тебя за платье. Адам, оно просто восхитительное.

– Очень жду, когда увижу его на тебе, – проницательный взгляд серо-голубых глаз заскользил по моему лицу и особенно долго задержался на губах.

Ну точно неспроста! Только почему эти бестолковые губы не помнят его поцелуев? Я ведь не могла такое забыть? Или могла?!

– Одного не пойму, как ты так точно определился с размером, словно оно сшито для меня на заказ?

– Это было несложно…

Его взгляд стал в разы серьезнее, словно Адам хотел сказать что-то еще и очень важное, но я все испортила, заметив, как он вооружился ложкой.

– Ты что, действительно собрался меня кормить?

Он снова улыбался, искренне и открыто, разглядывая меня во все глаза, будто любовался мною и одновременно умилялся моим возмущением.

– А почему нет? Я – врач, мне и не такое можно. К тому же, ты сама заявила этой ночью, что полностью вверяешь в мои руки заботу о своем бренном теле.

– Что??? Ты сейчас шутить, или я действительно так сказала?

В идеале хотелось разом сгореть от стыда и провалиться под землю, но я всего лишь нахмурилась, готовясь услышать подробности своей позорной капитуляции.

Поднявшись из кресла, Адам потянулся к моему лицу, убирая за ухо выбившуюся прядь волос. Он смотрел мне прямо в глаза, я, как завороженная, смотрела на него. А когда его теплые пальцы коснулись моей кожи в районе виска, нервно сглотнула.

– Ты хоть знаешь, какая ты красивая, когда злишься?

Сердце и без того оглушало ударами, сводя с ума и выбивая почву из-под ног, а тут еще и такие признания.

– Адам… Между нами что-то было прошлым вечером? – не выдержала я, разрываемая на части от любопытства.

– Ты действительно ничего не помнишь? – удивился он, обхватив мое лицо ладонями.

– Нет. А главное, не понимаю почему.

В коридоре снова раздались шаги, только в этот раз совсем тихие, почти невесомые, а еще что-то прошуршало.

Как же не вовремя!

– Извини… – тут же подорвался Адам, словно это что-то очень важное, а когда распахнул дверь, за ней уже никого не было.

– Что-то случилось? – не понимала я, что происходит, и почему он так взволнован.

– Новое письмо из прошлого. Уже третье. Я как раз собирался их тебе показать.

От всей этой истории со старинным особняком и письмами, которые непонятно кто подкладывает, навевало настоящим детективом в духе мисс Марпл. Кто, а главное, зачем?

Конечно, я была заинтригована их содержимым, и тем не менее, насущный вопрос касательно наших отношений волновал меня гораздо больше.

Пока Адам возился с конвертом, я поднялась из кресла и подошла к окну. У фонтана перед домом велись последние приготовления к приему гостей. Не удивлюсь, если вечером там негде будет припарковаться.

– Так на чем мы остановились?

Резко развернувшись, я едва не впечаталась в мужскую грудь.

Нет, он специально так подкрадывается, чтобы я еще больше смущалась в его присутствии?

Теплые широкие ладони опустились на плечи, будто бы успокаивая, только спокойнее ни черта не становилось. Грудь от волнения ходила ходуном туда-сюда, и я все больше ощущала себя выброшенной на берег рыбой.

– Мы остановились на том, что я не помню, как попала в твой дом. Может, уже расскажешь?

Адам не торопился с ответом, внимательно всматриваясь в мое лицо.

– Помнишь, как мы выехали из ресторана?

Я покачала головой. В памяти всплывали разрозненные картинки, но они напоминали скорее сон, скрытый пеленой тумана.

– А как заехали к тебе?

Ответ был прежним. Даже страшно представить, что мы там делали вдвоем. Да и гостей, собираясь утром на работу, я совсем не ждала. С чего бы мне приглашать его зайти?

– А как я нес тебя на руках по лестнице, раздевал и укладывал спать? – произнес он чуть более интимно.

Вот теперь я действительно напряглась.

– Ты издеваешься надо мной, зачем этот допрос?

– Вовсе нет, Софи. Просто хочу понять, что конкретно спровоцировало амнезию. Такое возможно на фоне нервного потрясения, и, кажется, у меня есть догадки… В истории описывается много подобных случаев. Например, писательница Агата Кристи в один из дней ушла из дома. Нашли ее в отеле, и она ничего не помнила о событиях своего исчезновения. При этом очевидцы говорили, что в этот период она свободно общалась с людьми.

– Ну, слава Богу, амнезия! Я-то грешила, что перебрала бокальчик-другой, а ты решишь, что связался с алкоголичкой, – выдала с облегчением, не подумав, и лишь потом, когда до меня дошло, что озвучила это вслух, прикрыла рот ладошкой. – Ой!

В серо-голубых глазах заплясали смешинки. Ну конечно, кто еще развеселит серьезного доктора Смита, как не его горе-подружка?

– Софи, ты неподражаема. Я действительно восхищаюсь твоей непосредственностью.

Только я от самой себя почему-то не была в восторге, мои щеки снова предательски пылали.

– Так что там с амнезией? Точнее с тем, что могло ее вызвать.

– Дело в том, что когда мы вышли из ресторана и остановились у машины, ты увидела своего бывшего в компании другой девушки…

– Ричарда?!

Вот же гад! Сперва угрожал мне, дал время одуматься, а сам, значит, решил не терять его даром? Это так он мной дорожил? А я, наивная душа, закрывала глаза на все его отговорки и бесконечные командировки. Да уж, такая судьбоносная встреча могла спровоцировать не только амнезию.

– Надеюсь, я никого не убила в состоянии аффекта?

– Нет, – усмехнулся Адам, а его ладони каким-то естественным образом переместились на мою талию. – Ты всего лишь поцеловала меня.

– Как поцеловала?!

– Вот так… Обвила мою шею руками, притянула к себе. А дальше, я сам с радостью тебе ответил.

С каждым словом он склонялся все ниже, и его губы действительно коснулись моих. Сперва невесомо, словно крылья бабочки, а затем вполне ощутимо, с некоторым напором, так, что в голове взорвалось целое минное поле, на которое все эти годы я запрещала себе ступать.

Поцелуй закончился, и я окончательно потеряла почву под ногами. Спасибо крепким объятьям, все это время удерживающим меня на месте.

– Софи, зачем ты себя ущипнула?

– Проверяю: снится мне все это или происходит по-настоящему.

– Ну и как? – глаза Адама улыбались, в то время как лицо оставалось серьезным. – Или еще раз повторим, чтобы наверняка?

Я смотрела на него и не могла поверить тому, что вижу. Когда-то, никого не замечая вокруг, таким же сияющим взглядом он одаривал Роуз. Господи, как же это было невыносимо больно, даже сейчас помню то гадкое чувство. Только теперь перед ним стояла я, а прикосновение крепких мужских ладоней на талии даже сквозь блузку прожигало кожу.

– По-настоящему, – воззрилась я на объект своего обожания невидящим взглядом.

Перед глазами скакали розовые единороги, настолько мне было хорошо в его руках, сильных, надежных и таких заботливых. От обрушившегося на голову счастья, я наверняка выглядела безумной, потому что Адам как-то изучающе прищурился.

– Софи, с тобой все хорошо? Ты что-то вспомнила?

– А должна была?

– По идее, да, мы же воссоздали события отправной точки. Но, если нет, то ничего страшного, просто дай себе время и память обязательно вернется.

Тут я и прозрела! Выходит, весь этот поцелуй был для него ничем иным, как психологическим экспериментом. Ну, конечно, а я тут уже размечталась не понятно о чем!

С другой стороны, разве был у меня хоть единый шанс не поддаться искушению и не угодить в эту сладкую ловушку?

Решительно убрав мужские ладони со своей талии, я отступила на пару шагов назад и осела в кресло.

– Софи, что случилось? – я чувствовала спиной его взгляд, но не обернулась. Подойдя ближе, Адам присел возле меня на корточки, заключив мои ладони в свои. – Прости, если я перешел границы.

– Ничего, все в порядке, – слова давались с трудом, будто в горле застрял ком. Какое там в порядке? Всего на мгновение я позволила себе поверить, что действительно нужна ему, и тут же усомнилась в этом. – Так что там с письмами из прошлого?

Еще раз оценив мое состояние, Адам поднялся в полный рост и подошел к столу. Лучше так, не стоит спешить, впереди еще целый день и вечер, которые мы проведем вместе, время покажет, что к чему.

– Вот, начни с первого. Ты и в детстве была проницательной, возможно, в этих строках тебе удастся разглядеть то, чего не заметил я.

Раскрывая письмо, я боялась, что попросту не смогу сосредоточиться на написанном. Губы все еще горели от поцелуя, а мне до жути хотелось прикоснуться к ним кончиками пальцев. Да и сам Адам, по обыкновению уверенный и спокойный, отчего-то не находил себе места.

Может, зря я погорячилась на его счет?

Но стоило начать читать, и я абстрагировалась от настоящего. Мне живо представилась совсем юная девчонка, полная надежд, перед предстоящей поездкой в Лондон.

– Твоя Клэр Смит, – повторила я последнюю фразу, представляя себя на ее месте, и сердце отчего-то забилось чаще положенного. – Похоже, твоя мама испытывала очень теплые чувства к молодому лорду Стэнли Вудвиллу.

– Думаешь? – усомнился Адам. После произошедшего тем знаменательным вечером, его нелюбовь к дядюшке была понятна. – Как по мне, так она просто была благодарна ему за поддержку.

– Что ж, посмотрим, – незаметно для себя, я начала входить во вкус. – Давай следующее.

«Милый Стэнли…» – неизменно начиналось второе письмо, датируемое шестью месяцами позднее. В нем Клэр вспоминала выходные за городом, проведенные вместе, места, которые они посетили, и его лучезарную улыбку, не покидающую ее мыслей. А еще благодарила за то, что Стэн попросил своего хмурого брата помочь ей в учебе, потому как тот тоже учился на медицинском, только на старшем курсе.

«Как ты и предупреждал, зануда Брайан не особо общителен и порой ведет себя очень странно, но лучшего специалиста в микробиологии мне вряд ли удалось бы найти…»

– Целую, твоя Клэр Смит. О чем я и говорила, – Адам оторвался от созерцания окна и недовольно прищурился. – Готова поспорить, что на момент знакомства с твоим отцом, между Клэр и Стэнли завязывались романтические отношения. А странное поведение Брайана легко объясняется тем, что девушка брата приглянулась ему самому.

– Возможно, ты права. Только никто в этом доме, включая самого дядю Стэна, никогда не упоминал об этом.

– А что в третьем письме? – его Адам не торопился мне отдавать, перечитав с десяток раз и продолжая что-то обдумывать.

– Поворотный момент для них обоих.

«Милый Стэнли, поверь, это было непростое для меня решение. Знаю, что обещала тебе другое, но эта поездка в Африку с благотворительной миссией, возможно, самое лучшее, что я могу сделать в своей жизни. Сейчас ты, наверняка, зол на меня и имеешь на это право. Но разве не ты учил меня, что мечты сбываются, когда желание становится действием? И еще, пожалуйста, не вини ни в чем Брайана, это полностью моя идея и ответственность. Чего я никогда не хотела, так это встать между вами. Целую. Твоя Клэр Смит.»

– А твой отец, он тоже поехал?

– Да, вместе с ним она и отправилась спасать мир, пока дядя Стэн управлял семейным бизнесом. А вот оттуда, судя по датам, они вернулись уже мужем и женой.

– Вот тебе и зануда Брайан! – невольно усмехнулась я. – Даже интересно, что она обещала Стэнли и как далеко они успели зайти?

– Софи, – снова хмурился Адам. – Речь о моей матери.

– Знаю-знаю. Но разве тебе самому не любопытно, к чему ведут эти письма?

– Не всегда и во всем есть тайный смысл.

– Разве? Как по мне, тебе предстоит узнать что-то очень важное о своей семье. Иначе зачем кому-то так стараться, поднимая старую историю на свет? Кто бы ни подкидывал тебе эти письма, он явно знает больше нашего.