Глава пятая
– Эльфа надо найти и замочить – убежденно произнес Бом, повторив эту фразу уже в третий раз. Следом он продолжил в том же духе, опять повторяясь, хотя звучало все так же жутковато – Вообще всех этих длинноухих лесников надо отыскать и прикончить. А заодно выжечь их драгоценные леса, вырвать из земли оставшиеся обугленные корни, растолочь и испечь из этой муки праздничный торт для всей остальной Вальдиры. Можно без сахара – и так с восторгом слопают!
И я уже не удивился тому, что обычно держащаяся за опоры справедливости всеми руками Кирея снова промолчала. А ведь речь шла о настоящем фэнтезийном геноциде. Промолчал и я, хватая ртом воздух и сидя под стеночкой рядом с углом, где с гирями и гантелями копошился злой казначей. Кира уже закончила с разминкой и занималась поглощением овощного салата. Орб, поспавший часа четыре максимум, был мной пойман за попыткой влезть в игровой кокон час назад, после чего я принудил его хорошенько размяться и, влив в этого фанатика литр бульона, впихнул чуть ли не силком куриную ляжку и только тогда отпустил.
Мы же, выведя Вальдира-мессенджер на большой экран, неспешно читали и слушали сообщения всех включенных в особую группу. Вся наша отоспавшаяся братия приключенцев готовилась к очередному нырку и последующему рывку. Войти решили одновременно, так что сейчас на очередной поляне золотых лотов почти нет «чужеземцев» – несут вахту по три представителя каждого клана, что сменяются каждые два часа. Но их бдение чисто номинальное – ведь там бессменно находятся воины КМП. Поэтому я спокоен за непоседливую дочь.
– Но мое мнение особо в расчет можно не взять – уже куда добродушней оскалился атлет – Просто нам в свое время эльфы сорвали немало планов и построили немало козней. Так что меня ведет не трезвый расчет, а личная злоба к этим ушастым.
– Ага…
– Но! Я опять же готов признать, что эльфы тогда на нас злились не просто так. А узнай они весь масштаб всех сотворенных нами им гадостей… у-у-у-у…
– Короче – это ваши личные терки – заключил я.
– Личные – кивнул Бом – Поэтому гада надо отыскать и прикончить. А ты чего мрачный такой, Рос?
– Угу – поддержала его Кирея – И спал ты нервно. Бормотал, ворочался. Снилось что?
– Снилось…. Фигня разная.
– Расскажи!
– Да ну… ерунда там мутная…
– Давай! – надавила боевая подруга – Вижу же по лицу – снилось прямо что-то такое, что аж…
– Снилось – вздохнул я, вставая – Там все смешалось. Реальный мир и Вальдира. Коридоры Аньгоры и ледяные пустоши. А еще мне снилось чертово ожерелье эльфа – которое с розовыми и черными бусинами. И ведь бред такой лютый снился, что до сих отчетливо помню… я, держась за промороженные ремни, тащу за собой волокушу накрытую шкурами. Я двигаюсь по снежному насту, что постоянно проламывается подо мной и я проваливаюсь в рыхлую массу. Выворачиваюсь, выползаю, двигаюсь дальше… Остановиться не могу – в волокуше за мной Роска и Кирея. Я их не вижу – но знаю, что они там. Где-то далеко впереди мерцает мутный шар света – к нему я и двигаюсь, но с каждым шагом мне тяжелей и с каждым шагом все больше костей и черепов под снежной коркой… По сторонам от меня другие темные фигуры, что со стонами и проклятьями тоже пытаются пробиться сквозь снежное месиво вперед. Многие падают и больше не встают, оставаясь лежать лицами вниз в снегу. Я их не вижу – но опять же знаю их. Баронесса, Злоба, Шепот – это из Неспящих. Они все еще с нами. Смешались с рядами еле идущих воинов клана Мертвых Песков. Кое-кто из наших Героев. Несколько смутно знакомых из других кланов… Напирая плечами на ремни, я обхожу здоровенный ледяной обломок – а внутри него радостно улыбаются замороженные танцоры, замершие в странных позах. Рядом со мной падает на колени Баронесса и тянет руки в мутную тьму. Кричит что-то вроде «Будь ты проклят, черный лев! Мы верили тебе! Мы верили тебе!». Рядом с ней тихо так лежит Злоба, а в его лице торчит двуручный огромный топор с черной рукоятью. Ага. Прямо в лицо топор воткнули – и убили. Я иду дальше, а на нас медленно накатывается высоченная стена снежной бури… накатывается без единого звука. Вроде не страшно, но из глаз замороженных во льду танцоров начинают литься кровавые слезы – сделав паузу, я помолчал, ворочая в голове стылые мысли, не сумел ничего больше вспомнить и развел руками – Вот такой вот забавный сон приснился этой ночью.
– Мра-а-а-ак… – пропищала Кирея и торопливо защелкала клавиатурой.
– Жу-у-у-уть – прохрипел Бом, падая на пол рядом с гирями и ошарашено глядя на меня снизу-вверх – Чур меня, чур! Тебя бы в огонь за такие сны, глава! Иди прыгни три раза через разведенный в купе костер – очистишь голову чуток. Дать спички?
– Конечно! Давай! Подожгу твой кокон! Ну вас блин – оскорбился я и зашагал неспешно к душу – Поторопимся. Через полчаса отправление в другой мир!
– Рос! – заторопилась продолжающая колдовать с ноутом Беда – Я твою речь про сон в мессенджер загружаю. Можно?
– Зачем?!
– Ну нас же ты напугал? Напугал! Пусть и другие боятся!
– Да прекрати!
– Да ладно тебе! Ты таким тоном это говорил…
– Подтверждаю – мурашки размером с австралийского таракана по коже бегали – кивнул казначей.
– И личной инфы там никакой. Тебе жалко?
– Да ради бога – отмахнулся я, стягивая с себя майку – Чем бы жена не тешилась, лишь бы заначку не искала.
– Жена?! Заначку?! Где ты спрятал консервированные персики?!
– Да почему именно персики-то? Я, к слову, вообще!
– Загрузила… а теперь вернемся к персикам! Где они?! Сочные, сладкие и только и только мои… моя преле-е-ес-с-сть…
– ЖУ-У-У-У-У-У-УТЬ! – многоголосо послышалось от экрана.
Следом понеслись другие столь же эмоциональные выражения и междометия. Но я уже не слышал – чуть сконфуженный, поскорее задвинул дверь и врубил воду погорячее. Делают блин из меня чуть ли не хриплого мрачного клоуна. Хотя… мне даже понравились эти более чем искренние и даже испуганные выкрики. Благодаря им поднялось чуть настроение, что казалось безнадежно испорченным после столь мрачного и одновременно яркого сновидения.
– Отдай персики! – заколотилась в дверь Кира – Куда ты их заначил?! Я найду-у-у-у-у…
* * *
– Повтори еще раз – вежливо попросил я у присевшего рядом с казначеем Злобы, опять вынужденно откладывая самое главное – проверку характеристик, класса, умений, заклинаний и других составляющих своего персонажа. Но принесенная крайне задумчивым Злобой весть не оставила мне другого выбора.
– Что повторить? – поинтересовался мой бывший наставник.
– Чем говоришь сейчас занята ЧБ и Шепот в том дальнем темному углу между золотыми колоннами?
– Вежливо беседуют с нашим верным клановым камрадом Джигой.
– Та-а-ак… и как это связано с моим сном? Обалдели?!
– Да напрямую связано – пожал плечами Злоба – Ведь это мы его Джигой зовем для краткости. А полный его ник… можешь сам сходить и прочесть.
– Да говори уж.
– Его ник звучит как-то так… к-хм… Джигоку кара но куро район… Что в переводе означает что-то вроде «Черный лев из ада» или «Адский черный лев». Понял?
– Да ну на!
– А еще наш добрый друг Джига – топорщик. Мастерски владеет здоровенным и крайне редким двуручным топором с черной рукоятью.
– Бред! – рыкнул я.
– А еще камрад Джига оказался именно здесь – в наших узких доверенных кругах авантюристов идущих в ад…
– Так потому он мне наверняка и приснился – уже успокаиваясь, зло пробурчал я – Просто видел я его не раз в этих коридорах. Видел, как он машет этим топором черным. Затесалось в голове. И ночью стало кусочком приснившегося бреда. Вы фигней страдать прекращайте, уважаемые. И отпустите бедолагу из угла.
– Да они смеются – фыркнул Злоба – Джига громче всех смеется. Весело же.
Покачав головой, я вернулся к настройкам, но был прерван очередным вопросом:
– И как хорошо ты знаешь японский?
– М?
– Мы его только Джигой называем. Джига, Джиг, Джи. Львом никогда. Его ник – абракадабра глазоломная сляпанная из понятных букв в непонятные слова. Надо знать язык хоть немного, чтобы, увидев ник, понять, что там зашифрован «Черный лев из ада».
– Японский и я? Сам веришь?
– Вот я и задумался – усмехнулся волшебник, вставая – Японский ты не знаешь, значит?
– Не.
– Аниме любишь? Но так чтобы без перевода – японская озвучка, а субтитры наши.
– М? Ты сам-то как? На здоровье не жалуешься?
– Мангой зачитываешься на ночь?
– Ась?
– Комиксы японские. Причем в такой адаптации корявой, где имена героев или монстров не перевели напрямую, а просто…
– Злобыч! В себя приди! Я и манга? Я и аниме?
– А в зоопарке японском бывал?
– Выдохни уже. Мы вместе тут плывем, идем, бредем и бежим уже кучу дней. Я мельком слышал десятки разговоров, сотни выкриков и прочего. Кто-то, где-то, когда-то спросил у вашего Джиги значение его ника – он ответил, а я услышал и запомнил сам того не заметив. Вот и все. Блин… Кирея просто хотела пошутить, когда вывалила мой странный сон в общий чат. Вот тебе весело?
– Мне? – Бом ткнул себя лапищей в бронированную грудь – Мне очень весело!
– А тебе весело? – глянул я на волшебника.
– Мне? Нет! Мне нифига не весело! В твоем сне мне двуручный топор в лицо мудрое воткнули! И я лежал там пузом кверху на снегу! И с чего тут веселиться, предвестник ты чертов?!
– А еще тебя медленно заносило снегом, а ЧБ, вывернув из твоей харьки топорик, с криком побежала в снежную тьму. Я тоже медленно ушел в ту же сторону.
– А я?
– Остался позади и тебя сожрал крадущийся за нами серый туман. Но нам было не лучше – мы шли прямо на снежную бурю.
– Да, конечно, не лучше! Вы шли! А я лежал! Блин…
– Отстаньте от Джиги – попросил я – Не раздувайте из шутки истерику.
– Да понятно все… – Злоба передернул плечами и зашагал прочь – Черт! Все равно жутко! О! Вспомнил! Может ты японский рестлинг смотреть любишь?!
– Иди нафиг!
– Иду, иду…
– И хватит толковать сны – это бред!
– Ну да, ну да… че ж мне так жутко-то? Че ж меня так морозцем по венам тянет… будто уже снежком занесло… и переносица зудит…
Проводив его взглядом, я фыркнул и глянул на Бома:
– Во бред, да?
– Ну да… – кивнул тот и, подскочив, заторопился за Злобой – Эй! Обреченный! Сюда глянь!
– Кто тут обреченный?! А?!
– Ты плати, а не ори.
– За что?
– За фирменное пророчество Росгарда Мудрого. Он предрек тебе ласково смертушку лютую? Предрек. Вот и плати! Сто золотых, десяток крупных первоклассных рубинов или алмазов по пересчету. Хотя можешь отдать свитками магии. Что у тебя в сумке?
– Да иди ты!
– Я-то пойду. Но вот в следующий раз никаких бесплатных пророчество не будет – так и знай, жадюга! Чтоб тебе топор не в голову воткнули, а прямо в…
– Вот тебе пять свитков! Вот! Три на огненную магию. Два на природку. Доволен?!
– Мало! Добавь еще вот этот.
– Коричневый с зеленым? Так это ж социалка. Свиток «Теплый долгий привал».
– Вот и спасибо. На забери свою огненную магию и отдай вместо них еще два «привала».
– Так… я что-то не понял…
– Давай, давай. Вот спасибо. Ну, удачи тебе в недолгой жизни.
– Эй!
– Прекратите уже! – рявкнул я, изнемогая от стыда – Бом! Обалдел?!
– Обалдел или нет – а плату взял – пробасил вернувшийся казначей – Убери поглубже в поясную сумку, босс. Свитки «привала».
– Не говори, что ты веришь в ту пургу, что мне привиделась.
– Верю… не верю… ты свитки поглубже убери и пошли собираться.
Тяжко вздохнув, я промолчал, спрятал свитки и потопал за размашисто шагающим полуорком, одновременно выводя на экран характеристики персонажа. Начал с главного экрана – вкратце описывающего мой новый класс, мою новую суть. При одном только взгляде на этот запредельно мрачный выдержанный в черно-бордовых цветах таинственно мерцающий экран чувствовалось, что это нечто важное. Да так оно в принципе и было – благодаря череде самых невероятных событий и сплетению воедино судьбоносных ниточек, что никогда не должны были даже приблизиться друг к другу, я сумел получить этот невероятный класс. Тогда, во время инициации, у меня был очень трудный выбор из четырех предложенных классов. Мне пришлось изрядно пошевелить мозгами, здраво оценить как самого себя, так и мое окружение – и это тоже оказалось важно. В результате я выбрал достаточно странный начальный класс, что в будущем, когда я достаточно далеко продвинусь по этой дороге, даст мне возможность сделать еще один выбор. А что будет еще дальше – за ступенью второй специализации – не знал никто. И по очень простой причине – воины Мертвых Песков обычные изгои, что сумели буквально чудом выжить и сохранить древний артефакт. Еще они сумели сохранить свои традиции, боевые умения, магию и прочие особенности. Такова легенда. И по этой же легенде, в каждой инициации изгоям помогал древний артефакт. Вот только он, находясь вне Аньгоры, находясь не на своем так сказать родном месте, не мог выйти на полную мощь. И потому вот уже очень долгое время воины Мертвых Песков не могли достигнуть третьей ступени специализации в своих классах. В живых осталось не больше десятка иссохших как мумии старейшин, что обладали невероятными силами и заклинаниями. Это и была первоначальная причина, по которой самых сильных оставляли всегда за спинами молодежи – если враг прорвется в базовый лагерь Мертвых Песков он столкнется не с жалкими стариками и детьми, а с истинной силой выходцев из ада…
Я даже не могу себе представить изумление тех, кто поймет, что с по-настоящему то сильными пустынниками ему еще сражаться не приходилось…
Зато меня мороз по коже пробирает, когда я пытаюсь представить себе все то невероятной силы ИЗУМЛЕНИИ корпусов стражи и армии королевства Альгоры, узнай они, что все эти годы их противниками были пустынники, что сражались максимум на половинной своей мощности, вынужденно достигнув потолка развития. И ведь они сражались с таким умением, что о них слагались легенды. Я сам слышал одну из них из уст знаменитого барда игрока Валарамана Седого. Легенду о том, как десять пустынников дали бой двум сотням элитных стражей и положили их всех. Легенда была столь красивой, что позднее я узнал немало фактов и убедился, что все так и было на самом деле. Только куда мрачнее, чем в легенде… Там была жуткая бойня. Пустынников было одиннадцать. А стражей сто восемьдесят два. В остальном все точно. И последних убила черноглазая и уже спутанная сетью красотка, прочитавшая заклинание, что уничтожило все и вся живое в пределах треугольника с тридцатишаговыми сторонами. Умерла жертвы. Умерла сама заклинательница. Умерла даже трава. Умерла земля. Все обратилось в стонущий прах. И еще сутки это место убивало любого, кто рискнул бы ступить на эту будто проклятую яростью обреченной воительницы землю. Игроки запускали туда умертвий в надежде вытянуть лежащее прямо на виду снаряжение – и нежить развоплощалась, превращаясь в кучи дымного праха. Любой брошенный или выпущенный туда снаряд, веревка, цепь или что иное – вырывались из рук держащих и уносились к центру, где вонзались в вылезшие из серо-черной мертвой земли каменные изъявленные клыки неведомой твари или падали под них. Безумной силы какое-то магнитное притяжение, что действовало в границах зоны смерти. Спустя сутки все кончилось. Заклинание не рассеялось – просто весь треугольник разом провалился под землю, а оттуда потом медленно выпучилась свежая и уже живая почва. До унесенных под землю вещей пытались докопаться. Копали настоящие умельцы – гномы рудокопы, что привыкли преодолевать самую неподатливую породу. Но успеха не добились – спустя сто метров бесплодных трудов им навстречу попер сплошной каменный массив, что тянулся следующие тридцать метров – дальше уже не копали. Жаждущие наживы вынужденно сдались.
И теперь, узнав про тонкости и ограничения, эту легенду следует назвать «Одиннадцать учеников против почти двух сотен элиты». Впрочем, нельзя отрицать и тот факт, что против стражников там дрались одни из лучших в КМП – я успел это узнать во время похода и долгих разговоров на борту Черной Королевы.
Да… поучительная легенда.
Мы продвигались вместе с отрядом продвинутых учеников, но никак не мастеров. Это же касалось и Черной Баронессы. И в этом же заключалась, как мне стало точно известно после инициации, та причина, что толкает Баронессу в Аньгору – она как член пустынного клана также получит возможность пройти инициацию, подняться на третью ступень специализации, изучить новую магию и получить еще немало убийственных умений. Черная Баронесса шла в Аньгору, чтобы получить истинную силу. Я знал, что она неоднократно побеждала в турнирах. Причем даже в нагих турнирах – там, где дозволялось на себе иметь лишь обычное нательное белье. Бикини для девочек, набедренная повязка для мальчиков. Так делалось для того, чтобы не было перекоса в силе благодаря крутой экипировке. Баронессу это не смутило, и она не раз и не два выигрывала такие турниры – это я узнал уже от восхищенно закатывающего глаза Шепота. Значит, Буся не так уж и сильно опирается на свой облегающий костюм из черной кожи. Она и в неглиже та еще гладиаторша. А что будет, когда она поднимется еще на ступеньку?
Я не знаю, сумею ли достичь со своей безалаберностью и вечной занятостью даже второй ступени. Вот честно сомневаюсь. Послушав пару раз ЧБ, я понял, что в этом классе придется немало заучивать – в буквальном смысле. Дело в том, что выбранный мной боевой класс, с перекосом в магическую сторону, принуждал своего обладателя к заучиванию активирующих заклинательных текстов. Я больше не мог просто шевельнуть запястьем или сомкнуть пальцы подобном человеку-пауку, чтобы выпустить из ладони яростную магию. Теперь мне требовалось произносить заклинания вслух – и некоторые из них были достаточно длинные, как мне сообщили. Хотя я… о стыд и позор мне… еще и не пользовался этой магией и умениями.
Но пользоваться особо и нечем было. Не считая моего старого доброго арсенала, я получил от наставников одно умение и одно заклинание. Теперь ленивый нгаму Росгард должен был их изучить – активирующую позу умения и активирующий текст заклинания – после чего продемонстрировать и, в случае успеха, получить следующие для боевой практики.
Полученное заклинание имело какую-то аббракадаббру в название, но попав в мой список магии, оно само собой переименовалось и теперь называлось «Путь смерти. Тающие слова, ускользающие дела.». Обалдеть и не встать.
Это первое и обязательное заклинание-аура, что используется каждым воином и каждым магом Мертвых Песков. Это заклинание, по сути, вообще ничего не дает. Оно работает этаким фильтром, что с потрясающей надежностью скрывает некоторые мои активирующие движения и полностью заглушает заклинательную речевку. Когда я буду произносить заклинания – враг не услышит ни единого слова. А чтобы противник не увидел моих шевелящихся губ – нижняя часть лица прикрывается полумаской. Вот почему Черная Баронесса в особо тяжелых боях скрывала личико за черной полумаской. Вот почему, еще перед боем, когда она только разминалась, так сказать, и примеривалась, ее фигура подергивалась странноватой смазанностью. Это работа заклинания «Тающие слова». Активация оного стоит жалкие пятьдесят пунктов маны, а поддерживание ауры – еще пятьдесят каждую минуту. Это на первом ранге. На втором – сто и сто. На третьем – сто пятьдесят и сто пятьдесят. Не каждый воин может позволить себе подобные постоянные траты. Но снаряжения и эликсиры могут решит многие вопросы – как и многослойные регенерирующие ауры.
Активация…
– Ань долл! – тихо произнес я, продолжая медленно шагать и, убедившись, что меня никто не слышит – Аквен дион толлурс!
«Ань долл» – путь смерти или смертельный путь. Дальше – не знаю.
Но вот Росгард и начал крайне запоздалую прокачку в своем классе.
«Потушив» заклинание, я повторил его и снова активировал. Опять «потушил». Надо добиться запоминания чертовой речевки – а ведь эта коротенькая!
Плюс надо постоянно следить за тем, чтобы меня никто не слышал. Опять же, тут нужна маска, шарф или любой предмет, что может приглушить мои слова. Лучше, если предмет будет специально зачарован на погашение звуков. Все пустынники просто помешаны на секретности. Строго следят за этим. И любой, кто, по их мнению, чересчур… на виду… вызывает легкое презрение. Может поэтому Баронесса ведет себя так простецки и даже скромной порой? Может поэтому избегает на публике роскошных одеяний? В большинстве случае я видел главу Неспящих затянутой в достаточно скромную черную кожу. Выглядит опасно и боевито. Но никак не роскошно.
Придется и мне пересмотреть свой гардероб. Порывшись в инвентаре – как давно я этого не делал! – выудил оттуда пыльную темную тряпку и накинул на плечи, скрыв тело от шеи до пяток. Сразу стал выглядеть изнищавшим пустынником. Это странное пончо не давало никаких бонусов, не несло на себе никаких штрафов. Оно просто висело на мне, скрывая коричневые штаны, зеленую рубаху, камзол из плотной ткани. Порывшись в рюкзаке еще раз, отыскал один из серых шарфов, тут же обмотав им шею и скрыв нижнюю часть лица. Поискав за плечом, нащупал край капюшона и накинул его, полностью скрыв голову и часть лица. Перед глазами повисла пыльная бахрома – прямо как у Орба на его любимой старой бейсболке. Проклятье… как бы хотелось узнать о его делах побольше. Но тощий фанатик отмалчивается или просто лежит без сил, похоже, даже не слыша моих слов. Приходится фотографировать истощенного гада и отсылать фото его любящей сестре – надо же доказать, что он еще жив.
Полученное мной от пустынников боевое умение называлось «Аллоксархар». И, по сути, было обычным «Толчком», «Шагом», «Пинком» или «Шлепом» – так назывались любые заклинания и умения, которые могли мгновенно перенести персонажа на несколько метров в ту или иную сторону. Они очень спасали при неожиданном столкновении, когда требовалось разорвать расстояние – или наоборот сократить его, чтобы вонзить кинжал в горло противника. В свою бытность «Крашшотом» я использовал эльфийское заклинание «Штормовой багряный лист», что выполняло точно такую же функцию. И оно не раз спасало меня – уносясь спиной вперед от врага, во время короткого полета я успевал выпустить до двух стрел, а по приземлению продолжал стрелять уже с безопасного направления. Против медлительных зверей эта тактика настоящая панацея. Хватило бы маны. Так что «Аллоксархар» меня ничем не удивил кроме названия и способа активации. Чуть присев, я перенес силу тяжести на одну из ног и резко качнулся вперед, намечая прыжок. Сработавшее умения швырнуло меня на четыре метра вперед и пришлось постараться, чтобы не врезать лицом в обтянутую черной кожей грудь, вдруг возникшую на пути.
– Тренишь? – улыбнулась Баронесса.
– Угу…
– Орб жив?
– Бежит по Тропе. Госпожа Мизрелл тоже жива.
– Еще что-нибудь снилось?
– Не подвергайте Джигу репрессиям – вздохнул я – Просто чертово совпадение.
– Ну да… да кто ж его чему подвергает? Он занял свою позицию на острие авангарда и всем доволен.
– Тяжелый топорщик на острие авангарда? Без щита?
– Он справится – ободряюще улыбнулась девушка и глянула изучающе на меня – Вижу наконец занялся выбранным путем?
– О да – еще тяжелей вздохнул я – Ну я пошел?
– Давай. Выходим через десять минут.
– Не опоздаем – кивнул я – По выбранному маршруту?
Во время перерыва и долгих бесед и рассмотрений в групповом чате Вальдира-мессенджера, было предложено несколько вариантов дальнейших действий. И, само собой, был выбран самый долгий, но при этом и самый безопасный вариант. Мы были готовы на любую задержку, лишь бы не помереть здесь всей толпой и уничтожить шансы на дальнейшее продвижение к Аньгоре.
– По выбранному маршруту – подтвердила ЧБ – Рос, попробуй вообще не снимать маску и плащ следующие дни. Чтобы привыкнуть. И постоянно поддерживай первое заклинание. Твоих запасов маны должно хватить с запасом.
– О да – буркнул я – Я как цистерна. Спасибо.
– И тебе – широко улыбнулась Баронесса, под ее воротником презрительно пискнул пушистый трехцветный зверек.
Отвернувшись, я направился к уже занятому тюками полуорку, по пути раз за разом активируя и снова вырубая «Тающие слова». Убедившись, что запомнил слова и в случае чего мне не придется судорожно копаться в блокноте, чтобы их отыскать, я активировал «Слова» и перешел к дальнейшему изучению пометок.
Обычная магия – такая как мой «терновник», «огненный шар», «лиана», «ледяные копья», «оса» и прочие – о них мне придется забыть, как только я получу подтверждение от любого из воинов КМП. Подтверждение о том, что я освоил первую пару умений и могу двигаться дальше.
Почему я должен буду о них забыть?
Потому что постоянно активированное заклинание «Тающие слова» создает вокруг меня персональную, но резонирующую ауру. Звучит замудрено, но на самом деле все просто – любая другая магия и любые другие умения, не относящиеся к тайному боевому искусству пустынников, теряют свою эффективность на девяносто процентов по всем параметрам. Я не смогу так быстро кастовать, заклинания не будут настолько сильны. Плюс есть огромный шанс, что они просто не сработают – окружающая меня аура «Слов» разорвет чуждую ей магию на куски. Опять же обращение к чуждой магии и умениям не поощряется кланом Мертвых Песков… И это только начало – на следующей ступени почти все «чужое» будет просто-напросто заблокировано.
По сути, мне предлагалось снова пройти весь путь по развитию персонажа – с нуля, если брать в расчет не уровни, а заклинания и умения. Теперь я понимаю, почему Баронесса отправилась в Северную Пустыню почти сразу после рождения. Жалко же изучать то, что в будущем тебе не понадобится.
На используемые свитки эти ограничения не распространялись. Как и на боевые магические жезлы. То есть – заемной магией из свитков и жезлов я мог палить сколько мне вздумается даже при активированной ауре «Слов». Для обычного игрока это излишне разорительный стиль – никаких денег не напасешься.
Поправив скрытую плащом поясную сумку, я закинул на плечи огромный зачарованный на легкостью рюкзак, машинально прошелся ладонью по ушам довольно урчащего огромного волка, чье мохнатое тело перетягивала надежная ременная сбруя, снабженная кучей подсумков. Одним прыжком оказавшись на спине Тирана, Роска потянулась, свистнула виляющим хвостам волчарам позади и довольно улыбнулась:
– Поймала кучу рыбы, пап!
– Умница.
– Задумалась о смерти…
– А?
– Ну… вас пока не было, я опять же с Алишаной говорила. И другими пустынными бедолагами.
– Ага…
– Они вот служат смерти. Но разве они плохие?
– Хм…
– Обсудим?
– Ладно – кивнул я, удержав себя от недостойной попытки переложить все на «когда-нибудь» – Поговорим по дороге?
– Да!
– Тогда собирайся.
Роска умчалась, а я, присев рядом с молчаливо осматривающей себя Кирей Защитницей, проверил набор заклинаний, спрятанных в специальных кармашках на рукавах камзола. Набор стандартный, на все случаи жизни. «Ледяное поле», «Каменный град», «Адская карусель», «Черная мгла», «Сверкающий восход», «Целительный дождь», около десятка огненных шаров высшей категории, столько же максимально продвинутых «спотыкалок-хваталок». Плюс всученные полуорком заклинания «Привала». И два свитка со «Светочем» высшего уровня – зажигает на двадцать минут над головой крохотное, но очень яркое солнышко, что испускает настоящий солнечный свет. Что еще? Еще два жезла за ремнем. Один жезл с каменной картечью, в другом заключен «Ледяной поток». В рюкзаке еще два жезла, не считая прочего полезного барахла и снаряжения. Сборы, сборы… а в груди уже холодок – скоро мы покинем безопасную бухту и двинемся к страшному ущелью…
Мой новый класс назывался непонятно.
Ань вэр ирг долларен.
А переводилось вполне ясно – Алый последователь пути смерти. Или же – алый путник на дороге смерти. Или же – кровавый путник дороги смерти. Или же – окровавленный последователь… Вариантов было несколько. Все их предложила ЧБ – с остальными я это не обсуждал. Хотя, вру, попытался что-то рассказать втихаря Кире, но она возмущенно запыхтела и прочла мне целую речь о том, как важно хранить доверенные секреты.
Я, как всегда, все попытался упростить.
Какие еще путники дороги смерти?
Все просто – изначально пустынники были кланом, что жил в Аньгоре и занимался очисткой ведущих к Королевству Смерти дорог. Вот и все! Они уничтожали страшных рыгхров, встречали померших, показывали им дорогу к последнему пристанищу.
Единственное, что интересно в этом назывании – цвет.
Все классы назывались одинаково, различался лишь цвет. Мой выбор – красный. Сложный для развития класс, который вполне можно назвать «боевым волшебником». Главная причина, по которой я выбрал этот класс – повышенная живучесть, возможность изучать особые исцеляющие заклинания, а к этому всему – я мог носить тяжелую броню. Главное сдать сейчас наконец экзаменующим первую пару умений – и я официально пройду инициацию и получу первые свои бонусы. И первые свои штрафы…
Вот и думай теперь – отказываться от старой прокачанной и давно уже ставшей любимой магии, или же пока подождать…
Шумно выдохнув, я развернулся и потопал к Алишане…
Через десять минут я убрал с экрана перед глазами сообщение о активации класса и получении новой пары умение-заклинание. Нагнувшись, подобрал с камня тяжелую серую кирасу с пятью рубиновыми геммами-звездами на жизнь, зачарованную на дополнительную защиту и легкость. Надев защиту, следом прицепил тяжелые стальные наколенники и наплечники. На этом лимит кончился. На этой ступени класса я пока не мог позволить себе дополнительные элементы тяжелой брони. Но это не помешало мне затянуть вокруг пояса что-то вроде достаточно тяжелой кожаной юбки с кучей карманов со всех сторон. Следом я тут же дал доступ к этой юбке всем членам моего клана. Чуть подумав, этот же доступ дал Шепоту, Злобе и Баронессе, о чем предупредил их. Теперь в случае чего каждый может вытащить из этой юбки-рюкзака эликсир здоровья, маны или какой-нибудь свиток. В один из карманов я воткнул дополнительный жезл с огненным потоком.
Ну ладно…
Алый путник дороги смерти Росгард готов двигаться дальше…
Сделав первый шаг, я пристроился за стальной спиной Киреи, проверил, двигается ли рядом Роска, переглянулся с Алишаной и снова погрузился в изучение своей новой внутренней кухни. Надо понять штрафы, осознать бонусы и прочесть инфу о новом заклинании – о нем в первую очередь. Я в ближний бой кидаться не собирался. Если заклинание окажется совсем уж туфтой – нивелирую пониженную боеспособность пачкой свитков, парой жезлов и прорвой злых ругательств. Пора прокачиваться…
Следом за ядром Неспящих мы втянулись в черный проход и покинули безопасную поляну Золотых Лотов. В лицо дохнуло холодом. Впереди ущелье с чертовой безумной божественной тварью… и мы шагаем прямо ей в пасть.
Второе умение не вдохновляло. Полностью базируясь на ловкости, он, в переводе Алишаны, звучало как «Полет крылатого скорпиона». Я таких не видывал – и надеюсь не увидеть. Умение, забирая немалую часть бодрости, в теории позволяло мне с легкостью перемещаться по таким трудным поверхностям как сыпучие и рыхлые почвы и зыбучим пескам. А на следующем ранге становилось возможным двигаться и по болотистой местности. Очень многое зависело от ловкости, емкости шкалы бодрости, моей перегруженности и правильности прочих характеристик. Также умение требовало наличие в руке длинного предмета вроде посоха, лука, древка копья или чего-то подобного – для опоры. Когда умение активировано, оно длится двадцать секунд, при этом, если я вижу яркую зеленую точку на почве перед собой, мне следует ткнуть туда посохом, чтобы «восстановить» равновесие. Ну да… придумали мини-игру… Чем выше ловкость персонажа – тем меньше шанса, что потребуется использовать «восстановление равновесия». Чем ниже ловкость… ну понятно.
Сейчас у меня в руке был зажат именно посох – зачарованный, дубовый, с мифриловой сердцевиной, с синим кристаллом в навершии – он увеличивал мой запас маны на три сотни единиц, плюс повышал регенерацию маны на пять процентов. Мерно ступая по коридору, я сам не заметил, насколько вжился в роль пустынного мага – когда пришел посланный приостановившейся Киреей скриншот, я изумлено выпучился на чуть согбенную безликую фигуру с посохом. Пыльные тряпки свисают до земли, капюшон скрывает голову и лицо, огромный рюкзак придавливает спину, рука опирается о тяжелый посох, едва видимые ступни в сапогах уверенно ступают по стесанному камню древней тропы…
Заклинание…
М-да…
Прочитав описание заклинания, я почувствовал себя ведьмой… ведьмаком… не знаю кем точно, но кем-то жутковатым.
Заклинание называлось «Тревожный хрящик». Цель – одиночная. Радиус действия – десять метров. Такая дистанция шикарна для Яслей, а вот для местностей с монстрами пошустрее это уже чревато для мага. Заклинание позволяло мне, ценой в сорок единиц маны… потревожить в теле выбранной цели какой-нибудь хрящик. Какой именно? А как рандом божественный положит, хотя я могу выбрать указующим перстом верхнюю или нижнюю часть цели, если таковые имеются. В случае с человекоподобной целью – магия ударит либо по торсу, либо по ногам. Заклинание наносит урон болевым шоком, а на втором ранге может привести к временной травме – например, отключит колено или локоть, а может заблокирует шею. Беспрестанно активировать его я не мог – раз в две минуты на текущем ранге. Это ограничение мне было непонятно, но рассуждать на эту тему пока смысла не было, и я просто смирился. Зато узнал небольшой секрет от Алишаны – если я использую заклинание в качестве контактного – то есть прижму ладонь или кулак прямо к телу жертвы и прочту речевку – заклинание нанесет урона на пятнадцать процентов больше. Плюс это резко повышает шанс магического крита. Если я подкрадусь к ничего не подозревающей и не находящейся в бою жертве и использую заклинание – урон усилится на двадцать пять процентов, шанс магического крита будет куда выше. Да. Не стоит забывать, что все воины Мертвых Пусков вправе называть себя пустынными ниндзя. У них все завязано на скрытности, быстроте, внезапности, ошеломительной жестокости.
Хочу я или нет – мне предстоит подстраиваться под этот стиль ведения боя. И на мне по-прежнему висит аура «Тающих слов и движений». Она заставляет моих спутников недоуменно моргать, когда они видят, что мои очертания становятся размытыми. А мне приходится повышать голос и говорить четче – аура действует не только на речевку заклинаний, но и на обычные слова. Меня уже предупредили, что на втором ранге ауры проблем с этим станет еще больше. Вот и выпячиваются постепенно неудобства… Но эти трудности существуют только для «чужаков» – ни у кого из пустынников нет проблем с общением со мной. Они отчетливо слышат каждое мое слово – а я их. Хотя мы все сейчас находимся под аурами «Слов». Само собой, нет у меня и проблем в общении с Черной Баронессой.
Ненадолго остановившись в коридоре, мы коротко переговорили, по эстафете передали подтверждение готовности и… двинулись дальше, один за другим покидая относительно безопасный коридор. Последние десятки метров мы шагали по сплошному снежному покрову, хрустящему под ногами. Над головами грозно и насмешливо звенели огромные сосульки, налитые ядовитым зеленым свечением. Стоило мне покинуть коридор… и я невольно охнул от резкого удара царящего здесь ледяного ветра, что с ревом несся вдоль по темному и вроде как бездонному ущелью.
На лежащий впереди мост я глянул лишь мельком, увидев изогнутые темные гранитные плиты обвитые почернелыми мертвыми ветвями. По желобу с ревом несся водный поток, переполненный ледяным крошевом, что медленно выдавливался наружу, застывая на «сухопутной» части моста безобразными ледяными надолбами. Пройти там… нереально… перед собой надо посылать бульдозер, чтобы он стесал эти ледяные горы и холмы. На противоположную сторону ущелья я и вовсе не глядел – темно. Но я успел заметить вытягивающиеся из сумрака все те же темные сучковатые ветви.
Свернув следом за Киреей, прикрываемый от края бездны мерно шагающим Бомом, в свою очередь прикрывая собой едущую на волке Роску, двигающуюся у стены, мы прошли мимо начала моста и начали спускаться по узкой скалистой тропе, что под крутым углом вела ко дну ущелья. Идущие впереди игроки сбивали лед, из рук нескольких магов сыпался раскаленный дымящий песок, что позволял идущим сзади тяжелонагруженным воинам и животным двигаться без боязни оскользнуться. Падать нам нельзя – либо вылетим с тропы, либо снесем к чертям идущих снизу… и опять же вылетим с тропы.
В этом и состоял наш общий план, за который проголосовали единогласно.
Никто не сумел возразить.
Суть – к черту мост и к дьяволу божественную тварь.
Почему?
Потому что любое божество бессмертно и невероятно сильно. А там – на той стороне моста – сидит именно бог. Пусть обезумевший, но бог. Что мы можем ему противопоставить? Тем более, что мы находимся на чужой территории и не имеем возможности пополнить ряды.
Еще одна причина туда не соваться – эльф Кастиэль. Он очень и очень хотел, чтобы мы прошли по мосту и дали бой.
Зачем? С какой целью?
Как полупризрачный эльф вообще может гарантировать нам победу? Звучит как сказка. Так что мы решили действовать от обратного – если Кастиэль хотел, чтобы мы шли по мосту, мы станем держаться от него как можно дальше.
Наш план прост. Спуститься в неизведанные области ущелья. Найти безопасное место. Остановиться. Послать разведку во все стороны. Изучить собранную ими информацию. И отталкиваясь от новых сведений, действовать уже дальше.
Не может быть, что этот мост – единственный путь ведущий в Аньгору. Обязательно должен отыскаться еще один лаз. Главное его отыскать…
Справа от меня вспыхнуло.
Медленно крутясь, в черное ущелье спускался огромный багровый светоч. С еще одной вспышкой из красного как огонь свитка вырвался огромный феникс и, повинуясь приказу, закружил над светочем, добавляя освещения от своих пылающих крыльев, а заодно неся в клюве выточенный из горного хрусталя магический глаз. В руках едущей на спине пятнистой здоровенной кошки волшебницы Неспов засветилось призрачное изображение глубин ущелья.
Выдохнув облачко пара, я ободряюще глянул на тепло одетую дочь и кивнул идущей следом за Тиране Алише Лих Дуорос. Чтобы не случилось – я должен сберечь Роску. Это моя главная цель. Все остальное – побоку.
– Следующие двести шагов – чисто! Внимание! На снегу свежие следы крупного рыгхра! Поглядывайте на скалы сверху и снизу! Центральной группе! Активировать отбрасывающую ауру.
– Кирея – я посмотрел на паладиншу – Шаг ко мне. Если тебя сцапают и утащат… Всем! Отойти на шаг от края тропы! Велен! Артефакт ауры отбрасывания действует?
– Активирован в штатном режиме. Кристалл форсирования я вывернула. Экономлю кристальную банку маны.
– Вверни кристалл – приказал я – И дай мне маногрыза.
– Есть, глава!
Через секунду я получил желаемое – тонкую и будто стеклянную энергетическую нить оканчивающуюся стальной страшноватой прищепкой с клыками. Раскрыв ее, я прицепил прищепку на левый мизинец. Нить тут же засветилась, по ней побежали пульсирующие голубые огоньки – от меня к несомому позади артефакту, создающему аура отброса. Любая тварь, будь то барс, слон или рыгхр, прыгни он или набеги с размаху на наш отряд, будет отброшен или как минимум задержан в воздухе. Зависит от массы и силы атакующего. Бесценные артефакты. И очень редкие. И жрут прорву маны. Вот вершина моей карьеры?
Я так и продолжаю быть ходячей батарейкой. И я не против – пусть таким несколько смешным способом, с крокодилом на мизинце, но я защищаю свой клан. Свою семью.
Похрустывая горячим песком, что быстро напитывался водой, а затем и застывал, превращаясь в промороженную почву, мы преодолели никак не меньше пятисот шагов и достигли конца спуска. Впереди тропа расширялась и шла вдоль выровненной скальной стены. Все бы ничего, но вот рисунок на этой будто оплавленной стене впечатлял…
Намалеванный белым мускулистый гигант с руками, что были нормальными вплоть до запястий, а затем заканчивались кольями с треугольным сечением наконечников. Руки вздеты вверх, на кольях корчатся пронзенные полупрозрачные фигуры… вроде бы там человек и полуорк. Вместо головы у гиганта раскрытая и пылающая огнем книга. Вместо ног… ниже колен из каждой ноги растет три лапы от каких-то насекомых. В мускулистом животе раскрыта жадная крестообразная зубастая пасть, что втягивает в себя исходящую от насаженных на колья фигур искристую дымку. Дымка именно что искрилась в пламени наших факелов и алхимических светильников. Искрилась по очень простой причине – самый быстрый из нас присмотрелся, оценил и удивленно вскрикнул:
– Бриллианты! Сотни!
– Не трогать! – этот приказ одновременно вырвался у меня и Баронессы. Секундой позже то же самое произнесли еще несколько игроков, среди них была и Кирея. Тогда же прозвучали голоса пустынных стражей.
– И они ведь крупные! Просто утоплены почти все до самой верхушки! – руки говорящего сами собой тянулись к ужасной картине, но он, похоже, этого не осознавал. Но дотронуться не успел – его руки перехватила здоровенная лапа орка в кольчужных перчатках. Поникший ишак Бом хрипло вздохнул:
– Понимаю тебя… плачу с тобой… но нельзя… нельзя…
– Дело ведь даже не в деньгах… камни потрясающей чистоты! Говорю это как профессиональный ювелир!
– Сделать скрины с разных ракурсов – решительно прервала его Баронесса – И… не трогаем этот шедевр! Даже не дышим на него!
Я невольно глянул вниз – там, по тропой, сквозь насыпанный песок, с трудом проглядывалась подводная часть выбранного нами пути. Приникшие к полупрозрачной поверхности ахилоты завороженно пялились на гиганта пронзающего полупрозрачных бедолаг.
– А черт! – рявкнула Баронесса, заставив нас вздрогнуть – Я же сказала – даже не дышать!
Очнувшийся ювелир поспешно отпрыгнул, схватился за голову… а по стене медленно расползалось расширяющееся алое пятно там, где ее коснулось жадное дыхание игрока. Вот черт…
Мы все замерли – все до единого, кто сгрудился на этом ровном отрезке скальной тропы.
– Идиот! – процедила Баронесса, одним взглядом загнав своего соклана-ювелира поглубже в ряды соратников.
– Этот минус – в репу Неспов! – несколько нерешительно, но все же озвучил свои мысли один из клана Архитекторов – Без обид, но факт есть факт. Что мы щас разбудили? Эту тварь книгоголовую?
– Всегда знал, что книги убивают – смешливо всхлипнул кто-то из дальних рядов.
– Че встали? – не выдержал я – Двигаемся дальше, смертнички. У нас впереди еще черт его знает сколько километров дорог по пресеченной местности. А вы предлагаете устроить здесь какие-то разборки? Из-за картины малеванной алмазами?
– Малеванной алмазами – тихо хмыкнула Кира – Можешь представить сколько подобное полотно стоило бы в реальном мире? Но ты прав… Герои! Двигаем! Двигаем! И хватит пялиться на злую книжку! – просто ее мало читали, вот и разозлилась! Вперед!
Герои Крайних Рубежей первыми сдвинулись и воткнулись в спину Неспов. А те уже потеснили остальных, и мы снова потянулись по тропе, двигаясь вдоль стены ущелья и пока никуда не спускаясь. Полное отсутствие монстров и в целом любой живности или растительности нервировало, наличие снега и холода заставляло злиться, а расползающееся по алмазной дымке красное пятно добивало. Но я держался, спокойно переставляя ноги и не забывая проверять наличие ауры «Слов». Вскоре мне удастся прокачать «Слова» до второго ранга – и тут же бесплатно апнуть это заклинание. Первое и самое простое заклинание из нового арсенала. Изредка, когда выдавалась возможность, я приотставал, выжидал чуток, а затем использовал умение «Аллоксархар». Но особо на него не налегал – берег «бодрость». Пусть сейчас нас путь относителен легко и беззаботен, но только темные боги знают, когда все полетит в тартарары и придется стремглав куда-то мчаться и драться на ходу.
Лопатки невольно сжимались в иррациональном страхе, но кол книгоголового мне в спину так и не воткнулся. Спустя еще пятьсот шагов я уже и не вспоминал о нем… ну почти не вспоминал…
Еще же через треть мили мы снова остановились, обнаружив в теле ущелье узкий проход, за которым скрывалось неизведанное темное пространство. Оно вело в противоположную от нужной нам сторону, но разведчики все же исследовали эту полость и обнаружили, что это пещера формой похожая на опрокинутую на бок амфору. Вход через горлышко. Внутри гораздо теплее, плюс сюда заходит отвод из идущего параллельно тропе широченного желоба, что позволит и нашим подводным спутникам оказаться внутри. Но не всем – часть скатом и касаток были столь большими, что не пролезали в боковой желоб. Но Булька это не смутило. Небрежным движением перепончатой лапы, он выудил из разреза в своей мохнатом тяжело плаще несколько свитков, активировал их и по воде поплыли исчезающие клочки праха. Ставшее крохотными рыбешки и скаты послушно заплыли в подставленную ими стеклянную емкость, были закупорены, после чего на аквариум наложили мощнейшее заклинание облегчения веса и, с трудом оторвав от дна, затащили посудину внутрь. Заклинание уменьшения могло изменить размеры существ, но не их массу. Ага… косатка размером с золотую рыбку продолжала весить как взрослая касатка…. Ну еще ахилотам пришлось самостоятельно перетащить весь груз несомый раньше грузовыми зверями – он то не уменьшился.
В глубине пещеры усевшись рядом с водоемом, что скопился у задней стены, я глянул на вспучившийся пузырь и на появившуюся в нем голову лидера подводной части экспедиции.
– Сколько же у тебя денег, Бульк, что ты так легко пачками свитков разбрасываешься? – фыркнул я, закидывая руки за голову и опрокидываясь на мелкий холодный песок.
– У тебя я слышал не меньше – вернул улыбку Бульк.
Рядом с ним вспух еще один пузырь, следом всплыла голову ахилотки-девушки в высокой золотой остроугольной шапке. Ее зеленый ник гласил: «Полундра Ра». Дальше я прочесть не успел – оглядевшись и не обнаружив ничего интересного, Полундра выцепила взглядом уже раскидывающую удочки Роску и скрылась в воде, чтобы через мгновение показаться уже рядом с юной богиней.
– Тут рыбы нет – звонко сообщила Полундра – Вот вообще нет. Но если заплатишь – запустим…
– Это же неспортивно! – возмутилась Роска – Тайфун вам в жабры!
– Полли – поморщился Бульк – Не ври ребенку!
– Ну ла-а-дно… Есть тут рыба.
– Где?! – как и следовало ожидать, Роска тут же приняла охотничью стойку.
– На той дальней стороны какие-то синие водоросли. Там же плавает несколько очень зубастых рыбешек… Привет, Кирея.
– Привет – улыбнулась опустившаяся на песок Кирея, что успела раздать все задания.
Оставив девушек и богинь в покое, я снова повернулся к воде и Бульку:
– Держитесь?
– Проходы все уже. Льда все больше. Холод все сильнее. Но… мы держимся. И вам пока тяжелее приходится.
– В первую очередь создатели этого места, похоже, все же рассчитывали на сухопутных героев – согласился я – Ваши путеводные артерии считай едва-едва наметили. Но посмотрим, что там дальше.
– Большая вода – тут же отозвался ахилот – Один из наших обладает одним специфичным таким умением…
– Насколько большая?
– Ну… похоже, у этого мрачного ущелья все же есть дно – хмыкнул Бульк – Не знаю сколько потоков и водопадов сходится у дна, пополняя разлившееся там озеро, но сток узковат и воды там хватает. Плохо.
– Почему?
– Где большая глубина – там большие твари – пояснил ахилот – В принципе, нам неплохо. Мы наконец-то сможем остановить артефакты и позволить «упакованным» грузовым китам и диносам чуть отдохнуть от магии. И это реально круто – иначе рыбки могут и умереть. И да, я знаю, что киты и дельфины это не совсем рыбы.
– Я молчал.
– Да у меня уже защитная реакция просто. Где я остановился? А! Дно ущелья… Что плохо – вода там точно холодная и ее придется нагревать магией вокруг теплолюбивых. Те же диносы и крокусы в ледяной водичке долго не протянут. И все равно… лучше бы там было теплое мелководье.
– Для всех лучше – кивнул я.
– Когда как – неожиданно произнесла подошедшая Баронесса и поежилась – Иногда мелководье приносит куда больше проблем, чем чистая прозрачная глубина. Уже поверьте мне.
– Трудно не согласиться с опытной воительницей – Бульк галантно склонил голову, отчего пузырь вокруг его головы тревожно заколыхался.
ЧБ кто-то позвал, и она заторопилась к машущему соклану, стоящему рядом с огромными и почему-то исходящими зеленым паром или дымом мешками.
Проводив ее выпуклыми глазами, Бульк добавил:
– Но будь там мелководье… не было бы водоворота.
– Там водоворот?
– Мой водный предвестник говорит, что там ленивый и почти спящий водоворот – подтвердил Бульк и дернулся, когда кто-то снизу схватил его за ногу и потянул – Прошу прощения, нужна моя помощь.
– Погоди! А что с тем водоворотом? – я подался вперед и чуть не свалился в водоем – Как далеко до него?
– До него примерно две морские мили. Вокруг него есть суша. Это точно. Так что пройти сумеете. А про сам водоворот не могу сказать ничего, Рос. Просто повторил вам слова моего не слишком пока опытного оракула.
– Он почуял воду, водоворот и чуток суши?
– Все так. Про сушу почти ничего не знаю. И про водоворот тоже. А вот про воду большую он кое-что еще сказал. Что она глубокая и темная. А еще он говорит, что она пахнет тиной, льдом, темной магией и смертью…
– М-да…
– Интересные новости – рядом со мной уселась вернувшаяся Баронесса.
– Мы отписали о них в общий чат – добавил Бульк и окончательно исчез. Пузырь хлюпнул и лопнул, оставив на воде разбегающийся след. В насыщенной светом глубины добавился еще один быстрый искаженный силуэт.
– Слышала? – я повернулся к Баронессе, даже не пытаясь скрыть свое беспокойство.
Наша дорога ведет вниз. А подводные оракулы не обещают ничего хорошего.
Вот черт…
Я реально так и подумал со страхом? Эта мысль ведь прозвучала в моей голове очень… естественно. С такой же естественностью я обычно думал о мигающем зеленок огоньке пешеходного светофора, переходя дорогу – осталось несколько секунд, успеть бы дойти. И вот так же естественно прошелестела в мозгу поразительно естественная, но при этом инфернально нереальная мысль: проклятье, пройдем ли мы там, ведь подводный оракул увидел что-то нехорошее…
Вот и приплыли…
– Ты про слова Бульквариуса?
– А-ага – моргнул я, возвращаясь к реальности. Вернее, к виртуальности… Черт! – Угу. Я про его слова говорю.
– Ага. Услышала концовку. И прочла оповещение в чате. Большая вода, тина, лед, смерть и темная магия и… Еще там было много идущих подряд задумчивых точек и очень грустный смайл. Милая композиция не обещающая хэппи-энда.
– Оракул толком ничего не увидел.
– Путеводник «местный», верно?
– Верно.
– С ними тяжелее. – кивнула ЧБ – Но с этими классами вообще невероятно тяжело и муторно. Тошнотно муторно. У нас на весь клан было три оракула-игрока. Двое отказались от этого класса, хотя я была готова повысить им зарплату втрое. Третий оказался вражеским кротом. Еще был один оракул-местный. Но с такими заморочками, что мы позволили ему уйти в другой клан – пусть им головы морочит и нервы треплет – Последовав моему примеру, она вытянулась на песке – Ой хорошо… ну… что думаешь про того гиганта с книгой вместо головы и крестообразной пастью на пузе? Ничего не слышал о таком?
– Я даже думать о нем не хочу – признался я – Говорить тем более. Если материализуется…
– Об этой твоей новой уникальной способности мы еще поговорим – мрачно пообещала Баронесса – Ладно… тебе ничего не показалось странным?
– Шутишь? Мне здесь все уже кажется странным. Даже эта пещера – я хрипло рассмеялся – Все странно, все подозрительно, повсюду чудится подвох. Я прямо жду, что сейчас пол пещеры провалится под ногами.
– Ага… – улыбнулась ЧБ – И тут же из всех щелей полезут мерзкие гоблинсы, что потащат нас в глубины мрачных скал, где нас будет ждать их мерзкий страшный король… но вряд ли нам там встретится светлый седобородый волшебник или уродливый поедатель гоблинов с кольцом дарующим невидимость.
– Вряд ли – согласился и я – Это все этажом выше. В темных старых шахтах, например.
– Но я о странности в словах оракалу. Бульквариус написал, что это точная цитата слов оракула. А тот предрек, что на дне ущелья нас ждет большая вода, тина, лед, смерть и темная магия.
– Верно. И что? В это место вписывается идеально.
– Нет – ЧБ задумчиво качнула головой и легко поднялась – Ты с оракулами мало дел имел?
– Вообще никаких – признался я – А что?
– Они почти всегда говорят загадками. Поэтому Бульквариус и поторопился сказать, что приводит точную цитату его слов. Чаще всего все, что изрекают эти провидцы – одна большая головоломка. Не всегда сложная, но головоломка.
– Хм… в нашем случае вряд ли. Тина – это понятно. Лед и холод – тоже все ясно, вода ведь стекает сверху, а там та злобная божественная тварь, которую мы решили обойти.
– Смерть – скорей всего монстры, что подстерегают глупых путников вроде нас – включилась в игру глава Неспов – Хм… может там и засел тот книгоголовый гигант. Что остается?
– Большая вода. И темная магия.
– Ну… тут тоже мало что можно выяснить простым гаданием. И загадки я не вижу. Внизу что-то вроде озера. А вот темная магия… здесь она повсюду.
– Да даже наши классы – темная магия, по сути – добавил я, ткнув себя в грудь.
– Наша магия и умения порождены Аньгорой – кивнула Баронесса – Магия смерти. Один из ее подвидов. Смешно, но нас можно назвать магическими кузенами Орбита в его текущем воплощении – он тоже имеет дело с душами. Я еще ладно – я воин. И выбрала свой путь обычной истребительностью. А вот ты, Рос… ты сейчас, как и я в свое время, идешь нетореной для игроков дорожкой. Я мало что знают о пути истинного мага клана Мертвых Песков… но знаю, что в будущем тебе придется иметь дело с мертвыми душами. Учти это. Орбит ходит по запретной грани со своим страшноватым ножом. Но он… он Орбит. Он знает столько лазеек, что сможет вывернуться везде и всегда, причем сделает это даже не задумываясь, действуя инстинктивно.
– Я знаю – подтвердил я – Вспомнить только нашу с ним первую встречу в той деревушке. Это было нечто… сначала я посчитал его психом или просто заторможенным.
– Но ты ошибался.
– О да. Еще как ошибался.
– А теперь? Что думаешь про него? Гений? Не от мира сего? Всегда бесит, а порой раздражает?
– А теперь Орбит просто мой друг – улыбнулся я – А друзей я не оцениваю. Ни по мозгам, ни по характеру.
– А меня?
– Так что там про класс?
– Ты не Орбит.
– Это я уже слышал.
– Фракция стражей Вальдиры… вернее, по королевствам Вальдиры… это одна из самых сильных фракций, Рос.
– Это я знаю.
– Они многое могут простить. Многое готовы забыть, если ты искупил свою вину. Но вот любые манипуляции с душами мертвых… это куда хуже банального поднятия нежити. Однажды, чтобы не сдохнуть самой и не позволить умереть защищаемому мной малому отряду стражи с парой престарелых нудных волшебников, я самолично подняла целое древнее кладбище.
– Обалдеть.
– Там та еще была заварушка – улыбнулась Баронесса – Все блокировано, условия жесткие, подмоге не пробиться, нас намертво блокировало суточным куполом силового поля замешанного на божественном проклятье… полный мрак. И тут полезли те хрустальные твари с сердцами из раскаленной магм. Все приготовились умирать… а я подняла нам на помощь армию нежити и спасла почти всех. Затем, после битвы, загнала всех обратно по могилкам и упокоила.
– И?
– Еще через пару дней мне вручили второй орден Доблести от королевства Аньгоры – улыбка Баронессы стала шире – Но, само собой, пришлось разок навестить светлый храм и покаяться, пройти обряд очищения, а затем предстать пред самим королем. Он мне орденок и вручил. В общем – если вдруг замарал руки классической некромантией, но ради благой цели – то отмыться потом можно. Но если ты призывал души умерших… это табу! Плевать для чего ты их призываешь и с какой целью – табу! Стража навеки станет твоим врагом. Тебя и твой клан станут преследовать везде и всюду. С тобой откажется иметь дело любой из светлых.
– Уже запугала. Ты к чему это? Все так страшно?
– Зависит от того, насколько больших высот в своем классе ты хочешь достигнуть – произнесла Баронесса и зашагала прочь – И от того насколько хорошо научишься скрывать свои не слишком светлые… свершения.
– А можно еще короче?
– Можно. Научись быть скрытным, Рос! Во всем, что касается твоего класса, твоего уровня, даже твоего ника.
– Как ты?
– Как я? Нет. Тебе придется постараться куда серьезней. Я просто убиваю – приостановившись, ЧБ смерила меня задумчивым взглядом – А вот какие тебе умения и заклинания откроются дальше… я и представить боюсь.
– Спасибо – искренне поблагодарил я уже в черную спину удаляющейся девушки.
– Сочтемся. И при возможности потряси хорошенько Орбита насчет такого атрибута как скрытность. Из него многое можно вытрясти при желании…
– Спасибо – повторил я и потопал в другую сторону.
– Рос? – повернулась ко мне Кирея – Помощь нужна?
– Не. Отдыхайте. Я ж глава… мне и пахать – вздохнул я – Ты скольких послала на разведку?
– Не я. Бом. От нас троих. Плюс пару призванных ледяных червей политых эликсирами тайного присуотсутствия.
– Присуотс… – попытался я и, сдавшись, махнул рукой – Хорошие эликсиры.
– Первая наша фирменная клановая разработка – рыкнул подскочивший Бом – С магической дымкой ослепления.
– А дымка зачем? Черви не ослепнут?
– Да нет! Дымка ослепления – чтобы не смогли определить состав снадобья. Это же изобретение Храбра. Инфа давно скинута тебе на стол.
– Где стол – а где я! – буркнул я, разводя руками.
– Ну да. Ждем доклада разведки?
– Ждем – кивнул я – Постоим у выхода?
– Почуял что? – Бом пытливо заглянул мне в глаза, для чего ему пришлось пригнуться.
– Не – скривился я – Просто… что-то гложет. Что-то не дает покоя.
– И меня – вдруг прорычал казначей и сердито ударил себя кулаком по загудевшей черной кирасе – Покоя не дает. Как прочел сообщение от Бульквариуса… так меня и гложет.
– Вот! – вскинулся я – В точку! Слова Булька! Большая вода, тина, лед, смерть и темная магия. Слушай… может нам прост страшно?
– Нам?! – оскорбился полуорк – Да ты что! Ни в коем случае! Ну разве что чуток… О чем Баронесса мурлыкала тебе на ушко?
– Предупреждала о сложностях с выбранным мной классом. Говорила о том, что наши с ней классы проходят по дозволенной грани. Шажок на ту сторону – и ты некромант, похититель душ и вообще мерзкая тварь, которую стража тут же распнет. Я уже разок на кресте побывал, темным развратным колдуном меня тоже как-то заклеймили уже разок… хватит с меня. Теперь вот думаю, как дальше с моим классом считай темного мага Мертвых Песков дальше делать.
– Хм… Интересную тему Баронесса подняла. А я вот думаю – а может она шпион АЛьгоры?
– Кто?!
– Баронесса.
– Обалдел?! – рассмеялся я, шагая к выходу из пещеры по единственному проходу, оставленному расступившимися грузными грузовыми зверями – Она игрок.
– Игрок – кивнул Бом и тихо добавил – Вот только она еще воин клана Мертвых Песков.
– И что?
– А то, что Альгора с этим кланом воюет. Причем давно. Причем не на жизнь, а на смерть. В Северную Пустыню лезет армия и корпуса стражи, а КМП засылает в Альгору своих лазутчиков-смертников, чтобы они вырезали важных личностей вроде полководцев, мудрецов, волшебников и прочих, кто им под нож попадется. И только не говорите мне, что «местные» из стражей не опознали боевой стиль Баронессы! А она при них частенько воевала. Как не скрывай – правда однажды наружу вылезет. И стукачей хватает. Наверняка нашелся тот, кто шепнул пару слов какому-нибудь тысячнику из стражи.
– Хм…
– Но стража ее чуть ли не на руках носит – продолжил Бом.
– Никогда об этом не задумывался – признался я – Но вообще она признанный герой. Ты к чему это вообще?
– А к тому, что раз уж душегубец из клана Мертвых Песков спокойненько на коктейльные приемы к королю Аньгоры захаживает, особо не скрываясь, то и маг Мертвых Песков вроде тебя тоже найдет способ… легализоваться, так сказать.
– Мысль понял. Упор как бы не на скрытность делать, а на… героичность? Так что ли?
– Ну примерно. Хотя еще ходят слухи, что у ЧБ были какие-то романтичные хухры-мухры с королем Альгоры. Может и нам придумать что-то с тобой в…
– Еще что придумаешь?
– Хм… еще поговаривают, что однажды Баронесса спасла жизнь королю – уже без малейшего намека на шутку, задумчиво произнес Бом – Это инфа из далекого прошлого. И слышал я ее от Люца. Якобы однажды король попытался покорить своей воле некий белый меч, а тот взял, да и отправил его величество куда-то.
– Куда?
– Никто не знает – пожав плечами, Бом активировал нажатием зеленого пальца висящую на плече алмазную звезду хмурой приватности и тихо продолжил рассказ – Точно вообще мало что известно. Но… связано это было напрямую с магией смерти. С той самой магией, что практикуют воины Мертвых Песков – а теперь и ты тоже. ЧБ сумела уйти следом за королем, а затем вытащить его обратно. После чего клан Неспящих получил полный контроль над островом Аль-Дра-Дас…
– Вот это история….
– Если она спасла жизнь королю… ей многое простится.
– Это уж точно. История достоверная?
– Делюсь тем, что слышал – Бом ощерил клыки в добродушной усмешке – Ну… берем шубы и выходим?
– Берем шубы и выходим – согласился я, подхватывая тяжеленую медвежью шкуру и накидывая ее на плечи.
Успокаивающе махнув сокланам, мы подошли к выходу из пещеры и вышли в завывающий снежный сумрак, снова оказавшись на узкой и коварной тропе. В нас тут же ударили ледяные потоки воздуха. Капюшон зачарованной шубы сам собой накинулся на голову, мгновенно отрезая ветер и снег бьющие в лицо. Перед капюшоном замерцала едва-едва заметная желтая дымка – магический барьер, что отрезал непогоду. Для тех игроков, кто часто действует в снежных и вьюжных погодных условиях подобная одежка незаменима. Она позволит отфильтровать закрывающий обзор снег, защитит от минусовой жестокой температуры, а заодно позволит не щуриться от ветра и спасет от всех видов снежной слепоты – а в мире Вальдиры их хватает.
Прислонившись плечом к стылой скале, я неспешно огляделся.
Узкая тропа, что здесь идет горизонтально. Прикрытый магической завесой вход в пещеру. Под ногами полупрозрачный то ли камень, то ли необычный лед, за чьей толщей видна темная вода. Чтобы не привлекать к пещере внимания, тут нет источников света. Но в снежном сумраке то и дело вспыхивают зеленоватые и золотистые всполохи – сторожевые заклинания, ауры и магические часовые-защитники, что нанесут жестокий удар молнии по любому чужаку, кто осмелится приблизиться. Такая же многослойная аура «обволакивает» всю пещеру изнутри, заключив ее пространство в силовой кокон. В центре едва слышно гудит и тихо мерцает мощный артефакт, питающийся от четверых магов. У входа нарисовано несколько напитанных силой символов, что должны оградить место стоянки от любых неприкаянных призраков. Это постарались идущие с нами игроки-священники. Я не видел, но знал, что под нами, в воде, создана система защиты не хуже. Мы, горстка испуганных игроков в этом чужом и неприветливом для нас мире, что так не похож на солнечную Вальдиру, сделали все, чтобы продлить здесь свое существование. Сидим внутри энергетической шипастой шкатулки и готовы дорого продать свои жизни…
– Ну… – не выдержал моего молчания приткнувшийся рядом зеленокожий громила – Хорошо стоим… недалеко глядим… офигенно молчим… и нехило дрожим.
– Даже добавить нечего – признался я с коротким смешком, признавая, что даже благодаря зачарованной меховой одежде с волшебными капюшонами, мы, два придурка и совсем не разведчика, ничего не можем разглядеть в этой круговерти.
– Вернемся? Или…
– Чуть пройдемся – принял я решение и, отлипнув от скалы, шагнул вверх по тропе, проходя мимо трех продолговатых сугробов.
Наступать на не слишком высокие сугробы я не стал – в каждом из них прячется по часовому, и они не будут рады чужому сапогу на своей голове.
Мне хотелось двинуться вниз, а не вверх, но я благоразумно решил не мешаться под ногами и ластами у разведчиков, что сейчас медленно движутся ко дну ущелья и к «большой воде, тине, смерти и темной магии». Поэтому, неспешно поднявшись по снова скользкой тропе – песочком перед нами на этот раз никто не посыпал – мы остановились рядом с изображением страшного гиганта. В темноте, сбоку, медленно пролетел распахнувший пылающий книги феникс, на мгновение осветив нас бьющим из разинутого клюва ярким световым лучом. Следом за птицей проскользнуло несколько торопливых темных силуэтов, движущихся странноватыми рывками – гигантские летучие мыши, что были вызваны из свитков и тоже пущены барражировать окружающее нас пространство.
В медленно проползающих перед глазами строках общего чата одна за другой всплывали новости. Пока ни одной тревожной – и от этого-то как раз и тревожно. Слишком тихо… Кроме нас здесь никого. Понимаю, что ярких душ, заслуживших отправку в Аньгору, не так уж и много, но ведь хоть кого-то достаточно значимого должны были пристукнуть там наверху за последние сутки! И где этот «кто-то»? Тропа мертва. Нет на ней ни одного путника.
Может призраки не спускаются в это преградившее нам путь ущелье?
Может и так… Но куда им тогда деваться?
Они ведь не дураки. После смерти разума не потеряли, понимают, где очутились, заодно быстро учатся здесь осторожности – хватит одной мимолетной встречи с рыгхром, что впредь шагать по этим путям с предельной оглядкой.
Я это к чему?
А к тому, что даже самый дурной призрак не рискнет ступить на промороженный страшный мост, уходящий в заиндевелые дебри. Любой поймет – там что-то страшное скрывается в тени. Такого испугается любой. Дело даже не в мраке и не в столь страшном для меня снеге. Дело в исходящей оттуда зыбкой ауре, что буквально пробирает до цифровых костей и… словно чавкает тебе в уши, отчего впечатление, что тебя уже заживо едят.
Любая душа-путник должна будет свернуть на эту тропу. Но здесь никого. И оттого я все чаще думаю, что мы…
– Мы вытянули черный билет – мрачно проворчал я, ежась в теплой медвежьей шкуре.
– Ты про телепорты-червоточины, босс? – уточнил Бом.
– Ага – я шмыгнул носом, зло пнул комок смерзшегося снега – Тут много путей. Очень много. Погляди – здесь для ахилотов оставлено едва-едва места. Нереально мало места. Слишком мало даже с учетом того, что сюда сунется исключительно богатая и супер подготовленная экспедиция, умеющая паковать голубых китов в спичечные коробки, а дельфинов низводить до состояния головастиков в банке.
– Намекаешь, что есть хотя бы один другой путь, где все наоборот – для ахилотов море-океан, а для сухопутников что-то вроде узенького карниза над обрывом?
– Да. Плюс наверняка есть и третий путь – где условия для ахилотов и сухопутников примерно поровну. И почти стопудово, что между этими путями есть… переулки?
– Лазейки. Червоточины. Скрытые пути, короче.
– Да. Проблема в том, что мы торопимся, Бом – наконец-то сформулировал я главную проблему, что так долго стучала в моем мозгу – Куда мы не летим? Чувствую себя безумным психопатом жаждущим боя, движения вперед и ничего более. Мы должны тормознуть.
– Прямо здесь?
– Прямо здесь – кивнул я, махнув рукой в сторону пещеры – А что не так? Пока мы торчим здесь – наши там ищут эти чертовы призрачные книги, затем прочтут и начнут строить ведущий сюда телепорт. На все это требуется время. Не говоря уже о ресурсах.
– Ты что предлагаешь, глава? – тон полуорка не оставлял сомнений, что он обращается ко мне именно как к главе клана Героев Крайних Рубежей, а не как к другу – Что-то конкретное?
– Да. Хватит почти бессмысленной беготни. У нас нет крайних сроков. Не зря же говорят, что ада никому не миновать.
– Это где так говорят?
– Да я к слову. Мол все дорожки ведут в ад.
– Хорошие у тебя поговорки, босс. Вдохновляющие. И?
– Когда вернемся… я предложу остановиться – произнес я – Встать пусть не на зимовку – зима-то тут походу вечная – но бросить якорь хотя бы на неделю. За это время мы сможем провести качественную разведку. Может нам даже посчастливиться выяснить, где находится ближайшая поляна Золотых Лотосов. А может нам удастся выяснить, где расположен проход, что ведет на более… приятный путь к Аньгоре. Приятный как для нас, так и для ахилотов. И без всяких божественных тварей, что оккупировали мост. Более безопасный путь. Не найдем – так хотя бы разберемся в этой местности. И за это время там наверху построят наконец телепорт.
– Признайся – за дочь боишься?
– Очень. Дико боюсь – не стал я скрывать – Она – главная моя боль и страх. Но я переживаю и за остальных. За Кирею. За тебя. За всех наших. За всех воинов Мертвых Песков, которых я потащил за собой. За Алишану. Поэтому я больше не хочу так спешить. Ты только глянь – я указал пальцем на алмазный барельеф – Мы нашли вот такое, но… разок глянули и просто прошли мимо. Мы даже не попытались разобраться, поискать надписи, тайники, другие какие подсказки и зацепки. Мы ничего не знаем об этой явно непростой твари с книгой вместо башки, но при этом мы смело движемся дальше.
– М-да… – вздохнул полуорк и с такой силой потер наморщенный лоб основанием ладони, будто пытался вызвать джинна из своего котелка – Тут ты блин прав. Видят светлые и темные боги – ты прав. В таких местах спешить нельзя. Это ведь как минное поле. Тут на каждом шаге надо зависать и долго думать. А мы бежим… нет пути вперед – сворачиваем и несемся вниз. Но… ты ведь сам проголосовал за то, что двигаться дальше по этой тропе вдоль стены ущелья.
– Ага – не стал я спорить – Недооценил я.
– Ущелье?
– Вообще все это вокруг. Недооценил размах, понимаешь? Я ведь как думал – ну пару суток поблуждаем в преддверии Королевства Мертвых, а затем – оп! И вот она Аньгора пред нами. Но чем дольше мы идем, тем сильнее я понимаю – мы может быть и двадцатой части пути не прошли. Но окончательно я испугался сегодня – пока мы шли по тропе.
– Испугался чего?
– Того, что пугаться нечего и некого! – рявкнул я приглушенно, вовремя прикрыв рот ладонью – Где монстры? Еще вчера мы едва пробивались через крикунов! Нас там едва не угробили. Считай, преодолели начальные уровни… и где более серьезные монстры? Нам будто разрешают пока продвинуться подальше, чтобы потом захлопнуть ловушку. А тут еще этот непонятно куда девший Кастиэль… Если честно… я бы вернулся к мосту, к той поляне с Лотосами. И там бы устроил базу. Если дорога назад перекрыта – а я не удивлюсь – то устроить лагерь в пещере и держать оборону.
– Ты изменился, Рос – усмехнулся полуорк – Ты очень изменился. И даже не замечаешь этого. Помнишь себя в Гнездилище? Мрачный абсолютный одиночка с принципами… не слишком умелый маг, что через раз промахивался мимо кобольдов и мало что знал о работе в группе… Ты стал лидером, Рос.
– Ну спасибо. Виски уже поседели?
– Вот благородной седины у тебя пока нет – хохотнул Бом – Но еще пара деньков такого похода – и она тебе гарантирована. Покроет вечным снегом геройское чело… и подмышки… Ладно. Твое решение одобряю. А твои догадки – подтверждаю. Люц и остальные ведь тоже шагают бодро по следам дракона. И движутся они примерно в том же направлении что и мы, судя по всему. Как ты там сказал? Все дороги ведут в ад… здесь так и есть. Я пока в реале был толком не расспросил, но пару скринов увидел – у них примерно те же самые коридоры и залы, но воды куда больше. Всем расам, короче, есть где разгуляться.
– Они догнали Жизнеслава?
– Думаешь, я бы скрыл от тебя это?
– Ну вдруг забыл.
– Такое – не забудешь. Нет. Они продолжают идти по следу дракона. И пока продолжают делать это вместе. Пока что…
– А возможное иное?
– Люц… – скривившись, Бом повел шее, нервно дернул щекой – Это Люц. Он ко всем относится как к сопливым детишкам. Снисходительно… и если раньше на его фоне мы все действительно казались карапузами на фоне Гулливера… то теперь, после случившегося пожара, смертей, увечий и прочих плохих штук и воспоминаний… мы точно больше не дети. Даже я. Хотя меня вся эта история зацепила лишь краешком. Да и сам Люц нехило так изменился. Добродушный юмор и харизма – почти пропали. А вот цинизма и критики стало многовато…
– Плохо дело.
– Я уже отправил Люцу письмецо. И в выражениях не стеснялся. Ладно! Вернемся к нашим делам и тушкам! То есть мы возвращаемся в пещеру и говорим – стоп машина! Мы дальше не идем. Так?
– Так.
– А если остальные – Неспящие и прочий винегрет – скажут, что они пойдут дальше.
С ответом я не колебался:
– Пусть уходят. Их право. Их решение.
– О как… ну… с нами тогда останутся все из клана Мертвых Песков. И артефакт. Шансы выжить неплохие.
– Хотя их может не порадовать задержка – заметил я.
– Не порадует – прозвучало из окружающего нас сумрака – Но мы молча примем любое твое решение, нгаму Росгард.
– Алишана – я повернулся на звук ее голоса и когда в той стороне вспыхнул тусклый магический светлячок, без удивления обнаружил там не только воительницу, но еще Киру, Роску оседлавшую Тирана, остальную волчью стаю. За ними стояла еще одна знакомая фигура – Пылающая Злоба, бывший мой наставник, член Неспящих, фанатичный коллекционер заклинаний Древних.
– Нас стало скучно! – заявила Роска – А тут ты так кстати пропал в снежной вьюге…
– Я все же переживаю за тебя – улыбнулся Злоба, мастерски крутнув в руке тяжелый посох – Дай думаю проведаю ученичка…
– Тебе тоже стало скучно – подытожил я.
– Ага – с готовностью признался Злоба.
– Все слышали?
– Я считай только конец. Но суть уловил – кивнул маг.
– Баронессе весточку уже отправил?
– Конечно. Тут назревает мятеж… ее величество должна быть в курсе – заулыбался Злоба и оперся на уткнутый в тропу посох – Без обид, Рос.
– Да я особой тайны делать и не собирался. Ладно… подождем тогда ЧБ и…
Я осекся на полуслове, когда из темноты ущелья, прямо с его дна, поднялся кроваво-красный светящийся фонтан, что ударил точно во вход в пещеру, высветив ее вспышкой в последний миг. Удар не был беззвучен – о скалы будто тонну стекол расколошматили. Резкий стеклянный звон, яркие хаотичные алые и черные вспышки…
Я сам не заметил как оказался рядом с Роской, загородил ее своим телом, а меня в свою очередь закрыла Кира, затем встал Бом… и мы наконец остановились плотной группой, накрытой зонтиком защитного заклинания – Злоба тоже сработал автоматически. Мы не двигались с места – туда, в это энергетическое месиво кровавых всполохов не сунуться. И непонятно что происходит…
Никуда не пропавший фонтан полыхнул еще ярче и, изогнувшись как змея, с силой дернулся обратно. Снова стеклянный звон, в глазах зарябило от красных вспышек и… фонтан потянул ко дну ущелья, унося с собой… налитый янтарным сиянием продолговатый кокон устоявшего перед ударом силового кокона. Я не поверил своим глазам, когда увидел внутри мерцающего «яйца» мечущихся соратников, плещущуюся в его нижнем конце воду, где крутились ахилоты… Я вздрогнул, когда увидел прижавшуюся лицом к янтарной преграда Черную Баронессу, что распласталась на магическом силовом поле изнутри и, казалось, глядела именно на меня, что-то беззвучно крича.
Миг… и над ущельем снова сомкнулась чернота. Мы остались в одиночестве…
– Господи – выдохнул Злоба – Что это было?! Что это было?!
– Утащили их вниз – одеревенело дернувшись, я сделал шаг к пещере – Утащили их… Быстрее! Вдруг кто-то остался!
– Но кто? – заорал Бом.
– Не знаю – выдохнул я – Не знаю…
– Проклятье! – вдруг завопил Злоба, развернувшись, приняв боевую стойку и нервно тыча концом воздетого над головой посоха в стену – Видите?! Видите это?!
Глянув, я почувствовал, как на голове зашевелились волосы – книга-голова гиганта полыхнула настоящим огнем и медленно поворачивалась в нашу сторону. Ожили и рты насаженных на колья душ, закорчились их призрачные тела.
– Бежим! – рявкнул я, хватая его за рукав шубы – Быстрее, Злобыч! Быстрее вниз! Роска! Вперед! Да чего вы встали? Бегом! Живее!
Через секунду мы торопливо скатывались про проклятой обледенелой тропе, спеша к пещере и одновременно убегая от ожившего чудовищного барельефа.