Глава 7

Глава 7 Происхождение

Северный вывел Катю из подземелий, минуя множество ходов и лестниц. Они попали на поверхность через маленькое кирпичное строение, которое снаружи выглядело, как хозяйственная постройка.

Несмотря на тусклый свет ночи, Катерина заморгала, посмотрев на звёзды. Глаза устали от тьмы. В сердце пришла маленькая радость от того, что снова можно видеть.

Глубокий вдох наполнил лёгкие свежим воздухом. Голова слегка закружилась.

Катя осмотрелась. Кругом росли деревья.

– Это лес? – вырвался у неё вопрос.

– Городской парк, – ответил Северный.

Уставшие от напряжения, мышцы дёрнулись. Что, если их сейчас здесь схватят?!

Вопреки опасениям, парк оказался пуст. Царила глубокая безлунная ночь, пели цикады, лёгкий ветерок перебирал листву деревьев.

Катя поплелась за Северным по тропинке. Нога, в которую её ударили, чтобы сбить с балки, заломила.

– Надо как можно быстрее покинуть это место, – скомандовал Северный.

– У меня не получается идти быстрее, – пожаловалась Катерина.

Северный обернулся и окинул её удивлённым взглядом.

– Что такое?

– Кажется, адреналин развеялся, и теперь болит, что должно болеть. – Голос Кати прозвучал вяло.

– Знаешь про адреналин? Интересно… – усмехнулся Северный. – И что же у тебя болит?

– В меня стреляли из какого-то орудия и попали в ногу.

Северный застыл, раздумывая секунду, другую, и, сверля Катерину взглядом.

– У нас совсем нет времени. Сейчас сюда нагрянут.

Она никак не ожидала в ту же секунду оказаться на руках у горожанина. Он поднял Катю, точно куклу, и понёс. Смущение обдало жаром лицо, которое сейчас же захотелось спрятать, но Катя лишь сжала челюсти и отвернулась. В иной ситуации она бы принялась возмущаться и вырываться, но не в этот раз. Северный прав, нужно поскорее убраться отсюда, иначе их опять настигнут, и, кто знает, удастся ли выкрутиться.

Выход из парка оказался недалеко. Они вышли на открытую площадку, где стояли нейромобили. Северный поднёс Катю к одному из них, усадил внутрь, после чего сам сел за руль.

– Вы сами будете управлять этой штукой? – удивилась она.

– На этот раз да. Это специальная модель: без роботов, без навигации. Если кто-то захочет отследить перемещение – не сможет этого сделать, – коротко пояснил он.

Синие глаза опять вспыхнули. Северный прикоснулся к приборной панели пальцами, и она зажглась, окрасив салон голубоватым и оранжевым свечением. Сколько разных кнопочек, указателей и индикаторов зажглось. Не хотелось видеть жуткие светящиеся глаза, но тем не менее Катя с интересом наблюдала за Северным, чтобы видеть, как именно он будет управлять этим транспортом. Когда горожанин положил руки на руль, тут-то она и увидела на его мизинце серебряное кольцо с гербом. И герб показался до боли знакомым, только никак не получалось вспомнить откуда именно она знала это изображение льва и человека, что держали вместе книгу.

– Откуда у вас это кольцо? – не выдержала и спросила Катя.

Северный бросил на неё настороженный взгляд.

– Герб моей семьи, – коротко пояснил он и плавно повёл нейромобиль по дороге.

Катя нахмурилась. Ну, уж нет, семью Северного она точно никогда не знала. Откуда же она помнила это изображение?

Катерина отвернулась к своему окну. По телу побежал озноб. Она устала от напряжения, устала от стресса, устала думать и бояться. Взгляд приклеился к проносящимся видам. Ночью город поражал не меньшей красотой. Здания имели подсветку. Горели вывески, реклама, фонари. Это ж сколько электричества!

Нейромобиль нёсся по широкой дороге. Северный сосредоточенно смотрел вперёд и молчал. Катя сама не заметила, как стала клевать носом и уснула. Но ненадолго. Она проснулась, когда они ехали по уютной улице утопающей в зелени. Оказывается мегаполис состоял не только из небоскрёбов. Он простирался дальше на восток уютными жилыми кварталами с виллами, особняками, поместьями. К одному из особняков они и приехали.

В голубовато-рыжеватом свете занимающейся зари здание выглядело райским местом. Дворец, в котором Катя расправилась с охраной, поражал своей помпезной роскошью, а этот особняк наоборот – сдержанной красотой. Большие окна, белокаменные стены, ступенчатая крыша. Вокруг высились цветущие и тонко пахнущие деревья, а за самим домом виднелся сад с озером.

– Вы здесь живёте? – спросила Катерина сонным голосом.

– Гощу иногда, – ответил Северный. Он убрал руки от руля и приборная панель погасла, а жуткие глаза вернули свой обычный вид.

Северный первым выбрался из нейромобиля, подошёл к двери Кати, открыл её и подал руку. Вот она, галантность горожан. Катя глянула на протянутую ладонь и вопрос, который всё это время крутился на задворках сознания, сформировался и обрёл ясность. Она же низшая, так почему Северный ни с того ни с сего ведёт себя с ней, как с равной?

– Хочешь остаться в нейромобиле? – прозвучал вопрос сверху.

Катя заморгала, взялась за протянутую руку и осторожно поднялась на ноги. Через мгновение она снова очутилась на руках у Северного.

– Как же так получилось, что вы, высший, носите меня, низшую, на руках? – промямлила Катя крутившийся в голове вопрос. – Вы вытащили меня из передряги, рискуя собственной жизнью, привезли меня к себе домой… Что всё это значит? Только не говорите, что вы по гроб жизни обязаны мне помогать из-за того, что я спасла вас в том лесу.

– Я сейчас не готов тебе всё рассказать, – вздохнул он. – Это серьёзный разговор и не на бегу его вести.

Катерина поджала губы и отвернулась. Внутри что-то болезненно встрепенулось при словах «серьёзный разговор». Какое-то щемящее чувство, будто гроза над головой нависла. Это какой же серьёзный разговор намечался у него к ней?

– С возвращением, Ариан Мстиславович, – сказал кто-то, открывая двери.

Так вот, как зовут Северного! Какое редкое имя!

– Приведи врача, – обратился Ариан Мстиславович к приветствовавшему его слуге.

Катя нервно сглотнула. Ей больше всего хотелось смыть с себя пыль и паутину, напиться воды и отдыхать, приходить в себя. Хотя, разум подсказывал, что ногу всё-таки вылечить куда важнее, чем всё остальное.

Внутреннее убранство дома Ариана Мстиславовича радовало простотой, а, как правило, красота и таилась всегда в простоте. Гостиную, куда Северный принёс Катерину, украшали пальмы в горшках, мебель из натуральных материалов и большие панорамные окна. Но главным украшением являлся внушительных размеров аквариум с морской живностью. Он поглотил всё внимание Кати. Она слышала, что моря где-то есть, и видела морских рыб на иллюстрациях потрёпанных энциклопедий, а здесь эти рыбы предстали перед Катей живыми и плавали. А кораллы… Креветки… Актинии…

– Невероятно, – восхитилась она, кивая на аквариум.

Ариан Мстиславович ничего не ответил.

– Катя? Что с ней? Что с Катей? – вдруг раздался громкий знакомый голос.

Никита вбежал в гостиную с террасы заднего двора и хотел немедленно подойти к Северному, чтобы забрать у него Катерину, но Ариан Мстиславович посмотрел на него так, словно мог взглядом превратить человека в пепел.

– Отойди, – процедил он сквозь зубы.

– Дайте, я хоть помогу!

– Ты будешь более полезен, низший, если возьмёшь себя в руки и помолчишь! Высшие разберутся без тебя!

Катя ожидала, что Никита сейчас вспыхнет от гнева и выкинет какую-нибудь глупость, но этого не случилось. Он покорно потупил взгляд и отошёл. Но удивляло отнюдь не это, а то, что Ариан Мстиславович сказал «высшие» во множественном числе, когда здесь он один таким являлся. Это что же? Как это понимать?!

Ариан Мстиславович с осторожностью усадил Катю на софу, затем ещё раз бросил на Никиту испепеляющий взгляд.

– Сходи в термы, скажи чтоб всё приготовили, – с пренебрежением бросил он.

Никита повиновался и ушёл из гостиной. Катя не могла поверить в увиденное. Что же Ариан Мстиславович с ним сделал, что Никита стал, как шёлковый?!

Двери в гостиную снова открылись и вошёл седовласый мужчина в строгой форме серого цвета. Ариан Мстиславович кивнул вошедшему.

– Антон Иванович, рад вас видеть!

– Взаимно, Ариан Мстиславович! Что случилось? – по-деловому заинтересовался Антон Иванович.

– Её ударили в ногу и она не может ходить. Посмотрите?

– Без проблем!

Антон Иванович, подойдя, наклонился к Кате, улыбнулся и произнёс:

– Как зовут?

– Катерина.

– Показывай, Катерина, где болит.

Катя со вздохом наклонилась и подняла вверх штанину на правой ноге. Покраснение на икре стало выглядеть страшнее с синевой и кровоподтёками.

– Ерунда! Перелома нет, так что я справлюсь своими силами! – объявил Антон Иванович, беря Катю за ногу шишковатыми пальцами.

По телу побежала дрожь. Катя поморщилась и в напряжении проследила за действиями врача, который к её удивлению стал просто гладить ушибленное место, слегка надавливая. Она удивилась ещё больше, когда красное пятно стало бледнеть, а боль уходить. Катя во все глаза посмотрела на Антона Ивановича, затем на Ариана Мстиславовича.

– Это магия! – выдохнула она в восторге, когда нога стала полностью здорова.

Антон Иванович усмехнулся.

– Когда не знаешь науки, вся жизнь становится сплошной магией! – проговорил он, поднявшись на ноги.

– Благодарю, Антон Иванович, как обычно, выручаете. – Ариан Мстиславович пожал врачу руку.

– Да не за что, Ариан Мстиславович! Для меня радость вам помочь! – улыбнулся врач, потом его лицо стало серьёзным. – Птичка вылетела из клетки, но на свет Божий показываться не спешит.

Ариан Мстиславович переменился в лице. Он настороженно покосился на Катю, потом кивнул Антону Ивановичу.

– Ещё раз спасибо, Антон Иванович, приму к сведению, – кивнул он, нахмурившись.

Катерина на миг задумалась, что бы это означали такие странные слова про какую-то птичку и почему эта пустяковая фраза так задела Северного, что он весь помрачнел?

Не успела Катерина, как следует, поразмыслить, как в гостиную снова пришёл Никита и объявил, что термы готовы.

– Великолепно. – Ариан Мстиславович всё ещё в напряжении хмурился. – Проводи туда свою подругу, вели служанкам помочь ей там. И помни, Никита, я слежу за тобой.

Никита молча кивнул и позвал Катю за собой.

Как только они вышли в сад, Никита резко остановился и бросился к Кате. Он сгрёб её в охапку, заключив в свои объятия.

– Катя! Ты жива! – воскликнул Никита, прижимая смущённую Катерину к себе.

Катя упёрлась в широкую грудь руками, вырываясь на волю.

– Э! Полегче!

– Ты не представляешь, как я волновался!

Никита ослабил хватку, и Катя тут же отшатнулась, увеличивая расстояние между ними. Она посмотрела на Никиту осуждающе, но едких фраз решила избежать.

– Что эти ублюдки сделали с тобой! – Он поймал выбившуюся прядь белоснежных волос. – Господи, Катя, ты вся седая! Ты скажи, они тебя пытали?

– Никто меня не пытал! – Она выдернула свои волосы из Никитиных пальцев.

– Нет? А что же?

– Они меня чем-то облучали, я не знаю что это.

– И всё?

– А этого мало?

– Нет, я просто… Горожане, они же чёртовы извращенцы! Всё могло бы быть хуже, Катя! Я молился, чтобы они не смели причинить тебе боль!

Катерина закатила глаза и скривила губы.

– Ты лучше расскажи, что с тобой сделал этот Северный, что ты теперь у него, как верный паж!

Никита вздохнул и замолчал.

– Обо мне потом, Катя. Ты лучше поскорее смой с себя эту грязь, потом, когда поешь и отдохнёшь, тогда, надеюсь, поговорим.

Катя не стала возражать на этот счёт. Грязь с себя смыть хотелось, а ещё больше хотелось есть и спать.

Никита привёл её к одноэтажному зданию с колоннами. Катя не ожидала, что внутри этого неприметного строения окажется целый комплекс из всяких бань, умывален и бассейнов. Ещё в холле её удивило большое дерево с фонтаном прямо внутри помещения. Жаль не осталось сил оценить весь комплекс, и Катя лишь смогла выполнить то, зачем пришла. Она вымылась в бане, после чего Никита проводил её обратно в особняк.

В гостиной ждал накрытый стол.

Катя, как увидела еду, почувствовала запах, так и потеряла голову. Хотелось наброситься и всё разом в себя запихнуть, но она не могла себе этого позволить на глазах у Ариана Мстиславовича, который сел подле неё на соседнее кресло. Этикету её никто не учил, но Катя читала когда-то учебник по нему.

– Обычно, в этом доме не едят по ночам, – объявил Ариан Мстиславович. – Но сегодня сделаем исключение.

Чувство неловкости защемило изнутри. Как это она будет есть вместе с горожанином за одним столом! Катя относилась к тем людям, что любят есть в одиночестве и сильно стесняются поглощать пищу в присутствии кого-либо.

Ариан Мстиславович поймал её, застывший в замешательстве, взгляд.

– Я понимаю, что после пережитого стресса кусок в горло не лезет, но постарайся хоть что-нибудь съесть. Силы тебе понадобятся.

Катя опустила глаза и последовала совету. Голод победил её устои, неловкость и страх.

После ужина прислужница отвела Катю в комнату. Кое-как раздевшись, она упала на кровать и заснула.

Проснулась Катерина под вечер. Отдохнувший мозг принялся бешено обрабатывать то, на что не хватило сил вчера. Только сейчас Катя обратила внимание на изысканное убранство комнаты, шёлковое постельное бельё, роскошную кровать и великолепную штору на большом окне. Через приоткрытую створку доносился шум дождя и дивный аромат мокрых цветов.

Могла ли она представить себе такое у себя в посёлке? Нет. Таких тканей у них не водилось, впрочем не только тканей, а всего остального тоже. Из архитектуры – деревянные дома, из тканей – шерсть и лён, из еды то, что выращивали сами. Но зато жители посёлка могли похвастаться свободой.

Свободой от чего?

Катя никогда не задавала себе этот вопрос, в привычке деля мир на чёрное и белое. Городские всегда считались однозначным злом, а посельчане – противовесом этому злу. Ни у кого не возникало сомнений, что предки приняли абсолютно мудрое решение, обособившись от «горожан-варваров».

Дед Кузьма вместо сказок перед сном рассказывал Кате о диких порядках в городах, о царящем там духе погибели, и она с детства росла с чувством гордости и благодарности своим прадедам за то, что она свободна. Свободна в вероисповедании, свободна во взглядах, свободна от контроля и насилия. Но так ли обстояли дела на самом деле?

А на деле всё оказывалось не так, как хотелось бы. В посёлке существовало запретов больше, чем свобод. Инакомыслие презиралось. Катя верила в Бога и с радостью ходила в церковь. Но если бы она вдруг начала пропускать богослужения, то за это пришлось бы стать изгоем.

И так во всём…

Кате нравились традиционные ценности, но не фанатизм, с которым многие старались эти ценности соблюсти. Люди хотели постоянно загнать себя в рамки, тем самым осложняя жизнь не только себе, но и другим. Сколько Кате пришлось выслушать мнений о том, что женщине не положено драться. А сколько приходилось выкручиваться, чтобы не выйти замуж против воли, из-за убеждений их общества, что молодая девица её возраста не может ходить незамужней и рискует остаться старой девой. Её насильно сосватали с Никитой. Слава Богу, дед Кузьма придерживался отчасти либеральных взглядов, а то бы совсем пришлось несладко, и Катю уже бы выдали замуж за сына старосты.

Подумать только! Взять Катю под опеку, когда она лишилась родителей, никто не захотел, кроме деда Кузьмы, но зато совать свой нос в личную жизнь Кати, советовать ей, воспитывать её считал своим долгом в посёлке чуть ли не каждый.

Поразмышляв ещё немного, Катерина пришла к выводу, что прадеды поступили правильно, в своём стремлении сохранить свою веру и традиции, отказавшись от благ цивилизации и технического прогресса. Но они никак не предвидели, что их правнуки доведут их идеи до абсурда, и за это Бог попустит притеснения и неприятности от горожан. Это говорило о том, что наступила пора, что-то менять, и менять глобально, вот только как, Катя пока не могла ответить себе на этот вопрос. Ей бы хотелось жить в условиях города, но по своему укладу.

Катерина подошла к зеркалу, глянуть на себя хоть одним глазком. Из отражения смотрела исхудавшая и бледная девушка со снежными волосами.

Расчесавшись, она вышла на просторный балкон.

Слабенький дождик закрапал по коже. Катерина подставила лицо прохладным каплям.

– Катя! Катя! – позвали снизу.

Голос доносился из-под дерева.

Катя перегнулась через перила.

Намокая, под дождём внизу стоял Никита. Его мокрые кудри наполовину распрямились. Обеспокоенные глаза моргали от попадавших в них дождевых капель.

– Катя! Наконец-то! – просиял Никита.

– Что ты там делаешь? – удивилась Катерина. – Хочешь простыть?

– Нам надо поговорить! – объявил он. – Горожанин этот, Северный, что-то узнал о твоём происхождении!

– О моём… О папе с мамой? А что? Что он узнал? – волнуясь спросила Катя. – Не тяни! Говори скорее!

– Не могу, Катя! Давай встретимся у умывален этих… Я тебе всё расскажу! Катя! Это очень важно! Нам с тобой надо как-то бежать отсюда! Здесь нельзя оставаться ни минуты. Северный – он не тот, кем кажется! Он что-то задумал! Горожанам нельзя верить!

Катя закусила губу.

– Хорошо. Я приду к термам, поговорим, – согласилась она в итоге.

Никита кивнул и скрылся за ветками.

Катерина повернулась, чтобы уйти с балкона в комнату и ахнула. Прямо за спиной стоял Ариан Мстиславович со строгим выражением на лице.

– Служанка сейчас принесёт тебе одежду, а когда она тебя накормит, то проводит ко мне в кабинет. Нас ждёт разговор, – без приветствий объявил он и вышел, покинув комнату.

Катя с облегчением выдохнула. Она и сама не поняла, чего так напугалась, что внутри била дрожь. Разве ей кто-то запретил общаться с Никитой? Или она не вольна делать всё, что захочет? Разве ей кто-то, что-то запретил? Нет. Так почему же Катя так испугалась того, что Ариан Мстиславович мог услышать их с Никитой?

В комнату постучались. Служанка принесла одежду.

Катя, зайдя с балкона, встретилась с прислужницей взглядом, и в памяти зашевелились искры воспоминаний. Сведя вместе брови, она застыла, в напряжении глядя на полноватую седеющую женщину, и, вспоминая, где могла видеть её лицо.

– Что-то не так, госпожа? – забеспокоилась служанка.

Из воспоминаний Катю вернуло в реальность то, что её назвали госпожой. Она смутилась. Ну, какая из неё госпожа! И ни к чему ей это! Она не одна из этих чванливых горожан!

– Да никакая я не госпожа, – замотала головой Катерина.

Служанка нахмурилась и ничего не сказала.

– Как вас зовут? – решилась спросить Катя.

Женщина удивлённо посмотрела, раскладывая платье.

– Глафира.

Сердце застучало.

– Петровна?!

– Да, это моё отчество, – кивнула Глафира Петровна.

На мгновение Катя оторопела.

– Глафира Петровна! Вы меня помните?! Это я, Катя! – воскликнула она, прыгнув перед служанкой.

– Я вас вижу впервые, госпожа, но рада нашему знакомству. – Глафира Петровна наморщила лоб, стараясь вспомнить Катю.

– Вы видели меня маленькой девочкой, Глафира Петровна. Вы жили с нами по соседству, помните? Я дружила с вашей дочкой, Светой.

– Боже! Катя! Ты! – Глафира Петровна зажала щёки между ладонями, глядя так, словно увидела привидение. – Как ты стала горожанкой?

– Я ей не стала. Я сама не совсем понимаю, что происходит.

– Тебя тоже похитили?

– Нет! Я сама сюда пришла. Этот Северный помог.

– Как он тебе помог? Что, теперь людей из посёлка не похищают? Всё нормализовалось? – Глаза Глафиры Петровны зажглись светом надежды.

– Нет, Глафира Петровна. Как похищали, так и похищают.

– Тогда, ничего не понимаю. Как вообще такое возможно, что господин тебе помогает, да ещё и велит обращаться с тобой, как с высшей…

– Я пока сама ничего не знаю. Да, Бог с этим, Глафира Петровна! – махнула рукой Катя. – Вы лучше скажите, где Света? Она жива?

Глафира Петровна переменилась в лице. Между бровями глубокой бороздой пролегла морщина.

– Мою девочку забрали месяц назад для модификаций. – Она сжала пальцы в замок и потупила беспокойный взгляд в пол.

– Что это значит, Глафира Петровна?

– То и значит, что её изменили и отправили в армию, куда-нибудь за Периметр! – Голос Глафиры Петровны стал плаксивым. – Когда нас похитили, сначала не разлучали. Так и отдали на служение в это имение. Мы жили и радовались, что удалось миновать разлуки и страдания. И кто мог подумать, что настоящие испытания ещё впереди! Сюда нагрянули специальные люди. Они искали детей с определённым составом крови. Ариан Мстиславович не возражал. И, вот, когда они проверили кровь моей доченьки, они её забрали!

– Я сейчас же пойду к Ариану Мстиславовичу и попрошу вернуть Свету! – воскликнула Катя.

Глафира Петровна вытаращила глаза.

– А он тебя послушает?

– Я здесь, чтобы вернуть свою семью, Глафира Петровна. Если Света жива, я и её найду тоже, чего бы мне это не стоило.

Глафира Петровна просветлела. На печальном лице зажглась улыбка.

– Катенька, милая! Спасибо тебе! Я думала уже никакой надежды, и вдруг появилась ты! Такая же отважная, как твои родители!

– Вы их всё ещё помните?

– Как же мне их не помнить!

– Расскажите мне о них! Сядьте, давайте поговорим!

– Некогда, Катенька! Если не успею переделать все дела или заболтаюсь где-нибудь, экономка меня прибьёт! Душ вон там. Приводи себя в порядок, одевайся, я пойду привезу еду. Ариан Мстиславович велел накрыть тебе здесь.

Катя вздохнула.

– Нам потом всё равно надо с вами поговорить, Глафира Петровна.

– Конечно, Катенька!

Глафира Петровна ушла, оставив Катю с бурей в душе. Теперь к ряду существующих вопросов к Ариану Мстиславовичу добавилось ещё несколько.

Катерина привела себя в порядок, оделась в приготовленное для неё прямое синее платье средней длины с v-образным вырезом горловины, второпях поела, а потом пошла за Глафирой Петровной к кабинету Северного.

Идти пришлось аж в другой конец здания, но зато по пути подвернулась возможность подивиться роскошным интерьерам. Чуть ли не в каждом помещении обязательно присутствовал аквариум один другого грандиознее. Катя сделала вывод, что хозяин особняка, очевидно обожает либо рыб, либо воду.

В кабинете Ариана Мстиславовича аквариума не оказалось, видимо, для того, чтобы рыбы не отвлекали от дел. Стены здесь, подобно библиотеке, представляли из себя сплошные стеллажи из книг. В большое круглое окно заглянули красные лучи закатного солнца, пробившиеся сквозь уходящую пелену дождя, и осветили хозяина кабинета, сидящего в кресле, и, листающего какие-то бумаги в папке.

Ариан Мстиславович отвлёкся на Катю, когда она вошла, и пригласительным жестом указал на стул возле большого стола.

Катя почувствовала себя неуютно от тревожного ожидания, гадая, что ей скажут. Она молча заняла предложенное место и нахмурилась. Взгляд упал на журнальную вырезку на, единственной без книг, стене. Заголовок «Океанское чудо» сразу бросался в глаза над иллюстрацией с коллажем из водной глади, красного облака и аппарата, похожего на тот, что она видела в лабораториях. Ниже мелким шрифтом шла статья.

– Я готова вас слушать, господин, – не выдержав затянувшегося молчания, произнесла Катерина.

Раздался шелест бумаги.

Ариан Мстиславович положил папку на стол перед Катей и поднял взгляд.

– Ты можешь обращаться ко мне просто – Ариан, – объявил он.

Катя удивлённо заморгала.

– Хорошо, Ариан. – Она помолчала, потом спросила. – Я так понимаю, я теперь не низшая?

– Правильно понимаешь.

– И как мой статус изменился?

– Он, оказывается, с твоего рождения такой.

– Ничего не понимаю, – помотала головой она.

Ариан улыбнулся, сощурив глаза. Он положил ладонь на папку и постучал по ней ногтями.

– Здесь результаты исследований твоей крови на наличие потенциала.

Катя напряглась на последнем слове.

– Доктор из лаборатории тоже говорил про какой-то потенциал… Что это?

Ариан встал из-за стола и, пройдясь по кабинету, остановился у журнальной вырезки и вздохнул.

– Поразительно узнать, что есть место на земле, где люди не слышали про потенциал. А про аномалии ты знаешь?

– Как же про них не знать! Жуткая необъяснимая вещь, от которой люди умирают!

– И всё? Это всё, что ты про это знаешь?

– У нас говорят, что это вы, горожане, виновны в том, что по всей земле появились аномалии.

Он с насмешкой глянул на Катерину и помотал головой.

– Невероятно! Ваши старики специально вычеркнули эту информацию, предпочтя не рассказывать ничего молодому поколению, чтобы дальше держать свою секту без лишних вопросов и проблем!

– Что это вы такое говорите! Мы – не секта!

– Ну, да! Не собираюсь тебя в этом разубеждать. Сама всё поймёшь.

Катерина от напряжения вцепилась в подлокотники. Хотелось немедленно броситься на защиту своих взглядов и убеждений, попутно обличая горожан в грехах. Она стиснула зубы, едва сдержавшись.

– Эта статья – копия вырезки из журнала столетней давности. – Ариан провёл ладонью по глянцу. – Она посвящена открытию кристаллов, излучающих невиданную энергию. На дне Атлантического океана тогда нашли древние строения с образцами этих кристаллов. Члены экспедиции спустя время умерли от неизвестной болезни, но они успели поднять образцы со дна и передать для дальнейшего изучения. Оказалось, что энергия, сокрытая в них, при правильном использовании даёт людям с потенциалом раскрытие способностей. Так началась новая эра человечества. Наличие потенциала определяет статус человека. Чем потенциал выше, тем выше статус. Самый высокий у правителя. Самый низкий – у простых граждан. У тебя потенциал оказался слишком высок для простой девочки из посёлка низших. Твой состав крови – копия того, что был у брата правителя. Я подозреваю, что ты его дочь.

Катя в изумлении вытаращила глаза. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. В только что услышанное с трудом верилось. Разум отказывался постичь и принять информацию о Катином происхождении.

– Этого не может быть. Здесь какая-то ошибка, – смогла выдохнуть Катерина, замотав головой.

– Я тоже усомнился, когда мой союзник передал мне эту информацию, – продолжал Ариан. – Я десять раз всё проверил. Ошибки нет. Твой отец не тот, кем его считали многие годы, и его с твоей матерью похитили не для того, чтобы изучать в лабораториях или подарить, как рабов. Они, скорее всего, или мертвы, или Владморий держит их в плену.

– Нет! Они живы! – вскрикнула Катя. – Я чувствую это.

– Ну, если так, значит я их найду.

– Я не понимаю. А зачем тебе всё это, Ариан? Кто ты такой?

Синие глаза стали неестественно яркими.

– Я тот, кто узнал настоящего Владмория, прочувствовав на своей шкуре его натуру!

Он замолчал.

Повисла гнетущая тишина.

Катя прочистила горло и слабым голосом произнесла:

– Это всё невероятно – то, что я сейчас узнала. Больше всего на свете я хочу вернуть свою семью – для меня это самое главное. И ещё меня волнует вопрос, хотя я и так уже догадываюсь из того, что только что узнала. Мне, вот, только не понятно… Получается, в лаборатории узнали о моём потенциале, сообщили потом правителю обо мне. А дальше что они со мной хотели сделать?

– Раскрыть весь твой потенциал, стереть память и отправить на Периметр, охранять пробоины.

Катя заёрзала на стуле. Спина затекла от напряжения.

– Господи! – ахнула она. – А что за Периметр?

– Энергетическая стена, ограждающая города от аномалий, мутировавших животных и людей. В некоторых местах её пробили монстры и стихия. Владморий постепенно растаскивает казну неизвестно на что, а на ремонт Периметра выделяются крохи. Дешевле отправлять к трещинам могучих модификантов на охрану. А ещё удобно ссылать туда тех, кто не угоден, например, политических преступников. Земли за Периметром – опаснейшее место на земле. Даже я страшусь там оказаться.

– Боже! – фыркнула Катерина. – Кто бы сомневался!

– Ты это про что! – удивился Ариан.

– Я это про то, что ваш правитель – упырь! И меня ни сколько не удивляют его преступления! Другой вопрос, когда наступит конец его злодействам?

– А вашему посёлку он чем насолил? – Он усмехнулся.

– Так ведь это он же виновен в том, что нас похищают!

Ариан засмеялся, обнажив зубы.

– Отчасти это он виноват, но вообще… Ваше поселение – это эксперимент местного уровня.

– О чём это ты?

– Это долгая история. – Он вынул из стола ещё одну папку. – Сама прочитаешь. Да, и статью эту поподробнее.

Ариан снял со стены журнальную вырезку, вложил её в папку и вручил всё Катерине.

– Хорошо, я ознакомлюсь, – кивнула Катя. – Скажи, а это правда, что Владморий тиран и узурпатор? Говорят, когда он садится ужинать, вместо театра смотрит на истязания пленников? А ещё…

Снова раздался смешок.

– Владморий, конечно, плохой правитель и человек, но не до такой степени! – улыбаясь, отвечал Ариан. – Хотя, по его указу забирают детей из хороших семей, и дальше их судьба неизвестна. Он ведёт очень странную политику. При нём всё пришло в упадок. А, главное, что сам Владморий прячется, и никто не знает где. Ещё хуже то, что он решил, будто высших слишком много и нужно сократить их число до горстки избранных, а остальные должны будут вместе с низшими обслуживать избранных. Это список его настоящих злодеяний.

Катя хмыкнула. Какая-то часть её всегда знала, что часть слухов о Владмории, по типу того, что он свихнувшийся тиран, выдумка.

– Как у него получилось прийти к власти? Странно. Папа с мамой никогда ничего не говорили.

– Официально твой отец погиб от аномалии за Периметром, после чего Владморий объявил себя правителем перед всем народом.

– А как папа оказался за Периметром, будучи правителем?

– По официальной версии отправился посетить стройку нового масштабного генератора защитного поля Периметра.

– Так, вот, оно что, – задумавшись, протянула Катерина. – А ты хочешь вернуть мою семью и устроить госпереворот?

– Твой отец создан, чтобы править!

– Не знаю, – покачала головой Катя, – мы жили просто. Я немного, но помню своих родителей. Скромные, тихие, рассудительные…

– Лучшие качества правителя, – прервал её Ариан.

– Хм, и как же ты собираешься найти моих маму и папу? А ещё моего брата…

– Да. Твой брат тоже важен.

Ариан снова сел в своё кресло и в задумчивости свёл вместе пальцы.

– Кажется, я знаю, как, – в итоге выдал он.

– А мне можно узнать?

Душа словно встрепенулась от радости. Катя, наконец, сможет увидеться со своей семьёй! Владморию придёт конец, а её папа, став правителем, наведёт порядок. Воображение принялось рисовать её новую жизнь в роли дочери правителя.

– Пока нет, – отрезал вдруг Ариан.

– Но почему?! – удивилась Катерина.

Ариан не спешил отвечать на вопрос. Его взгляд стал тяжёлым, наполнился сталью, отчего вновь возникло желание обращаться к этому человеку по имени-отчеству.

– Я не готов ответить на этот вопрос.

Катя пожала плечами и отвернулась.

– Ладно, – буркнула она. – Тогда пойду читать всё это.

Катя потрясла папкой и поднялась на ноги. Ариан молча кивнул.

– Я приставлю к тебе служанку на случай того, если тебе что-нибудь понадобится.

– Кстати! – вспомнила тут Катя и повернулась. – Могу я попросить так же найти мою подругу…

– Нет, – сразу отказался он. – Я не бюро по розыску всех пропавших людей.

– Но, ведь, она работала здесь, в твоём доме, а потом её забрали…

– Ну, и что? – пожал плечами Ариан.

Катя задержала свой взгляд на нём дольше, чем требовали нормы приличия.

– Как дочь истинного правителя, я требую! – выступила вперёд она.

Ариан с удивлением поднял глаза. Его левая бровь изогнулась, подскочив вверх.

Он поднялся, подошёл ближе и пристально посмотрел свысока.

– Ты сейчас полностью зависишь от меня, дочь истинного правителя! – В бархатном голосе появилась жёсткость. – За пределами моего дома ты низшая. Скажи кому-нибудь о твоём происхождении, и тебя тут же схватят. Не забывайся!

Катя молча сглотнула, вжав голову в плечи. Её попытка уговорить Ариана найти Свету провалилась, но надежда ещё теплилась. Катерина решила притворяться покорной девочкой до поры, до времени.

После того, как Ариан вызвал Глафиру Петровну, Катя пошла с ней в сад. Там ждал Никита.

На землю опустился сумрак. Вместе с вечерней прохладой по округе растелился туман и тонкий аромат цветущих деревьев.

– Катька! Как я снова рад тебя видеть! – обрадовался Никита.

– Ты хотел поговорить, – тут же напомнила Катерина.

– Именно! – Никита переменился в лице, став серьёзным. – Мы должны бежать отсюда! Вот, о чём я хотел с тобой поговорить. Северный этот – само зло! У него светятся глаза и он ещё много чего может нечеловеческого! С ним нельзя связываться, понимаешь?

Катя вздохнула и закатила глаза.

– Это всё, что ты хотел сказать?

– Тут опасно. Этот Северный что-то задумал. Мы теперь пешки в его игре!

– Никита…

– Катя! Я сомневаюсь, что он будет помогать нам, мы ему зачем-то нужны, но ни как прислуга, а как…

– Никита, я дочь истинного правителя. Мой отец – брат Владмория, – вздохнула Катя, перебив Никиту.

– Что?!

Никита застыл, обдумывая услышанное.

– Ошибки нет, Ариан всё выяснил.

– Ариан? Ты теперь по имени к нему можешь обращаться! – Серые глаза похолодели. – Это значит, ты никуда не побежишь…

– Он вернёт мою семью. Мой отец станет правителем и…

– Ты саму себя слышишь? – забеспокоился Никита. – Катя, как ты себе представляешь то, о чём говоришь? Это же теперь… Тут даже горожанином не надо быть, чтобы предвидеть бурю, которая начнётся! И ты теперь станешь маленькой бабочкой среди внезапно начавшейся грозы!

– Мне не до поэзии…

– Мне тоже. Я хочу, чтобы ты…

– Нет! – вскрикнула она. – Я прошу тебя, не начинай! Ты не знаешь, что такое потерять родителей! Не понимаешь какого это, жить вот так, каждый день думая, как их вернуть. Не знаешь, как болит душа… Я наконец-то, спустя столько лет увижусь с семьёй и мне плевать на всё остальное! И ты не сможешь мне помешать! Никуда я не побегу. Ты, если хочешь, уматывай! И оставь меня в покое!

– Вот, значит, как! – Глаза Никиты зло заблестели. – Ну, хорошо! Замечательно! Я, значит, втянулся во всё это, из-за тебя!..

– А я тебя об этом не просила!

Он замолчал. Лишь крылья носа раздувались от нахлынувшего негодования.

– Давай выдохнем, – предложила Катя. – Ничего плохого уже не случится. Всё будет так, как нельзя лучше, вот, увидишь!

– Почему ты вечно во что-нибудь ввязываешься, и я потом всё разгребаю, вытаскивая тебя из передряг? – с нотами обречённости спросил Никита ослабшим голосом и добавил. – Можешь не отвечать.

– Не собираюсь.

– И правильно. Не забывай про нашу помолвку.

– Про какую помолвку?! Вы сами всё придумали. Я своего согласия не давала!

– Ты не можешь отвергать наши законы. Ты сирота, Катя, а сирот женит староста. Мой отец принял решение, и ты не уйдёшь от этого! Я тебя увезу отсюда, чего бы мне это не стоило! И мы поженимся!

– П-ф-ф! – фыркнула Катерина. – Какой из тебя жених, если тебе плевать на невесту, на её дела и на её чувства!

– Ты запуталась в своих делах и чувствах, Катя! Посмотри на себя! Вырядилась, как горожанка!

– Ну, извини, мою одежду, вообще-то, выбросили! – съехидничала она.

– Катя! – Никита схватил Катю за плечи. – Ты можешь быть счастлива только со мной! Только я могу дать то, что тебе нужно на самом деле! Прекрати уже гоняться за призраками прошлого! Твои родители уже давно мертвы, как ты не понимаешь!

– А, ну, пусти! Мне больно вообще-то! – Катя зашипела и стукнула его по рукам. – Псих! С такими, как ты, бесполезно разговаривать! Не смей так говорить о папе с мамой! Они живы!

– Давай, обойдёмся без оскорблений! – Никита выпустил её плечи. – Что ж! Вижу слова тебя не вразумляют… Хорошо…

В темнеющем сумраке его недовольное лицо стало похоже на злую гротескную маску.

– Мне плевать, что ты там задумал. У тебя всё равно ничего не получится! – прокричала Катя.

Она, вскинув кверху подбородок, отправилась к термам. Больше всего хотелось окунуться в воду и остудить разгорячённую голову, прежде чем приступить к изучению той папки, что ей дал Ариан. Никита не стал её больше задерживать и даже не окликнул. Широко шагая, он унёсся к особняку.

Дурачок. Небось думает, что сможет выкрасть Катю и вернуть в посёлок. Как бы Ариан его не убил!

Катю передёрнуло.

Придя в термы, она плюхнулась в холодную воду, выбрав ледяной бассейн. Это взбодрило и охладило пламя внутри. Назад, в отведённую ей спальню, Катя вернулась полной сил, чтобы начать читать материал из папки.

Первую страницу венчал заголовок «Проект №А1.1». Далее шёл обширный список терминов. Катя перелистнула страницу сразу к общему положению.

Разум охватило новое потрясение от прочитанного. Из общего положения стало ясно для чего горожане периодически увозят людей из посёлка. Вся их община, жизнь и все установки – это один большой научный эксперимент!

Катя читала дальше и не верила глазам. Горожане без зазрений совести решили эксплуатировать, пожелавших свободы от их цивилизации, людей таким гнусным образом! Научный проект нацеливался на выявление высокого потенциала, чтобы в дальнейшем превращать этих людей в мутантов, стирать память и отправлять в армию Владмория!

Катя с гневом захлопнула папку. В руках осталась лишь журнальная вырезка со статьёй. Эмоции захлестнули ещё больше, когда из неё стало известно, как появились аномалии. Неведомая энергия, с которой столкнулись учёные на дне океана, вырвалась на поверхность и превратилась в неуправляемую стихию, губящую на своём пути всё живое.

В мыслях завертелся вопрос, кто же построил те неведомые здания, использовав такой опасный материал? Кем являлись те люди древности? Чем служили такие постройки? И как они оказались на дне океана? Такая информация в статье отсутствовала.

Катерина вздохнула и отложила прочитанную статью в сторону.

Стало интересно, как древние люди справлялись с аномалиями. Раз они использовали эти загадочные камни, значит они умели осторожно с ними обращаться, иначе человечеству тогда пришёл бы конец! Если бы горожане заполучили те знания, то смогли бы очистить планету от аномалий. Но, судя по тому, что аномалии до сих пор гуляли по земле, учёные умы так и не нашли способ, как решить эту проблему. Что-то подсказывало, что горожане не преследовали такую цель. Они неплохо устроились в своих городах, в то время, как весь мир лежит в руинах. Аномалии выкосили треть человечества.

Она не заметила, как стала смотреть в зеркало на своё отражение, пока не встретилась с самой собой взглядом.

Вот, она, дочь правителя этого государства. Неужели судьба дарит такой щедрый подарок – шанс навести порядок в мире, который столько раз грезился во снах! Шанс вернуть семью. Шанс жить полной и счастливой жизнью. Да будет так!