Глава 13

Несколько лет назад, до провальной войны, Морозовы были довольно крепким боярским родом. И пусть сейчас от их былого величия осталась лишь тень, крохотный жилой квартальчик вокруг московской усадьбы Морозовых имелся. Среди прочих зданий недалеко от усадьбы располагался крытый павильон, предназначенный для проведения светских приёмов. На мой взгляд, он был чем-то похож наподобие теплицы – высокие окна от пола до потолка, много зелени внутри, но при этом дышится легко, и нет ощущения сырости.

Оба Морозовых встречали гостей прямо у дверей. И позицию они заняли удивительную – с какой стороны ни посмотри, их отлично было видно, хотя и гостей собралось уже заметное количество.

– Алиса Андреевна, Аскольд Андреевич, рады приветствовать вас в нашем доме, – с улыбкой проговорила Екатерина Морозова.

– Благодарю, что почтили присутствием мой скромный праздник, – с важным видом кивнул её сын Никита.

– Ну что вы, как мы могли пропустить такое событие. Не каждый день главе старого боярского рода исполняется девять лет, – вежливо ответила моя сегодняшняя спутница.

– С днём рождения, Никита Всеволодович, – торжественно проговорил я, – долгих лет жизни, счастья и благополучия вам и вашему роду! Екатерина Алексеевна, как всегда, выглядите бесподобно. Яркая зелень, которой изобилует убранство этого зала, – я повёл рукой, указывая на деревья и цветы в кадках и горшках, – кажутся уже не столь яркими на фоне прекрасного цветка дома Морозовых.

– Благодарю, Аскольд Андреевич! Вы искусный льстец несмотря на юный возраст, – лукаво ответила боярыня Морозова.

– Ну что вы, какая лесть? Я говорю только правду, – отозвался я.

Мы перекинулись ещё парой слов с хозяевами приёма, а затем уступили место новоприбывшим гостям – я повёл спутницу вглубь зала.

– Эта цветущая оранжерея странно на тебя действует, – потянувшись к моему уху, шепнула Алиса. Сегодня она нарядилась в пышное васильковое платье. Удивительно, насколько моя старшая сестрёнка любит этот цвет и фасон с открытыми плечами.

– Почему ты так решила? – улыбнулся я.

– Ну а чего это ты в соловья превратился и заливаешься трелью, – она улыбнулась краешком губ, а затем передразнила меня: – Прекрасный цветок дома, растения вокруг вянут…

– Люблю я, знаешь ли, говорить людям приятные вещи, – усмехнулся я.

– Тогда и мне скажи!

– Тебе я уже говорил сегодня, когда ты спустилась в своём красивом платье.

– И что, думаешь, теперь норму выполнил?

– А то. Ладно, хватит, сеструля, к нам уже идут.

– «Сеструля», – буркнула она себе под нос.

Однако уже через мгновенье великая княжна Тверская и наследница рода Оболенских резко преобразилась. Точнее, со стороны она и во время нашей перепалки выглядела статной родовитой аристократкой. Теперь же даже я почувствовал, что девушка настроилась на серьёзный лад.

– Алиса Андреевна, Аскольд Андреевич, добрый день. Как вам праздник? Не правда ли, замечательный?

К нам подошли улыбчивый полноватый мужчина в чёрном костюме и симпатичная женщина-пышка. Это был Геннадий Сергеевич Галицкий с супругой Аллой Фёдоровной. Меня представили им ещё во время всеимперского турнира. Тогда, на турнирных светских мероприятиях я познакомился со многими аристократами. А ещё с Галицкими я сталкивался и по делу, ведь именно им принадлежит телеканал, где выходят интервью и сюжеты, сделанные журналисткой Мирой Вердер.

Последовала недолгая процедура приветствиями и обмен любезностями. А после этого глава боярского рода Галицких с хитринкой в глазах произнёс:

– И всё же Аскольд Андреевич, признаю, за вами любопытно наблюдать. Утолите моё любопытство, не для печати, как говорится, какие ваши дальнейшие планы? Объясню свой интерес – раньше со стороны казалось, что вы поступательно развиваетесь, поднимаетесь по социальной лестнице. Но теперь-то вы оказались практически на её вершине!

– Полно вам, Геннадий Сергеевич, какая это вершина? Те, кто действительно на вершине, недосягаемы до нас, – я изобразил смущение.

– Потому и говорю, что «практически», – мягко продолжил гнуть свою линию боярин. – Вы член главной семьи великокняжеского рода Оболенских. У вас могучий отец и прелестные сёстры, – он улыбнулся Алисе. – Чего ещё желать человеку, казалось бы? Но… – он многозначительно кивнул.

– Жизнь – это движение, Геннадий Сергеевич. По крайней мере, я так считаю. Всегда можно найти для себя направление для поступательного развития.

– То есть вы не собираетесь довольствоваться имеющимся?

– Я не собираюсь просто так сидеть, свесив ножки вниз, – в тон ему также мягко ответил я. – У меня уже есть некоторые проекты, которыми я хотел бы посвятить своё время и силы.

– Ого, заинтриговали, – широко улыбнулся мужчина. – Значит я продолжу с интересом наблюдать за вами. И, конечно же, желаю вам процветания во всех делах ваших.

Мы ещё немного поболтали, и Галицкие откланялись, а я подвёл Алису к столику с напитками.

– Он выразил тебе поддержку и намекнул, что вполне может оказать содействие, если ваши дела в чём-то пересекутся, – быстро проговорила сестра, пока рядом с нами никого не было.

– Спасибо за пояснения, но я и так понял.

– А? – на миг она посмотрела на меня озадаченно. – Прости, сглупила.

– Не переживай за меня. Твой младшенький братик уже успел научиться вычленять смысл из витиеватых фраз.

– Мой младшенький братик гений каких ещё поискать нужно, – одобрительно сказала Алиса. – Слева к нам приближаются Левашовы.

– Марат с женой? Это свои. Не более чем дань вежливости.

С вассалами бояр Морозовых у нас получился довольно тёплый разговор. Всё-таки мы сражались с Маратом бок о бок, а позже он помогал Вадиму с тренировками. Алису же Левашовы знали потому, что несколько раз с Катей приезжали смотреть мои турнирные бои.

После Левашовых мы успели пообщаться ещё с четырьмя парами аристократов разной величины. Ничего особенного это не значило – дворяне и бояре лишь хотел засветиться перед двумя членами великокняжеской семьи.

А затем мы приметили самую статусную компанию на этом приёме. Наша с Алисой пара двух княжеских детей Оболенских меркла на фоне них.

Алексей Денисович Белозерский с супругой – родственники именинника, стояли возле столика с рыбными закусками. Алексей Денисович – министр путей и сообщения Империи и кровный дед Никиты Морозова. Рядом с министром и его супругой находилась и его старшая дочь, а также внучка с внуком и зять – члены великокняжеского рода Ромодановских. Внучку Алексея Денисовича Белозерского – великую княжну Казанскую – Юлию Ромодановскую сопровождал весьма примечательный кавалер – наследный княжич Новочеркасский.

Так же известный, как Арвин.

– Пойдём, что ли, поздороваемся, – я указал взглядом на эту внушительную компанию. Их много, они статуснее, так что подходить придётся нам.

Алиса не стала отказываться, лишь напомнила о необходимости подбирать слова. Да уж, хоть моя сестра и держится в высшей мере достойно, лёгкое волнение у неё присутствует. Неужели из-за меня волнуется? Ещё и удостоверилась, что я всех Ромодановских и Белозерских знаю по именам.

Группа родственников именинника плюс Арвин заметили наше приближение, и высокородные аристократы повернулись в нашу сторону.

Ну а дальше… Форкх меня дери, ещё на Родине устал от долгих велеречивых приветствий…

– Евгений Кириллович, Игорь Евгеньевич, для меня честь познакомиться с вами, – после общего приветствия я повернулся к великому князю Казанскому и его старшему сыну. Со всеми остальными я был знаком и раньше, а этих двух видел сегодня впервые.

– Как и для нас познакомиться с вами, Аскольд Андреевич, – строго и без улыбки ответил отец Юли.

– Весьма наслышан о вас от сестрёнки, – бодро проговорил наследный великий княжич. Кажется, характером он больше пошел в мать – такой же лёгкий в общении.

– Надеюсь, слышали вы только хорошее.

– Хм… – он сделал вид, что задумался. – Был один существенный недостаток, но как показало время, на самом деле его и не существовало, – загадочно проговорил молодой наследник Ромодановских.

Его отец и глазом не повёл. А вот дед-министр – отец его матери, ныне великой княгини Казанской, и Кати Морозовой, покосился на внучку Юлю. Великая княгиня же загадочно улыбнулась.

– Как показывает время, у нашего Аскольда и в самом деле практически нет недостатков, – решил поучаствовать в беседе Арвин. – Пусть я знаком с ним недолго, но мне кажется, что уже знаю его, как облупленного.

– Достойное умение – быстро разбираться в людях, – подал голос великий князь Казанский.

– У Артёма Вениаминовича много достойных умений, – ровным тоном проговорила Юля и покосилась на меня.

Поняв, что в беседе возникла пауза, я решил сделать то, зачем в первую очередь и подошёл к этой группе:

– Алексей Денисович, – я повернулся к министру путей и сообщений Российской империи. – Хочу поблагодарить вас за ту поддержку, которую вы оказали мне ранее.

– Не стоит, Аскольд Андреевич, – покачал головой дед именинника и Юли Ромодановской. – Как оказалось, вы с самого начала не нуждались в том, чтобы кто-то подавал вашу кандидатуру для рассмотрения комиссии по изменению социального статуса.

– И всё же, для многих, в том числе и для меня произошедшее в прошлое воскресенье стало неожиданностью. Я рассчитывал на положительное решение этой комиссии. Строил планы, исходя из этого, готовился. Если бы вы не поддержали меня, сейчас я бы оказался с пустыми руками. Ещё раз спасибо.

– Раз так, то пожалуйста, – не стал спорить министр. – Если в чём-то ещё понадобится моя помощь – обращайтесь. Обсудим детали.

– Благодарю. Не хочу показаться излишне самоуверенным, но если и я смогу быть вам полезен – вы тоже можете на меня рассчитывать, – я изобразил вежливую улыбку.

– Я запомню ваши слова, – кивнул министр.

– Евгений Кириллович, Елизавета Алексеевна, – я продолжил держать нить разговора в своих руках и обратился к великому князю Казанскому с княгиней, – вам я тоже хочу выразить свою искреннюю благодарность. Опять же, прошу не считать мои слова грубостью или чем-то неуместным. Я от всего сердца говорю вам спасибо за достойное воспитание вашей дочери. За время обучения в «Алой Мудрости» Юлия Евгеньевна несколько раз весьма вовремя приходила мне на помощь. Я ценю это и благодарю за это. Я считаю, что Юлия Евгеньевна станет выдающейся главой ученического совета «Алой Мудрости».

Что сейчас, что парой минут ранее во время беседы с министром, я говорил спокойным ровным голосом. Сказать «спасибо» даже используя одни и те же слова, можно абсолютно по-разному, можно подобострастно, а можно и с достоинством. Я метил во второе.

– Я принимаю вашу благодарность, – сдержанно ответил великий князь. – Как родителю, мне приятно слышать о достойном воспитании и успехах дочери.

Мы перекинулись ещё несколькими общими фразами, а после Арвин с Юлей отделились от своей компании и присоединились к нам с Алисой. Мы ходили между столиками уже вчетвером, и под негромкие звуки живой музыки беседовали с подходящими к нам аристократами…

Вскоре музыка зазвучала громче.

– Вальс? – удивилась Юля, а затем улыбнулась. – Чего ещё ожидать от тётушки…

Тонко намекает, что далеко не на каждом приёме хозяева «предлагают» гостями танцевать классические танцы.

– Юлия Евгеньевна, изволите ли блистать со мной в этом зале среди танцующих пар? – Арвин отвесил низкий поклон Ромодановской и протянул ей руку.

– Но если мы будем блистать, то изволю, – ответила она и скромно положила свою ладошку в его ладонь.

Арвин повёл партнёршу к другим танцующим парам и, уходя, бросил в мою сторону хитрый взгляд.

– По-настоящему блистать может лишь одна пара, – усмехнулся я и повернулся к Алисе. – Сударыня, не изволите ли размять косточки?

– С превеликим удовольствием, сударь, – игриво ответила Алиса. А затем еле слышным шёпотом добавила: – Покажем тут всем, как нужно танцевать.

Алиса вся погрузилась в танец, и я старался от неё не отставать. Но и Арвин с Юлей были на высоте. Наш квартет привлекал к себе взгляды всех гостей. Я слышал восторженный шёпот, видел завистливые и восхищённые взгляды.

Ну да, княжичи «отжигают».

А ведь я, между прочим, сегодня напряжённо «работаю» – держу лицо. Пусть все знают, что новый член семьи Оболенских не тушуется и с достоинством носит свою новую фамилию. Что «подобрав» простолюдина, Оболенские уж точно не ослабли.