Глава 9

– Доброе утро, Аскольд Андреевич!

– Здравствуйте, Аскольд Андреевич.

После того как я стал чемпионом империи, со мной каждое утро здоровались чуть ли не все лицеисты «Алой Мудрости». Теперь же, когда я стал ещё и Оболенским, складывалось впечатление, что каждый встречный считал своим долгом хоть на полсекунды, но задержаться передо мной.

– Звезда, ничего не скажешь, – усмехнулся Арвин. Утром во вторник мы вместе шли по школьному коридору, ведущему к нашему классу.

– И твоему мечу меня не затмить, – отозвался я. Арвин вчера не соврал, и сегодня действительно пришёл в «Алую Мудрость» с саблей. Правда сейчас она была упакована в тканевый тубус, который княжич Новочеркасский за лямку перекинул через плечо. Если бы он носил оружие отрыто на поясе, привлекал бы больше внимания.

– Аскольд! Аскольд! Аскольд! – почти у самого кабинета ко мне подлетела возбуждённая Вероника. Моя целительница сияла и едва ли не прыгала от счастья.

– Ника! Ника! Ника! – весело передразнил её я и, не удержавшись, потрепал по волосам.

Арвин закатил глаза и кивнул на дверь кабинета нашего класса. Мол, ну вас, пойду я.

– Ну привет, что за бурная радость с утра? – спросил я у Вероники, когда мы остались вдвоём (если не обращать внимания на проходящих мимо лицеистов).

– Ну как это? – удивилась девушка. – Мы же впервые увиделись, после того как ты стал младшим великим княжичем Тверским! – выпалила она. – Знаешь, как я обрадовалась? Я, конечно, приняла бы тебя и личным дворянином, но княжичем… Это восхитительно! Поздравляю, Аскольд, – заулыбалась она.

– Спасибо.

– Ну? – девушка хитро сощурила взгляд. – Когда я уже стану личной дворянкой?

– Ника, – с укором проговорил я, – потерпи ты неделю, а. Сейчас мои бумаги доделаем, а потом твоими займёмся. Иначе никак.

– А то мне уже из храма звонили. Им нужны будут копии для отчётности.

Какие удивительные натуры – эти целительницы! Без мыла в любую дырку пролезут. Да, все юные целительницы по умолчанию Претендентки, и как только выбирают себе господина из аристократов, становятся личными дворянками. Но право слово, зачем же так торопиться? Или «старшие сёстры» Вероники опасаются, что, став Оболенским, я решу вернуть им юную целительницу «по гарантии» в обмен на какого-нибудь поопытнее? Ну так договором это не предусмотрено.

– Аскольд, ты чего? – удивлённо спросила Ладина.

– Да так, размышляю о перспективах, – хмыкнул я, а затем добродушно улыбнулся. – В общем, всё будет, потерпи.

Спустя две минуты я вошёл наконец-то в класс. И первое, что увидел – восторженные глаза Юлии Ромодановской. Великая княжна Казанская не могла оторвать взгляд от поблескивающей в свете классных люстр Арвиновской сабли. Зайдя в кабинет, он её расчехлил и сейчас с гордостью демонстрировал окружающим. Да уж, не зря потратил ночь на полировку в обмен на посещение борделя, столько искреннего восхищения вряд ли бы могли ему подарить тамошние мастерицы.

– Всем привет! – поздоровался я с одноклассниками.

– Аскольд Андреевич… – неуверенно проговорила Маша Роднина. Хм… вроде бы раньше, когда она со мной разговаривала, не испытывала такой робости. Но Маша – Слуга Оболенских, не знает теперь, как ко мне будет уместно обращаться?

Некоторые одноклассники тоже казались сбитыми с толку. Как ни крути, со всеми ними я общался больше, чем со многими другими лицеистами.

И вот в этот момент всеобщего недопонимания раздался радостный возглас:

– Брат! Доброе утро, братец!

И Яна энергично бросилась ко мне, вскочив из-за парты.

– Сестра! – поддался я её безумным эмоциям.

Оболенская крепко обняла меня у всех на глазах. Правда через секунду отлипла и зачастила:

– Ну как ты, братец, хорошо позавтракал сегодня?

От её серьёзного тона во время этой совершенно несерьёзной сцены, одноклассники заулыбались, я же подыграл Яне, ответив также серьёзно, что поел хорошо. А затем повернулся к Маше:

– Ну а ты чего растерялась? Переучилась, что ли? Ты это брось – всё равно меня тебе не обойти.

Роднина удивлённо воззрилась на меня, а затем еле заметно улыбнулась и тут же перешла в контратаку:

– Это мы ещё посмотрим! Вот увидите, по итогам годовых экзаменов я займу первое место.

– С такой неумной фантазией тебе впору романы писать, – хмыкнул Вася Антохин. – Нас с Аскольдом… – на миг он замялся, бросил на меня косой взгляд, и, увидев мою одобрительную полуулыбку, уже бодрее продолжил: – тебе не обойти.

А дальше началась уже привычная перепалка этой парочки заучек. Я же обернулся к своему первому школьному другу:

– Влад, ну что, как твои успехи на экономическом поприще?

– Да нормально, – отозвался он.

– А чего так неуверенно? – я и хлопнул его по плечу, чтобы взбодрить. – Терпенье и труд все перетрут.

– Верно, Аскольд говорит! – поддержала Инна и тоже покосилась на меня. Мол, нормально, что я без отчества? Мой род же вассалы твоего рода.

Ну а я что, я всем одобрительно улыбаюсь.

– Да, вы правы, – закивал Беляков. – Скоро всё будет!

Я усмехнулся. Месяц назад Влад рассказал нам, что хочет попробовать открыть небольшое дело. Вроде как насмотрелся на мои успехи, вот и проснулась в нём жажда деятельности. Однако, как тут говорят, велосипед изобретать парень не стал и решил заняться продажей в Москве морепродуктов с малой родины. Да, конкуренция имеется и не маленькая. Но как раз с малого и захотел стартовать Влад. Вот и выискивает места, которые крупные игроки пока не заняли, анализирует, можно ли их использовать, лично отслеживает потоки потенциальных покупателей.

В общем, старается парень. Наследником он не является, а потому и какого-то чёткого сценария на жизнь от родителей не имеет, волен по большому счёту заниматься чем хочет, а ещё вполне может и свой род в конечном итоге создать.

– Аскольд, – вкрадчиво обратилась ко мне великая княжна Казанская, – очень рада, что ты познакомился со своим родным отцом и узнал свои истинные корни.

– Спасибо.

– Каково тебе в новом статусе?

– Привыкаю понемногу, – я пожал плечами.

В этот момент прозвенел звонок, и мы расселись по своим местам.

На перемене привычной компанией оккупировали нашу любимую скамейку в коридоре. Вероника, по уже сложившейся привычке, болталась рядом.

– Даже не верится, что вы с Яной оказались родственниками, – весело проговорил Влад, окончательно убедившийся, что смена моей фамилии никак не повлияет на наши отношения.

– Жизнь многогранна и непредсказуема, – с важным видом подняла палец Яна. – Эх, ты бы видел лица тех, кто пытался судить моего братишку.

– Да уж, Аскольд, обидно, наверное, этим Чудиновым, что всё так обернулось, – усмехнулся Влад.

– И Голиковым тоже, – заметила Вероника. А когда все посмотрели на неё, тут же добавила: – Я и так слышала, что их стали реже приглашать на разные приёмы после того покушения на Аскольда. А теперь поди и вовсе изгоями станут.

– Вряд ли именно изгоями, – спокойно произнесла Юля Ромодановская, – но негласная отстранённость усилится.

– Они, кстати, вчера прислали письмо, – припомнил я. – Завуалировано признают прошлые ошибки и извиняются. Ну и долгих лет жизни и процветания тоже желают.

Аристократические рода, желающие подмазаться к Оболенским или же просто поддерживающие тёплые отношения с тверским великокняжеским родом, уже начали слать приветственные письма.

– Ну а вы что, будете им отвечать? – не удержалась от вопроса Вероника.

– Посмотрим, – загадочно пожал я плечами.

На самом деле конкретно Голиковым и Чудиновым мы даже формальной отписки не отправим. Зачем? Голиковы очень нагло пытались меня убить и простых извинений мало, чтобы мой новый род дал понять общественности, что с этими дворянами снова можно иметь дело. А Чудиновы… Глава этого рода не только извинился, но ещё и написал, что заставил виновника – Георгия Чудинова, покинуть род. Вроде бы сильное решение, но есть разница между «заставить покинуть род» и «изгнать из рода». В первом случае покидающий род остаётся полноправным аристократом и создаёт свой собственный. Такое будущее и ждёт Георгия Чудинова. Если он, конечно, сможет прийти в себя после того, как моя Аура и подобие Ауры Годуновых устроили фарш из его психики.

– О, Аскольд, Яна, ваша сестра идёт, – Арвин первым заметил приближающуюся к нам Алису.

Наследница рода Оболенских шла в сопровождении Юры – паренька из учсовета. Когда они поравнялись с нами, последовала короткая процедура приветствия.

– Алиса Андреевна, будьте так любезны, подскажите в школе ли сегодня Софья Антоновна? – спросила у заместительницы главы учсовета великая княжна Казанская.

– Увы, Соне по-прежнему нездоровится, – с нескрываемой грустью ответила Алиса. – Вы что-то хотели узнать у неё?

– Обсудить детали предвыборной компании, – коротко ответила Ромодановская.

– С этим и я могу вам помочь, – улыбнулась Алиса. – А Софья, если нужно, поможет нам советом по телефону.

– Хорошо, тогда я подойду в учсовет примерно через час после уроков. Удобно будет?

– Вполне, – кивнула Алиса.

Моя «старшая сестра» постояла с нами ещё пару минут и отправилась по своим делам. Скоро и мы вернулись в класс.

Всё это время я замечал задумчивые взгляды Ромодановской, невзначай бросаемые в мою сторону.

Поглядывать на меня Юля продолжила и на уроке. Правда иногда она смотрела и в сторону Арвина. Форкхово дерьмо, одну сударыню смена моей фамилии отпугнула, а другую что, притянула, что ли?

Как-то тётя Марина смотрела дома по телевизору сериал, и в нём одна крепкая барышня безапелляционно молвила: «Все проблемы от робких мужиков, едрить их в дышло!» И в данный момент я с ней категорически согласен. С одной стороны, Вадим валандается с тётушкой, с другой – Арвин с Юлей. А что в итоге? Мне придётся всё разгребать?.. А я на такое подписываться не собираюсь.

Юля и раньше весьма заметно интересовалась мной, но пропасть в нашем положении охлаждала её пыл. А теперь-то я хоть и младший, но всё же великий княжич. То есть в негласной иерархии мой статус примерно равен статусу обычного не наследного княжича. Тот же Арвин выше меня по статусу, а вот его младший брат (а он у Арвин в этом мире имеется) вполне мне равен. И, в общем-то, дочку великого князя в этом мире могут выдать за меня.

Только мне такое счастье даром нинать.

Эх, Арвин… Шевелись давай!

Едрить тебя в дышло.

Однако «пошевелиться» Арвин не успел. Прямо во время урока мне пришло сообщение от Ромодановской:

«Нужно поговорить. Встретимся на перемене на том самом месте».

То самое место… Отдалённый коридор, в котором когда-то Юля пригласила меня составить ей компанию на осеннем школьном балу. Надеюсь, я правильно разгадал шифр.

Время до конца урока пролетело незаметно. «Отделаться» от друзей не составило и труда – достаточно было лишь помахать телефоном.

И вот спустя три минуты после звонка на перемену я стоял «на том самом месте».

Юля появилась ещё через полторы минуты.

– Ну, к чему вся эта конспирация? – с улыбкой спросил я.

– Хотела обсудить планы на будущее, – проговорила она, внимательно наблюдая за моей реакцией.

– Звучит серьёзно, – покачал я головой.

– Скажи, ты ведь получил приглашение на приём в честь дня рождения моего двоюродного брата?

– Никиты Морозова? – уточнил я. Юля кивнула. – Да, получил.

– Ты… – неуверенно начала она. – Решил, с кем пойдёшь? Я…

– Извини, Юля, что перебиваю, – чуть виновато проговорил я. – Я пойду с Алисой. Хотя она об этом ещё не знает, – этот вопрос мы с великим князем Тверским обсудили вчера вечером, именно он просил пойти вместе с наследницей рода. Продемонстрировать общественности, что внутри великокняжеской семьи всё в порядке, несмотря на внезапное появление бастарда.

– А, понятно, – чуть помолчав ответила Ромодановская.

И будто бы немного расслабилась.

«Попробуй пригласить Арвина», – вертелось у меня на языке, но я благоразумно промолчал.

И не зря.

– Что ж, тогда позову Арвина, – произнесла Ромодановская спустя четыре секунды.

И вновь пристально смотрит на меня своими карими глазами. Хм… а ведь второй раз у нас похожий разговор.

Надеюсь, третьего не будет.

– Хорошая идея! – оживился я. – А то он только и делает, что тренируется.

– И не зря! – неожиданно эмоционально заявила Юля. – Сегодня, например, он устраивает показательный бой в своём клубе. Будет демонстрировать техники меча для всех желающих. Я, например, очень хочу посмотреть.

– Поверь мне, он будет рад такой зрительнице, – улыбнулся я.

А Юля удивлённо хлопнула ресницами. Явно не такой реакции она ожидала.

– А возвращаясь к теме приёмов, – проговорила она спокойно, взяв себя в руки. – Мне вот любопытно, а в честь тебя семья планирует приём?

– Да, – кивнул я. – Через месяц в Твери всем официально представят нового Оболенского. Совместим это знаменательное событие с празднованием моего восемнадцатилетние. Так что жди приглашения. Приём хоть и внутрикняжеский, но друзей я обязательно позову.

Правда, за этот месяц нам предстоит кучу всего сделать. А лично меня ещё и ожидает поездочка в Сибирь.