Глава 21

Наследный принц Британской Империи Георг Стюарт всё-таки смог поднять себе настроение. Для этого потребовалось съездить в «специальный домик», в котором можно было тайком вдоволь подкрепиться «пропавшими без вести» аристократами, не поддерживающими королевскую политику. Ну или привезённым из Индии желтокожим кормом. Или приговорёнными к смерти безродными преступниками, в конце концов.

Да, здоровое питание снижает уровень стресса.

А потом люди из спецслужб уничтожают оставшиеся от еды тряпки, думая, что исчезнувшие послужили топливом для некоего важного артефакта королевской семьи, который используется на благо Британии. По крайней мере именно такую отговорку для них в своё время придумал Георг, чтобы хоть как-то объяснить последствия сарнитских пиршеств.

Хорошенько подкрепившись, Георг Стюарт поехал в загородную резиденцию, где его ожидали пять красавиц, отобранных для него личным секретарём. От возможного недовольства принцессы Беллатрис – супруги Георга и будущей императрицы Британии, принца защищало её неведение. Некогда сарнит, а ныне «человек», правящий второй (хотя некоторые склонны считать Британию первой) по могуществу империей мира из-за спины своего человеческого отца-марионетки, прекрасно понимал, что скандалы внутри семьи ему ни к чему. Да, конечно, если супруга-принцесса начнёт доставлять неудобства, её можно просто сожрать и завести новую… Но тогда может возмутиться её родня! А принцесса Беллатрис – любимая дочурка императора Франко-Испании, и отчасти при её участии организован военно-политический союз двух империй.

Нельзя её жрать.

Вот и приходится разнообразных красоток для отдыха скрывать от законной супруги.

Переродившись в теле человека, сарнит узнал о многих приятных сторонах жизни. Казалось бы, сочную молодую тушку человеческой самки можно лишь с наслаждением жрать, раздирая жвалами плоть… Но нет! Есть и другие приятные забавы.

Выросший в матриархальном обществе сарнит, оказавшись Британским принцем, познал счастье разнузданного спаривания в любое время, когда лишь пожелаешь, а не когда придёт твоя очередь на посещение Хозяйки гнезда.

У некоторых слабаков эта очередь и вовсе никогда не наступала.

Оглядываясь назад, во времена до своего перерождения, сарнит осознавал, что раньше и не жил вовсе. Что за жизнь у него была тогда? Все усилия направлены только на то, чтобы искать пропитание. Бегаешь, пока не выбьёшься из сил, поспишь, и снова искать пищу. Ну ещё несколько раз удавалось спариться…

А теперь столько разнообразия…

Правда, как и раньше, Александрийцы несут страшную угрозу жизни сарнитам. Когда-то они уничтожили родное гнездо. Тогда сарниту с другими выжившими пришлось спасать Хозяйку, искать новый дом… обустраивать этот дом, налаживать отношения с другими гнёздами после переезда… А потом отправляться вновь в космос, чтобы расширить и обезопасить границы империи…

Встретить в космосе Александрийцев и оказаться в Аномалии.

И вот, переродившись Георгом Стюартом, сарнит вкусил новой жизни. Правда, отчасти делать ему приходилось всё то же, что и раньше – оберегать гнездо, искать пропитание и расширять территории. Вот только сейчас делалось это куда с большим удовольствием. Человеческие тела созданы для удовольствий. Человеческое сознание направлено на поиск и приумножение удовольствий, в отличие от животных инстинктов сарнитского тела.

Однако Александрийцы снова здесь! И снова хотят лишить его спокойствия, может быть, гнёзда и…

Удовольствия.

«Опять разозлился. А ведь только поел… Эмоциональность – странный недостаток человеческих тел. Хотя, может быть, без него и не было бы всех этих ярких ощущений?» – мелькнуло в голове Георга, когда он подъезжал к резиденции.

В резиденции его уже ждали. И не только пять отборных красавиц, но и сородич. Брат по гнезду. По-человечески, вероятно, его называют лучший друг.

Поздоровавшись с Джоном Бекингемом, принц велел подать виски и закуски в одну из гостиных. Спустя пять минут Бекингем уже разливал янтарный напиток по стаканам.

– Видел тут парочку девиц, слышал, есть и другие. Отдыхаешь вовсю? – с улыбкой спросил Бекингем.

– Нервы успокаиваю. Останешься? И для тебя привезут.

– Звучит здорово, – просиял вернувшийся с Северной войны лорд.

– Но сперва… – принц недобро нахмурился, а за его спиной на миг замерцала фигура огромного богомола. – Сперва расскажи мне, Джон… Ты так взбудоражено говорил мне о покорении Северного королевства силами кланов, говорил, что мы выйдем вплотную к Российской империи… Утверждал, что Александрийцы не переживут такое расширение Британии… А что по факту, Джон? Ты вернулся, даже не захватив их столицу? – недобро прорычал принц-сарнит. – Тебе надрали задницу космодесантники? Разнесли базу твоего клана… Джон, кланы, сопровождавшие тебя, в следующий раз уже не так охотно откликнутся на подобную авантюру!

– Не нагнетай, Георг, – холодно проговорил Бекингем. – Не забывай, кто ты есть. Пусть корона принца не давит тебе на голову, брат. Мы с тобой равны.

– Да, – выдохнул принц. – Прости. Просто я не хочу больше терять сородичей. И не хочу терять то, что мы имеем.

– Не придётся, Георг, – Бекингем улыбнулся и залпом осушил свой стакан. А затем долил в него ещё виски и проговорил: – Слышал, есть такая фраза: я искал медь, а нашёл золото? Примерно это и случилось.

Бекингем открыл портфель и достал папку. Затем протянул своему духовному сородичу несколько бумаг из этой папки.

– Взгляни.

Принц с любопытством впился взглядом в написанные ровным почерком строки. Его глаза с каждой секундой расширялись. Глядя на эту картину, Бекингем самодовольно усмехнулся и заговорил:

– Как ты знаешь, мой предшественник изучал шведский язык. Когда я задумал северный поход, я подтянул эти знания. Язык не особо поменялся с семнадцатого века, однако некоторые сложности я всё же испытал. Но с переводом мне помог один шведский учёный-лингвист, которого я притащил с собой с покорённых земель. Ты слушаешь меня?

– А? – оторвался от чтений принц, пару секунд изумлённо смотрел на своего собрата, а затем недобро прищурился. Его взгляд стал холодным. Один из самых опасных хищников на планете почуял добычу.

– Вот, вижу ты понял все перспективы, – самоуверенно закивал Бекингем.

– Ты в самом деле нашёл золото, Джон.

– Я рад, что ты тоже узнал этот шифр. Были у меня мысли, что мне привиделось, – хмыкнул Бекингем, вновь присосавшись к стакану с виски.

Принц ещё раз посмотрел на записи и кивнул:

– Сложная образность. Без знаний и восприятий из нашей прошлой жизни не понять смысл. Шифр для нас простой. Но местным его невозможно разгадать. Даже… Даже мерзкие Александрийцы, скорее всего, не справились бы. Тот, кто написал это, определённо был одним из нас. Как и предок Годуновых. Невероятно! Они оказались так далеко в прошлом, – покачал головой принц.

– Согласен, поразительно. Было бы отлично, если бы все мы в этом мире появились рядом. Вместе. Но и так неплохо. Ведь благодаря нашим сородичам мы таки можем уничтожить Российскую империю! – Бекингем поднял к потолку сжатый кулак.

– Да! Разрушим её от самого основания! – сверкнул глазами принц Георг. – Русские ничего не смогут нам противопоставить! Но прежде… прежде нам нужно наладить с ними отношения. Сблизиться с Годуновыми.

– Не уверен, что это будет легко, – хмыкнул Бекингем.

– Чем сложнее добыча, тем она вкуснее! Мы лишим Александрийцев их нового дома и поддержки. И тогда они точно ничего не смогут нам противопоставить!

* * *

Дом, милый дом!

Я успел соскучиться по своему мелкому княжеству. Хотя… вероятно, причина этих чувств не столько в княжестве, сколько в княгине.

Я улыбался, глядя в иллюминатор идущего на посадку самолёта. Форкх дери эту Сибирь! Взлётно-посадочная полоса расчищена отлично, но с высоты прекрасно видно, какие уже высокие сугробы образовались за забором аэропорта. А ведь календарно даже зима ещё не наступила – всего лишь двадцать седьмое ноября.

В Швеции, когда мы улетали, выпало заметно меньше снега.

Наконец-то самолёт приземлился, через некоторое время открыли дверь, и я ступил на трап.

Меня встречала целая делегация. Аристократы Енисейска выстроились в две шеренги по обе стороны от ковровой дорожки, расстеленной от трапа. Чуть поодаль стояли небольшие «группки» охраны. Столько ратников, право слово, будто не домой приехал, а в какую-нибудь горячую точку.

Но всё это я отметил лишь где-то на задворках сознания. Едва выйдя из самолёта, я сосредоточил взгляд на стоявшей чуть впереди шеренг аристократов красивой черноволосой девушке в пышной шубке.

Соня смотрела на меня, тепло улыбаясь.

– С возвращением домой, муж мой. Княжество радо встречать своего владыку, – церемонно проговорила она, когда между нами оставалось два метра, и начала кланяться.

Я быстрым шагом сократил разделяющее нас расстояние, крепко обнял её и, подняв в воздух, закружил.

Соня смущённо смотрела на меня сверху. Аристократы добродушно улыбались.

Поставив жену на ковровую дорожку, я поцеловал её в губы.

С трудом оторвавшись от такого сладкого и долгожданного поцелуя, я громко сказал:

– Привет всем! Рад всех вас видеть! Очень-очень! Так что давайте без лишней чопорности! Я вот поесть собираюсь. Если есть желающие, айда за мной!

Конечно же, все собравшиеся были только за. Более того, банкет и так планировался.

Так что все начали рассаживаться по машинам.

– Я скучала, – прошептала мне на ухо Софья.

– Я тоже, – глядя ей в глаза, признался я. – Но у нас ещё будет время наверстать упущенное.

Это время пришло лишь под вечер. Сначала был обеда с местными аристократами, на котором большинство из них, пусть и очень коротко, но всё же считало своим долгом рассказать мне об успехах своих ведомств на поприще улучшения и развития нашего княжества. Затем с тётушкой и Вадимом мы устроили семейный ужин. Хотя закончился он впятером, так как малыш Вова расплакался ближе к концу нашего ужина, из-за чего Мари пришлось взять его на руки и поднести к столу.

И лишь когда эта семейка укатила в свою Енисейскую квартиру, мы с Соней…

В общем даже до ванной не сразу добрались.

А когда добрались, мытьё – это последнее, что нас интересовало.

* * *

– Я люблю тебя, – проурчала Соня, лёжа у меня на груди.

– Я тоже тебя люблю, – улыбнулся я и, потянувшись, чмокнул её в макушку.

– Я так рада, что ты наконец-то вернулся… Так счастлива! Знаешь, я не сомневалась в твоих сила, но всё равно… волновалась.

– Знаю, – ласково проговорил я.

– Знаешь, с одной стороны, я хотела бы просто наслаждаться каждым мгновеньем с тобой: есть вместе вкусную еду, заниматься любовью, может быть валяться на солнечном пляже. А может быть, кататься на лошадях по… скажем, по горным тропкам.

– Прекрасный план. Я не отказался бы так отдохнуть. Обещаю, как только появится время, мы съездим куда-нибудь.

– Да я не напрашиваюсь, ты не подумай. Но мне приятно знать, что ты тоже хотел бы так провести со мной время, – перевернувшись на спину, она, всё так же лёжа на моей груди, заглянула мне в глаза и улыбнулась.

– Ну а почему бы мне не хотеть побездельничать вместе с самой прекрасной женщиной в мире? – спросил я.

– Твои слова безмерно радуют меня, Аскольд. Я… я счастлива видеть эту твою сторону. Мне очень импонирует твоя тяга к достижению новых высот, к покорению вершин – покорению врагов… Но как же хорошо, что и обычные человеческие радости тебе не чужды. Что не только… карьера тебя интересует.

– Не только, – кивнул я. – Ты меня интересуешь не меньше. Как и наш будущий малыш, – потянувшись рукой, я погладил её по животу.

На миг внутри меня всё сжалось. Иногда это чувство накатывало, когда я смотрел на Соню.

Чувство осознания того, как же мне сильно повезло.

– Я сделаю этот мир безопасным для наших детей, – твёрдо произнёс я. – Пусть к его рождению, – я снова погладил живот жены, – я не успею. Но тянуть с этим точно не буду. У наших детей будет счастливое будущее.

Соня ласково улыбнулась и кивнула.

– Я знаю. За человека, неспособного обеспечить такое будущее, я бы замуж не вышла, – она игриво усмехнулась. А затем посерьёзнев, спросила: – Что-то произошло в Швеции? Что-то необычное, да?

– Да.

– Расскажешь? Ты обещал, и…

– Расскажу, – усмехнулся я, приложив ей палец к губам. – Я всегда держу свои обещания.

Ну а дальше я начал подробный рассказ о нашей северной компании. Через тридцать минут после начала моего рассказа Соня проголодалась, мы переместились в столовую…

Как и обещал, я рассказал ей всё.

– Так что сейчас враг уже отвёл часть своих войск. Как и мы. Я оставил пятьдесят космодесантников в Швеции. Твой приёмный отец командует объединённым российским контингентом. Полагаю, проблем во взаимоотношении с местными у него не возникнет. Бьёрн или маршал Эриксон сейчас максимально лояльны нам.

– Да, отец справится, – решительно кивнула Соня. – Но… столько предателей оказалось в Швеции…

– Богатые аристократы в небольшом королевстве вполне способны экономическими решениями влиять на политику страны. Плюс внешняя экономика была чересчур зависима от импорта. А стало быть, дворянских родов, через которых этот импорт проходит. Став королём, Бьёрн пытался выправить ситуацию и отчасти ему это удалось. Но, увы, влияние Британии и Франко-Испании в его королевстве оказалось слишком велико.

– А сейчас, пользуясь неспокойной обстановкой, он проводит массовые чистки.

– Ну не без этого, – пожал я плечами. – Но он славный малый. Так что казнями злоупотреблять не станет. Ну да ладно, Сонь. Хватит об этом? Подкрепилась? Отдохнула?

– Хм… мой ненасытный муж снова готов действовать? – проворковала она и стрельнула глазками.

– Готов, и немедля! – отозвался я, накинувшись на жену.

Она весело взвизгнула, когда я подхватил её на руки и потащил обратно в спальню…