Глава 9

Увидев, что я принес, сестра восхищенно охнула и прижала ладони к щекам – жест безусловного восторга! Я подарил Эрли новый гребень, за который отдал две золотые монеты. Он того стоил – сделан был из китового уса и инструктирован золотом. Ее старый деревянный гребень давно треснул, и не развалился сугубо чудом.

– Это мне? Но он же невероятно дорогой! – наконец обрела дар речи сестра. Взять гребень из моих рук она так и не решилась.

– Ты забыла, что я портальный охотник, так что деньги у нас на такие вещи теперь есть, – улыбнулся я. – И вот тебе еще пять золотых монет, чтобы купить то, что считаешь самым необходимым.

Увидев еще и золотые монеты, сестра оказалась шокирована полностью.

– Приходи в себя, и зайди потом ко мне в комнату, мне понадобится помощь! – сказал я и вышел в коридор, оставив все принесенное на стареньком комоде.

До того, как отец разгибал спину, вставая из-за стола, за которым работал, оставался еще час, так что время пока было. График он никогда не нарушал – вот мне хороший пример для подражания, не надо быть слишком импульсивным. Сестра появилась через три минуты.

– Поможешь мне восстановить источник, – сказал я. – Сработает, займемся и твоим. Если все получится, он будет у тебя таким большим, что ты сможешь развиться до архимага! Или даже до грандмага!

Сестра, и так шокированная дорогими подарками, не могла от изумления произнести ни слова. Но верила мне и не пыталась спорить.

Я достал четыре из пяти добытых после охоты на демонов органов, названия которых не знал. Снял рубаху, сел на кровать и принялся инструктировать сестру.

– Сейчас я положу себе одну из этих штук на грудь, и она начнет в нее погружаться. Не волнуйся, так надо! Пока это будет происходить, я буду тратить все силы на то, чтобы удержаться в сознании, так что ты мне поможешь. Как только эта штука скроется под кожей, клади на то же место следующую. Когда останется только одна, посмотришь на мое состояние. Если я мигну тебе, клади и четвертую. Если потеряю сознание, ограничься тремя!

Сестра молча кивнула, но изумление сменилось у нее интересом.

Поняв, что я в надежных руках, я взял кинжал, надрезал кожу в районе солнечного сплетения и лег на спину. Прихваченного со стола «червячка» опустил на рану.

Наставник говорил, что ощущения будут мощными, но не предупредил, что имел в виду боль. Мне казалось, что «червячок» буквально прогрызает свой путь внутрь меня! Теперь я понял и смысл инструкций, что мне будет нужен партнер, – меня словно парализовало. Страшное ощущение, особо страшное, если уже был парализован раньше!

Когда чуть-чуть отлегло, я увидел опускающуюся мне на грудь руку сестры с новым ингредиентом, и все началось заново. Заняло это всего минуты полторы, но боль вымотала меня полностью. А рука сестры снова опускалась!

После внедрения третьего червяка увидел сквозь выступившие от боли слезы, как Эрли вопросительно смотрит на меня. Еле нашел в себе силы мигнуть – и вновь погрузился в пучину адских мук. Правда, очень скоро я все же потерял сознание.

Когда пришел в себя, сестра сидела рядом заплаканная. Но тут же просияла:

– Великие Боги! Я уж боялась, что эти твари сожрали тебя изнутри!

Я осторожно растянул губы в улыбке. Потом пошевелил пальцами, проверяя, прошел ли паралич. А затем боль в груди исчезла, словно ничего и не было. И спустя полминуты я уже решился сесть.

Сестра тут же вытерла тряпицей кровь с груди, после чего замерла в изумлении. Я опустил глаза вниз – кожа была чистой и гладкой, словно я и не резал ее недавно ножом. О таком эффекте и я не знал. Ну да, сегодня Эрли наудивляется на месяц вперед!

– И теперь у тебя есть новый, здоровый источник? – спросила сестра, потихоньку осваиваясь.

– Только основа под него, – покачал головой я, – самое сложное впереди. «Червячки», которые заползли внутрь, демонической природы. Они сформировали основу под источник, но теперь ее нужно заполнить материалом, который позволит начаться процессу формирования источника. И раз основа демоническая, то и материал тоже нужен необычный.

– Что ты имеешь в виду? – спросила настороженно сестра. Видно было, что интерес у нее был не чисто академическим, а она уже примеряется идти по моим стопам.

– Материал – это мои боль и страдания, – ответил я, – а также боль и страдания других. Пополам на пополам.

Если Эрли думала до этого, что уже достаточно на сегодня увидела и услышала необычного, то была не права. Ее глаза снова распахнулись в изумлении.

– И как ты планируешь поступить? – спросила она.

– Ну, вариантов не так и много, – сказал я. – Просто есть более рискованные и менее рискованные. Будь нога в нормальном состоянии, я бы подался в бойцы на подпольных аренах. Не тех, конечно, где идет бой на смерть, а там, где полегче правила. Но с такой ногой туда можно идти только зрителем. И это тоже вариант, собирать чужую боль. Ты могла бы также сдать меня в больницу, в отделение для психов. Я точно знаю, что персонал обычно постоянно над ними издевается. Но это так себе вариант – вдруг в нашем городе персонал полюбезнее, а времени я потрачу массу. Неплохо бы ещё послоняться рядом с пыточной – только нужно угадать, когда там идет процесс дознания, и не оказаться на дыбе как подозрительный тип, шляющийся там, где ему не положено.

– Откуда ты все это знаешь? – растерянно спросила сестра.

– Друзья в городе, я же не все время в поместье сидел, – пожал плечами я. – Знаешь, какие интересные собеседники встречаются в тавернах! За несколько часов столько узнаешь о чем-нибудь интересном, что главное – не забыть бы!

– Ты меня сегодня только и делаешь, что удивляешь! – наморщила носик сестра. – Я думала, ты совсем домашний мальчик, а тут такое!

– Был бы я домашним мальчиком, мы бы сейчас все еще лежали парализованными! – напомнил я. – Значит, так. Я еще подумаю, что буду делать, чтобы заполнить источник. Хотя, начну, пожалуй, с порталов. Если входить и сразу выходить – то мне сполна хватит и боли, и страданий! Так, к тебе просьба – возьми мои накопления, если я вдруг пропаду, потрать часть на то, чтобы меня отыскать.

И я выложил перед сестрой оставшиеся сто восемнадцать золотых монет.

– Две возьму себе, на расходы, остальное спрячь у себя в комнате, в своем тайнике под окном.

И снова смог ошеломить сестру – она то смотрела на груду золота, то на меня.

– Тебя что, удивляет то, что я знаю про твой тайник? – я тоже сделал изумленное лицо.

– Да иди ты! – махнула она на меня рукой. – У меня впечатление, что я вообще никогда с тобой не была знакома!

Я понял, что обрушил на нее слишком много всего, и пора закругляться, пока она не пришла к верным выводам. Пока что меня спасало то, что брат с сестрой не были особо дружны – она бегала общаться к девушкам из соседних поместий и знать не знала, чем он занимается в это время. Будь иначе, она бы уже догадалась, что я ничего общего с ним не имею, кроме этого тела и воспоминаний.

– Ну ладно, забирай золото и иди! – сказал я. – И это, на случай, если не найдешь меня, возьми и последнего червячка. Сделаешь все так же, как я делал, и, как наберешься достаточно боли и страданий, источник восстановится. Не сразу, постепенно, но будет вполне нормального размера. Не огромного, но хватит добраться до восьмого-девятого магического разряда.

– Не говори так, все с тобой будет хорошо! – встревожилась сестра. – Может, мне пойти с тобой?

– Да нет, не стоит! – махнул я рукой. – Вошел в портал, вышел, вошел – вышел, – что там со мной может случиться!

Сестра нахмурилась, а потом спросила:

– А почему ты себе вживил четырех этих червяков, а мне только одного предлагаешь?

– У меня больше просто нет. Если со мной все будет в порядке, я схожу на охоту снова и добуду тебе еще. Но все равно, больше трех я тебе не дам вживить – мало ли что!

– Значит, от того, сколько червяков вживить, зависит размер и потенциал источника? – начала рассуждать вслух сестра. – Тогда, получается, ты с четырьмя червяками всегда будешь сильнее меня? Ты боишься, что я тебя обойду? Стану более могущественным магом?

– Нет, просто я боюсь за тебя! – ответил я. – Чем больше червяков усваиваешь, тем больше шансов не получить более мощный источник, а сойти с ума в процессе. Думаешь, почему я ограничился четырьмя, а не использовал все пять? Организм, когда проводишь процедуру, тоже дает сигнал, сколько червяков может вынести, – потому я тебе и говорил, что если потеряю сознание, новых червяков не подсаживай.

Но сестра все равно упрямо покачала головой:

– Я считаю, что тоже выдержу! Обещай мне, что когда дойдет дело, дашь мне шанс на четырех червяков!

Ну вот и что с ней делать? Как ей сказать, что я за годы войны прошел через такое, что ей и не снилось в самых страшных кошмарах? А она считает, что я вырос на ее глазах в тепличных условиях! И раз такой пацан может четырех, значит, и она может! Ладно, я решил быть дипломатичным:

– Давай так договоримся, если у меня все получится, я дам тебе три задачи. Выполнишь их – поговорим о четырех червяках. Три – трех. Две – двух. Ну и так далее.

Эрли постояла несколько секунд, прикидывая, нравится ли ей то, что она услышала, потом все же кивнула, взяла деньги и «червяка» и отправилась к себе. А я покачал головой и вздохнул – да уж, не так и просто мне с ней будет. Хотя – то, что у нее есть амбиции, это очень хорошо!

За ужином отец вел себя как обычно, моих бинтов не заметил. Впрочем, мои раны не были серьезными, движений не стесняли, так что и вел я себя вполне естественно. Сколько раз, несмотря на юный возраст, я был серьезно ранен в прежней жизни! Не скажу, что не сосчитать, – такие вещи не забываются. Шесть раз! Либо сам выползал с поля боя, либо друзья вытаскивали. А в лагере меня подлатывали армейские лекари с богатейшим опытом и массой редких ингредиентов под рукой, добытых из порталов, и я снова шел в бой. Когда через неделю, когда через две.

Ужин закончился, отец пожелал нам спокойной ночи и мы разошлись по комнатам. Выждав полчаса, я снарядился и вылез через окно. Лук и стрелы брать не стал, взял только кинжал и самострел. Я иду страдать, а не сражаться с монстрами.

Покинув поместье и пройдя всего метров триста по ночному лесу, я понял, что за мной следят. После долгой службы в армии, когда за плечами много ночных вылазок, после сотен порталов с опасными монстрами, которые тебя выслеживают, такие способности вырабатываются сами собой. Шаг того, кто шел за мной, был легким, но неуверенным. Я вздохнул – гадать о том, кто за мной крадется, было незачем. Имелась только одна кандидатура.

Ступив за толстое дерево, я замер за ним. Шаги того, кто крался за мной, вначале замерли, а потом снова возобновились. Да еще и стали более слышными – мой преследователь добавил скорости, вообразив, что я от него оторвался. Когда шаги оказались совсем рядом, я вышел из-за дерева и стал прямо перед своей сестрой, заставив ее испуганно вскрикнуть. После чего задал вопрос:

– Ну и что ты тут делаешь?

– Было бы странно, если бы меня тут не было! – пошла в наступление сестра. – Сказал, что если с тобой все будет в порядке, я получу шанс на источник, достойный грандмага! Да я тебя теперь вообще никуда не отпущу!

Я рассмеялся. И верно, сам же недавно радовался, что у сестры есть амбиции!

– Ладно, пошли за мной. Посидишь, подождешь недалеко от портала. Ночью, по идее, никто шляться не будет – вряд ли кто еще из портальных охотников вынужден скрываться от своего отца!

Посмеялись вместе с сестрой над моей шуткой, взял ее за руку, и пошли дальше. Единственное, взял ее за руку неудачно, со стороны хромой ноги, из-за чего постоянно на нее заваливался, через полсотни шагов поменялись местами и идти стало проще. Меня смущало то, что сестра не взяла с собой никакого оружия, и оставлять ее одну у портала, даже на несколько минут, было боязно. А отдавать часть своего и так не очень солидного вооружения было опасно уже мне. Иногда, даже на пару секунд зайдя в портал, можно все же нарваться на неприятности!

Поэтому, когда мы пришли к выбранному мной порталу для посещения, я сказал:

– Давай я вначале научу тебя, как пользоваться маной из твоего источника, прежде чем тут бросать. Ты же изучала простейшие боевые заклинания? Сможешь воспроизвести хоть одно из них, если у тебя будет мана?

Сестра посмотрела на меня, как на ненормального:

– Какая мана, братишка? У меня же выжженный источник!

Вздохнув, я сказал:

– И все же немного маны всегда есть и в таких источниках! Давай я тебя научу, как ее найти. Мы же вместе много раз медитировали с отцом, помнишь, как это делается? Садись поудобнее на мох, закрой глаза. Подключай дыхание!

От такой неслыханной перспективы – найти в себе ману – сестра ошалела и стала совсем послушной. Дождался, когда ее дыхание вошло в устойчивый ритм.

– Теперь представь, что у тебя невод в руках, представила? Так, а теперь совмещай его с телом! Пусть эта сеть будет в каждой части тела без исключения. Готово? Теперь начинай потихоньку тянуть сеть из головы по направлению к источнику. А как закончишь, переходи к ногам и рукам. После этого на дне источника все же появится мана. Немного, примерно десять процентов того, что дал бы здоровый источник, но все же это – мана!

Пока сестра занималась этим упражнением, задумался над тем, научить ли еще ее, как преобразовывать прану в ману. Все же решил воздержаться. Мне говорили наставники, что в Академии этому обучают только на четвертом курсе, когда маги становятся повзрослее и посдержаннее. А то слишком молодые маги легко увлекаются, и в азарте переходят границы допустимого. Ведь без достаточного количества праны в теле оно начинает быстро стареть. А если всю прану преобразить в ману, то и вообще умрешь через несколько минут после этого! Так что это может пригодиться опытному хладнокровному магу, оказавшемуся в сложной ситуации, когда очень нужна мана и можно немного использовать собственной праны. Или в том случае, когда маг готов умереть, но унести с собой в могилу последним заклинанием побольше врагов. Но когда ветер в голове, в азарте на такое могут пойти и в учебном поединке, лишь бы выиграть! Как по мне – слишком дорогая плата. Нет, пока что обойдется без этого знания!

Через две минуты сестра открыла глаза. Я ожидал потока благодарностей, но я плохо знал женщин. К сожалению, больших возможностей у меня раньше и не было. Любо воюешь, либо учишься, либо охотишься в порталах. И ты все время такой уставший, что тебе глубоко плевать, рядом с тобой девушка или парень – главное, товарищ хороший или плохой, и чтобы не подставил и не подвел. А когда все же появляется немного времени, и ты хороший парень, то нет нужды в каких-то ухаживаниях – всегда найдется девушка, жаждущая ласки. И никаких взаимных претензий, ссор и скандалов – не до этой ерунды, если завтра можешь умереть!

– Скажи-ка, Эйсон, как давно ты так умеешь? – спросила она совершенно нейтральным тоном.

– Ну, это… пару лет как! – не сразу, но все же ответил я, сочиняя на ходу. – Один пьяный маг в таверне по секрету показал.

– То есть ты знал об этом все время, пока мы лежали парализованными, и не научил меня? Я лежала вся липкая от пота по три дня подряд, в ожидании, когда прислуга меня хоть немного помоет, а могла использовать заклинание «омовения»? Я уже посчитала, на него маны как раз бы хватило!

– Ну, прости, не подумал! – пожал плечами я. А что еще было сказать?

Неодобрительно покачав головой, сестра сказала:

– Ох, побить бы тебя как следует, но ты успел сделать мне кучу подарков, теперь как-то неудобно. Ладно уж, иди в свой портал! Но в следующий раз, если промолчишь о чем-то для меня важном, тебе это так легко с рук не сойдет!

Ну да, подарил гребень и пять золотых, вылечил от паралича, научил собирать ману из выжженного источника – один раз меня за все это простить можно! Хмыкнув, я повернулся спиной к Эрли и шагнул в портал.

Зашел я в салатово-красный портал, в нем ожидать какие-то проблемы не приходилось. Этот портал обожали травники – они находили в этой локации много чего для себя полезного и возились там с травой по несколько часов кряду. Я, к сожалению, в этом мало понимал, хотя и был согласен с тем, что направление это важное, – но во всем преуспеть нельзя, и мое обучение в воюющей армии носило сугубо военный характер. Конечно, кое-что я все же знал – но только то, что наставники сочли полезным для ведения боевых действий или подготовки к ним. В сумме всего девять рецептов и представление о том, как выглядят необходимые для них травы. Настоящий травник знает сотни рецептов и тысячи трав! Возникла даже мысль, что можно что-то и собрать для нескольких из своих рецептов, но от нее я тут же отказался. Успею еще, сейчас мой приоритет – страдания!

Впервые почувствовал удовлетворение от всех неприятных ощущений, что сопровождали мое движение по переходу. Исключительно потому, что они приносили пользу в формировании моего источника. Болью тоже можно наслаждаться, будучи полностью в здравом уме, – к примеру, когда вырываешь из тела загнившую колючку, очищаешь рану и понимаешь, что теперь у тебя не будет гангрены.

Вышел в локацию, всей грудью вдохнул чистый воздух, полюбовался мгновение освещенным двумя лунами травяным полем – и тут же повернул назад.

Тело в этот раз было вполне живым, и расплата за быстрое возвращение была выдана мне по полной программе! Адская боль – и никакие размышления о том, как я развиваю новую основу для мощного источника, никак не помогали. Когда я вывалился из портала, меня немедленно стошнило, а затем я рухнул на траву рядом с ним – сил хватило только на то, чтобы добраться до чистого участка.

– Эйсон! Что с тобой? Ты ранен? Куда? – встревоженно захлопотала вокруг меня Эрли.

– Я в порядке! – собравшись с силами, секунд через десять прохрипел я. – Дай отлежаться!

Только минут через двадцать голова перестала болеть и кружиться. Когда я сел, лицо оказалось мокрым и липким – выяснилось, что носом шла кровь. И все равно я чувствовал, что этого мало, – как минимум нужно еще четыре раза так же серьезно пострадать, чтобы заполнить основу источника по части собственных страданий. Эх, как же все непросто-то!

Решиться снова войти в портал было сложно, но еще сложнее оказалось вернуться в переход уже из локации. Тело помнило, как было больно и неприятно в прошлый раз, и явственно сопротивлялось моему приказу. Но все же я туда вошел!

Вполне может быть, что я первый человек, который решил дважды подряд преждевременно выйти из локации. Некому было меня предупредить, что это будет уже не просто больно, а чертовски больно! В первый раз я испытал обычные пытки и избиения. В этот раз с меня начали сдирать кожу и посыпать солью мясо. Не мудрено, что я выл от ярости и пытался сражаться – не привык покорно терпеть пытки, – но вскоре все же отключился от чудовищной боли.