4.4 Лика. Под солнцем, под дубом, на земле, возле речки

Сон был краток и нестабилен. Хотелось открыть глаза и встать. Или хотя бы сесть. Лика так и сделала - открыла глаза и попыталась сесть.

Куда там! Руки, секунду назад просто лежавшие поверх её тела и аккуратно его придерживавшие, мгновенно оказались стальными канатами.

- Далеко собралась? - тихо спросил он. - Рано ещё, только-только рассвет.

Жан-Филипп. Драный кот Жанно. Невероятный, совершенно невероятный мужчина. Маг, музыкант и любовник уровня «бог». Что, он и сам утром не сбежит, и её не пошлёт?

- Да вернусь сейчас, - не говорить же, что надо в кусты, и ещё пить хочется.

- А поцеловать? - желтые глаза лукаво блеснули.

О боги, да. Поцеловать. Целовать-целовать-целовать. Губы, нос, щёки... грудь. Нет, так она вообще никуда не уйдёт.

Лика напилась из речки сама и притащила флягу ему.

- Вот. Надо?

- Ещё как надо. Благодарю тебя, маленькая розочка. Маленькая дикая розочка, которая на самом деле не дикая, а вовсе нежная и ласковая, - он сел и зарылся носом в её макушку. -Кто бы мог подумать, что ты можешь быть такой. Когда ты без шипов - это. - он смотрел на неё невероятно нежно. - Да я слов не подберу к тому, как это. Как песня.

- Знаешь, - Лика смутилась, но потом набралась смелости и подняла голову. - Я теперь поняла, почему иногда говорят - заниматься любовью. Кажется, впервые в жизни меня любили.

- Почему же любили? Всё ещё любят, - улыбнулся он. - И собираются любить ещё долго. Ты вообще человек или существо из сказки?

- Человек, - вздохнула Лика и коснулась его волос.

Ощущать их ладонью было необыкновенно приятно. Лоб, к слову, затянулся - только корочку отшелушить. Пальцы сами собой сползли на левое ухо, и на пресловутую серьгу. Серьга была обследована и внимательно рассмотрена. Кажется, немного заговорена. Больше она не поняла.

- Тебе не даёт покоя эта маленькая вещица? У самой-то в ушах целый частокол, мощное оборонительное сооружение, дырка на дырке, - он тоже принялся изучать её многочисленные шипастые серьги. - Это ж сколько раз надо вытерпеть такое, скажи?

Мне, если честно, и один-то не понравился.

- Очень хотелось, - честно ответила она.

Ну да, и больно было, и кое-где зарастало долго. Ну и что теперь?

- Хотелось ей, надо же, - проворчал он, легко поглаживая ухо. - Что ты на них наворотила, признавайся? Чувствую, там есть какая-то сила.

- У тебя тоже не всё просто.

- У меня как раз просто - чтобы не рассыпалась и не потерялась. Этот камень мне дорого обошёлся, и я не придумал ничего лучше, как надеть его на видное место. Колец я тогда не носил, считал ерундой, и что мешают, это теперь привык. Вот и вышло. А у тебя?

- А у меня небольшое защитное заклинание. Сильные я пока не умею.

- Ты очень много умеешь - для девы и для той, кто не так давно познакомился с магией, -серьёзно сказал он, и тут же подмигнул. - Но я помню, было что-то ещё, правда? Это я наивно думал, что серьги только для ушей, а в других местах их носят только если какие-нибудь жёны неверных, но оказывается, всё не так!

В общем, колечко в пупке было тоже обтрогано и обцеловано со всех сторон. И ни слова о том, что это варварство и глупости.

Дальше шли татушки - их тоже оказалось очень классно рассматривать. У него это оказались-таки щупальца, и каждое прямо дышало силой.

- Они магические, так? - Лика легонько поглаживала чёткие чёрные линии, наполненные ощутимой силой.

- Конечно, зачем ещё?

- Ну-у-у... - протянула Лика. - Типа для красоты. Вот у тебя же - красиво.

- Наверное, я, честно сказать, не задумывался. А придворные дамы не носят таких украшений, - он перевернул её на живот, и гладил дракончика на лопатке, а потом и розу.

- Вот, всё верно, роза. В хитром месте, но от того розой быть не перестаёт. И ещё, значит, рука и нога. Что я тебе скажу, Лика - каналы там есть, и хорошие, аккуратные. Нужно только найти мастера, который бы сумел наполнить их силой.

- А это как? И где найти того мастера?

- Где найти - я с ходу и не придумаю. Мне-то делали далеко отсюда. Но мы поищем.

- А у тебя - что там? Что за сила?

- Защита и нечувствительность к боли - до определённого момента.

- О, блокировка боли - это вот совсем круто, я так хочу! У меня очень маленький болевой порог. Я сразу верещу и ною, когда мне больно. Свой запас таблеток я уже съела, да у меня и было-то с собой немного. И теперь если бы не Жакетка, мне бы периодически приходили кранты. Ну то есть, когда что-то болит, мне очень плохо, вот.

- Кому ж хорошо-то, - усмехнулся он. - И часто у тебя что-нибудь болит?

- Случается, - интересно, что он знает, например, про месячные?

Анри-то, по ходу, не знает ничего. Или знает, но эти все низменные вещи так от него далеки, что всё одно - что знает, что не знает. Это если вся семья в одной маленькой комнатке - там ничего не скроешь, а в громадном замке можно вообще не каждый день встречаться и ничего не знать.

- Разберёмся, - говорит он, вытягивается на плаще, который после ночи и так уже выглядит, как не сказать, откуда, и кладёт её сверху.

И скользит ладонями по спине, по лопаткам, и ниже, и дальше. И не только ладонями. И не только скользит...

Если ночь была феерией осязания, некоторым образом обоняния, местами вкуса и ещё слуха, то здесь добавилось зрение - Лика хоть и жила на слух и на ощупь, но никогда не преуменьшала значение картинки. Картинка же была хоть куда.

И очень органично дополнялась царапинами - на плечах, и спине, и ниже, синяком на шее

- кажется, от укуса, ну а что, он же разрешил, и парочкой засосов.

- Тебе нельзя на люди раздетым показываться, ты весь драный, - смеялась она.

- А ты думаешь, что выглядишь лучше? - смеялся он в ответ. - Ты давно на себя в зеркало смотрела?

- Давно, - была вынуждена признать Лика.

Фактически - сутки назад, вчера ранним утром. А на самом деле - в другой жизни, до вот этого всего.

- У тебя как с зеркалами вообще?

- Да не очень, я плохо концентрируюсь на вызов, меня не слышат, - пожаловалась она.

- Дело тренировки, понятно, - согласился он.

Пошевелился, достал из своей поясной сумки маленькое зеркальце, с помощью которого, видимо, связывался, с кем там ему надо. И уставился на него чуть ли не с разинутым ртом.

- Что там? - спросила Лика. - Десять пропущенных?

- Десять что? - не понял он.

- Ну как, когда вызывают кого-то, а он не отвечает, это называется - пропущенный вызов.

- Очень точно, розочка, - усмехнулся он. - Так и было. Смотри, - он поднял её и усадил к себе на колени. - Видишь радужную плёнку по краям? Она нарастает, когда тебя зовут, а ты не слышишь. А я вчера вообще не был способен услышать. Сил не было. Да и ты, наверное, тоже.

- А... ты знаешь, кто это был?

- Знаю. Ли. А кому-то надо чаще разговаривать таким образом с другими. Тогда этот кто-то, прямо скажем, эта юная талантливая во многих областях роза, научится отличать вызов одного мага от другого.

- Ты-то маг сколько лет уже, и сколько я.

- Всё так, - согласился он и поцеловал её в макушку. - Научишься, не печалься. Но я-то хотел показать тебе вовсе не это, - и с усмешкой повернул стекло к ней.

Охренеть видок. Глаза, как у голодной кошки, губы все равно что накачанные - и побаливают, к слову, очень даже побаливают, пара засосов на шее и ещё пара на груди. Блин, он хоть не кусался, и то хорошо. Лика осмотрела те части себя, которые были видимы и без зеркала - ну, ещё синяки кое-где, от пальцев. Рассмеялась.

- Ну да, кажется, это называется «не одна я спала на соломе».

- Под деревом, - уточнил он с необыкновенно серьёзным видом. - Где ж ты тут нашла солому, роза? Ладно, а теперь к вещам серьёзным. Расскажи-ка мне, как так вышло, что сначала тебя никак не могли найти, а потом ты вывалилась из невидимости посреди соседней поляны прямо перед боем? И еда у тебя с собой была, и, наверное, не только еда.

Было глупо думать, что он не спросит.

- А если тебе не понравится?

- Да уж как есть, - сощурился он.

Ладно, всё равно этого разговора не избежать. Грустно только, что сказочная часть её путешествия закончилась.

- Знаешь, это вышло случайно. Если честно, я собиралась сбежать. И сбежала бы, если бы не те поганые еретики, которых мы вчера положили. Из дома - следуя за отрядом, в невидимости. А потом они ушли. и невидимость кончилась.

- Ага, клочьями облезла. Из сказанного я заключаю, что невидимость тебе обеспечивал кто-то из отряда. А судя по тому, что Орельен был уже не в себе - вероятно, это делала госпожа Жакетта. Так?

- Так, - вздохнула Лика.

- Какая-то часть вещей была у неё?

- Да, одежда. А у меня еда. Но немного, мы думали купить по дороге.

- И куда вы с ней собирались?

- Э-э-э... на Юг.

- А поточнее?

- Там же где-то есть такое место, называется Фаро. А в нем - магическая школа, куда берут девушек. Ну и просто попутешествовать и мир посмотреть.

Он сильнее прижал её к себе.

- Сбежать из-под венца в магическую школу? - рассмеялся он. - Впервые вижу. Но не могу сказать, что не понимаю. И в конце концов, даже рад теперь, что так вышло. Роза, это делается иначе.

- Что именно? - нахмурилась Лика.

- Побег в Фаро. Это место совершенно точно есть, и мы даже видели посланцев оттуда -когда они поздравляли со свадьбой их величеств Марго и Г енриха.

- Ну да, тот парень с девушкой, которые друзья твои и Лионеля.

- Именно, роза. Они как раз из Фаро, более того - они дети тамошнего Великого Герцога, с которым, так уж сложилось, я знаком. А Дамиано - портальщик. Кроме разного другого. Ему не нужен артефакт для открытия портала.

- И ты ему можешь типа позвонить? Ну, связаться по зеркалу?

- Могу, - кивнул он.

- Так это, звони, что ли.

А сердце сжалось - ну вот и конец.

- Погоди, роза. Если честно - я считаю, что для тебя это хорошо и правильно. Магии нужно учиться. И я не готов отпускать тебя куда-то одну.

- Но у тебя тут друзья, семеро по лавкам и что-то ещё, о чём я не знаю?

- Друзья определённо, но у тебя они вроде тоже есть. И боюсь, сейчас мне до Дамиано не дотянуться. Сначала надо бы ещё поспать.

- Но в принципе ты готов?

- Готов, - сказал он.

И тут у него завибрировало зеркало в руке. Вот прямо завибрировало, как нормальный телефон.

- И кто это? - выдохнула она.

- Ли. Умник Ли, чёрт бы его побрал. Только он так может.

Он провёл по стеклу пальцами, и в зеркале появился Лионель. Очень уставший, прямо спавший с лица.

- Жив, - сказал только. - Слава тебе, Господи. Где ты есть?

- Там, где вчера расстались.

- Почему не отвечал?

- Потому что еле шевелился, - рассмеялся Жанно. - Что у вас?

- Суета и беготня. Была. Почти до утра. Уже на рассвете рассосались спать. Первозданный хаос, и мне не побороть его без тебя. Ты сможешь добраться сам, или нужно прислать кого-нибудь встретить тебя?

- Знаешь, Ли, я не уверен, что хочу туда прямо сейчас. У меня возникло дело.

- А не подождёт ли дело? - спросил Лионель прямо. - Мне очень нужна твоя помощь. Так называемая охрана его величества - люди ленивые и безголовые, их необходимо держать в узде. Меня на всё не хватит. Из приличных людей здесь только Анри, и он разнимал какие-то склоки почти до утра. Я был бы тебе очень признателен, если бы ты поднялся и доехал. До ночи выспался, а потом принял командование стражей. До заката продержимся. А потом я помогу тебе с твоими делами.

- Вот прямо поможешь? - усмехнулся Жан-Филипп. - Даже не зная о них ничего?

- Помогу, - вздохнул Лионель. - Приедешь - расскажешь, во что впутался. И... понимаешь, я связывался с отцом - госпожа Анжелика так и не нашлась.

Они глянули друг на друга. и кажется, поняли друг друга без слов. Но насколько точно -ещё предстояло выяснить.

- Только скажи - пусть никому не говорит, что я нашлась, - прошептала Лика.

Он кивнул.

- Она нашлась, сама и случайно. Но прошу тебя не говорить об этом никому, пока мы не доберёмся до дома.

- Жива? Здорова? - нахмурился Лионель.

- Да, господин Лионель, со мной всё в порядке, - громко сказала Лика.

- Рад. Жду обоих, - сказал тот и отключился.

Лика вздохнула и опустила голову.

- Так, роза, - начал Жанно первым делом, отложив зеркало. - Я с тобой, я за тебя. Что бы ни случилось. Мы вместе. Услышала?

- Да, - Лика растерялась. - Но... что же теперь как? Разве только я попробую поговорить с Анри и убедить его, чтоб мы расстались миром, но у меня ж не получится. Он почти никогда меня не слушает.

- Не получится у тебя - я поговорю.

- Он же твой друг. А Лионелю, на которого ты, как я понимаю, рассчитываешь, родственник. Дело семейное и вот это всё.

- Ну да, я однажды не дал Анри умереть, и мне не хотелось бы убивать его самому. Он в целом неплох.

- Мне тоже не хотелось бы убивать его, - выдохнула Лика. - Он не делал мне откровенного зла. Мы просто не подходим друг другу.

- А мы с тобой - подходим, - усмехнулся он.

- Да если бы у вас был норм развод, то и проблемы бы не было. Поженились, разбежались. Он получил, что там ему надо, замок или какую хрень собачью, и ура. И пусть дальше скачет по полям, а как устанет скакать - трахает свою Офелию. А я бы пошла на все четыре стороны. Скажи, меня могут взять куда-нибудь магом? Магов же капец мало, а я уже кое-что умею. Чего ржёшь?

Да-да, он слушал её и ржал. Вот прямо ржал. Потом снова обнял.

- Роза сердца моего, вообще-то я ещё ночью предложил тебе всё, чем владею. Или надо сказать более традиционно, чтобы ты поняла? Станешь ли ты, чужеземка Анжелика, моей любимой женой? И будешь ли владеть вместе со мной всем, чем владею я?

Вот прямо так, да?

- А. что для этого надо?

- Раз уж я взялся тебя спрашивать, то мне хотелось бы получить твоё согласие.

Лика задумалась. Прямо подвисла.

- А так просто. нельзя? Типа я - твоя девушка, а ты - мой парень?

- Это как? - он продолжал ржать. - Я вся твоя, но дел твоих знать не хочу? И имени твоего мне не надо?

- Почему не хочу-то. Ну, просто. Боюсь я, вот.

- Так не бойся. Против врагов спина к спине - страшнее. И знаешь, я, может быть, тоже боюсь. Я очень давно не предлагал никому стать моей женой, можно сказать - решился, наконец, а мне в ответ - можно так просто.

- Правда? - она глянула на него, смеющегося. - Прости, я не думала, что обижу тебя, я не хотела.

- Начинай уже думать, роза, пора. Я не могу себе вообразить, как устроена жизнь у тебя дома, если там все живут поодиночке, но здесь одинокая девчонка, будь она хоть сто раз магом, не выживет. На мага бывают специальные ловушки и антимагические кандалы. И ничего ты с этим не сделаешь, понимаешь? А тебя уже видели как Анжелику де Безье -все, кто только мог. Сначала в Лимее, потом в столице. И на тебя сейчас завязаны все долги и задумки старого графа. Мы вчера на пару с тобой раскидали кучку еретиков, но у них и магов-то было полторы боевых единицы, и те слабые, да чуток артефактов, а если ты встретишься с прилично вооруженными и подготовленными людьми?

- А... ты готов помочь? Выпутаться из этого всего и просто жить?

- Я тебе, прекрасная моя Лика, об этом говорю уже некоторое время. Да, мы можем просто быть вместе, путешествовать и смотреть мир. Но поверь, это лучше делать не сиротке девице де Безье, которая сбежала от жениха, а графине Саваж.

- Типа, чтобы было понятно - не беспризорная? Не надо отлавливать и пристраивать в хорошие руки? Как породистая кошка?

Он снова заржал.

- Ты мастер, конечно, сказать так, что потом от твоих слов смеёшься до вечера. И ты, конечно, кошка. Дикая зеленоглазая кошка. Но я, по словам некоторых недурно знающих меня людей, тот ещё драный кот. И я, драный кот, повторяю: пойдёшь ли ты, кошка Лика, волчья роза и не знаю уже, кто ещё, за меня замуж?

- Пойду, - тихо сказала она и спрятала лицо у него на груди.

- Вот и славно, - он взял её лицо в ладони и целовал, долго и нежно. - Скажи, ты носишь какие-нибудь кольца Анри?

- Неа, - замотала она головой. - Ни одного. Он не дарил мне никаких колец. Хз, почему так вышло. Были украшения, но я их все оставила, когда собралась убегать. Взяла только то, что от той Анжелики, немного, а ещё деньги и гитару, но гитара не только от него, она ещё и от тебя. И Рыжика, я его не отдам. И Маркиза. Он умный, его можно брать с собой в корзине, он научился. Раз мы возвращаемся к ним всем, то Маркиза надо будет забрать.

- А ещё кого? Жакетту? - смеялся он.

- Она тоже хотела в школу, и мир посмотреть. Но она не оставит Орельена. Потому что. в общем, не оставит.

- Она влюблена в него, так? - тихо спросил он с доброй улыбкой. - Я думаю, она быстро поставит его на ноги. А потом они подумают, и может быть, отправятся на Юг вместе.

Ему давно бы туда поехать, но он не хотел в одиночку. А с Жакеттой он не пропадёт.

- Ты скажешь ему, чтоб посмотрел на неё повнимательнее, ладно? Понятно, что он типа целый виконт, а она дочь прачки, да ещё и незаконнорожденная, но у неё где-то был какой-то неведомый крутой отец. Правда, ему все эти годы было до неё похрену, и вряд ли он сильно заинтересуется ею сейчас, он там, поди, десяток законных детей успел с тех пор настрогать, но всё же.

И снова он ржал.

- Скажи, роза, почему ты начинаешь говорить, как приличный человек, только если тебя уложить и любить? Вчера вдруг оказалось, что ты знаешь множество совсем других слов, столько и я не знаю, наверное.

Лика опять смутилась. Это правда, ночью она его такими словами называла, как никого и никогда. Самыми ласковыми, какие приходили на язык. Дома парни бы её за такое дело оборжали - мол, налила розовых соплей, а ему что - нравится?

- Не знаю, хороший мой. Вышло так.

- Чудесно ведь вышло, роза сердца моего. Смотри, - и суёт ей что-то под нос.

Оказалось - колечко. Широкая полоска металла, зелёный камушек. А по металлу вроде гравировки - розы.

- Ой, - восхитилась она. - Красивое.

- Носи, - он надел ей на правую руку и, кажется, добавил немного силы. - Чтоб не потерялось. Пальчики-то у тебя тоненькие. И не скажешь, что ты можешь ими играть на гитаре и управлять огнём. И царапаться. И оно немного помогает собраться с силами, когда жжёшь врагов. Значит, так. Я, Жан-Филипп, беру тебя, Анжелику, себе. Под солнцем, под дубом, на земле, возле речки. Кто возьмётся оспорить - будет сам виноват.

- Ну... - Лика оглядела себя - по-прежнему неодетую, потом сообразила, сняла своего дракончика. - Смотри, он незамкнутый, наверное, на какой-нибудь твой палец наденется,

- растянула немного кольцо, потом взяла его руку и надела ему. - Я, Анжелика, беру тебя, Жана-Филиппа, себе. Под солнцем, под дубом, на земле, возле речки. А кто возьмётся оспорить - будет сам виноват.

И поцеловаться, зажмурившись от лучей поднявшегося над поляной солнца.

- Спасибо, роза.

- Это тебе спасибо, дикий кот. Я была в отчаянии и не знала, что делать. А с тобой у меня вроде как опять второй шанс.

- Ты тоже - мой шанс. И вот что я тебе скажу, драгоценный мой шанс. Пойдём-ка в речку. А потом съедим, что у нас ещё осталось, и двинемся, куда собирались.

Они так и сделали. Купаться с ним было очень весело - он радостно брызгался, нырял и хватал её под водой то за ногу, то за руку, то ещё за какое место, да и она не отставала -здорово же, чего тут. Ещё с его плеч было круто прыгать в воду. Он вполне умел говорить с водой - не так хорошо, как принцесса Катрин, но умел, и утверждал, что с морем ему ещё проще, чем с пресной водой, и что в Фаро есть море, и он ей его непременно покажет. И горы покажет, и ещё что-нибудь красивое.

Он быстро оделся, а Лика пока сушила волосы, пока собирала разбросанные со вчера по кустам одёжки - и вот он уже стоит рядом, как человек, а она только трусы натянула и лифчик застёгивает.

- Что это, роза? - смотрит недоверчиво, потом легко касается подушечкой пальца границы между кружевной чашкой и обнажённой кожей. - Что это за невероятное украшение? Неведомый магический артефакт?

- Это просто удобно, - рассмеялась Лика. - Намного удобнее всяких дурацких корсетов.

- Это очень красиво, - он продолжал исследовать границу. - Ох ты, тут ещё кое-что есть, -трусы по случаю путешествия были не кружевные, но чёрные и с кружевной полоской по краю. - Очень мягко. И тоже красиво, - палец забрался под резинку.

- Вот что я тебе скажу, мой охренительный драный кот Жанно. Вообще это ты, не я, хотел быстрее к своему другу Лионелю.

- Точно. Я надеюсь, мы с тобой найдём какой-нибудь укромный угол, если там такой хаос, как он расписывает.

- Постараемся. Приедем - разберёмся. И если ты уже одет - доставай еду. И ещё покорми коников. Они соскучились за ночь.

Коники проголодались и были готовы сожрать всё, что им дадут - и остатки овса, и яблоки. Лика спросила разрешения и предложила яблоко не только Рыжику, но и чёрному Ветру - тот сначала смотрел на неё недоверчиво, а потом соизволил взять с ладони и съесть.

А потом и они сами поняли, что готовы заглотить всё, что есть, не хуже коников, и этого даже будет мало.

- Скажи, розочка Лика, мне кажется, или у тебя есть какой-то опыт походной жизни? Ты сделала отличные запасы, которые нам весьма помогли, ты сушишь на себе мокрые сорочки, ты легко соглашаешься спать в норе под деревом. Другая дама бы уже исстрадалась от того, что нет привычных удобств.

- А я неправильная дама, забыл? И принцесса неправильная. Да, у меня есть опыт походной жизни. И мне можно мешок гороха под матрас насыпать, если я хочу спать - то упаду, усну и не почувствую.

- Мешок гороха? Что это за присказка?

- Это не присказка, это сказка. По дороге расскажу. Это нашему Анри нужна такая принцесса, а я не для него. Скажи, сколько до того дома?

- Не больше часа пути, а может - и меньше. Они ещё не поднимутся, если только с рассветом угомонились.

- Тогда - отправляемся.

Лика хотела сама забраться на коня, но он со смехом подхватил её и поднял. И легко взлетел в седло, и взял её за руку.

- Помни - всё будет хорошо.

- Значит, будет.