Глава 25

— Какая радость, жена почла меня своим присутствием, — раздался голос Ильи, едва я вошла в квартиру.

— Соскучился? — поставив сумку на полку и сбрасывая туфли с ног.

— Разумеется. Надоело ужинать одному. Прошу к столу.

— Прости, но я уже поела. Но от кофе не откажусь.

— Ужин Зоя, — произнесено так, что было понятно, что выбора у меня нет. — Тебе не повредят лишние калории, одни кости да кожа, подержаться не за что.

«Я не поручень, чтобы за меня держаться» — так и рвалось наружу, удержалась, и, растянув губы в улыбке, прошла на просторную кухню Катаева.

Вымыв руки, села на галантно им выдвинутый стул. Напряжение ощутимо витало в воздухе, а мозг уже прокручивал варианты, отчего сегодня дышать в компании мужа стало совершенно невыносимо. Одно из предположений, что Илья узнал, что я собираю на него информацию и знаю о бумагах, хранящихся в сейфе. Нервно сглотнула, стараясь унять бешено бьющееся сердце. Тем временем Катаев поставил на стол тарелки с едой, все заказанное из его любимого ресторана и отошел к холодильнику, доставая охлажденную бутылку вина.

— У тебя что-то случилось? — спросила, разбавляя мрачную тишину.

— Нет, милая, это у тебя случилось, — он встал за моей спиной и наполнил бокал, стоявший на столе красным вином, хотя прекрасно знал, что я люблю белое. Очередное напоминание о том, что мои желания он учитывать никогда не будет. — Моя любимая женушка снова связалась со своим верным псом, что меня совершенно не устраивает.

— Я не… — начала, но он перебил, обрывая на полуслове.

— Давай, я объясню тебе дорогая, чем это чревато, — и он, положив руки мне на плечи, с силой их сжал, до боли, заставляя скривиться. — И почему тебя не должны видеть рядом с Шауловым.

Напряжение, казалось, било разрядами тока вдоль позвоночника, заставляя каменеть мышцы, и взрывать нервные окончания, но я заставляла себя сидеть ровно и никак не выдавать того, что бурлило во мне, заходясь яростью и ненавистью, что захлестывало нутро и грозила застелить разум. Я молчала, и Катаев продолжил, чуть склонившись надо мной.

— Во-первых, я работаю на человека, которому, мягко говоря, очень не нравиться поведение Шаулова, поэтому твой верный пес скоро сядет и не факт, что выйдет оттуда живым. Во-вторых, эта гнида заморозил большую сумму денег Федора, а Яну очень претит такое положение вещей. В-третьих, у Яна с Шауловым война, и нахождение твоей фигуры рядом с его персоной может сыграть против меня. Я понятно объясняю, милая? Или надо разжевать? — и его пальцы впились в мои плечи еще сильней.

— Ты делаешь мне больно, Илья, — произнесла, сцепив зубы от боли. Осознавая, что моя ненависть уже сыпала искрами на остатки самоконтроля.

— Это чтобы лучше до тебя дошло.

— Я тебя прекрасно поняла еще днем.

— Замечательно. Я очень рад этому, — его пальцы, наконец, разжались, и он занял место с торца стола, как ни в чем, ни бывало, принимаясь за свой ужин.

Я же медленно втянув носом воздух, взяла в руки вилку, и делая вид, что ем, ковырялась в тарелке, изредка засовывая в рот кусочки овощей. На Катаева старалась не смотреть, понимала, что я на грани, еще пара капель и меня взорвет, и вся выстроенная стратегия пойдет коту под хвост. Жевала лист салата и напоминала себе, для чего я это терплю и какова моя цель, это отрезвляло сознание, снимало с него вуаль ярости.

— Знаешь, мне иногда кажется, что ты гораздо умней, чем пытаешься казаться, — внезапно произнес муж, откинувшись на спинку стула и потянувшись к бокалу, делая глоток. — А твой образ золотой девочки — всего лишь ширма. Особенно остро так начинает казаться, когда я смотрю, какие дела, ты выигрываешь в суде и как ты их выигрываешь, у меня в такие моменты разрыв шаблона происходит. Что это Зоя? — его взгляд сверлил, будто пытаясь пробраться в мою голову. Но эмоции уже были взяты под контроль, поэтому я лишь улыбнулась, встречая его острый взгляд, и забросила в рот очередной кусочек помидора.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — улыбка и глуповатый взгляд с удивлением, но органы сжались так, что казалось еще мгновение и меня вывернет прямо на тарелку.

— Ты отказала несколько раз моим друзьям в своих услугах, отказала мне, и везде была причина: что дело слишком для тебя сложное, и ты боишься не справиться. А потом, вдруг выигрываешь дело Борисова, который уже пять адвокатов поменял, потому что они не справлялись. И это не единственный случай.

— Мне просто повезло. Конев помог подготовить защиту. Я, кстати, Павлова к нему отправила. Очень хороший адвокат, — сделала глоток вина и снова вернулась к изображению активного поглощения еды. Катаев замолчал, медленно цедя вино из своего бокала, но в прищуре его глаз читалась настороженность.

— Ты уже поел? Может, допьем вино в гостиной и посмотрим что-нибудь? — улыбнулась, максимально попытавшись изобразить в голосе и во взгляде мягкость. Режим «дурочки» активирован. — Как раньше. Помнишь? Обнявшись, в уютной домашней обстановке, а потом поднимемся в спальню. Я сделаю тебе массаж. Хочешь?

Взгляд Ильи с каждым моим, словом становился менее острым и более насмешливым. Пауза. Его очередной глоток вина и улыбка скользнула по губам. Подействовало.

— Я не против.

— Замечательно. Тогда я тут все приберу, а ты пока поищи фильм.

И я, поднявшись со своего места, засуетилась в образе примерной и заботливой жены, сгребая тарелки со стола. Катаев же молча, вышел в гостиную. На мгновение выдохнула и, быстро распахнув нижний шкаф, достала запрятанный блистер со снотворным и вытряхнула содержимое трех капсул в бутылку вина, хорошо ее взболтав, вернула, все на место и снова занялась посудой.

Спустя двадцать минут я, переодевшись в шелковый черный халат и прихватив ту самую бутылку, подсела на диван к мужу, подставляя бокалы и прижимаясь к его боку, словно искренне любящая жена. Через еще двадцать минут Катаев начал зевать. Хороший знак. Я прижалась к нему еще ближе и подлила в его бокал еще вина. Сама лишь делала вид, что пью.

— Что-то фильм не очень, — произнес Илья, подавляя очередной зевок.

— Тогда, может, я схожу в душ, и поднимемся в спальню? — зазывающее провела пальцами по его груди, задевая пуговицы рубашки.

— Да, давай.

Оставив его в гостиной, максимально долго принимала душ, и когда я снова спустилась, Катаев ожидаемо спал. Укрыла его пледом и выключила телевизор, надо же до конца доигрывать образ заботливой женушки, прихватив бутылку с недопитым вином, ушла на кухню. Вылила остатки в раковину, вымыла бокалы и бутылку. Бокалы в шкаф. Бутылку в мусорку. Мысленно пожелав Катаеву вообще не проснуться, отправилась спать. Сон мне был сейчас жизненно необходим.