Глава 34

Открыв глаза, Даша улыбнулась и уже хотела, сладко зевнув, потянуться, как вспомнила случившееся накануне. Нахмурив брови, повернула голову и столкнулась с тревожным взглядом Ирицы.

– Дарина, – улыбнулась женщина, хотя в глазах плескалось беспокойство: – как ты себя чувствуешь? Лежи-лежи, – замахала она руками и торопливо направилась к двери: – Сейчас позову Эсцохана, чтобы…

– Ирица! – насупившись, остановила её Даша и в этот момент в спальню вошла Мансея.

– Проснулась? – так же растянула губы в улыбке вторая прислужница. – Как ты…

– Помогите мне встать! – потребовала Даша, но обе женщины замотали головами:

– Не велено. Сначала вас должен осмотреть лекарь!

– Если вы мне не поможете, я всё равно встану, но запомню ваш отказ и… и обижусь! – выпалила Дарья неуклюже завозившись в попытках подняться.

Споря и пререкаясь, прислужницы всё же помогли Даше подняться, привести себя в порядок и одеться в просторное платье.

Дарья же на их причитания не обращала внимания. Узнала только, что проспала остаток дня и ночь, а так же, что ассианцы и не думали покидать дом.

Нетерпеливо ёрзая на стуле пока Ирица укладывала её волосы, Даша метала взглядом молнии. Она злилась. На лекаря – за то, что он, не предупредив её, погрузил в сон, на Кассандра, который явился за ребёнком. Но больше всего она злилась на себя.

Сжимая кулаки, сгорала от стыда и ярости на себя: «Разревелась! Господи, я как последняя слюнтяйка разревелась! И это вместо того, чтобы зверем встать на защиту своего ребёнка! Да я обязана была держать себя в руках, я должна сделать всё возможное и не возможное, чтобы выкинуть его отсюда и потом обязательно сбежать! И никогда, никогда он меня не найдёт. Но пока… пока я не могу покинуть этот мир, должна сражаться!»

Едва последний локон был заколот, Даша вскочила на ноги и понеслась из комнаты. Кровь бурлила в венах, адреналин гнал её вперёд. Гостиная, ещё одна и она, пылая гневом, влетела в столовую. Задохнулась от обиды, когда увидела, что Тисифона и Кассандр завтракают. При этом ведут спокойную беседу.

– Дарина,– улыбнулась ассианка, в то время как Кассандр сразу вскочил на ноги. – Тебя уже осмотрел Эсцохан? Мне почему не сообщил? Присаживайся, тебе надо поесть, – Тисифона переводила взгляд с замершей Дарьи на Кассандра и улыбка постепенно гасла на её губах.

Они не слышали её. Застыли, жадно скользя взглядами друг по другу. И если у Даши в глазах сверкали решимость, злость, оттеняясь болью, то взгляд Кассандра кричал о том, насколько он соскучился по Даше.

Разорвав зрительный контакт, Даша с арктическим холодом в голосе обратилась к ассианке:

– Благодарю, я не голодна. Хотела бы побеседовать с лао Кассандром и если вы не против, арите Тисифона, мы ненадолго займём ваш кабинет.

– Хм, не против, – качнула головой Тисифона, наблюдая, как Даша, развернув плечи и вздёрнув носик, гордо покидает столовую.

Вздохнув и покачав головой, Тисифона встала, прошла вслед за Кассандром, но не в направлении кабинета, а чтобы найти одну из прислужниц.

– Найди лекаря и передай, чтобы он ожидал рядом с моим кабинетом, – дала она указание Ирице, подвернувшейся под руку. – Думаю после разговора, его услуги Дарине точно понадобятся.

Даша, гордо вздёрнув подбородок, вошла в кабинет и резко развернувшись, в упор посмотрела на Кассандра.

– Позвольте, я начну первая, лао, – не спросила, поставила мужчину в известность и, не дожидаясь ответа, сразу пошла в атаку: – Я не отдам вам ребёнка! Не подпущу и близко к моему малышу! Если вам нужен наследник – пожалуйста, – она махнула кистью: – все ассианки у ваших ног, как и невеста, которая по определению и должна вам родить! Так что знайте – я вас не допущу к своему ребёнку! И если вы у меня его отнимете, у вас же есть для этого все рычаги, то знайте – я жизнь положу на то, чтобы его вернуть! Я вас уничтожу! – тяжело дыша, девушка наступала на опершегося бедром о стол мужчину, пока не приблизившись, начала тыкать пальцем в его грудь: – А вы… вы не сможете мне ничего сделать, лао! Я ведь под защитой Предвидящей! Понятно вам?

– Всё сказала? – выгнул бровь Кассандр. Он всё так же спокойно стоял, не двигаясь.

Даша ожидала от него обвинений, угроз, но никак не думала, что увидит уставший взгляд, осунувшееся лицо. Встряхнувшись, чтобы не упустить боевой настрой, прищурила глаза:

– Я надеюсь, вы меня услышали, лао?

Резко развернувшись, она уже хотела сделать шаг, но Кассандр схватил её за локоть.

– А как же выслушать меня? – прошептал мужчина, наклонившись к её ушку, отчего у Даши побежали мурашки по всему телу. Глубоко вдохнув её запах, Кассандр отпустил руку Дарьи, прежде чем она начала сопротивляться.

– Не думаю, что стоит.

– Но всё же я имею право, – глухо проговорил Кассандр, отходя чуть дальше, – Присядь. То, что я хочу тебе рассказать, не выразить короткой фразой.

– Я постою, – заупрямилась Даша, но всё же повернулась к мужчине.

Стараясь не проникаться эмоциями смотрела, как Кассандр чуть дёрнул уголком губ, тяжело вздохнул и прошёл к дивану.

– Что ж, – помолчал и взъерошил пятернёй волосы. Усмехнувшись, прикрыл глаза: – Триединый, как же тяжело начать.

– Значит, и не стоит, – Дарья добавила в тон язвительности, но это не произвело впечатления на мужчину.

– Начну наверно с самого главного, – он вскинул голову и посмотрел на девушку: – Даша, я никогда бы не подумал о том, чтобы забрать у тебя ребёнка. Даже в мыслях подобной дикости не было!

– Но…

– Ты высказалась, дай и мне продолжить, – прервал хотевшую возмутиться Дарью. – Я прибыл сюда, потому что не мог иначе. Потому что, зная и веря в то, что ты мне изменила, всё равно не мог без тебя. Сейчас ты мне не поверишь, – добавил Кассандр, когда Дарья ядовито хмыкнула: – но это так. Но давай я тебе объясню всё по порядку. Эта история началась ещё, когда ты была малышкой. Живя в своём мире, наверняка только училась ходить. Именно в то время я вступил в ряды сопротивления.

Речь мужчины текла тихим потоком, а Дарья и не заметила, как опустилась в кресло и то неверяще хмурилась, то переживая, прикусывала губу.

– Я просто не мог тебе сказать о своей деятельности в рядах сопротивления. О том, что готовится свержение Триады. Ради твоей же безопасности и ради жизни твоих родных.

– Ты настолько мне не доверял? – горько усмехнулась Даша, опустив взгляд.

– Доверял, девочка. Но у ассианцев есть специалисты по считыванию памяти. Если бы узнали о том, что ты владеешь информацией о сопротивлении, никакая защита Предвидящей тебя бы не спасла!

– О да, особенно после того как мне бы вывернули мозги! – язвительно отозвалась Дарья.

– О чём ты? – нахмурился мужчина.

– О чём? Ты серьёзно? Считали память и получили недееспособный овощ. Зачем тогда жить?

– Ты ошибаешься, – мягко улыбнулся Кассандр, на что девушка недовольно отвернулась. – Считывание памяти конечно неприятный процесс, а если разумный сопротивляется – весьма болезненный. Но он не наносит ни физического, ни психического вреда. Скрывая от тебя правду о своей деятельности, я пытался оградить от опасности. Именно поэтому так редко навещал тебя. Именно поэтому и поселил у своей матушки – она знала о сопротивлении и в случае угрозы сразу бы спрятала тебя.

– И именно поэтому ты умолчал о своей невесте? – повысив голос, Даша не смогла скрыть проскользнувшую боль.

– Да, согласен – моя вина, что не сказал. Но здесь тоже есть нюанс – мне бы пришлось тебе объяснять, что договор о социальном союзе с Эвридикой я заключил не с ней, а с её отцом. Который, между прочим, является одним из основателей сопротивления. Как, скрыв моё участие в диверсионном движении я бы мог тебе доказать то, что Эвридика даже не подозревает, что договор недействительный, что союза между нами не состоится?

Даша, сжав кулаки, буквально заставляла себя сидеть на месте. Было больно слушать о невесте Кассандра. Хотелось подскочить к нему, ударить и выбежать из кабинета. Но опустив голову и тяжело дыша, она продолжала слушать.

– Девочка моя, – тихо произнёс ассианец, – я виделся с Эвридикой только на официальных приёмах. Ни разу не было с ней встреч наедине. Я не говорю уже о чём-либо большем. – Кассандр подался вперёд и с жаром, стараясь передать свои чувства выдохнул: – С тех пор как ты появилась в моей жизни, ты стала единственной! Никогда, слышишь? У меня даже мысли не было, чтобы посмотреть в сторону другой! Даша, – тихо позвал Кассандр: – посмотри на меня.

Замотав головой, Дарья, кусая губы, чтобы не сорвался всхлип, всё же вскочила с кресла и подошла к окну. Продышавшись, она обернулась к Кассандру.

– На что ты надеялся? Ты же должен был предполагать, что я рано или поздно узнаю о ней! И я должна была что, покорно принять роль твоей игрушки? Той, к которой мужики приходят, чтобы раздвинуть ей ноги, позабавиться и потом вернуться под бочок к невесте или жене?

Кассандр стиснув зубы, на мгновение прикрыл глаза и устало потёр лицо ладонями.

– Планировал рассказать тебе после свержения Триады. Мы были уже близко к этой дате и если бы не этот гадёныш Неоклис…

– Которому ты поверил. Ему поверил, что я его любовница! – выкрикнула Даша. – Что я беременна от него!

– Не ему, – покачал головой Кассандр, поднимаясь и расстёгивая пуговицы белоснежной рубашки.

– Ты что делаешь? – опешив, выдохнула Дарья.

– Я тебе покажу – почему я был уверен в твоей измене. Смотри, – ассианец отбросил в сторону рубашку, указывая на вязь татуировки: – это не просто рисунок. Это защитные руны.

Кассандр проводил ладонью по своей шее, груди, спускаясь к животу. В то время пока он отрешённо рассказывал, Дарья сглотнула и не заметила, как чаще начала вздыматься её грудь, а глаза против воли жадно заскользили по его обнажённому торсу.

– От смертоносных энергощупалец сильфов, от атакующих ударов наших врагов. Рунная вязь не даёт полной защиты, но у лекарей есть время вытащить ассиев, чтобы те не ушли за грань. Подобные рунные узоры наносятся всем, кто несёт службу у купола. Но, – Кассандр резко повернулся к Даше и успел заметить, как девушка тут же опустила глаза вниз, а щёчки вспыхнули алым.

Прилагая титанические усилия, чтобы остаться стоять на месте, чуть дрогнувшим голосом продолжил:

– Есть – но, Даша. Когда я вступил в ряды сопротивления, я вплёл в защитную вязь руны блокирования своей мужской энергии.

Даша вскинула на Кассандра непонимающий взгляд:

– И что это значит?

– То, что я не мог стать отцом. Это полная гарантия того, что моё семя выжигается ещё на стадии развития.

– Но… но… – Даша, изумлённо распахнув глаза, пыталась понять – как в этом случае она смогла забеременеть. Кассандр же угадав её терзания, дёрнул губами в подобии улыбки:

– Не задавайся вопросом. Я только недавно узнал о том, что оказывается, у этой блокировки есть исключение. Она не действует на истинно рождённых. Ты потомок ардеонца и наш генотип очень похож. Я даже не догадывался об этом. Даша, просто представь себе, что я прожил со знанием того, что мне не быть отцом пятнадцать оборотов! Я сросся с этим убеждением! Повстречав тебя, не раз задавался вопросом о том, что нам всё равно рано или поздно придётся расстаться, потому что ты захочешь стать матерью. И как ты понимаешь – я всё это время думал, что не смогу стать тем, кто подарит тебе наследие! Терзался этим! И каждый раз я старательно отгонял подобные размышления, решив, что обязательно скажу тебе, но потом, не сейчас. И тут я узнаю о твоём побеге с Неоклисом, затем и о беременности. Когда нашёл тебя, я цеплялся за лоскуты надежды, что это неправда, что не могла ты мне изменить. Но увидев тебя…

– Ты решил, что это прямое подтверждение, – еле слышно продолжила Дарья.

– Да, – кивнул Кассандр, нервно схватил рубашку и накинул её, не застёгивая.

На некоторое время в кабинете повисла тишина, которую нарушила Даша:

– Мне Тисифона рассказала, что Неоклис мстил Дигону и тебе. Ты знаешь за что?

– Дигону – знаю, мне – догадываюсь.

– Он когда-то просил тебя повлиять на брата, чтобы Дигон не причинял его сестре душевной боли своими изменами и отношением. Ты же в грубой форме отказал ему. Сказал, что если в союзе между мужчиной и женщиной нет доверия, уважения и любви, то лучше подобному союзу и вовсе не существовать. А если подобный союз заключался только на взаимовыгодных условиях, то и претензии выставлять нелепо. У нас ведь тоже, так или иначе, сложился подобный союз, – Даша говорила тихо, к горлу подкатил ком, готовясь вот-вот прорваться слезами боли и отчаяния. – Наши отношения начались с похоти, на этом и остановились. Ни доверия, ни любви, а уважение… с моей стороны оно к тебе было, с твоей – увы, вряд ли. И ведь ты прав Кассандр – подобному союзу лучше не существовать.

Даша, резко развернувшись, побежала к дверям, но мужчина перехватил девушку, прижал к своей груди и пылко зашептал на ухо:

– Не отпущу! Что хочешь делай, думай – не отпущу больше! Доверие – это спорный вопрос, Даша. У нас не было возможности, чтобы развить это чувство. Но зато теперь вся жизнь впереди, чтобы наверстать упущенное! Если бы не любил, меня бы не было здесь, не искал бы тебя как одержимый, не подыхал бы каждую ночь от тоски. Так что – ты моя, Даша.

– Я не вещь! – Дарья всё же не выдержала, расплакалась. – У меня есть чувства, сердце, которое разрывает от боли, которое ты просто растоптал! У меня есть чувства, Кас. И я не хочу больше страдать, слышишь? Уходи, прошу тебя, оставь меня в покое!

– Нет, девочка. Ты вся моя, – Кассандр не удержался и, прикоснувшись губами к нежной коже за женским ушком, едва не застонал от наслаждения. Почувствовав, как вздрогнула всем телом Даша, подхватил её на руки. Хотел её до безумия, до сумасшествия, но понимал – не время. Ей нужно успокоиться, обдумать всё. – Тише, тише, моя хорошая, – приговаривал, когда Дарья, запротестовав, задёргалась, требуя поставить её на ноги. – Я всего лишь отнесу тебя в твою комнату. Слышишь?

Распахнув дверь кабинета, мазнул взглядом по застывшему на страже Эсцохану, не видя как лекарь за его спиной закатил глаза и направился к лестнице.

В спальне уложив упорно отворачивающую Дарью на кровать, склонился над ней и ласково убрал выбившуюся прядь за её ушко:

– Даша, прошу тебя – подумай над услышанным. Я буду рядом, – пообещал и перевёл взгляд на застывшего рядом с кроватью лекаря.

– Я помогу, – сразу отозвался Эсцохан и, Кассандр погладив живот Даши, вышел из комнаты.

Лекарь присел рядом с девушкой и, мысленно распиная нерадивую парочку, начал оттягивать негативные эмоции будущей мамочки. Хотелось высказаться о бестолковости некоторых, но, увы – приходилось успокаивать:

– Ну, что же вы? Опять слёзы, опять ребёнку беспокойство. Надо же поберечь себя.

– Я ик… я не специально, – постепенно слёзы сошли на нет и Даша подняла виноватый взгляд на чуть побледневшего Эсцохана. Она уже знала, что такой вид помощи даётся лекарям не так легко. Судорожно вздохнув, погладила живот: – Хорошо хоть малыш не пинает, и не волнуется из-за моих истерик.

– Вы подошли к границе, когда начала развиваться аура ребёнка. Отсюда и перепады настроения и принимаете всё происходящее острее. Поэтому прошу вас – учитывайте свой нестабильный эмоциональный фон! Хотя в одном повезло – лао Кассандр рядом, – улыбнулся Эсцохан.

– В смысле? – Дарья вскинула на мужчину хмурый взгляд.

– Энергия отца действует на ребёнка успокаивающе. Можно сказать – обладает целительной, восстановительной силой. И чем чаще и больше отец делится с дитём своей энергией, тем быстрее плод развивается, укрепляется его энергоаура.

– Предатель, – с обидой буркнула Даша, вспомнив, что в кабинете малыш действительно брыкался и вёл себя беспокойно, а вот после касания Кассандра к животу – угомонился.

Услышав как открылась дверь, Даша вскинула глаза и, посмотрев на вошедшую Ирицу, перевела взгляд на лекаря:

– Оставьте меня, пожалуйста, – она легла, поворачиваясь к ним спиной. – Я хочу побыть одна.