Глава 35

– Как себя чувствуешь? – Тисифона смотрела на проснувшуюся Дарью цепким, пронизывающим взглядом.

– Паршиво, – буркнула девушка, выбираясь из постели и направляясь в ванную, но, не дойдя до двери, остановилась: – Кассандр он… он рассказал о том, почему я здесь оказалась, с вами? – спросила не поворачиваясь к сидящей в плетёном кресле ассианке.

– Не он, – донеслось ей в спину. – Дигон.

– Так вы помирились? – Даша обернулась, бросив удивлённый взгляд на женщину, на что та скептически выгнув бровь, фыркнула:

– Конечно, нет! Хотя он решил мне потрепать нервы, отказываясь выметаться отсюда.

– Так может, временно вернётесь на Ареон? Там ведь он не сможет вас донимать. Да и к тому же вы говорили, что закончили перепланировку вашего жилища и вы хотели посмотреть результат, – предложила Даша и тут же изумлённо распахнула глаза, когда Тисифона, резко швырнув книгу в сторону, встала и, сверкая яростью в глазах начала бегать по комнате:

– Этот дерхкановский выползень закрыл переход, представляешь? Теперь я не могу отсюда выбраться и вынуждена лицезреть его персону едва ли не круглосуточно. И всё из-за того, что я отказываюсь с ним разговаривать! Он… – ассианка остановилась, задышав чаще, запрокинула голову и наконец, протяжно выдохнув, повернулась к Дарье. Улыбнулась так, что Даша чуть не отшатнулась от её оскала: – Лучше поговорим о тебе. Ты обдумала рассказ Кассандра? Дорогая моя, в свете того, что я узнала…

– Я не хочу об этом говорить, – отрезала Даша и скрылась в ванной.

Раздеваясь, мысленно хмыкнула: «Так это она здесь прячется от муженька своего. Ну конечно, сюда же он не сунется. А вот Кассандр…», – мотнула головой. О нём Дарья думать не хотела.

Посмотрев на себя в зеркало, скривилась – волосы всклочены, а под глазами круги синюшные. А всё потому, что остаток дня и полночи Даша обдумывала слова Кассандра. Она, то всхлипывала от безумной обиды, что судьба неизвестно за какие прегрешения послала ей такие испытания. То чувствовала, как сердце сладко сжимается от слов Кассандра: «Не отпущу! Что хочешь делай, но не отпущу больше! У нас вся жизнь впереди, чтобы наверстать упущенное! Если бы не любил, меня здесь не было, не искал бы тебя как одержимый, не подыхал бы каждую ночь от тоски. Ты моя, Даша!»

Не в силах уснуть, Дарья металась по постели, потом бродила призраком и временами вспыхивала злостью на себя. Ей не давали покоя вопросы о том, остался ли Кассандр, а если да, то – где он расположился, спит ли или, так же как и она переживает?

– Боже, Дашка, о чём ты думаешь? – шипела раздражённо себе под нос. – Да и плевать – остался, не остался! Он же готов был меня убить за то, что я якобы ему изменила! Даже ни разу не спросил, смотрел как на гнойник жабий, а сам не заикнулся о своей невесте. Не мог он сказать, ага, как же. Скорее, просто не хотел! – пыталась раззадорить себя, чтобы отрезвить, чтобы не дать себе растечься лужицей и сразу же простить Кассандра.

Анализируя услышанное, Даша прекрасно понимала, что обстоятельства ему не позволяли поступить иначе. Понимала – почему они должны были скрывать их отношения и то, почему он не сказал ей об Эвридике. Да, понимала, вот только пройдя через предательство, через боль, которая разрывала сердце, она уже не верила ему.

Чувствуя раздрай в душе, Дарья, со вздохом махнув рукой на свой внешний вид, прошла в душ. Она не хотела ни с кем общаться. Позавтракав в своей комнате, ушла гулять по берегу и даже идущая за спиной Ирица в этот раз немного раздражала девушку. Хотя её то и дело тянуло спросить – где Кассандр, почему не видно ни его, ни Дигона и почему Тисифона носится по дому разгневанной фурией.

– Дарина, – позвала девушку росцанка. – Давай вернёмся. Посмотри, какие тучи надвигаются.

Бросив взгляд на небо, Даша, кивнув, встряхнулась и стоило направиться обратно, как увидела невдалеке бредущего Кассандра.

– Как давно он здесь? – тихонько спросила у Ирицы.

– Давно, – пожала плечами росцанка. – Наверняка стоило вернуться, направился вас искать.

– Вернулся? Откуда? – Даша не в силах сдержать рвущееся любопытство, сверкнула глазами.

– Да мне ж знать не положено. Хозяева не отчитываются перед прислужниками, – хитро улыбнулась росцанка и, увидев, как Даша сузила глаза, хмыкнула, махнула рукой и затараторила: – Ну да ладно, я с восходом прибиралась в доме и услышала, как лао расспрашивал хозяйку о вас. Всё вытряс! А потом потребовал энергокристаллы, от которых вы подпитываетесь и забрал их. Наверняка сам лично решил заполнить.

– Вот значит как, – задумалась Даша и передёрнулась, когда со стороны океана донёсся пронизывающий ветер. – Давай поторопимся, – прибавила она шаг и едва не вскрикнула от неожиданности.

Ей на плечи опустился мужской камзол, который пах тем самым родным, любимым запахом хвои, кедром и мятными конфетами.

– Надо вернуться в дом, – бесшумно подошедший к ним Кассандр подхватил Дашу на руки, не реагируя на сопротивление девушки. – Ты можешь простудиться.

– Немедленно поставь меня! – сразу же взбрыкнула Даша. – Я не хочу ни говорить с тобой, ни видеть тебя, – обиженно добавила, незаметно втягивая мужской запах и млея от того, что её несут на руках, что бережно заботятся, переживают.

– Не говори, не смотри, – отозвался ассианец. – Донесу до дома и там поставлю.

Фыркнув, Даша отвернулась в сторону. Наткнулась на насмешливый взгляд прислужницы, обиделась и на неё и уткнулась носом в мужскую грудь.

Как и предупреждала Тисифона, в их заповедный уголок пришёл сезон дождей. Несмотря на то, что в окно ливень швырял потоки воды, а пребывание в комнате было тоскливым и унылым, Даша несколько дней наотрез отказывалась покидать своё убежище. Не спускалась в гостиную, где днями и вечерами просиживали Дигон с Кассандром и Тисифона переругивалась с мужем. Не посещала и столовую, предпочитая есть в своей комнате. Понимала, что поступает по-детски, но и переступить через свою обиду не могла.

Но и Кассандр времени не терял. Пользуясь словами лекаря, что присутствие отца просто необходимо ребёнку, три раза в день навещал Дашу, нарушая её добровольное заточение. Сначала девушка позволяла прикоснуться к животу всего на пару минут, которые постепенно увеличивались и вскоре превратились в ласковые поглаживания и даже в обрывочное общение в это время.

– Тисифона была бы тебе благодарна, если ты сегодня спустишься в гостиную. Женская поддержка ей бы не помешала, – Кассандр, чуть улыбаясь, держал ладонь на животе Даши, млел даже от такой малости – просто быть рядом, касаться любимой и тем более чувствовать, как ему отвечает его ребёнок.

– Слушать их препирательства? – фыркнула девушка, устраиваясь удобнее среди подушек. – Почему они сорятся? Что между ними происходит?

– Она не сказала? – Кассандр поправил одеяло, которым были укрыты ноги Даши и, придвинувшись ближе, вновь положил ладонь на её живот.

– Мы в последнее время практически не разговариваем, – с обидой поделилась Даша.

– Так ты не выходишь, закрылась как жемчужинка в ракушке, – проворковал Кассандр, подтягиваясь ближе.

Едва не улыбнувшись, Дарья чуть не выпалила: «Не подлизывайся!». Лишь в последний момент почувствовала лучик счастья, посланный её малышом, замерла и очнулась от наваждения, которым окутал её Кассандр. Резко убрав его руку со своего живота, недовольно буркнула:

– На сегодня, пожалуй, достаточно.

Не скрывая разочарования, мужчина отодвинулся, поднялся и, уже пожелав Даше доброй ночи, двинулся на выход, как она его остановила:

– Ты мне не ответил.

– Дигон против расторжения их союза, – огорошил он ответом.

– О-о-о, – протянула девушка, округлив глаза, но сразу нахмурилась: – А разве у вас требуется обязательное согласие супруга? Жена не имеет права расторгнуть союз, пока муж не даст на то разрешения?

– Отчего же? – Кассандр развернулся и, подойдя к креслу, уселся в него. Действовал он медленно, старательно сохраняя нейтральное выражение лица, чтобы не спугнуть Дашу, не дать ей понять, насколько он рад пусть маленькому, но сдвигу в их отношениях. – Может. Именно поэтому Дигон и запечатал переход. Тисифона не в силах покинуть этот мир, чтобы подать прошение.

– Что?– Даша едва не подскочила на кровати. Возмущенно вперившись взглядом в Кассандра, сжала кулаки: – Да как он может? Он не имеет на это права! И ты… ты молчишь?

– А что я, по-твоему, должен сделать? – выгнул он бровь и отвёл взгляд в сторону, чтобы Даша не заметила смешинки в его глазах. – Дигон давно уже не подросток и я не намерен лезть в личную жизнь брата.

– Значит, ты считаешь, что твой брат поступает правильно? О, конечно – мужская солидарность! Как же я о ней забыла? – Даша эмоционально повысила голос: – А то, что он напропалую изменял жене, считаешь нормальным? – сердито свела бровки.

– Тисифона тоже отнюдь не отличалась праведным образом жизни, – возразил Кассандр, – наблюдая, как Даша покрывается румянцем негодования и добавил: – Немного просвещу тебя – среди улейли, исполняющих роль игрушек присутствуют не только женщины.

– Да что ты! Значит, она должна была хранить ему верность? – Дарья не сдержалась и, забарахтавшись, хотела встать, но Кассандр её опередил – мгновенно оказавшись у постели, подхватил на руки и, пока она не успела возмутиться, поставил у кровати.

Никак не отреагировав на испепеляющий взгляд Даши, спокойно вернулся к креслу и, только устроившись в нём, спросил:

– Ты знаешь историю их брака? Как они заключили союз?

– Знаю, – буркнула девушка, расхаживая по комнате. – Но Тисифона не виновата – её ведь отец заставил.

– Но и Дигон не виноват, что его вынудили заключить союз с той, которую он не хотел видеть своей спутницей. Тем более в самый тяжёлый период его жизни.

– О, только не начинай! – всплеснула руками Даша. – У вас, что не период, то тяжёлый и во всех бедах виноваты лишь женщины!

– Дигона принудили к заключению союза в тот момент, когда он потерял любимую. Мать Биасса умерла при родах. Ты должна была знать это.

Поперхнувшись язвительной репликой, которая едва не сорвалась с языка, Дарья, прикусив губу, кивнула:

– Я помню.

– Тисифона, рассказывая тебе свою историю, скорей всего упустила одну немаловажную деталь – у неё был выбор. Дигон не отказывался от отцовства и признал Медеиса. Предложил Тисифоне заключить договор о полном их обеспечении. Заметь – не только сына он предлагал обеспечивать, но и её! – вздёрнул указательный палец вверх Кассандр. – Взамен просил отказаться от заключения с ним союза. Но она не согласилась.

Открыв рот для новой реплики, Даша молча закрыла его и, вздохнув, отвернулась, не проронив ни слова.

– Поэтому я и не лезу в их отношения. Слишком много подводных камней в реке их союза, о которых мы не знаем, – завершил Кассандр свой рассказ и, поднявшись, уже хотел подойти к Даше, но её напряжённая спина и ладони, комкающие подол платья показали – насколько девушка напряжена.– Спокойной ночи, моя хорошая, – проникновенно, тихо сказал Кассандр прежде чем уйти.

День за днём, маленькими шажками Кассандр сближался с Дашей. Девушка и сама не заметила – в какой момент она вдруг начала есть в общей трапезной, потом, как в один из вечеров задержалась в гостиной, а на следующий, так вообще уснула на диване под боком у Кассандра.

Маленький, противный червячок грыз эго Даши, пискляво возмущаясь, что она слишком уж быстро сдаёт позиции. И чтобы не терзаться, Даша искала себе же оправдания – в гостиной есть камин и так приятно смотреть на танцующие язычки огня под интересные рассказы Кассандра. Тем более, когда он поглаживает её по животу, а малыш посылает им в ответ лучики довольства.

– Ты уже придумала имя? – поинтересовался Кассандр у сонной Даши, когда относил её на руках в спальню.

Ранний вечер, а её уже клонило в сон. Даже перепалка Тисифоны и Дигона не встряхнула Дашу. Поэтому когда Кассандр подхватил её на руки, она только обвила его шею руками и уткнулась носом в яремную впадинку на шее любимого.

– М-м-м… – Даша вскинула на Кассандра сонные глаза и улыбнулась:

– Да. Два имени. Александр, так звали моего дедушку и Дмитрий – так зовут моего папу.

– Александр – красивое имя, – задумчиво отозвался Кассандр, занося Дашу в спальню и укладывая на кровать. – А Демитрий…

– Дмитрий, – поправила Даша с зевком.

– Если приблизить к ассианскому, получится – Демитрий.

Даша насупилась и мотнула головой:

– Дмитрий и точка!

– Ну, хорошо, – пошёл на попятный Кассандр, присаживаясь рядом, и сразу положил ладонь на её живот. – А если тут у нас девочка, то…

– Нет, – расплылась Даша в улыбке: – я чувствую, знаю – сын! Мой будущий защитник, – она сама погладила живот, а Кассандр, чтобы спрятать улыбку, наклонил голову ниже.

«Что, малышка, – спросил мысленно, совершая круговые движения ладонью и посылая волны энергии ребёнку: – мамочку ждёт сюрприз?» Улыбка так и играла на губах мужчины. Он чувствовал энергию своего наследия так отчётливо, словно с ним вели беседу. И эти эмоции, по убеждению Кассандра, принадлежали девочке.

– Что ж, мальчик так мальчик. Спокойной ночи, Даша, – наклонился, поцеловал макушку Дарьи и, отстранившись, вышел, пропустив в дверях прислужницу.

– Не понимаю я этих мужчин, – буркнула девушка вошедшей Ирице.

– Отчего же? Что случилось? – улыбнулась росцанка, помогая Даше снять платье и сопровождая её в ванную.

– Сказала, что у меня будет сын и никакого восторга. Он же должен прыгать от счастья – наследник ведь. А тут… может ему всё равно? – Даша бросила обеспокоенный взгляд на прислужницу.

– Ему скорей всего важно то, что его любимая женщина здорова, как и ребёнок, а кто именно родится, не так волнует.

После слов росцанки у Даши на губах заиграла улыбка. Одно дело размышлять и делать выводы самой, а другое – когда со стороны говорят, о чём ты догадываешься.