ТРИНАДЦАТАЯ (Ч)

Женщина сидела на столе спиной к зеркалу, поэтому я не видела её лица, зато видела Вейда: его тело, его движения, эмоции на лице.

Тонкие женские пальчики торопливо расстегивали пуговицы его черной рубашки, стаскивали с накаченных плеч, гладили загорелую кожу на груди.

Вейд задрал юбку красивого длинного платья и раздвинул ей ноги.

— Не торопись, прошу! Я так долго ждала этого… — судорожный выдох от поцелуя. Вейд спустил верх платья и положил женщину на стол.

Я заворожено наблюдала, как он гладит её, целует грудь, прижимает к бёдрам податливое женское тело. Слышала, как она стонет и отзывается на каждое касание мужчины. Я закрыла глаза пытаясь подавить собственное возбуждение.

— Иди ко мне, девочка моя, — прошептал Вейд и я широко распахнула глаза, пронзенная ужасом, что меня заметили.

Но любовники поглощенные друг другом продолжали свои игры. Вейд сжимал её голову, требовательно целуя и не давая отстраниться. Она стягивала с него штаны. В момент, когда её руки завладели Вейдом, он откинул голову и издал хриплый стон, от которого все волоски на моем теле приподнялись в охотничьем азарте. Сейчас я хотела его не меньше, чем та, которая его получала.

Я облизала пересохшие губы и судорожно сглотнула.

Вейд придвинул женщину к себе и резко вошел, я вздрогнула и сжала ноги. Он размеренно двигался в извивающейся женщине, крепко сжимая её бедра. Она стонала, кричала и хваталась за его плечи.

Он прикрыл глаза, откинул голову и резко входил в нее, испытывая сильное напряжение. На шее вздулись вены, кожа блестела от испарины, а я снова облизала губы, так хотелось попробовать его на вкус…

Вейд открыл потемневшие глаза, снова обхватил затылок любовницы и привлек к себе, целуя. Она корчилась в судорогах удовольствия, крича в его рот, а он словно высасывал каждый крик блаженства с её губ.

— Ты божественен, Вейд! — выдохнула женщина и промурлыкала, заметив, что для него еще ничего не кончилось.

— Ложись, — он подтолкнул её и она растянулась на столе, лаская свою обнаженную грудь.

— Да, трогай себя, — прохрипел Вейд и согнув ей ноги в коленях вошел, заставив выгнуться дугой.

Стон вырывался из нее с каждым толчком. Я закусила губы и закрыла глаза, сдерживая дикое желание подвинуть эту даму со стола и занять её место. Я провела рукой по трусикам и чуть удержала возглас. Влажные пальцы скользили по полу, оставляя следы.

Боже, кончи уже, чёртов кобель!

Раздался мужской стон и я вглядывалась в его лицо: глаза прикрыты, между бровей морщинка и прикушенная нижняя губа. Мне хотелось, чтобы это беззащитное и трогательное выражение на лице Вейда вызвала я.

Несколько минут они не разрывали объятий, она что-то шептала ему на ухо, он гладил её грудь и растрепанные волосы.

— Тебе пора, — прошептал он достаточно громко, что я разобрала слова.

— Я ненавижу уходить от тебя. Ты будешь ждать меня на балу?

— Асиль, на всех трех балах рядом будет Королева, она не отпустит меня ни на минуту…

— О, старая ведьма, всё не откажется от планов соблазнить тебя?

— Тебе надо быть осторожнее с язычком, девочка.

— Да кто меня сейчас услышит? Только ты. А тебе я доверяю.

Вейд вместо ответа снова поцеловал её.

— Я не хочу возвращаться, но мой связанный Делириум не поймет длительной отлучки.

Вейд поправил штаны, натянул рубашку, но оставил не застегнутой.

— Возьми это письмо. Собственно, я сегодня подвязалась курьером.

Она протянула ему свиток, и пока он разворачивал и просматривал, провела пальцам по мужским губам.

— Странно…

— Что, дорогой?

— Странные союзы, но Короне виднее.

— Именно. Помоги зашнуровать платье и мне пора уходить…

Через несколько минут они стояли перед каменным зеркалом и Асиль переместилась в родовой замок Делириум. Вейд в тот же момент покинул приёмную, а я с протяжным стоном выдохнула сдерживаемое до этого напряжение.

* * *

Я украдкой возвращалась в квартиру, когда дорогу преградила Зоя.

— Куда же ты направляешься, студентка Динь?

— Госпожа Зоя! — Мне точно нужно было с ней поговорить, извиниться, но я была не готова, даже сейчас. — Мне так неудобно, что я подставила вас…

— Неудобно? Нет, девочка, неудобно тебе станет с этого момента. Так как на первом ярусе располагаются покои преподавателей, ты переведена на четвертый, как и положено студентке.

Зоя внимательно поглядела на меня, ожидая возражений. Я молчала.

— Комнаты все заняты, у нас большой наплыв студенток. Так что я подселила тебя к Вилковской Ене.

— К Ене? — я чуть приободрилась, что не придется спать в комнате с незнакомой студенткой.

— Можешь подниматься наверх. Твои вещи уже перенесли.

— Благодарю, — Зоя ожидала, что я приму переселение как наказание, но на самом деле, я очень обрадовалась и, подпрыгивая, понеслась по ступенькам на четвертый ярус.

Ена спала, но предусмотрительно оставила светлячка. Я оглядела комнату. Сюда внесли вторую кровать, еще один комод под одежду и стало тесно. Здесь вечеринку не закатишь.

Раскладывая одежду в комод, я переоделась, умылась теплой водой и мысленно снова поблагодарила заботливую подругу.

Утром нужно решить вопрос с занятиями по зельям, узнать про приглашение Мияны, разработать план по унижению Вейда. Что-то про службу Нейтаса мы забыли…

* * *

Мияна с утра была не в настроении, зато Ена не проявляла недовольства из-за того, что её потеснили.

— Когда ты его пригласишь? Остался день. — Я жевала тост, запивала какой-то бурдой, что здесь заменяло энергетический напиток, и не собиралась пускать танец Нейта с Мией на самотёк.

— Потом…

— Когда "потом"? — не унималась я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Если Нейтас хочет спать с тобой, Мияне не стоит с ним танцевать, — встряла Ена.

Я отодвинула бокал с бурдой и оглядела Мияну.

Все верно, слухи дошли и до нее. Теперь вся Академия смакует подробности моего сна в объятиях двух парней седьмого сословия. Мияна слабый оппонент, но стоило готовиться к встрече с Сивиллой — та вряд ли будет молчать.

— Ты задолжала мне платье, — донесся сверху голос той.

Легка на помине. Сивилла подвинула меня и села рядом.

— Побоев не будет? — удивленно спросила я, выдергивая из-под нее подол своего желтого платья.

— Живи, — бросила блондинка и забрала с тарелки последний тост.

Пока она жевала, мы переглядывались, ожидая, кто первый задаст вопрос. Мияна сразу отвела взгляд, Ена мотнула головой.

— Силли, как Гай? — тихо поинтересовалась я.

— Завтра репетирует со мной танец.

— Да ну?! — вскричала я.

— Как? — оживилась Мияна, а Ена просто ахнула и придвинулась ближе.

— Всё просто, — довольно улыбалась Сивилла. — Его вина перевесила в мою сторону, и он принял условия. И как я не сердита на тебя, все же должна поблагодарить. Если бы не твоя вечеринка, не наказание, то обстоятельства вряд ли бы так удачно уложились с тобой в одну постель.

Я покраснела, но Сивилла не дала вставить и слова.

— Но если подобное повторится снова — я тебя уничтожу!

— То есть, сейчас я прощена?

— За тобой платье. И сделай его сногсшибательным. Вечером прибудет моя портниха. Так что к ночи надо ей всё объяснить.

— Конечно.

— Пожалуй, пора идти на зелья, — проговорила Мия, поднимаясь.

* * *

Нейтас снова сидел между мной и Мияной и дремал.

— Итак, кто назовет растения и материалы, вытягивающие магию? Кто знает?

— Репей!

— Крапива…

— Молчальник.

Господин Тракс покачал головой:

— Молодой человек, молчальник — накопитель маны, но он выбирает её из среды, а не от носителя. Есть еще версии — что может лишить вас магии?

— Архикватор, — процедил Григорен.

— Архикватор лишит вас магии навсегда, если ваши пути пересекутся. И никакие эликсиры пополнения маны вам уже не помогут — после Архикватора у вас оборвется связь с магией. Я бы попросил вас господин Григорен не подменять понятия, а ответить по существу — что высасывает ману из носителя и временно лишает нас магии?

— Игольник.

— Верно! — потирая руки, подтвердил преподаватель. — Природный камень игольник используется как в своем целостном виде, так и в порошке. Удивлены?

Я медленно потянула руку, но Нейтас быстро среагировал и прижал её к себе.

— У нас не пользуются руками — просто спрашивай.

— Вы что-то хотели, студентка Динь?

— Эээ… да… Игольник — это розоватый такой камень? Покрытый шипами, как иголками?

— Да, так выглядит камень. Замечу, что все названные вами растения и материалы имеют иглы или шипы, с помощью них из тела носителя выкачивается мана. Чем дольше будет контакт с опустошителем, так мы называем эту группу природных поглотителей маны, тем слабее будет чувствовать себя носитель. Безусловно, со временем вы регенерируете уровень маны, но пока вы опустошены — вы беззащитны! Но как вы думаете, почему я выделил игольник?

— Откуда ты знаешь про этот камень? — тихо спросил Нейтас, отпуская мою руку.

— Я ночь провела на этом камне. Думала, вы с Гаем тоже…

— Вот паскуда!

— Что?

— Не ты. Вейд — паскуда! Нас просто запер в подземелье, больше ничего. А тебя посадил на камень. Потом у меня интересовался — как ты себя чувствовала, не выглядела ли разбитой и подавленной.

— И что ты ответил?

— Ты весь день проспала и еле ходила! Естественно я сказал, что ты чуть жива.

— …Совершенно верно! — снова подхватил преподаватель чью-то реплику. — Растения проще засушить и измельчить, заварить, выдавить сок, но они очень слабые компоненты — носитель может почувствовать небольшое недомогание, но будет в силах противостоять магически.

Я наклонилась к Нейтасу:

— У меня было недомогание от похмелья и бессонной ночи. Причем здесь его интерес?

— Или ты была опустошена игольником, значит, в тебе есть мана — магический ресурс…

— То есть, я маг?

Нейтас кивнул, а я под впечатлением от полученных новостей снова повернулась к преподавателю, впитывая новую информацию.

— Игольник… Игольник иссушит ваши ресурсы до дна! И пока порошок камня не выйдет естественным путем — мана не начнет восстанавливаться в носителе. Тогда вопрос — почему в основном предпочитают растения, хотя игольник эффективнее?

— Им не хватает знаний.

— Безусловно, но есть и закончившие Академию, но не рискующие применять в зельях порошок игольника…

— Его трудно измельчить?

— Да! Да, дорогая моя! Игольник невероятно трудно измельчить в порошок. И если по недогляду останется хоть одна целая иголочка, которая попадет внутрь носителя и воткнется в ткани желудка или кишечника, что будет? Кто скажет?

— Носитель станет немагом? — попробовал кто-то угадать.

— Почти. Он останется магом, но у него никогда не будет ресурсов на применение магии, пока из него не извлекут эту маленькую иголочку камня. Таких носителей мы называем — вакуумаг.

— Но это преступление, за такое могут наказать, — высказалась студентка, сидящая у двери.

— Верно, — кивнул господин Тракс. — Вот тогда виновник будет передан Архикватору и получит гораздо более суровое наказание. Поэтому, вам следует с огромной ответственностью отнестись к занятиям по зельям.

* * *

— Просто взрыв мозга, нахрен! — Я шла с друзьями в трапезную и старалась не размахивать руками от обуревавших эмоций.

Нейтас улыбался, понимая почти всё, что я говорила, Ена уточняла непонятные ей слова, а Мияна выпытывала Сивиллу про приглашение на танец и реакцию Гая.

— Порошок рога единорога — это вообще нормально? Драконья чешуя?

— Это редкие раритеты, детка. Мало кто может их получить, и они почти не применяются в зельях.

— Твою мать, но они существуют?

Нейтас скривился, перестав улыбаться и хлопнув меня по плечу, отошел к группе парней постарше.

— Ты лучше не говори ему о матери, — тихо проговорила Ена.

— Я и не говорила.

— Ты сказала про его мать — твою мать. Я не всё поняла, но…

— Нет-нет! Это…ругательство. Такое. В моем мире.

— Для Нейтаса это оскорбление, Динь. Лучше не ругайся так.

* * *

За обедом, пока я поглощала строганину, девочки расписывали мой вечер. В планы входило рисование платья для Сивиллы с последующей встречей с портнихой, занятия по начальным знаниям зелий с Еной и прогулка Мияны с Нейтасом при моей поддержке.

В качестве извинений перед Мияной, я рассказала наш с Нейтасом секрет, что до бала необходимо вернуть Ловца в строй, на службу. Еще коротенько поведала о пренеприятном отце Нейтаса, и уточнила у Мияны не передумает ли она после этого танцевать с парнем.

Надо отдать ей должное, она осталась благодарна за мои откровения и как-то по-другому обращалась с Ловцом. Так что, наладив почти со всеми прежние, доверительные отношения, я заказала добавку, попечалившись, что не могу к сашими попросить принести суши.

Во второй половине дня Нейтас с нами не пошел, Ена села со мной, а Мияна перекочевала к Силли.

— Так что с мамой Нейтаса не так? — решила выяснить я.

— Она псимаг.

— Ну да.

Меня радовало, что ребята общались со мной как со своей, забывая, что я террийка, что одеваюсь не так, что несу порой непонятные им вещи, что делаю миллион и один промах. Они открыто делились со мной проблемами и знаниями. Вот только мне нужно было углубленное изучение вопроса, а не поверхностный ответ.

— Ена! "Ну да" — это значит, я ничего не поняла. Кто такой псимаг?

Она неторопливо переписала список ингредиентов для зелья снятия обморожения, потом уже повернулась ко мне.

— Маг, который болен.

Я вопросительно подняла бровь.

— Неизлечимо болен. У нас есть для псимагов закрытые лечебницы. Мать Нейтаса в одной из них. Их род хранит тайну, что с ней произошло, но знаешь… мне кажется это из-за его отца. У Деваров нет рабынь. Ни одной. Точнее, они были, он часто попадает в список и получает женщин. Только сейчас их нет. Смерти рабынь не фиксируются, поэтому…

— Думаешь, Девар их прикончил?.. Ой, да ладно, я имела в виду — убил?

Ена осторожно кивнула.

— Но за магами следят, и от связанной женщины не избавиться. Я думаю, что он…

— Заразил её? — охнула я.

— Довел её до пси-состояния.

— Стой, то есть, она сошла с ума? Она в психушке?

— Она… без ума, да, — пробуя слова на вкус, попробовала ответить Ена.

— Без ума — это скорее показатель эйфории или врожденной глупости. А вот сумасшествие — диагноз!

Ена прикусила щёку, обдумывая услышанное, потом проговорила:

— Мне жаль, что мы не сможем повторить вечеринку и не станцуем твое караоке.

— Караоке не танцуют, а поют. Так что всё еще будет!

Она улыбнулась и вернулась к переписыванию закорючек и вензелей, которые преподаватель Тракс искусно выводил прямо в воздухе.

* * *

— Похмелье можно вылечить магически? — спросила я, решая не расширять перечень вопросов на обратной стороне блокнота.

— Вполне, — ответила Сивилла, шествуя на полшага впереди.

— А месячные?

— Что?!

— Ну, цикличные, как это называется?

— Как ты можешь вылечить цикличные? — усмехнулась Сивилла. — Вот зачнёшь ребеночка — они пропадут. Но с ребеночком магия не помогает.

Я скривилась, дав понять, что оценила её сарказм.

— А от неотстирываемых пятен крови на платье как избавиться?

— Отдай в прачечную, она за Академией, со стороны озера…

Мы пришли в общий холл, где раньше смотрели Коронованного сплетника. Сивилла расположилась на переднем диване и подозвала меня. Пока я рисовала эскиз, дополняла деталями и объясняла что и зачем, к нам подошли еще несколько девушек. Когда я дорисовала и отдала листок Сивилле, ко мне тут же подсела девушка с нашего триместра:

— Я тоже хочу особенное платье, сделай? Сивилла!

— О, познакомься с госпожой Агатой Верде, четвертого сословия.

— Благодарю, Сивилла. Динь, я танцую с деканом, но второй танец хочу подарить особому гостю. И я хочу особенное платье.

Я посмотрела на Силли, та кивнула.

— Тогда встань и покрутись, я рассмотрю твою фигуру.

— Сделай мне тоже черное с кружевами, как у Сивиллы.

Подруга закатила глаза и отвернулась.

— Кружево — это не твоё. И черное состарит тебя. К темным волосам нужен дерзкий цвет. Я предложила бы тебе розовый или бордо.

— Давай розовый. Выреза не будет? Плечи голые? А почему подол начинается от колен?

Я рисовала "русалочку" и поясняла ей особенности фигуры, как скрыть ширину плеч, подчеркнуть бёдра.

— Я хочу что-нибудь прозрачное, — нервно облизав губы, выдала Агата.

— Давай сделаем вырез на спине? Когда он обхватит тебя сзади, а потом повернет к себе спиной — обалдеет.

— Мне нравится! — взвизгнула Агата и захихикала: — Декан тоже обалдеет. Я танцую с господином Виртсом.

— Он растрясёт весь свой песок, чтобы произвести на тебя впечатление, — поддержала её Силли.

— Я закончила.

— Ты — милашка, — потрепала меня по щеке Агата и убежала, прихватив за собой стайку девчонок.

— Больше никому не рисуй! — приказала Сивилла и потянула меня прочь из обители.

Я всерьез перепугалась, когда увидела, куда она меня ведет.

— Мне туда нельзя, — пропищала я, отдернула руку и остановилась.

— Почему? — удивилась Сивилла. — Сейчас прибудет моя портниха, ты объяснишь ей всё, и она снова уйдет.

— О, но там… — "Вейд" я не произносила, а прошептала одними губами.

— И что? — Сивилла начинала злиться. — Транспортационный канал в Академии только один, он находится над библиотекой, попасть туда можно только по коридору через двери в покои декана. В чем проблема? Там за день сотни людей проходят, но только тебе нельзя. Не надо мнить себя центром бесконечности. За мной!

Мы благополучно добрались до транспортационной и пока Сивилла принимала вызов, я оглядывала стол, где вчера встречались любовники и меня накрывали воспоминания. Я подошла к тому месту, где стоял Вейд и, сглотнув, посмотрела на диванчик, за которым пряталась и на зеркало, в которое подглядывала.

Зеркала Лемурии немного искажали и тонировали отражение. Если хорошо приглядеться и знать, что искать, то меня могли бы обнаружить. Но, к счастью, этого не произошло.

— Динь, расскажи ей про наше платье и беги к Ене.

* * *

По дороге из Академии меня перехватила Мияна.

— Зелья потом. Я вызвала Нейтаса.

— Что мне делать? Я же не могу завалиться вместе с тобой и слушать, как ты его приглашаешь!

— Думаю, я с этим справлюсь без тебя. Иди к озеру. Встретимся там. О. Кей?

— Это одно слово — о`кей.

— А "круто"?

— Восхищение. Тоже одно слово.

— Круто. О`кей. Жди у озера.

В следующие пару часов я обнаружила прачечную, отнесла испорченное игольником зеленое платье, и оставшееся время ходила по берегу озера, кидала комки земли в лягушек и отгоняла назойливых жуков с блестящими крыльями, которые роем кружились над головой.

— Смотри, там Динь! — услышала я голос Мияны и увидела её с Нейтасом, спешащих в мою сторону.

Наконец-то.

По тому, как сияла Мия, я поняла, что их танец состоится.

— Я могу вас поздравить?

— С чем? — буркнул Нейтас.

— Да, — расплылась в улыбке Мия.

— Тогда, может, обговорим кое-какие проблемы?

— Какие?

— Нейт, ты только не сердись, но я поделилась с Мией нашими проблемами и лучше придумать что-то втроем, чем ждать, когда подвернется удобный случай. Скоро бал. Я танцую с Вейдом. Ты с Мией. Мне кажется, если мы трое на одной стороне, то можно что-нибудь придумать.

Нейтас огляделся.

— Мне не нравится думать здесь, нас могут подслушать. Идем к тебе.

— Эээ… не получится.

— Почему?

— Динь выселили из покоев первого яруса. Она спит с Еной.

Нейтас выглядел удивленным и взбудораженным.

— А декан знает?

Я пожала плечами:

— Последний, у кого я спрошу — будет он. С другой стороны, именно он нас поймал на вечеринке, значит, и распоряжение Зое отдал сам. Логично же?

— Я не знаю, к себе не могу позвать — я на третьем ярусе, нас Константин не пропустит.

— Пойдемте в танцевальную комнату? — предложила Мия. — У нас и оговорка есть — мы с Нейтасом репетируем совместный танец.

* * *

— Ну же, модулируй музыку! — дёргала я Нейтаса.

— Что значит "модулируй"? — вмешалась Мия, и впервые вместо меня ответил Ловец:

— Она просит изменить.

Я еще раз напела песню, Нейтас поводил над шаром, и в комнате поплыла слабо похожая на оригинал музыка.

— Ты не слышишь, как напеваю? — злилась я.

— Динь, зачем нам вообще террийская музыка?

— У меня есть идея. Мия вставай, и повторяй за мной. Нейтас — врубай.

В комнате раздался пронзительный «Gangnam Style». Я встала перед зеркалом с Мияной и показала ей движения.

— Просто повторяй. И как на родео, руку вверх, так…

— На каком родео?

— Забей, скачи как на лошади. У вас лошади, кони есть? Вот и скачи. Да!

Нейтас угорал в сторонке, пока не присоединился к общему веселью.

— На "секси-леди" прогнись и попой — да, так.

— Мияна! — Нейтас возмущенно таращился на крутящую бёдрами Мию.

— И снова поскакали! Хэй! Оп-па, гагнам-стайл, оп, оп!

— Гагнам-стайл!

Напрыгавшись, мы сидели у стены, вытянув ноги.

— Так что за план? — задыхаясь, спросил Нейтас.

Я пересела на колени перед ними, чтобы видеть лица.

— Сорвать первый танец, — недоумение отразилось на лицах обоих. — Ну, вот смотрите, начинается вся эта эпопея с танцем, и в момент, когда пары расходятся, шар начинает исполнять PSY. Я вместо раненой лебеди, начинаю подпрыгивать, как…

— Коза, — любезно вставил Нейтас посмеиваясь.

— Потом ко мне присоединяется Мия, потом Ена, может, Сивиллу уговорим.

— И под конец все студенты начинают прыгать и вертеть задницами, — уже откровенно ржёт Нейтас.

Мы смеялись, придумывая все больше и больше нелепостей.

— Нас потом всех распнут на игольнике, — сквозь слезы еле выговорил Ловец.

— А на всех хватит?

— Если в ряд уложить — конечно!

Мия смеялась вместе с нами, но до сих пор, не вставила ни слова.

— Я не думаю, что срывать первый танец — хорошая идея…

— Будет весело, — подмигнула ей, но тут же поймала красноречивый взгляд подруги. У нее же это первый и возможно единственный танец с Нейтасом. И я его хочу испортить, отобрать… Думаю, Сивилла тоже освистает идею, если ей предложить. Из-за Гая.

— Ладно… Но что придумать? Я не хочу падать к его ногам! И Нейтаса надо вытаскивать.

Пара согласилась, но никаких идей в голову не приходило.

— Тогда расходимся… Мне зелья с Еной учить. Пошли?

Мия придержала Нейта.

— Ты иди, мы ненадолго останемся…

— А… Да, конечно… Тогда, пока?

Нейтас кивнул, и я ушла к Ене в обитель.