Глава 9

Вернувшись в номер отеля, Шая и Нандор молчали. Оставшийся позади бедлам налета на дом Вяземского теперь их не волновал, потому что результат оказался не тем, на который рассчитывали, а значит, теперь перед ними задача разобраться, что же происходит в небольшом городке остается первостепенной.

Нандор, сбросив пиджак, расхаживал из угла в угол. Он был зол и на себя, и на ситуацию, и на Громова, который, можно сказать, облажался, но с другой стороны спас своим перфомансом человеку жизнь.

Шая же, напротив, была спокойна. Она села в глубокое кресло у окна и несколько минут просто смотрела на город, раскинувшийся внизу.

Внезапно ее смартфон коротко завибрировал. Уведомление из того самого зашифрованного чата, что и утром. Она не спеша открыла сообщение. Ее глаза быстро пробежались по коротким строчкам.

«Нужна срочная слежка за Ковалевым, урядником. Есть основания полагать, что он — крот оккультистов».

Она посмотрела на имя отправителя. Громов. Никаких «пожалуйста», никаких объяснений. Просто приказ. Эта его манера начинала ее забавлять. Люди… вечно спешащие, суетливые. И Громов был таким же — человеческий век скоротечен.

Но суть сообщения была нешуточной.

— Что там? — спросил Нандор, остановившись посреди комнаты.

— Новая вводная, — ответила Шая, не отрывая взгляда от экрана. — От нашего коронера.

Она встала и подошла к своему ноутбуку, лежавшему на столе. Несколько быстрых щелчков клавиш, и на экране открылось окно доступа к внутренним министерским базам данных. Ее пальцы затанцевали над клавиатурой с нечеловеческой скоростью.

— Ковалев… — пробормотала она. — Урядник… Феодосия…

Поиск занял меньше минуты. На экране появилось личное дело. Фотография мужчины средних лет с уставшим, слегка одутловатым лицом и тяжелым взглядом. Шая принялась методично изучать информацию.

Досье было скучным до зевоты. Ковалев. Родился, вырос, учился и всю жизнь проработал в Феодосии. Обычный рядовой урядник, служака. Ничего выдающегося. Никаких связей с криминалом, никаких дисциплинарных взысканий, кроме пары выговоров за опоздание. Женат, двое детей. Обычная серая, непримечательная жизнь провинциального полицейского.

Шая закрыла ноутбук.

— Ну что? — Нандор подошел ближе.

— Чист как младенец. Личное дело можно читать перед сном в качестве снотворного. Но, как водится, в провинции нарисовать в бумагах и не такого могут.

— Значит, Громов ошибся? — в голосе Нандора прозвучало плохо скрываемое удовлетворение. — Паранойя на фоне стресса. Частое явление.

— Не думаю, — возразила Шая, ее взгляд снова устремился в окно. — Он не похож на человека, который бросает слова на ветер. Тем более ты сам свидетель. Да, мы не поймали того, кто мог бы нас вывести прямиком на оккультистов, но нашли кое-что иное. Мне вот теперь интересно откуда он взял эту фамилию… И почему именно эту… Провидец, что ли? — Она хмыкнула, подперев подбородок пальцами.

Шая помолчала, а пальцы свободной руки барабанили по подлокотнику кресла.

Нандору возразить было нечего, да и говорить не хотелось. Этот город за несколько дней сидел у него уже не просто в печенках, а в самой глотке.

Шая снова открыла ноутбук, на этот раз выведя на экран карту города. Она нашла адрес Ковалева из личного дела, увеличила изображение. Обычный спальный район на окраине, серые панельные многоэтажки, типовая застройка. Ничего примечательного.

— Я пойду прогуляюсь, — сказала она, закрывая ноутбук и поднимаясь.

— Куда? — Нандор удивленно посмотрел на нее. — Середина дня.

— Подышать свежим воздухом, — она улыбнулась ему своей самой обезоруживающей улыбкой. — Развеяться. Тебе не стоит идти со мной, ты выглядишь уставшим. Отдыхай.

— Как хочешь, — бросил ей брат. В том, что Шая может за себя постоять, он не сомневался. Чай не первую сотню лет живут на этом свете.

— Купи на обратном пути двойной чизбургер, салат и картошку с колой.

— А не треснет? — спросила сестра, обуваясь у входа.

— Не треснет, — ответил Нандор, завалившись на кровать. — А если треснет — зашьешь.

— Оставлю как есть. Так даже лучше будет.

— Вали уже, — отозвался эльф.

Шая не хотела тащить Нандора с собой на тихую разведку. Это даже разведкой не назвать. Просто прогуляется по городу, посмотрит на домики. Последит за одним человеком.

— Будь осторожна, — бросил ей брат, когда дверь их комнаты открылась.

— Всегда, — ответила она через плечо, выйдя в коридор и толкнув за собой створку. Раздался тихий щелчок, после чего сработал магнитный замок, заперев дверь.

Накинув легкий темный плащ и спрятав волосы под капюшоном, Шая вышла из отеля. Она не стала вызывать такси, решив, что пойдет пешком. По ее прикидкам идти было недалеко.

Ее путь лежал в сторону спальных районов. Туда, где за одинаковыми окнами одинаковых домов жили своей обычной, не примечательной жизнью тысячи людей. И один из них, возможно, был не тем, за кого себя выдавал.

* * *

Я вырулил с набережной, направляясь в сторону дома. Напряжение медленно отпускало. Алиса смотрела в боковое окно на мелькающие дома, ее отражение в стекле было серьезным и сосредоточенным. Лидия сидела, откинувшись на сиденье и прикрыв глаза.

Город жил своей обычной субботней жизнью. На тротуарах было людно. Прохожие в легких плащах и куртках спешили по своим делам, не обращая внимания на наш седан. Продавщица цветов у перекрестка выставила ведра с яркими, почти кричащими астрами. Пожилая дама в старомодной шляпке вела на поводке смешного кудрявого пуделя, который то и дело пытался облаять проезжающие машины. Мирная, почти пасторальная картина, резко контрастирующая с тем, что творилось у меня в голове.

Телефон на приборной панели ожил, высветив имя «Лизавета». Я взял телефон в левую руку и приложил к уху.

— Слушаю.

— Громов? Ты живой? — голос Лизы был взволнованным.

— Более чем, — отозвался я.

— Мне только что звонил Докучаев. Рассказал… в общих чертах. Про облаву, про двойника. Господи, Виктор, что у вас там происходит? Это какой-то дурдом.

Из соседнего ряда резко, без поворотника, метнулся прямо перед моим капотом юркий красный кабриолет. Я рефлекторно бросил взгляд в боковое зеркало и практически на автомате дернул руль, избегая столкновения.

— Осторожнее, мудила! — рявкнул я в салоне, провожая взглядом удаляющийся автомобиль и добавил ему средний палец вслед. Вряд ли, кончено, он это увидел, но на душе стало легче.

— Виктор? — голос Лизы в динамике стал еще более встревоженным.

— Все в порядке. Просто один идиот решил, что правила дорожного движения написаны для кого-то другого. Так о чем мы?

— Я говорю, что Докучаев звонил…

— Да, я слышал. Не переживай, все под контролем, насколько это вообще возможно. А как же твой переезд? Зеленоград?

В динамике повисла короткая пауза.

— Докучаев сказал, что он звонил в Зеленоград нашим коллегам. Попросил подождать, пока мы не уладим здесь все вопросы.

— Ясно, — отозвался я и почувствовал странное облегчение. Тем лучше. Мне сейчас было бы очень не с руки тратить весь вечер на Лизу, прохлаждаться с ней в отеле, изображая беззаботного любовника. Хотя, с другой стороны, было бы неплохо, на самом-то деле. Такого рода отдых тоже полезен и приносит свои результаты, снимая накопившийся стресс. Но не сегодня. Сегодня мне нужно было привести мысли в порядок. — Тогда, прошу тебя, не шатайся вечерами по улице одна.

— Я пока интернет порою, посмотрю. Мир, знаешь ли, слухами полнится.

— Знаю, — я невольно улыбнулся. Девочка сразу, с места в карьер, пыталась включиться в работу, даже толком не понимая, с чем имеет дело. Это упорство и профессиональная хватка определенно помогут ей на новой должности. Или доведут до ручки, как меня в прошлой жизни.

— Будем тогда на связи. Перенесем встречу, пока все не успокоится. Согласен?

— Да, — я кивнул, хотя она и не могла этого видеть.

— Целую тебя, — сказала Лиза, и в ее голосе проскользнули теплые нотки.

— Пока. До встречи.

Она положила трубку.

Домой добрались без дополнительных приключений и чудаков на букву «м». Я поднялся к себе, быстро переоделся в свободные тренировочные штаны и футболку и спустился на задний двор.

День клонился к вечеру. Солнце уже опустилось за крыши соседних домов, окрасив небо в мягкие, пастельные тона. Воздух был неподвижен. Я взял одну из тренировочных рапир, которые мы с Лидией оставили на террасе, и вышел на середину площадки.

Мне нужно было выплеснуть накопившееся напряжение. Вытряхнуть из головы хаос мыслей, привести в порядок нервы, которые были натянуты до предела.

Я начал с разминки. Простые, монотонные упражнения, разогревающие мышцы и связки. Затем перешел к отработке стоек. Каждое движение — медленное, выверенное, доведенное до автоматизма. Я чувствовал, как мышечная память, пробужденная тренировками с Феликсом и Лидией, берет свое.

Возможно, стоило уделить внимание какому-нибудь конкретному приему, чтобы работать только от него. Как было в той старой фразе, которая впоследствии стала мемом? Я не боюсь того, кто знает тысячу приемов. Я боюсь того, кто отработал один прием тысячу раз. А еще вспомнилось, как я когда-то давно смотрел на ютубе в своем мире соревнования по средневековому фехтованию, где множество мужчин вытворяли с клинками такое, о чем даже Геральт из Ривии мечтать бы не мог.

Но в финале победил мужик, который всех размотал базовыми комбинациями «блокировать-ударить-блокировать-контратаковать» и так по кругу, не прибегая ни к каким сложным «финтам», «пируэтам» и «вольтам». Вот оно, мастерство и упорство.

Я закрыл глаза и начал отрабатывать «le liement». Связывание. Движение за движением я представлял себе клинок противника, встречал его, вел по дуге, открывал защиту. Воздух со свистом рассекал мой «клинок». Разворот, выпад, укол. Снова и снова.

Когда я наконец остановился, тяжело дыша, на душе стало немного легче. Физическая усталость вытеснила ментальную. Я утер пот со лба тыльной стороной ладони и потянулся в разные стороны, снимая мышечное напряжение.

Я отложил рапиру, поднялся на террасу и зашел в дом. Тишина. Девушки, очевидно, разошлись по своим комнатам.

Контрастный душ — то что нужно после такой тренировки. Сначала горячая вода, расслабляющая уставшие мышцы, затем ледяная, приводящая в тонус. Я вышел из душевой кабины, вытираясь жестким махровым полотенцем, и ощутил приятную пустоту в теле и голове.

На кухне я налил себе полный стакан прохладной воды из фильтра и залпом осушил его до дна.

В этот момент на столешнице завибрировал оставленный там смартфон.

— Да, — ответил я, прижав трубку плечом к уху и снова наполняя стакан.

— Громов? Это Грим. Не отвлекаю?

— Уже нет. Что-то случилось?

— Да, — его голос звучал напряженно. — Мы провели, так сказать, аналитическую работу после твоего отчета.

— И? — я сделал еще глоток.

— И нам удалось выйти на след тех ублюдков. Тех, кто устроил бойню в таверне.

Я замер. Так быстро? Я ожидал, что на это уйдут недели.

— К сожалению, — голос Грима стал угрюмым, — некоторых взять живыми не удалось. Оказали сопротивление. Но эти уроды поплатились за то, что сделали. В общем, спасибо, Виктор.

Я отметил, что он впервые назвал меня по имени. Не «коронер», не «Громов». Виктор. Это был не просто переход на неформальное общение. Это был знак признания. Знак того, что я больше не просто сторонний эксперт, а… свой.

— Не за что. Это моя работа.

— Есть за что, — твердо возразил он. — Если бы не твое предположение про смежные круги и внутренние разборки, мы бы еще долго рыскали не в том направлении. А так прикинули, кто у нас в последнее время пошел против системы, подняли старые дела… и все встало на свои места. Твоим коллегам-урядникам мы информацию тоже передали, но попробуем обстряпать все так, чтобы не было лишнего шума. Но все будет чин-чинарем, не переживай. Ты же ответственный человек, Громов. Не знаю, что о тебе там за слухи ходят, да и вдоль борта они мне. Я вижу, что ты свое слово держишь и в работе не груши околачиваешь.

Я хмыкнул, опуская стакан. Неожиданно.

— Спасибо на добром слове.

— Я это к тому, что если с Главным поговорить надо пораньше, — продолжил он, — так ты дай знать. После сегодняшнего он сказал тебе его номер передать, если понадобится срочно связаться. Выслать?

Мне даже не нужно было думать. Внутри щелкнуло. Обстоятельства менялись с калейдоскопической скоростью, имой план по выманиванию оккультистов, который еще утром казался единственно верным, теперь мог потребовать корректировки. Или подкрепления.

— Да. Вышли, будь добр, — ответил я ровно. — Намечается еще одна заварушка. И мне ваша помощь может пригодиться.

— Че за тема? — прытко спросил он.

— Про оккультистов слышал?

— Те, что в лесу тело распяли? Слышал. Без деталей, конечно, н слышал. И про то, что там что-то с темной магией было — да, слышал.

— Мы собираемся их прищучить. Вот об этом я и хотел поговорить с вашим руководством.

— Ясно. Если че, мы с Фаустом в деле, — после короткой паузы сказал Грим. — Высылаю контакт. И еще раз спасибо. Бывай.

Сигнал в телефоне коротко «бикнул», оповещая об окончании разговора. Я опустил руку со смартфоном. Через мгновение он снова завибрировал — пришло сообщение с одним-единственным номером телефона и подписью: «Главный».

Я внес номер в записную книгу телефона под лаконичным и вполне понятным псевдонимом, которым его называли его сослуживцы и подчиненные. Палец уже завис над кнопкой вызова. Разговор с руководством «Щита» был следующим логичным шагом. Мне нужна была их сила, их ресурсы, профессионализм. Облава на Вяземского — это одно, но ловить существо, способное менять обличья, и целую секту, практикующую похищение душ… задача несколько другого характера. Здесь одной полицией и даже Инквизицией не обойтись. Нужны были люди, привыкшие действовать на пределе своих возможностей.

И кто его знает, чем еще занимаются ЧВКшники? Может, они на монстров и таких тварей по выходным выезжают в какие-нибудь дальние уголки империи?

Но в тот самый миг, когда я уже собирался нажать на вызов, экран смартфона снова ожил. Пришло уведомление от Шаи.

Сообщение состояло из двух слов.

«Пасу овцу».

Я смотрел на эту фразу, наверное, полминуты. Перечитал ее снова. И снова. Мозг после разговора с Гримом все еще был на другой волне.

Наружу просился только один вопрос:

— Чего?..

* * *

Город жил своей сонной, провинциальной жизнью. Шая двигалась между отдыхающими субботним днем людьми почти незаметно. Капюшон плаща скрывал ее лицо и выдающие эльфийское происхождение уши. Для окружающих она не представляла никакого интереса.

По ее слегка ссутулившейся фигуре, бросив взгляд со стороны, можно было предположить, что это просто еще один угловатый подросток с плохим настроением бредет после ссоры с родителями куда глаза глядят.

Но эльфийка имела четкую цель.

Она не пошла напрямую к дому Ковалева. Это было бы слишком просто и непрофессионально. Вместо этого, пользуясь картой в смартфоне, она проложила маршрут к полицейскому участку, где он служил. Она прибыла туда за полчаса до окончания его смены и заняла позицию в небольшой кофейне напротив. Заказав чашку чая, она села у окна, откуда отлично просматривался вход в здание.

Ей не пришлось долго ждать. Ровно в шесть вечера двери участка распахнулись, и на крыльцо вышел тот самый человек с фотографии из личного дела. Ковалев. Он выглядел еще более уставшим и помятым, чем на официальном снимке. Тяжелая походка, опущенные плечи. Он закурил, нервно оглядываясь по сторонам, словно ожидая увидеть кого-то в толпе. Его глаза беспокойно бегали, не задерживаясь ни на чем надолго.

Шая отпила чай, не отрывая от него взгляда. Что-то в его поведении было неправильным. Помимо усталости, в его движениях наблюдалась нервозность, напряженность и неявный, но заметный испуг. Словно он опасался, что прямо сейчас к нему на улице подойдет человек и спросит: «дяденька, а это не вы ли случайно оккультной дрянью промышляете?»

Докурив сигарету до самого фильтра, Ковалев бросил окурок в урну и зашагал по улице. Шая, оставив на столе несколько монет, бесшумно выскользнула из кофейни и последовала за ним, держась на почтительном расстоянии.

Он не пошел прямо домой. Он петлял, дважды сворачивая в одни и те же переулки, заходил в магазин, ничего не покупал и выходил. Урядник постоянно оборачивался, его взгляд был быстрым и затравленным, как у уличного котенка.

Урядник искал слежку и, к его несчастью, не находил. Шая двигалась за ним как призрак, используя толпу, витрины магазинов, тени зданий, чтобы оставаться невидимой.

Наконец, убедившись, что за ним никто не следует, он направился к своему дому — серой панельной девятиэтажке на окраине города. Шая видела, как он скрылся в подъезде. Эльфийка пересекла улицу и заняла новую позицию на детской площадке напротив, сев на скамейку под раскидистым деревом.

Через несколько минут в окнах на третьем этаже зажегся свет. Она видела его силуэт. Он снова подошел к окну, осторожно отодвинул занавеску и посмотрел вниз, на улицу. Его взгляд снова был беспокойным, ищущим. Затем он исчез.

Шая сидела неподвижно. Время для нее текло иначе, чем для людей. Она могла ждать часами, не испытывая ни скуки, ни нетерпения. Она просто наблюдала.

Окно снова осветилось. Силуэт Ковалева снова появился за занавеской. Он опять смотрел вниз. Потом прошелся по комнате из угла в угол, его тень металась по потолку. Снова подошел к окну и отодвинул занавеску.

Это было уже не просто беспокойство, а паранойя. Человек находился в собственном доме, но вел себя так, словно его осаждала невидимая армия.

Шая достала свой смартфон, открыла зашифрованный чат. Пальцы легко пробежались по сенсорному экрану, набирая короткое сообщение Громову. Она знала, что он поймет. Ее губы изогнулись в едкой ухмылке.Этот странный и до непонятного интересный человек.

Может, не сразу, но обязательно поймет. Она нажала «отправить».

«Пасу овцу».