Глава 22

*** Деревенский староста принял дружелюбно. И с пониманием. Впрочем, главе тайной канцелярии нигде не отказывали. Слава Генри Вайроса всегда шагала впереди него, перед ним робели, одного его имени страшились и его же уважали. Никто не делал столько для государства, сколько канцлер его величества. Сам король понимал это… Пассажиров экспресса расселили по домам, по семьям, что готовы были принять и оказать помощь не только кровом, но и хлебом. А по настоянию самого канцлера, его разместили в пустующем доме вместе с магистром. Староста прислал хлопчиков: печь растопить, воды натаскать. Его жена притащила кастрюлю наваристых на говяжьей ноге щей и круглый каравай. Сало. Лучок с грядки… Самогон упоительного молочного оттенка. Вайрос ел, а сам на нервно-дёргающегося мага поглядывал. Опрокинул в себя стопку горячительного, поморщился, занюхал рукавом. – Да, вы ступайте, магистр Форд. Телефон у старосты, я пока в баньку схожу, прогрею парилку… – Да-да… – рассеянно отозвался тот, воодушевлённо выскакивая из-за стола. Так резво умчался, что даже не оглянулся. Вайрос откинулся на спинку дубового резного стула, отцепил от пояса кинжал и резким движением вогнал лезвие в стол. Тронул ребристую рукоять, залюбовавшись мерцанием аквамаринов. Вздохнул, грузно поднимаясь, и покинул дом, так и оставив кинжал, воткнутым в столешницу. Опасно брать его с собой, ещё рука дрогнет… Канцлер не был горяч, умел сдерживать и бурлящую ярость, и праведный гнев, и не любил марать руки кровью. Да, они были по локоть в ней, и о некоторых своих решениях и действиях… Нет, лучше вовсе не думать об этом. Вина и так лежала на сердце тяжким грузом, а оно ведь не железное. Шалит временами, напоминает Вайросу, что скоро придёт и его час расплачиваться за грехи… В общем, магистр нужен был живым. На самом деле канцлер мог любому такому магу свернуть шею голыми руками, но всё же предпочитал не брать с собой кинжал, если не слишком уверен в своём спокойствии… Отпечатавшиеся в грязи следы от сапог уважаемого мага уводили в сторону от дома старосты, за конюшни. – Эко тебя понесло… – задумчиво изрёк Вайрос, скребя пальцами затылок. Была уверенность, что Форд сразу же побежит связываться со своими, но на деле всё выходило иначе. Слишком мудрёно. Канцлера раздирало любопытство, но вместе с ним и досада. Досада от того, что кругом предатели и все себя считают умнее простого, не обременённого магией человека… Вайрос прислонился к стене конюшни, осторожно выглянул из-за угла. Магистр стоял за постройками, прямо на границе с лесом и от него исходили мерцающие голубовато-зелёные нити. Нити мерцали и подрагивали. Внезапно лопнули, рассыпаясь цветными искрами… … послышалось ругательство. И за ним незнакомые слова, протянутые нараспев. Снова вспыхнули нити… Вайрос скривился, кинул тоскливый взгляд в темнеющее небо и вышел из-за своего укрытия. – А чего это вы, уважаемый, тут творите такое занимательное? Маг резко обернулся, спуская цепь гудящего боевого заклинания. Канцлер прыгнул в сторону, ловко перекувыркнулся через голову и оказался на ногах. В два прыжка он преодолел расстояние между ним и магом… Увернулся от очередного мощного заклинания и свалил поганца ударом кулака. А кулак у канцлера крепкий… как булава. – Не прихлопнул бы… – посетовал, качая головой. Но маг быстро распахнул глаза… Канцлер схватил его за грудки и одним рывком поставил на ноги. Скрутил руки за спиной, защёлкнул на сухих запястьях не пропускающие магию браслеты. Как знал, что брать стоит… – Вы обвиняетесь… – начал было Вайрос, да сплюнул на землю. – В бездну прелюдия… – процедил, разворачивая мага к себе лицом. – Я прямо сейчас из тебя душу выну. Руками. Ты куда, подонок, полез?! Власти дармовой захотелось? Ты же грёбаный магистр! Откуда некромантская привязка?! Думаешь, раз я человек, то тупой, как пробка? Да я с такими как ты… – закусил щёку изнутри и, только ощутив солоновато-медный вкус крови, выдохнул. – Так убей меня! – закричал маг, вырываясь, но без магии, со скованными руками, что он мог?.. – Давай! Прикончи меня, всё равно смысла в этой жизни нет! Власти мне захотелось… – усмехнулся горько, отшатываясь. – Вы все повёрнуты на власти, на законах, на справедливости… а где была ваша справедливость, когда моего сына упокаивали?! Что? Не помнишь уже? – поинтересовался язвительно. В сверкающих магией глазах плескалась ненависть. – Конечно! Это ведь было столько лет назад… Кто вообще помнит «зелёного» мальчишку, у которого вдруг пробудился дар смерти. Кто ему помог? Ты? Король? Или ваш хвалёный Килан?! Никто не помог! А он боролся, но магия… оказалась сильнее. Забрала моего сына, обратив в чудовище. И кто пришёл упокаивать пробудившегося лича? Конечно же великий и неповторимый первый некромант, а где он был, когда мой сын так нуждался в помощи?! Вы… – рычал маг, брызжа слюной. – Горите в аду, ублюдки! Вы забрали моего сына, а я заберу вас всех! С собой в могилу… Вайрос ударил. До того, как разъярённый маг успел что-то сделать. Да, в браслетах магия блокируется, но кто его знает… Подхватил бессознательное тело, заваливающееся набок, закинул на плечо и понёс к дому старосты. … под сердцем настойчиво скребло, и душу сжимало тисками… Он вспомнил. Вспомнил шестнадцатилетнего Микаэля Форда. И правда, зелёного юнца, у которого вдруг пробудился дар смерти. Тогда ещё не было академии, и первые некроманты только начали появляться, и Килан… как бы ни был силён и могущественен, сам толком ничего о некромантии не знал. Это потом он… изучал, записи вёл, основал академию, а тогда был потерян и немного пришиблен… А сколько было таких как Микаэль? Великое множество. И если бы все сломленные тяжёлым горем родители начали мстить… Нет, умом всё понятно, но магистра всё равно было жаль. Не отпустил. Не смог. Не смирился со смертью сына, и сколько ему потребовалось мужества, чтобы поднять его вновь. В голове вертелось множество вопросов. Вайрос занёс мага в дом, вытащил из карманов все подозрительные предметы, крепко связал и заткнул рот тряпкой. Староста непонимающе чесал бороду, стоя посреди сеней в одних портках. – Водки принесите, милейший, – вежливо попросил Вайрос, вынимая из кармана трубку. – И мне бы телефон, связаться со своими нужно. Староста кивнул и скрылся за толстой массивной дверью. Вайрос опустился на скамью, зачерпнул ковшиком ледяной воды из кадки и плеснул в лицо мага. – Время собирать камни, магистр. Просыпайтесь. Форд шумно вдохнул, завращал головой по сторонам, тараща глаза. Замычал. – Спокойно, – ровно осадил Вайрос, затягиваясь густым едким дымом. – Я сейчас кляп вытащу, а вы говорите. Только тихо, не то детишек старосты разбудим. Маг откинул голову, уткнулся затылком в дощатый пол и кивнул, прикрывая глаза. Канцлер вытащил тряпку. – Если лич… это ваш сын, то чего ж вы так смертельно побледнели, когда его увидели и убить пытались? Уголки дряблых губ магистра дёрнулись в печальной улыбке. – Я артефакт специально подкинул, но не ожидал, что его, и правда, найдут, да ещё и… сделают из Микаэля посыльного. Испугался, что его сейчас снова упокоить попытаются, хотел внимание отвлечь и отдать ему приказ убираться. А тут вы… – И зачем же нужен был этот артефакт, если вы сами… неплохо личем управляете? – Вайрос благодарно принял из рук старосты стакан с водкой и махом осушил его. Скривился, так продрало, и глубоко вдохнул. – Вы говорите, магистр, я пока в управление позвоню. – Звоните куда хотите, – усмехнулся маг. – Килану это никак не поможет. У меня много запасных планов, я все варианты учёл. Знаете, это непросто столько лет вынашивать месть… а ведь второй десяток к концу подходит… Вайрос хмыкнул, набрал нужный номер и после ответа отдал короткие, но чёткие указания. Кого и куда отправить, кого и как задержать… – Так что там с артефактом и местью вашей? – напомнил, не спуская с мага внимательного взгляда. – Артефакт нужен был, чтобы Килан призвал Микаэля и думал, что управляет им. Я ощутил его пробуждение из-за нашей привязки, но не имел возможности отдать приказ. Вы всё время находились рядом… – досадливо поморщился маг. – Так за конюшнями вы пытались натравить лича на Килана и его помощницу? – Ага… пытался, – кисло отозвался несчастный. – Только… привязка оборвалась. Я попробовал восстановить связь, а тут снова вы… Я ведь не некромант, мне пришлось использовать накопители с магией смерти, которые вы, к слову, не забыли вытащить из моих карманов. Очень предусмотрительно. – Не боялись, что некромант снова упокоит вашего сына? – бесстрастно спросил Вайрос, отпихивая ногой опасные кристаллы подальше под лавку. Форд повернул голову в сторону, поджимая губы. – Я бы поднял его вновь. В любом случае… я уже отправил сигнальный маячок. Ни Килану, ни глупому сыну ведьмы не выбраться с болот. Вайрос вздохнул. Как наивно со стороны магистра недооценивать первого некроманта и его преданную помощницу. Не просто помощницу – целительницу, дочь генерала. – А где ж вы мёртвую энергию собирали и как других убедили содействовать вам? – Да разве это сложно? – улыбнулся маг. – Килан давно у всех поперёк горла стоит. А энергию с защитного барьера вокруг Мёртвого леса брал, прямиком в накопители. Мне нужно было напитать останки Микаэля силой и создать между нами привязку. – Мне жаль вас, – искренне произнёс Вайрос, гася трубку. – Из-за вашей… мести… могли пострадать невинные люди. Вот вы говорите Килан не пришёл на помощь вашему сыну… а вы задумывались хоть раз, как непросто было не свихнуться самому Килану? Это его вы держали два года в Гильдии, ставя на нём свои дурацкие эксперименты, вы подвергали его пыткам… А потом, так ни в чём и не разобравшись, кинули его на произвол… Да, он не уберёг Макаэля и ещё сотню таких же несчастных душ, но не сдался и спас гораздо больше. Неконтролируемых выбросов случается всё меньше, за последние пять лет ни одного обращённого в лича, и это всё его заслуга… Магистр закрыл глаза. – Мне нет дело до других… – прошептал едва слышно. Грудь обожгло горечью сожаления, и Вайрос поморщился. – Вы ещё можете помочь всё исправить. Отзовите тех, кого послали за Киланом, а я попробую смягчить вам приговор. Будем учитывать все обстоятельства и надеяться, что от мертвецов никто сильно не пострадал… – А не получится отозвать, – саркастично усмехнулся маг. – После сигнального маячка, мои помощники должны были разлить магию мёртвых по всей земле Серых Топей. Никто не выберется, не после того, как Килан использовал «выход силы». – Так у них есть Дружок, – невозмутимо хмыкнул Вайрос. – Какой Дружок? – нахмурился маг. – Ваш сын… Вы же не забыли, что он лич и теперь у помощницы Килана есть артефакт призыва? – Вайрос грустно улыбнулся, поднялся с лавки и взял тряпку, чтобы снова заткнуть магистру рот. Слушать его оправдания было мерзко… К тому же он оказался не слишком умён и дальновиден. А всё почему? А потому, все недооценивают простого смертного. А ведь канцлер Генри Вайрос на то и канцлер, что всё ему известно, что у него всё схвачено и предусмотрено… *** Некромант был решителен и непоколебим, несмотря на своё состояние. Сам едва держался на ногах, но упокоить лича был намерен прямо сейчас. – Это предательство, – ровно проговорила, бросив взгляд на ничего не подозревающего Дружка. Он парил в воздухе, развевались полы рваного балахона, блекло сверкали глазницы. Это же просто нежить. Бездушная, без особого разума, подчиняющаяся приказам кукловода, склонная к разрушению всего живого. Тогда отчего так сжимается сердце? Почему я смотрю на существо, даже отдалённо не напоминающее человека, но вижу в нём… кого-то живого? – Пичужка… – устало протянул некромант, потирая глаза. – Сейчас не время для сострадания. Дружок, как артефакты твоей сестры – непредсказуем и опасен, взрывное устройство с отложенным действием и «рвануть» может в любую минуту. – Я согласен с ним, – вставил Колин, подняв руку. Он сидел прямо на земле, потому что до дома мы так и не добрались, начали обсуждение прямо во дворе посреди горы трупов. – И я даже могу помочь. – Сиди уж, помощник, – раздражённо огрызнулась я. – Сам на лича похож… – поджала губы и шумно втянула носом сырой воздух. – Дайте мне немного времени, я уверена, выход есть. А вы ступайте… Колин передёрнул костлявыми плечами, легко принимая моё решение и начал подниматься, гремя цепью. Скорее бы уже освободить его полностью… Некромант смотрел мрачно, пытаясь пробудить этим взглядом во мне здравый смысл. Поздно… Дружок уже в моём сердце, как и лохматое зубастое недоразумение, что заинтересованно приглядывалось к мертвецам. Я предпочитала делать вид, что не замечаю, как паразит сжевал сапог. Вернёмся в академию – посажу на диету… – Ступай, – мягко произнесла я, улыбнувшись. – Тебе следует отдохнуть, хотя бы час, мы ведь не знаем, что ждёт нас впереди. А в доме должна быть и вода, и еда… – Я знаю… – скрипнув зубами, отозвался он. Протянул руку и нежно провёл ладонью по моей щеке. – Но я безумно боюсь тебя потерять… – Молчи, – остановила, прижав палец к его холодным бледным губам. – Ты и так уже накликал на себя проклятье. Да, оно действует медленно, но наверняка. Кто знает, что случится в следующий раз… Некромант без зазрения совести поцеловал мою руку. Я изумлённо распахнула глаза. – Ты что творишь?! Грязная же… лечи потом тебя. Он усмехнулся, шагнул навстречу и быстро поцеловал. Настолько быстро, что я даже понять ничего не успела. – Хорошо, – вздохнул он, вынуждая меня растерянно моргать. – Даю тебе десять минут, чтобы договориться со своим чудовищем, но… – Я знаю, – перебила торопливо. – Если что-то пойдёт не так, я не стану мешать. Ты сделаешь то, что должен сделать. – Вот и умница, – он потрепал меня по волосам и, пошатываясь, поплёлся к дому. Колин следом, волоча за собой цепь. Я присвистнула, привлекая внимание зелёного колобка, ищущего чем бы ещё таким закусить. – Ты тоже, давай за ними. Зубастик прискакал ко мне, плюхнулся на лохматый зад и довольно вывалил из пасти язык. Я на секунду прикрыла глаза. – Скачи в дом, еда там. Понимаешь? Зубастик подпрыгнул и попытался облизать мою руку. Ну или оттяпать её. Я предпочла думать, что всё же первое… Из еды у меня ничего не осталось, но колобок вёл себя так, словно жаждал от меня похвалы и угощения. Задумчиво нахмурилась и решительно отцепила от юбки пояс. – Хочешь? Натуральная кожа, приятный цвет и пахнет вкусно… Ум-м… – Пояс тут же скрылся в зубастой пасти. Только слюни во все стороны полетели. – А теперь скачи в дом. Некромант тебе тоже что-нибудь даст, – я махнула рукой, и Зубастик радостно попрыгал к крыльцу. … похоже, ремень ему понравился. Я повернулась к личу, раскрывая потоки. Магия заструилась по жилам, сорвалась сверкающими нитями с пальцев… – Хочу поделиться с тобой энергией, – вымолвила, прочищая горло от вставшего в нём кома. – Ты тоже потратил много сил, помогая нам. Бери… мне не жалко… – улыбнулась неловко, будто говорю с живым человеком. Лич медленно поднял кисти, обтянутые сухожилиями, и коснулся фалангами моих пальцев. Сырая магия заструилась по его костям, по жилам, наполняя мёртвое тело энергией. Глазницы засветились ярче. – Я сейчас хочу попросить тебя… именно попросить, – с нажимом произнесла я. – Не подчиняйся приказам своего хозяина, по воле которого тебя пробудили. Не знаю, возможно ли это, но я верю, что ты слышишь меня. И понимаешь… И в следующее мгновение произошло нечто необъяснимое. В воздухе появились подрагивающие голубовато-зелёные нити, что тянулись от лича и уходили в неизвестность. Лич коснулся их костяной рукой, натянул и… порвал. Нити рассыпались искрами и зловещая, клубящаяся мёртвая энергия в глазницах нежити погасла. Остались лишь всполохи связи между мной и личем. Я облегчённо выдохнула, усмехнулась, всё ещё не веря. Не веря, что лич выбрал меня и порвал привязку со своим хозяином. – Спасибо… – прошептала, шмыгнув носом. – Спасибо… ты не пожелаешь о своём решении. Больше никто не станет использовать тебя во зло. Обещаю, – порывисто обняла лича и отступила. Черты его внешности исказились, на секунду являя человеческий облик. … мальчишка улыбался. Так благодарно, так искренне, что я не сдержала слёз. Видение развеялось. Рядом со мной по-прежнему парил над землёй лич – высшая нежить, но теперь я знала наверняка. Он всё понимает. И человеческая часть его сущности никуда не делась после обращения… – Я могу отпустить тебя. Подарить тебе покой, если ты этого желаешь или… ты можешь отправиться со мной в академию. Быть моим другом и дальше… – прошептала, стирая с щёк следы слёз. Достала из кармана артефакт призыва и сжала его в ладони. Мне показалось, лич улыбнулся. Он развернулся и спокойно полетел к дому, оставляя меня в недоумении. – Что это значит?! – выкрикнула вслед. – Если ты не дашь чёткого ответа, придётся дружить со мной до самой моей смерти! Лич остановился у двери и распахнул её для меня, как если бы был человеком. – Ладно! – сдалась я. Сердце радостно подскочило в груди. – Будем дружить. Вернёшься со мной в академию, я тебя на должность сторожа пристрою, с Марикой познакомишься… – я продолжала говорить, переполняемая чувствами. Вошла в переднюю, разулась, как полагается, прошла в дом и наткнулась на умильную картину. Некромант сидел за широким столом в столовой, напротив Колин, а между ними скакал Зубастик, выпрашивая буженину. – Присоединяйтесь, – махнул рукой некромант. Потянулся, взял салфетку и промокнул рот. – Запасов еды у ведьмы на месяц хватит, можем никуда не спешить. Колин жадно запихивал в рот копчёные колбаски, закусывая свежими огурчиками и помидорами в собственном соку… – Я сначала всё же умоюсь, – улыбнулась в ответ. – Дружок… ты можешь отдыхать. Лич качнулся и полетел осматривать дом. Я и раньше не чувствовала от него угрозы, а теперь и вовсе расслабилась. Пусть гуляет. – Купальня на втором этаже… – проглотив, выговорил ведьмак. – В доме всё на магических кристаллах работает, так что есть и вода горячая, и тепло, и продукты не портятся… – Спасибо, – благодарно улыбнулась я, прислоняя трость к стене. – Мне нужно пару часов, и я буду готов к воскрешению ведьмы, – решительно произнёс некромант, скармливая Зубастику ломоть хлеба с изюмом. – Нужно поспешить, пока проклятье не добило меня в самый неожиданный момент. Колин замер с куском вяленого мяса в руке, вопросительно вскинув бровь. Для наивного мальчишки – он соображал весьма неплохо. – Погодите… так выходит… вы влюблены в неё?! – его глаза широко распахнулись, приоткрылся рот. Некромант невозмутимо хмыкнул, а я залилась густой краской. – Жаль… – разочарованно выдал он, скривившись. – А я так надеялся, что у меня есть шанс. Думал, вот сниму проклятье и сделаю повторное предложение. Только уже по уму… Я усмехнулась. – Так ты хотел снять с меня проклятье, чтобы самому не прилетело? – Ну… не только по этому, – смутился парень. – Совесть тоже замучила. – Это радует, – я подошла, потрепала его по волосам и направилась к лестнице, ощущая разливающееся на душе тепло. Скоро это безумное приключение закончится, и мы сможем вернуться туда, где всем нам самое место. В академию некромантов. Интересно, как там Марика с Адой? Ничего не разнесли в наше отсутствие? Отбросила тревогу и вошла в купальню…