Глава 6

Вечером принесли новый гардероб, а утром пришел магистр Лексан и огорошил заявлением, что землянки покидают дворец. Опекунов нашли, кареты ждут. Служанки пакуют новые платья.

— Кареты? То есть мы, не вместе что ли? — переспросила старичка, непроизвольно хватая Ларину за руку.

За короткое время пребывания в чужом мире мы сроднились. Я понимала, что придется расставаться, но не ожидала что так быстро.

— Конечно, не вместе! У каждой свой опекун и отдельное графство, — разведя руками, покачал головой маг и уточнил, чтобы дошло лучше: — Отдельное, понимаете? Каждой свое. Не пополам же одно делить. Но вы не расстраивайтесь, оба поместья находятся неподалеку от столицы. Вы обязательно будете встречаться на балах и праздниках.

Можно подумать только о развлечениях и мечтаем, других проблем нет. Ах да — аристократки! Мы с Рикой переглянулись. Король, конечно, обещал, что уедем, но не с такой же космической скоростью. Практически сразу после спора с принцессой.

— Ничего, Саш, — оптимистично хлопнула по плечу подруга. — Будем на связи.

— Конечно! Телефончик дашь? — съехидничала я. — Есть ведь с собой в чумаданчике?

— Я тебе больше скажу, мада Ростова, — покровительственно усмехнулась брюнетка. — Айфончик последней модели. И планшетик тоже имеется. Будем хранить эти пластиковые коробочки вечно как память о Земле, в связи с отсутствием розетки для подзарядки. Но если я говорю: до связи это не значит, что буду именно звонить. Магистр, вы же как-то посылаете сообщения? Почта есть?

— Конечно, мады, имеется. Есть специальные магические шкатулки способные пересылать письма.

— А говорили, порталы строить не умеете, — обличающе укорила Аурика.

— Там совершенно другой принцип действия долго объяснять. Не переживайте, девушки, со временем во всем разберетесь и купите шкатулки. А, еще... пока не забыл... К вам позже приедет королевский поверенный снимет отпечатки ауры, чтобы открыть счет в банке. Его величество приказал отчислять вам ежемесячно приличную сумму на женские радости. Это помимо того что вам будут давать опекуны. В общем, такой спешки бы не было, если бы вы, красавицы, — маг понизил голос до шепота и заговорщически подмигнул, — не научили нашу принцессу плохому.

— Я так и знала! — воскликнула Ларина и, прищурившись, злорадно пообещала: — С ней я тоже свяжусь.

Во дворе нас ждали две кареты с разными гербами на дверцах. Магистр объяснил, что транспорт принадлежит нашим опекунам, и провожатые тоже работают на них. Меня встретил сухощавый пожилой мужчина с обильной проседью в коротких черных волосах. Лицо добродушное располагающее к себе. Представился тором Дамиром и помог слугам уложить багаж в специальный короб, расположенный за задней стенкой кареты. Помимо рюкзачка я теперь обладаю двумя баулами с новыми платьями. Визуально провожатый мне понравился, надеюсь, он и в душе человек хороший.

Мы с Лариной помахали друг другу руками и заняли места каждая в своей карете. Расставаться не хотелось, но не рыдать же теперь на потеху королю. Пусть думает что разлучил, но пути двух теперь уже лучших подруг непременно пересекутся. Это временная мера. Вот разведаем, что там за опекуны и графства и обязательно встретимся. Не такие уж землянки лохушки зря, что ли в одной школе жизни учились. Вечером словно предчувствуя скорую разлуку, мы договорились встретиться в кафе-мороженом ровно через неделю после отъезда. А если одна из нас не сможет прийти по тем или иным причинам, то пусть оставит записку под камнем. Ларина как заправский Штирлиц заприметила его еще на прогулке и шепнула, чтобы я запомнила место. Так что тайник есть, место встречи есть и не так страшно расставаться. Аурика вообще ушлая и дальновидная женщина. Оказывается "ходы отступления" продумала сразу после побега принца. Не зря была три раза почти замужем.

Я любовалась городом в окошко, пока карета не выехала из столицы. Пейзаж сменился и за окном теперь мелькали то деревья, то луга, то засеянные поля. По ощущениям дорога длилась часа два.

Графская усадьба оказалась большим трехэтажным зданием, которое требовало ремонта. Не так чтобы совсем, но я бы облезший местами фасад освежила. Тор Дамир подал руку помогая выбраться из кареты, и вместе со мной вошел в дом.

Гостиная была обставлена красивой, но довольно потертой мебелью. Чувствовалось что обстановка в графских пенатах давно не обновлялась. Я конечно в этом ничего не понимаю, но вот если у нас дома стоит шкаф, купленный в восьмидесятых годах, и выглядит вроде еще прилично, то все равно он не вписывается в современный интерьер и одним своим существованием заявляет о том, что хозяева не слишком состоятельны. Другие давно избавились от такой рухляди, а мы возможности не имеем. Чиним его, красим, а толку? Вот и здесь примерно так же. Похоже не очень богат мой опекун. Может король, поэтому и пообещал отдельный счет открыть.

Встретил меня в гостиной невысокий мужчина лет пятидесяти. Полноватый, неухоженный, с очень недовольным и каким-то усталым лицом. Русые волосы растрепаны, плечи опущены. Хорошо еще не в халате вышел, а в штанах и рубашке с поникшими воланами. Унылый дом, унылый хозяин. Который определенно не рад моему появлению. Как тут жить? Мне уже от тоски плакать хочется. Тем временем тор Дамир коротко поклонился графу и представил:

— Мад Илиан, это мада Александра. Ваша воспитанница.

— Здравствуйте, — пискнула я.

Прежде чем ответить мужчина удрученно вздохнул и взмахом руки отправил моего сопровождающего вон. Затем потер лицо руками и заговорил больше сам с собой, чем со мной.

— Вот не было печали. Только воспитанницы мне и не хватало для полного счастья. Что делать, что делать...

— Я нарушила какие-то ваши планы? — рискнула поинтересоваться я, почувствовав себя шкафом восьмидесятых. Никому не интересен, а его вдруг дарят. Но разве так встречают гостей, даже если не хочется?

— Да какие там планы, — с полной безнадегой махнул рукой граф. — Просто я привык жить один, понимаете? Я не выдержу в своем доме присутствия еще одного человека. Это невозможно. Э... мада...

— Александра, — любезно напомнила свое имя, хотя захотелось просто развернуться и уйти, раз не пришлась ко двору.

— Да-да, мада Александра, пообещайте, что об этом разговоре не узнает его величество. О том, что я вам сейчас скажу. Пообещайте, что не нажалуетесь ему.

— Ну... не нажалуюсь, — могу и не ему если что.

— Хорошо! — обрадовался мужчина и принялся объяснять, нервозно заламывая руки. — Понимаете, я привык жить один и совсем не знаю, что делать с воспитанниками. Мне вас навязали! Внезапно! Даже свыкнуться с мыслью не дали! Я не могу пойти против приказа короля, но не представляю, как мы будем жить в одном доме.

По-хорошему в этом доме можно жить и даже не встретиться. Двоим-то. Мы в трехкомнатной квартире умещались ввосьмером.

— Вы предлагаете мне жить на улице? — представляя, как бы ответила этому графу Ларина на моем месте, поинтересовалась я.

— Да что вы! Ни в коем случае! — воскликнул доброжелательный опекун. — Просто вы ведь уже взрослая мада и можете жить самостоятельно. У меня в городе есть дом. Если боитесь одна, я могу нанять вам компа...

— Стоп-стоп! — воскликнула, не дав договорить и сообразив, к чему клонит граф. — Никаких компаньонок.

Если я правильно поняла, мне сейчас предлагают жить одной в городском доме? Без взрослых? Тогда этот унылый дядечка самый замечательный опекун во всем мире! Уже обожаю. О таком счастье я даже не мечтала. Но надо уточнить.

— В столице?

— Да-да. Тор Дамир, мужчина который вас сюда доставил, уже много лет вместе с женой заботятся об этом доме. Там все замечательно. Все развлечения и магазины рядом. Все что интересует молодую маду.

— Хорошо, я согласна.

— Это отличный дом... Что?

— Согласна, говорю.

— О, вы очень разумная девушка! — обрадовался мад Илиан и даже сделал королевское предложение: — Отобедаете со мной?

Прозвучало как у кролика из мультика: "Вы уже уходите?". Или как в старом анекдоте про тещу: "Что вы, мама, даже чайку не попьете?". Смешно короче. Чтобы мужик не расслаблялся, решила предложение принять.

— С удовольствием, — опекун слегка скис, но я порадовала объяснением: — Отдохну и поеду обратно. Устала, знаете ли, трястись.

— Только его величеству не говорите, — напомнил граф и даже слегка повеселел. — Ну, что это только мое решение. Будто вы сами так захотели.

— Не буду, — твердо пообещала я. — Потому, что оно мне нравится. Всегда мечтала жить отдельно.

— Вот и замечательно, — тяжело вздохнул этот... мад. — Хоть в чем-то повезло.

Дородная полная женщина, видимо кухарка, накрыла на стол. Опять мясо, булки. Интересно они тут сервируют. Овощи подают отдельно и целиком. Ничего, судя по всему скоро у меня будет своя кухня, составлю привычное меню. Блин, отдельный дом! За обедом решила завязать разговор.

— Мад Илиан, можно поинтересоваться, откуда у графства доходы? Просто я в этом не разбираюсь.

— Ну как, — мужчина снова протяжно вздохнул и задумчиво уставился вдаль, забыв о вилке в руке. — Вот у меня две деревни. Сады, поля, скот. И всего должно хватать по идее, но не везет просто ужасно. То засуха, то неурожай, то мор. Я знаете по жизни очень невезучий человек. Да... Проклятие какое-то... Проклятие на мне, да... Еще и поэтому вам лучше жить подальше. Не ладятся у меня дела...

И вряд ли можно сказать, что человек его возраста не умеет вести дела. Мне стало жалко графа. Даже странно: не смотря на такой откровенно хамский прием я не чувствовала к этому мужчине вражды или злобы. Одинокий какой-то, несчастный. За ним поухаживать хочется, приласкать по-родственному. Опекун же почти отец.

В гостиную решительным шагом вошел еще один мужчина. Лет сорока на вид, худой как трость, с зачесанными назад темными волосами, карими глазами и невыразительным лицом.

— Мад Илиан, обедать не буду, отправляюсь в деревню, — деловито сообщил незнакомец и мазнул по мне неприязненным взглядом. — А это ваша воспитанница надо полагать?

— Да, тор Гребус, но мада Александра у нас не задержится. Мада выразила желание жить только в городе, — хмуро отчитался опекун и пояснил для меня: — Это мой управляющий тор Гребус.

Я коротко кивнула. Судя по довольной улыбке, промелькнувшей на губах управляющего, его тоже порадовало, что я свалю отсюда, и не буду отсвечивать. Кивнув в ответ, мужчина удалился. Я вздохнула и поежилась, какие милые люди. Лучше и правда держаться подальше раз такая возможность есть.

Не знаю, показалось ли мне, но когда граф сообщил тору Дамиру, что я буду жить в столичном доме, тот обрадовался. И, по-моему, он ждал такого исхода, потому что мой багаж благополучно лежал в карете. Никто не поспешил его не то что разбирать, но даже выгрузить. Когда карета отъехала от имения на значительное расстояние, мне стало скучно снова сидеть в трясущейся коробке, и я постучала в окошко, требуя остановку.

— Что-то случилось, мада Александра? — забеспокоился сопровождающий.

— Нет, ничего, — вылезая на свободу и закрывая дверцу, улыбнулась мужчине. — А можно мне с вами?

— Куда со мной? — опешил тор Дамир.

— Сесть рядом с вами, — не дожидаясь разрешения и путаясь в юбке, я уже вскарабкивалась на облучок или как он называется. И радостно воскликнула, оказавшись выше лошадей: — Как тут здорово! Все видно. Какой простор!

Мужчина рассмеялся.

— Знаете, мада Александра, на этой лавке еще не сидела ни одна мада. И даже тора. Женщины сюда совсем не стремятся.

— А я посижу! И знаете почему? Потому что я прибыла из другого мира и не похожа на ваших женщин.

Раз мне жить теперь с этим человеком под одной крышей то пусть сразу привыкает к моим закидонам. Я в своем доме не собираюсь подстраиваться под слуг и душить свои привычки, идя на поводу чужих правил. Ларина бы точно не стала. Ух, ты, это же я через неделю с ней точно встречусь и отпрашиваться ни у кого не надо. Самостоятельность!

— Неужели? А как называется ваш мир? Или вы пошутили, мада Александра? — с неподдельным интересом спросил тор Дамир.

— Какие шутки?

И начала рассказывать. И про свою историю попаданства и про мир под названием Земля. Обратная дорога, проведенная в компании собеседника, по ощущениям показалась в два раза короче. Только перед самой столицей мужчина с сожалением попросил меня пересесть в карету, чтобы не шокировать прохожих.

По городу мы ехали еще минут десять-пятнадцать, из чего я пришла к выводу, что дом графа не на окраине стоит. А когда вышла из кареты, остановившейся у моего нового места жительства, то изумленно ахнула, увидев двухэтажный особняк.

— Ничего себе! Я-то решила, что будет развалюха какая-нибудь.

— Что вы, мада Александра, — с улыбкой и даже гордостью приосанился тор Дамир. — Этот дом еще прадед мада Илиана построил. И как бы граф не был ограничен в средствах, продавать его не собирается, хотя из-за отсутствия наследника на нем и прервется этот старинный род. К сожалению. Ну, зато вы вот теперь наследница.

— Я это не совсем то, — вспоминая внешность опекуна, задумчиво протянула, глядя на фасад здания. — Вот если бы его привести в надлежащий вид и женить...

Проследив за моим взглядом, мужчина непонимающе посмотрел на стену.

— Женить?

— Да не дом! Графа!

— А! — рассмеялся тор и развел руками. — Ну, тут уж ничего не поделаешь. Даже не знаю, какая аристократка пожелает связать свою жизнь с неудачником, да еще и родить. Так-то он человек очень хороший, но дела плохо идут. Уже и магов привлекал и что только не делал да все без толку. Проклятие кто-то навел на нашего мада не иначе. Да что же это я вас на улице держу. Проходите во двор. Ох, и попадет мне от Маризы, что не предупредил. Это супруга моя. А я и сам-то не знал, надеялся только. Даже загадывать боялся.

Тора Мариза оказалась толстушкой-хохотушкой. Такие женщины до старости остаются веселыми и моложавыми. Она успевала и радоваться прибытию хозяйки (а то совсем одни как сычи сидим) и укорять мужа, что неожиданно все так. Ведь ничего не приготовлено!

Нервничала служанка не беспочвенно и как женщина я ее понимала. Мебель в гостиной была накрыта белыми тряпичными чехлами и просто кричала, что новую хозяйку не ждали. А у меня уже иммунитет. Где маду Ростову вообще ждали?

На первом этаже располагались гостиная, пара кабинетов, столовая и кухня. На втором жилые комнаты.

— Вот это покои мада Илиана. Не часто он здесь бывает, но все же, — показала рукой на одну из пяти дверей тора Мариза. — А вот эту комнату управляющий его всегда занимает, когда приезжает по делам. Вы тут конечно теперь хозяйка, мада Александра, любые покои можете занять, но послушайте моего совета и для себя лучше выберите из оставшихся трех.

— Конечно, на чужое не претендую, — пожала плечами и приоткрыла дверь в соседнюю с тором комнату.

Мне в ней сразу понравилось. Кровать вполовину меньше чем во дворце, как раз любимого размера, стол с креслами, шкаф, зеркало. Уютно, просторно и полежать и посидеть есть где. И мебель не такая потрепанная как в поместье графа. Сразу видно не часто ей пользовались. Подошла к окну выглянула. Двор как на ладони, за забором городская улица, утопающая в зелени и цветах, редкие экипажи, дети на тротуаре играют. Хорошо. О таком гнездышке я и не мечтала.

— Вы с дороги устали, наверное? Идемте, покормлю, а потом постель застелю и освежу здесь немного, — снова засуетилась женщина. — А с нами дочка еще живет Ваниса. Вы же не будете против? Она очень мне помогает вот на рынок за продуктами ушла. Сейчас вернется, мы вдвоем быстро порядок наведем.

Так и началась моя самостоятельная жизнь в столице. Пожилая супружеская пара с тихой дочерью лет тридцати пяти воспринималась не как персонал обслуживающий дом, а как добрые родственники готовые сделать для меня что угодно. Оказывается, им было в тягость просто жить в пустом особняке без хозяев. Неправильно как-то. Дочка Маризы тонкая как тростинка Ваниса была то ли вдовой, то ли разведенкой. Муж где-то сгинул или загулял, а его семья как водится совсем заклевала невестку. Вот она и вернулась под крылышко к родителям и очень переживала, что появившаяся нежданно-негаданно воспитанница графа выгонит не учтенную жиличку на улицу. А я наоборот обрадовалась присутствию молодой женщины и сразу перешла на "ты". После общения с Аурикой разница в возрасте совсем не напрягала. Мне как раз нужен местный житель как гид и путеводитель в чужом городе. Да и дом огромный, а тора Мариза уже не молода еще одна служанка не помешает. Вспомнив о плачевном состоянии дел мада Илиана, поинтересовалась, платят ли торам жалование, на что получила размытый ответ что "им хватает".

— Ну ладно, если вам хватает, — не стала заострять внимание на больной теме. — А Ванисе я из своих средств буду платить. Мне как раз личная помощница нужна. Кстати магистр обещал, что королевский поверенный придет слепок ауры снимать для банка. Найдет он меня вообще? Отправляли-то в поместье.

— Мад Илиан уже сообщил, что вы поселились в столице, — заверил тор Дамир. — При мне письмо в контору отправлял.

— Мада Александра, — со слезами на глазах и руками сложенными лодочкой на груди сказала молодая тора. — Можно и без жалования, я ведь здесь на всем готовом живу.

— И на птичьих правах, — я покачала головой. — Вот тебя родственнички запугали. Нет уж, дорогая, работать ты будешь официально и за деньги. Мада я или не мада? И кстати я тебя припрягу по полной не думай, что будешь прохлаждаться.

Даже откровенное запугивание не погасило счастливый блеск в глазах симпатичной еще женщины и ее матери. В благодарность они готовы были кланяться без остановки. Поэтому я решила сразу предупредить, что аристократка досталась им не от мира сего. В буквальном смысле. И рассказала сокращенную версию своего неожиданного попадания. Никто же не говорил, что об этом надо молчать, а мои земные тараканы скоро сами себя покажут. Под конец посокрушалась, что пришлось расстаться с подругой и теперь даже не знаю, где она находится. Раскидала судьба-злодейка.

— Так Дамир, наверное, обратил внимание, чей герб на карете был, — предположила тора Мариза и с надеждой посмотрела на мужа.

— Конечно, запомнил. Это была карета графини Банюжон, — мужчина так сокрушенно качнул головой, что я заволновалась, Ваниза ахнула, а тор печально добавил нагоняя ужаса: — Мада Банюжон противная старуха, помешанная на этикете. Ею девушек юных пугают у нас. Мол, отдадим на воспитание маде Банюжон, день и ночь будете правила зубрить и сидеть на хлебе и воде, — тор посмотрел на меня с жалостью и воскликнул: — Ох, мада Александра, не повезло вашей подруге!

Я представила Ларину с повинно склоненной головой и льющимися по щекам слезами от полученного выговора за плохо усвоенный урок. Типа стоит она покорно перед незнакомой бабулькой и обмирает от страха. И расхохоталась.

— Еще неизвестно кому не повезло, торы! Мне уже жаль эту маду Банюжон!

* * *

Принц после долгой дороги как говорится, даже не стряхнув пыль с сапог, первым делом направился в кабинет короля. Сначала отчет потом отдых.

— Сынок, вернулся! — обрадовался величество и встал из-за стола, распахивая объятия. — Ну как прошло? Договорились?

— Здравствуй, отец! Конечно! Мы же с Акселем друзья. Посидели, подумали, как будет лучше для обеих стран, и заключили взаимовыгодный договор. Собственно как мы с тобой и предполагали. У эльфов-то выбор не очень большой хоть они и стараются это скрыть.

— От нас не скроешь, — самодовольно рассмеялся Ларион и хотел что-то добавить, но поговорить мужчинам наедине не дали. Дверь распахнулась, в кабинет влетела радостная принцесса и повисла у брата на шее с криком:

— Сереженька!

— Как ты меня назвала? — ухватив ладонями за тонкую талию, отодвинул от себя сестру парень.

— А тебя знаешь, как можно называть? О, вариантов масса! Не только Серж, а Сергей, Сережа, Сергуня, Серега, Серый, — загибая пальчики, радостно перечислила девушка.

— Ты опять в каких-то рукописях копалась? Что за бред вообще, Елизавета? Какой Серый? Мое имя дала мне прабабушка перед смертью.

— А вот и не бред! А меня кстати в домашней обстановке можно Лизой называть. Вот!

— Папа? — обернувшись, с вопросительной интонацией в голосе окликнул родителя принц. — Меня три дня не было, а Елизавета снова отличилась?

— Ничего подобного! Оставьте ваши грязные инсинуации! — горделиво воскликнула принцесса.

— Что? — поморщился парень. — Откуда ты таких словечек нахваталась?

— Это все тлетворное влияние девушек из другого мира, — стукнул кулаком по столешнице король и, подавшись вперед, заговорщически шепнул сыну: — Первыми подвергаются растлению неокрепшие умы.

Принцесса сердито топнула ножкой и произнесла с горечью:

— Конечно, вы ведь не позволяете моему уму окрепнуть. Не позволяете в академию поступить, чтобы стать умней. А я очень хочу!

— Ой, опять эта песня про академию, — схватился за голову Серж. — Сколько можно?

— Ты на ногти ее посмотри, — словно сплетница кивнул в сторону дочери король.

Лиза с удовольствием протянула руки, демонстрируя маникюр всех цветов радуги. Принц с интересом наклонился и, взяв ладошку, потер пальцем синий и малиновый ноготки.

— Ничего себе! А блестят как! Эльфам бы понравилось, они все яркое любят. Откуда такое чудо?

— Думаешь, Акселю понравится? — состроила глазки блондинка и мурлыкнула: — Как он поживает?

— Забудь об эльфийском принце, — парень шутливо щелкнул сестру по кончику носа. — Знаешь ведь, они на людях не женятся.

— Да в этом мире вообще справедливости нет! — всплеснув руками, патетично воскликнула блондинка, и надув губки обижено добавила: — Если бы артефакт парня для меня перенес, то и забыла бы красавчика Акселя.

— Так вот для чего ты его активировала, для чего старалась. Даже не ради меня, — укоризненно покачал головой принц. — Поэтому две страшилки и прилетело.

— А вот и нет, — расхохоталась Елизавета, сразу позабыв о несправедливом мире, и радостно захлопала в ладошки. — Они красотки! Обе!

— Не может такого быть, — с большим сомнением в голосе протянул Серж и взглянул на отца в поисках подтверждения или опровержения.

— Когда их приодели по местной моде, — неоднозначно поиграв бровями, ответил монарх. — Очень даже ничего...

— Да они красавицы! И умницы! Столько всего знают, а какая у них косметика... Пойдем я вас познакомлю!

Девушка схватила брата за руку и потянула в сторону двери.

— Елизавета, тебе разве не сказали? — остановил дочь король и постарался сделать самое невозмутимое лицо. — Мады уже разъехались к своим опекунам.

— Как? Когда? — округлила глаза в непритворном удивлении принцесса.

— Утором, дорогая, когда ты была на занятиях.

Девушка закусила губу и из прекрасных голубых глаз выкатились хрустальные слезинки. Любящий отец мгновенно подскочил и приобнял свою золотую девочку за плечи.

— Не плачь, дорогая, они же не в другой мир жить переехали, — не меньше дочери расстроился его величество от пролитых слез. — Вы встретитесь на ближайшем балу. Лучше иди, готовь новый наряд.

— Но они мои подруги! Хоть попрощаться можно было?

— Да что за прощания? Они никуда не делись. Скоро встретитесь. Иди-иди, — Ларион достал из кармана платочек вытер мокрые щечки дочурки и подтолкнул девушку к выходу.

— Чем ее так зацепили иномирянки? — задумчиво произнес принц. — Елизавета подругой считает только Анелию.

— Вольнодумки! — громко воскликнул король, скосив глаза на закрывающуюся за дочерью дверь, и тихо добавил уже для сына: — Девушки хорошие, но принцессе вредно с ними общаться она маленькая еще. Всему верит и стремится повторять. Кстати, к девицам, посланным судьбой, поверенного надо отправить и обещанные деньги перечислить на счета. Возьми это под свой контроль, сын. Девушки хорошие повторяю, но могут выкинуть что угодно. Особенно если останутся недовольны. — Его величество покачал головой из стороны в сторону и задумчиво протянул: — Подумать только, как могут измениться аристократки всего за сто пять лет!